Ларец надежды

Утро, кофе, ты и рассвет И кроме нас словно ничего и нет

Алина устало вздыхает, как всегда, после разговора с матерью. Их отношения вроде и хорошие, и всё же порой разговоры с ней поистине выматывают. Вот и сейчас, когда она объявляет, что собирается поработать фотографом в Ос-Керво всё лето, мать не может сдержаться, и вместо обычной поддержки читает ей целую лекцию о себестоимости труда «фрилансеров», необходимости зарабатывать нормальные деньги, а не заниматься благотворительностью, и еще почему-то вспоминает про курортные романы, и под конец разговора добивает Алину лекцией о нежелательной беременности и о том, что девушка должна думать о карьере и своем будущем, а не о «романчиках» с симпатичными, но необязательными незнакомцами. Зачем-то в разговоре всплывает имя «Мальена» и раздражение словно зуд выступает на коже. Святые! лучше бы она поговорила с отцом или братом. Отец бы остался как всегда равнодушно-скучающим к её жизни, а брат бы просто посмеялся над ней. По крайней мере, она бы избежала всех этих разговоров про методы контрацепции, будто ей снова 14 лет, и она ничего не знает об анатомии человека. Не удается Алине избежать и мыслей о своём таинственном мужчине, при виде которого голос матери бы поднялся на три октавы, и она побежала бы в церковь, дабы помолиться за её грешную душу, а может чтобы избавить её от сексуального влечения и «нежелательных последствий». Мысль смешит, но нотации матери возвращают на землю. Алина качает головой, родители ей не доверяют, ну или в данном случае мать. Даже если они разрешают ей самостоятельно путешествовать по Равке с тех пор, как ей исполнилось 18, и она заработала первые деньги. Теперь она даже отдает им часть тех денег, которую они тратили на её учебу в колледже. Но мать никогда не забывает прочитать напутственную речь после каждого принятого Алиной решения по поводу своей жизни: художественный колледж, отношения с Малом, университет, курсы для фотохудожников, разрыв с Малом, подработка в кафе, вступление в школьные кружки, или участие в жизни студсовета и т.д. Всё всегда сопровождается её уместными и неуместными комментариями, как будто Алина всё ещё ребенок. Но ей ведь уже двадцать! Святые, она даже про методы контрацепции уже знает всё! Да, и в курортных романах нет ничего такого, о чем стоит беспокоиться. Это развлечение, для Алины уж точно! А если проблемы и у кого и есть, так только у Карины. Хотя может и проблемы то уже нет. Проходит несколько дней с их второго свидания, а он не звонит. Алина не скучает в его отсутствие, активно продвигая с Жениной помощью свой новый профиль, и исследуя Ос-Керво на предмет культурных ценностей, и всё же Карине тоскливо и хочется позвонить ему самой. Как удачно, что Карина лишь выдумка! Алина по привычке проверяет свой аккаунт, но там сообщения только от одногруппников, которые оставляют море комментариев под каждым постом из Ос-Керво. Не особо, рассчитывая на что-то, несмотря на потрясающие Женины фотографии, заслуга в основном модели, а не художника, потому что чтобы испортить Женю нужны руки-крюки, девушка проверяет профиль «Карины». Девушка находит в директе сообщение с заказом и радостно хлопает в ладоши. В сообщении какая-то девушка просит поснимать её и её парня на прогулке по Ос-Керво. Алина быстро отвечает, обговаривая время и цену. Ос-Керво, как всегда, радует девушку солнечной погодой, а термометр не хочет опускаться ниже 32 градусов, так что девушка надевает легкие льняные шорты на высокой талии, белый кроп-топ, удобные сандалии, кладет аппаратуру в рюкзак и отправляется на встречу. Пара, Елена и Антон, оказывается на удивление приятной, снимать их легко, они ведут себя естественно перед камерами, знают, куда смотреть, не капризничают и часто шутят. Фотографирует их девушка, в основном в центре Ос-Керво, но в конце они перемещаются на пляж, где Алине удается сделать несколько удачных снимков в воде. Вся работа занимает три часа, и получив предоплату Алина/Карина уже собирается идти домой, но плечи от перетаскивания рюкзака с места на место слегка гудят, а желудок начинает издавать предательские звуки, и вместо автобусной остановки, девушка сворачивает в ближайшее кафе с кондиционером. Алина жалеет, что не захватила купальник, оставила бы вещи в ячейке хранения и пошла плавать, но раз так, то она будет довольствоваться кондиционером и водичкой. Сидеть на улице под тентом в такую жару не хочется. Официант подходит довольно быстро, девушка заказывает вегетарианскую пасту и лимонад, недолго наслаждается видом, открывающимся на террасу, проверяет телефон и недовольно хмурит брови. Сообщений немного, все они от Жени или семьи, в традиционном стиле. У Жени первый рабочий день, и Алина впервые в Ос-Керво оказывается полностью предоставленной самой себе, поэтому ей пишут короткие, но проверяющие сообщения. «Святые, мне уже не 17! Что за «родительский день»?». Однако Алина засовывает своё маленькое негодование подальше и всем дружелюбно отвечает, а Жене заодно сообщает, что их аккаунт принес ей первую денежку, подруга присылает салютующий стикер, Алина довольно ухмыляется. Мысли возвращаются к Юрию, хочется ему написать, или позвонить, но гордость не позволяет. Ладно, ей хочется вовсе не этого, ей хочется, чтобы он сам позвонил. Или бы просто появился как по волшебству. Проходит час, чуда, как в предыдущие два или три раза, не происходит. Сидеть в кафе, читая книгу по самоопределению, довольно приятно, но Алина решает, что пора возвращаться домой, обрабатывать снимки Елены и Антона. В квартире Жени прохладно, что позволяет Алине сконцентрироваться на работе, она включает музыку в наушниках и обрабатывает несколько снимков на пробу. Конвертирует формат, архивирует и отсылает на почту Елены, после чего сообщает об этом в директе самой девушке. Елена отвечает в течение часа и просит обработать еще 20 фотографий за отдельную плату. Забыв обо всем на свете, в том числе и о потребностях собственного тела, Алина полностью погружается в работу. Из рабочего сумрака, девушку выводит Женя, которая трогает её за плечо. - О! Привет, ты уже вернулась? – брови Алины удивленно взлетают вверх. Женя смотрит на неё скептично: - Ты на время смотрела? Моя смена закончилась час назад. - Уже 7 часов? – Алина растеряно оглядывается, смотрит на часы на ноутбуке и поднимает сконфуженный взгляд на подругу. - Да. Вижу, ты заработалась. Ты уже ужинала? Желудок Алины выдает громкую мелодию, отвечая Жене. - Понятно. Девушка растеряно пожимает плечи, а потом хитро улыбается: - Кажется ты обещала принести суши после работы и пиво. - И я выполнила свое обещание – Женя головой указывает на столешницу, где уже стоят и пиво, и роллы, и суши. - Обожаю тебя, - желудок Алины снова урчит, - и он тебя тоже. - Честно говоря, не ожидала тебя застать дома. Думала, что может твой загадочный оценщик появится и уведет тебя прямо из-под моего носа. Алина кисло кивает: - Я тоже на это надеялась. Но вечер с тобой ничуть не хуже. - Хитрюга. Ты бы мне так не радовалась, если бы я не принесла еду. - Но ты же принесла. Проводить вечер с подругой, обсуждая события сегодняшнего дня очень приятно, постепенно Алина и Женя плавно перемещаются на диван с тарелкой чипсов, включают какую-то романтическую комедию, пересказывающую историю о бедной сиротке, выскочившей за богатого принца на новый лад. Мобильный телефон булькает, оповещает: кто-то прислал сообщение. «Наверное, Елена». И точно, девушка перевела оставшуюся часть суммы и написала благодарственное письмо, плюс разрешила разместить фотографии с их фотосета в профиле. Алина/Карина безмерно радуется. Как никак первые клиенты, и сразу довольные. Потом смахивает шторку оповещений вниз и замечает, что у неё несколько сообщений от Юрия. Сердце подпрыгивает, и Алина тут же тыкает Женю, радостно показывая на сообщения, девушка хлопает в ладоши и подсаживается к подруге, чтобы вместе рассматривать каждую буковку. «Карина, прости, что не звонил, совсем не было времени. Свяжусь с тобой вечером.» «Думал о тебе». Сообщения оказываются короткими и менее информативными, чем девушка надеялась. Алина смотрит на часы в мобильном, уже 9 вечера. Видимо, времени не нашлось, или подумал, что Карина его игнорирует. Девушки размышляют, что ответить на сообщения, в которых нет вопросов и задаются вопросом, а предполагается ли ответ вообще. После недолгих дум выдают: «Хорошо». Телефон молчит, Женя пожимает плечами, Алина недовольно вздыхает, но продолжает таращиться на экран, почти не мигая, Женя же возвращается к просмотру ромкома. «Ну, хватит! - Алина откладывает телефон и недовольно закусывает губы, - Святые, в самом деле, мне уже не 17, чтобы так сходить с ума по парню и ждать его звонка». Остаток вечера проходит скомкано, но спокойно, Алина почти не вспоминает о «Юрие», и да, когда она так называет его так, она всегда мысленно ставит кавычки, потому что уверенна, что он назвал ей не своё настоящее имя. И всё же называть его незнакомец, или мужчина было слишком обезличено даже если это были её собственные личные мысли. Может однажды она вытравит романтика из сердца, но не сегодня, сердце еще успеет покрыться коркой цинизма. Девушки собираются ложиться спать, Алина разбирает диван, когда телефон начинает вибрировать на столике. Звонок, от него! сердце бухает вниз. «И чего она так разволновалась?». Девушка выдыхает и не торопясь берет трубку, ждет ещё 5 секунд и, наконец, отвечает. - Карина? – звук чужого имени режет слух, и Алина с трудом проглатывает признание, что это не она. – Не разбудил? - Нет. - Прости, что поздно. Оказалось, что дел, требующих моего срочного вмешательства, гораздо больше. Я очень хочу тебя увидеть. – сердце тает, как сливочное масло на сковородке. - Сейчас? – поспешно спрашивает Алина/Карина и сама себе удивляется. - Я бы не стал тревожить тебя сейчас… Алина/Карина поспешно его перебивает: - От чего же? Может я жду, как кто-нибудь потревожит меня? Ей кажется, что она слышит, как он улыбается, хотя это невозможно. - Хорошо! Я понял. Тогда… хочешь встретить со мной рассвет? – его голос глубокий, немного хриплый и от его интонаций у девушки перехватывает дыхание. - Хочу. – голос почти не выдает волнение. - Тогда, можешь взять свой фотоаппарат, не думаю, что ты захочешь это пропустить. Будь внизу через полчаса. – и он отключается. Сердце Алины стучит как бешеное, она спешно бежит в ванну: подводить глаза и приводить себя в порядок. Она скидывает свою пижаму, ищет какой-нибудь комплект белья поприличнее, конечно, в Новый Зем, она не брала ничего такого, что можно было бы назвать соблазнительным, только практичным. Но к счастью, в первый же день в Ос-Керво, Женя настояла, что ей надо прикупить пару симпатичных комплектов кружевного белья, теперь у Алины есть альтернатива, а вот для выбора времени не очень много, но девушка собирается с мыслями и надевает легкое кремовое кружево, широкие льняные штаны песочного цвета на высокой талии и черный кроп-топ, на всякий случай берет пиджак, натягивает кеды, делает два легких пшика любимыми духами «Сол-королева: весна», смотрит на часы и выбегает из дома. Нетерпение подталкивает её все делать быстрее, но Алине приходится одёргивать себя, чтобы он не смог заметить, насколько сильно она хотела его видеть, ну или впечатлить. Когда она выходит из подъезда, он уже ждет её, облокотившись на черный автомобиль, девушка не особо разбирается в марках, но кажется, видела рекламу однажды этой раритетной модели, что произвели в 70-ых годах прошлого столетия, в Кеттердаме. Она прикидывает сколько это может стоить в равкианской валюте на сегодняшний момент, и ей становится дурно. Но Карине это должно быть безразлично, поэтому Алина скрывает своё удивление и напускает на себя равнодушный вид. Он приближается к ней, забирает тяжелую сумку со штативом и фотокамерой, оглядывает её и улыбается. «Выглядит уставшим» - проскальзывает в голове, небольшие синяки под глазами, на щеках, обычно гладко выбритых, проступает щетина, волосы слегка взъерошены, но одежда выглядит как всегда так, словно он только что снял её с вешалки. - Я рад, что ты захотела меня увидеть. - Куда ты меня повезешь? – Алина решает, что Карина не стала бы подтверждать или опровергать его слова. - Это сюрприз. – «Юрий» берет её за руку. – Кстати, хорошо выглядишь. Алина смущенно улыбается. «Карина» может и не растаяла бы, но Алина же тоже здесь. - А ты уставшим. – он ласково ей улыбается и осторожно накручивает её локон себе на палец. - Уверен, ты меня приободришь. Пойдем. Они едут недолго, останавливаются у канатной дороги. Ос-Керво не блещет горным ландшафтом, величественные горы на севере Равки сказали бы, что это холмы, но тем не менее, подъемник на верх этого холма высотой около тысячи метров, существует. Алине приходилось уже использовать подъемник как средство передвижения, и всё же, сердце замирает, когда кресло начинает движение, и она невольно сжимает руку «Юрия». Мужчина выглядит расслабленным. «Интересно, что способно вывести его из равновесия?». - Скажи, ты ничего не боишься? – Алине кажется, что говорить о страхах на высоте полтысячи метров логично. - Конечно, боюсь. Просто не позволяю страхам взять верх. Боишься высоты? Может нам не стоило? - Нет, всё нормально. Это же надежная конструкция. И тут ведь главный фокус – смотреть вперёд, а не куда-то вниз. «Юрий» улыбается, Алина/Карина смотрит в его глаза, в звездном сиянии зрачков словно и вовсе нет. Но ей не кажется это не привлекательным, наоборот, чем дольше она смотрит на него, тем больше хочет перенести на бумагу их почти колдовское очарование. Ей бы и хотелось сказать, что его глаза наводят её на мысль о волшебстве, но она, конечно, не станет. Эти признания для Алины, а Карина более легкая, дерзкая, менее открытая, менее искренняя и наивная. «Святые, у неё раздвоение личности!» Он ободряюще сжимает её руку, а затем легко целует кончики её пальцев. Кажется, она привыкает к этим жестам из прошлого. Оставшуюся часть пути, они едут в молчании. Алина молчит не потому, что нечего сказать, а потому что, когда она поворачивается к нему лицом, её взгляд всё время скользит на его губы, и несмотря на то, что поцелуи на высоте могут привнести некую головокружительность в отношения, девушка не хочет упасть прямо ему в руки, когда они спустятся на землю. Но поскольку Алине везет, как только они спрыгивают из кресла на землю, ноги её предательски подкашиваются, и «Юрию» приходится придержать её, спасая от неловкого и болезненного падения. Алина/Карина смотрит на него с благодарностью: «Стоило его поцеловать, но ведь будет еще обратная дорога». Это мысль её поражает, и улыбка расцветает на её губах. Юрий забирает их вещи у какого-то парня, который следовал за ними в крытой кабинке. Парень получает свои деньги за услугу и счастливо машет, желает приятного отдыха и подмигивает. Щеки Алина розовеют, но в темноте этого не видно. Довольно быстро они добираются до небольшой поляны на возвышенности. Алина окидывает восхищенным взглядом, открывающий вид на бухту и Ос-Керво. Над ними первые звезды, а внизу город, утопающий в тем не менее в зелени, город, который с наступлением заката, превратится в новогоднюю ёлку. Глаза устремляются за горизонт, и девушке кажется, что еще немного, и она увидит границу моря, увидит кусочек Керчийского острова, но вместо этого она просто видит бескрайность двух стихий, и вдыхает полной грудью. - Не замерзла? – голос «Юрия» выводит Алину из романтического созерцания, она смущенно оборачивается, потому что на секунду забыла о его существовании. - Нет, спасибо. – накинутого на плечи пиджака пока хватает для обогрева, девушка замечает, что он уже постелил плед, достал термос с кофе, какую-то еду и два одеяла. Алина понимает, что он ведет себя с ней излишне осторожно, казалось на прошлой встрече они сильно продвинулись в отношениях, когда целовались как безумные, пока их никто не видел. И вот они снова одни, а он еще ни разу не попытался её поцеловать, обнять или позволить себе что-то большее, чем держание за руки. Она не очень понимает, что должна чувствовать по этому поводу, радоваться, что он ведет себя, как джентльмен, или думать, что он так намекает на то, что между не будет ничего кроме легкого флирта. Девушка располагается рядом с ним на пледе, «Юрий» мягко смотрит на неё, как будто ждёт от неё чего-то. - Я не успел поужинать, ты не против разделить со мной скромный ужин в виде сэндвичей? - А что же у нас останется на завтрак? Он смеется, потом приближается к ней и шёпотом, словно рассказывает ей тайну продолжает: - Не переживай, пару сэндвичей я оставил, и есть даже второй кофейник. Чуть позже разведу костер. - А тут можно? - Да, плюс, я буду очень аккуратен. Алина/Карина подозрительно щурится, а затем хихикает. - Ты знаешь, что пахнешь как весна? Брови «Карины» игриво поднимаются вверх, и она невольно закусывает нижнюю губу: - Так же сладко? - Да… - Значит любишь сладкое? - Обожаю. - Тогда тебе стоит попробовать на вкус мою помаду, она у меня кстати в сумочке. Он смотрит на неё долгим взглядом: - Я думаю, что для дегустации есть более доступное место – когда он это говорит, Алина опять забывает, как дышать, пока тонет в его темных как сама ночь глазах. Она прекрасно знает, что это звучит как приглашение, но он почему-то тянет, и девушка начинает нервничать. «Юрий» осторожно касается её щеки тыльной стороной ладони, проводит кончиками пальцев по шее, его рука зарывается в её волосы, обхватывает затылок и притягивает её к себе ближе. Девушка чувствует, как её губы невольно раскрываются под его взглядом, его лицо постепенно приближается, она чувствует его дыхание, и когда она закрывает глаза, мужчина целует её. Тягуче, обжигающе, медленно, его губы накрывают её своими снова и снова, давая ей возможность сделать лишь короткие вдохи. Под его четким руководством она учится дышать по-новому, пока податливо отвечает на ласки его языка, пока наслаждается вкусом самого поцелуя, отдающего по какой-то причине ванилью и корицей. Девушка чувствует, что снова дышит полной грудью, когда его запах морозной ночи ударяет ей в голову, и легкая дрожь проносится по её телу. - Что ж, - его голос ниже, - ты оказалась права, мне понравилась съедать помаду с твоих губ. «Вот откуда корица и ваниль». Он отстраняется от неё и слегка отодвигается, тело Алины протестует, но спешить некуда. У них вся ночь впереди. Алина/Карина принимает из его рук бутерброд и кофе, и с наслаждением впивается в них. Кофе приятно бодрит, легкая сонливость, которая уже начинает одолевать её, проходит. Она вроде сытно поужинала, но рядом с ним у неё всегда просыпается аппетит. Он накрывает её одеялом, пока она что-то лепечет о том, как училась в художественном колледже, как мечтала в детстве стать великой художницей, и как всё развалилось из-за её посредственности. «Юрий» слушает её внимательно, не перебивает, и Алине хочется во всём признаться, назвать свое настоящее имя, но она сдерживается, в страхе, что потеряет то хрупкое, что у них сейчас есть. Чтобы не передумать, она поднимается и начинает рыться в сумке с аппаратурой, чтобы установить штатив и фотоаппарат. Мужчина непривычно молчалив, он и обычно был немногословен, но сегодня как-то особенно. Тем не менее Алина не чувствует себя неловко. - Помочь? – он оказывается у нее за спиной, берет штатив и фотоаппарат. - Ты знаешь, что делать? – скептичное выражение появляется на лице Алины. - Не поверишь, но лет в 18 я тоже занимался фотографией. Фотографировал всё: прохожих, животных, пейзажи и закаты с рассветами. Думал подамся в фотожурналисты. - И что же помешало? Секунду он молчит и смотрит в пустоту, Алине кажется, что тень наползает на его лицо и что-то темное поднимается в его душе, но эти ощущения быстро пропадают, когда его лицо озаряет очаровательная ухмылка: - Кто-то должен был взять в руки семейное дело. - Я почему-то думала, что ты начинал с нуля. - В общем-то да, просто искусство – это то, чем испокон веков занимается наша семья, кто я такой, чтобы перечить наследию? Тем более, что я в этом удивительно хорош. Алина смеется и качает головой: - Ты знаешь, что есть такое понятие как скромность? - Да, но, Карина, в бизнесе быстро забываешь о многих понятиях. - Звучит зловеще. Его смех разносится по поляне. - Знаешь, что мне в тебе нравится? – Алина/Карина пожимает плечами, - Ты всегда заставляешь меня смеяться, ты можешь не верить, но, уже давно я ни с кем столько не смеялся, как с тобой. Признание кажется очень личным, очень честным, очень искренним. Алина берет его руку и целует тыльную сторону ладони: - А знаешь, что мне нравится в тебе? Твои глаза. Я бы хотела их нарисовать. Вообще хотела бы тебя нарисовать. - Тебе недостаточно моей фотографии? - Ты же знаешь, это другое. - Может однажды. А пока, не упусти возможность сфотографировать эти виды, надеюсь у тебя фотоаппарат с подходящей выдержкой. «Карина» бросает на него оскорблённый взгляд. «Юрий» поднимает руки вверх и возвращается на их место, вытягивает ноги, закидывает руки за голову, завернутый пока исключительно в свою куртку. Алина делает снимок. Ну, не может она сдержаться, когда еще представится возможность запечатлеть этого мужчину, созданного для подиума, но сидящего с ней на маленькой горе в Ос-Керво. Кажется, он пытается разглядеть первые звезды и не обращает на неё внимание, поэтому Алина делает еще несколько снимков. - Сколько еще ты собираешься фотографировать меня вместо того, чтобы попытаться запечатлеть что-то действительно стоящее. – его голос ленивый и немного сонный, но она чувствует, что он бросает ей вызов. Алина чувствует себя немного глупо: - Ну, почему же. Я считаю, что фотографирую кое-что очень стоящее, одинокий состоятельный мужчина спит почти на траве. Не каждый день такое увидишь, мне нужны доказательства, когда я буду рассказывать подружкам о своих приключениях. Он слегка приподнимается на локтях: - Я для тебя всего лишь приключение? Алина/Карина слегка пожимает плечами, её лицо принимает задумчивое выражение, и пока мужчина ждет ответа, она делает еще один снимок. - Подойди ближе, раз собралась делать мои снимки. Алина/Карина послушно приближается, приседает, чтобы оказаться на одном уровне с ним, и тут он выхватывает у неё камеру. - Эй! - Не хочу быть просто твоим приключением – он произносит это спокойно, но Алине слышатся нотки неудовольствия, и пока она раздумывает, что Карина ответила бы ему, он подхватывает её и сажает к себе на колени. Его руки крепко держат её бедра, - Хочу быть как минимум самым запоминающимся приключением в твоей жизни, Карина. Юрий хмыкает, и девушке снова думается, что он знает, что это ненастоящее имя. Должно быть, она просто меряет всех по себе и своей паранойе. Поэтому Карина обхватывает его шею руками, задумчиво закусывает губу и серьезным тоном продолжает: - Тогда тебе нужно очень постараться, Юра, - и игриво кусает его за нос, их смех раздается на поляне, когда мужчина внезапно резко поднимается, не выпуская девушку из рук и начинает её кружить. Они дурачатся так достаточно долго, Юрий позволяет ей забраться себе на спину и возит её под сумрачным небом на небольшой поляне, как маленькую девочку. Алина чувствует себя невероятно счастливой, в детстве у неё было мало таких моментов, она и подумать не могла, что снова почувствует себя так, с ним! Рядом с этим серьёзным загадочным мужчиной! Не могла и догадываться, что в нём есть что-то от озорного мальчишки. Что в нём есть ещё? Девушка хотела изучить как можно больше его сторон, прежде чем всё рухнет. Оставшаяся часть ночи проходит более романтично, они сидят плечом к плечу, кутаясь в один плед, провожая закатное солнце, выискивая знакомые созвездия на небе, попивая горячий кофе прямо из термоса, заедая его каким-то сахарным печеньем. Алина совсем не против, у неё еще не было такого опыта, ночь кажется на удивление теплой, тратить время на сон кажется преступлением. Поэтому Алина делает снимки природы, пытается фотографировать их, но Юра все время прячет лицо за её макушкой, не давая сделать нормальную фотографию, в конце концов, девушка сдается и до самого рассвета они болтают ни о чем и обо всём: решают философские вопросы, обмениваются опытом работы со светом, разговаривают о предпочтениях в искусстве, делятся любимыми историями о святых, и Алина внезапно для самой себя рассказывает ему миф старообрядцев о Маре и Яре. Юрий не перебивает её и слушает с неподдельным интересом. - И как много вариаций у этой легенды ты слышала? - Ну, на самом деле только ту, что рассказала. Я где-то читала, что есть и другие варианты, но… - Знаешь сказку про королеву Солнца и Короля ночи? - Нет. - Давным-давно, солнце и луна поспорили, кто должен быть главным светилом у людей. Чтобы решить свой спор, они выбрали двух самых сильных человеческих правителей Яру и Мара и одарили своими дарами, дабы они сразились в поединке от их имени и выяснили, кто главнее солнце или луна. Яра получила в дар вызывать свет в самой кромешной тьме, где бы она не находилась, а Мар получил возможность одним мановением руки опускать тьму в самый светлый день. В день, когда они сошлись в поединке, небо озарилось красным, а луна закрыла собой солнце. Но силы их были равны, никто не мог победить. Разошлись они на время, каждый в поисках новой силы. Мар обратился к злой ведьме, она помогла, но добавила, что цена будет велика, но Мара не волновало это. Ведьма подарила ему возможность создавать монстров из собственной тени. Снова сошлись два правителя в поединке, выиграл Мар бой, но потерял часть своей души. Осколок его души после боя подобрала Яра, и таким образом увеличила свои силы. Снова вызвала она на бой своего противника, и в этот раз приумножив свою силу его собственной, была беспощадна и смогла пронзить его сердце. С тех самых пор, солнце считается главным светилом. - Что-то не похоже на сказку. Нет ни поучительной мысли, ни обычных сказочных сюжетных поворотов, где же мораль, ну или счастливый конец? Почему именно они? Где объяснение всего сюжета? – Алина недовольно морщится. - Тебе не понравилось? – Юра ехидно улыбается. Девушка отрицательно качает головой: - С чего бы. Еще одна грустная история о силе и о её цене. Что отдала Яра за силу? - Как что? Разбитое сердце. Ведь несмотря на то, что Мар был её противником, она его любила. - А Мар? Он любил Яру? Если да. То почему так яростно сражался? - Потому что было то, что он любил больше: свой народ, свои земли, а Луна была коварна, превратив его в Короля ночи, она обещала его земле, его людям за поклонение и победу вечное царствие и вечное благополучие. Ни болезней, ни войн. - Тогда я совсем ничего не понимаю. Из тебя плохой рассказчик. - Я рассказал тебе самое главное. - Но разве самое главное - это не любовь? - Нет, самое главное – это цена поражения. - Я не согласна. Любовь – наша главная движущая сила. Сила без любви скучная и обезличенная власть, цена которой – одиночество. Считаешь меня наивной? Юрий нежно касается её лица, в уголках его губ прячется улыбка: - Может быть немного, но мне не хотелось бы, что ты теряла эту черту. Особенно из-за меня. После этого он просто обнимает её долго и нежно, девушка утыкается ему в шею, и с наслаждением вдыхает родной запах морозной свежести и цитрусовых. Возвращаются они домой ранним утром. Бессонная ночь мешает девушке сосредоточиться, и она почти спит всю обратную дорогу в машине, удивляясь, как Юрий вообще держится на ногах. - Ты какой-то робот? «Или у тебя есть волшебный эликсир?» — говорит она сквозь сон. Она не видит, но почти уверена, что мужчина улыбается: - Мой волшебный эликсир кофе, и я сейчас поеду домой отсыпаться. Чего и тебе желаю. Ответ Алина уже не слышит, и просто мирно посапывает на переднем сиденье. Юра осторожно поправляет ей голову, чтобы шея девушки не затекла. Когда они прибывают к дому Жени, девушка отказывается просыпаться, не помогают ни ласковые уговоры, ни легкие касания, Карина спит беспробудным сном, словно какая-нибудь царевна из сказок. В отсутствии информации о номере квартиры, мужчина вздыхает и решительно разворачивает машину, направляя её к своему дому. *** Алина чувствует, что просыпается, но глаза открывать совсем не хочется, часть её еще пребывает в объятиях сна, в котором солнечная королева идет под руку с королем ночи, поглаживая его монстров. С трудом разлепив глаза, девушка видит перед собой незнакомый потолок. Он такой же белый, как и Женин. Но почему-то располагается гораздо выше. Девушка недоуменно поворачивает голову и с удивлением обнаруживает на соседней подушке Юрия. Мужчина выглядит безмятежным, одна его рука согнута в локте и наполовину спрятана под подушкой, другая просто лежит вдоль тела, которое закрывает легкое одеяло, Алина видит обнаженные ключицы, и ей очень интересно узнать, спит ли он полностью обнаженным, или нет. Но это будет неправильно, поэтому она сосредотачивается на том, чтобы рассмотреть его спящее лицо. Оно повернуто в её сторону, что очень удачно для тайного разглядывания. Девушка хорошо видит, что за ночь щетина отросла еще сильнее, рот слегка приоткрылся, на подушке след от слюны! «Так он всё-таки человек!» Но вот ноздри никак не выдают, что их хозяин дышит, длинные черные ресницы красиво обрамляют глаза, а родинка под правым глазом всё так же соблазнительно очаровательна. Брови Юры слегка взъерошены, а идеально зачесанные волосы небрежными прядями расположились на подушке, челка падает на глаза. Алине очень хочется прикоснуться к его профилю: очертить линию скул, проверить не нарисована ли эта чертова родинка, что почти ей грезится, прикоснуться к губам, узнать, насколько жесткой стала его щетина, насколько бархатная его кожа на мышцах, но она этого не делает, потому что боится его разбудить. Вместо этого девушка решает осмотреть себя: она обнаруживает себя под таким же одеялом, что и Юра, на ней футболка, белая, явно не её, но собственное белье, врезающиеся ей в кожу после сна, она чувствует явственно. Алина пытается восстановить картину прошедшей ночи, но как девушка не силится, она не может вспомнить ничего, что с ней происходило после того, как она закрыла за собой дверь машины. Алина тихонько вылезает из огромной кровати и направляется на поиски душа и еды. Ванная комната находится очень быстро, буквально за соседней дверью, темно-синяя плитка покрывает стены, а черная – полы, напротив двери большая белая ванная с душем, рядом туалет, ближе к двери такая же белая раковина, над которым висит зеркало с полочками, где девушка находит всё необходимое, чтобы привести себя в порядок. Алина с удовольствием смывает вчерашний запах гари и травы подставляя лицо под струи горячего струи, потом находит запасную щетку в белом навесном шкафчике над раковиной рядом с большим зеркалом и чистит зубы, и наконец-то чувствует себя человеком. Девушка не знает, где её одежда, да и её искать особо не хочется, поэтому она с удовольствием возвращает своё тело в огромную футболку Юры. «Интересно, могу ли я называть его своим парнем? Нет, лифчик пока надевать не буду, и так всю ночь в нём проспала, надо дать телу отдохнуть от этих стягивающих лямок. Так, теперь пора поискать кухню» То ли Алина не настолько шумит, то ли Юра слишком устал. По крайней мере, когда девушка наконец добирается до кухни и начинает там хозяйничать, никто её не беспокоит. При первом же взгляде на кухню Алина приходит в восторг: она большая, удобная, много полок, но почему-то ей совсем не составляет труда понять, что где лежит. Самая главная достопримечательность, кофеварка, конечно же, манит её к себе и даже кажется задорно подмигивает ей, и Алина не может противостоять её зову. В холодильнике девушка находит сливки, молоко и лёд, и решает сделать холодный латте. Лучший напиток в жару. На завтрак, он же поздний обед, а может даже ужин, поскольку стрелка часов красноречиво указывает на 16 часов дня, «Святые, сколько же я проспала?!», девушка решает нарезать нехитрый салат из имеющихся фруктов и сделать омлет с беконом. Когда Алина заканчивает греметь посудой, загружая грязную в посудомойку, появляется Юра, в одних трусах, больше похожих на шорты, и всё же, девушка явственно всё подмечает, благо зрение у неё идеальное. При виде его скульптурного тела против воли Алина начинает краснеть, приходится срочно закусывать губы и отворачиваться, чтобы не выдавать свои настолько очевидные эмоции. Юра подходит к ней сзади и утыкается ей в макушку. Алина замирает, когда понимает, что он вдыхает запах её волос, а потом спускается ниже, отводит её еще не до конца высохшие пряди, она чувствует его дыхание на своей коже, и понимает, что щеки предательски заалели ещё больше. - Ммм… пахнешь как я. Непривычно, - он разворачивает её к себе. - Но мне нравится. Хорошо спала? Алина сглотнула бы, но Карина спокойно улыбается и отвечает: - Вполне. А ты? Я тебя не смущала? - Чем? Думаешь не храпела ли ты? - Осторожно, я могу оставить тебя без завтрака, который плавно превращается в ужин. - Ну тогда, я должен вести себя как паинька? И заслужить? Алина/Карина кивает, она всё еще зажата между ним и кухонной стойкой, Юра запер её в этом положении, одна его рука покоится на столешнице, а другая аккуратно играется с её волосами. Девушка старается смотреть ему в глаза, но он слишком высокий и всё еще без рубашки, так что её глаза невольно скользят то по его губам, то по грудным мышцам, то спускаются еще ниже к животу и его четко-очерченному прессу, ей очень хочется прикоснуться к его обнаженной груди без единого волоска, проверить насколько гладкая его кожа, вдохнуть её запах, но может быть еще рано, может быть она не готова к последствиям, так как понимает, что вряд ли остановится лишь на этом, потому что он сводит её с ума, потому что она хочет его так сильно, что в области живота рядом с ним всегда услужливо стягивается тугой узел, который может прорваться неприличным вздохом. Юра тоже её рассматривает, а как иначе, она чувствует его взгляд на своей коже, пусть она и облачена в его футболку, девушке кажется, что он прожигает её насквозь. А потом он внезапно нежно гладит её по волосам, целует лоб и разворачивается в сторону выхода: - Пойду накину что-нибудь. - Но такая жара, и это твой дом, ты не обязан. Он на секунду оборачивается, недоверчиво смотрит на неё: - Карина, не переживай, я не собираюсь таять от ЖАРЫ. Юра выделяет последнее слово, и Алина видит, как в его глазах беснуются искорки, она снова вспыхивает и поспешно возвращается к раскладыванию их нехитрого меню по тарелкам. Когда они заканчивают их завтрак/обед/ужин, Алина наконец выясняет подробности того, как она оказалась в квартире Юры, а он устраивает ей экскурсию по своему жилищу. У мужчины вещей мало, но при этом квартира не выглядит обезличенной и кажется девушке очень уютной. Взгляд её все время кружит вокруг него, Юра, к её сожалению, одет в футболку и шорты, и она больше не может беспрепятственно изучать рельефы его тела, искать родинки на груди и руках, ей бы не думать об этом, но не получается, особенно, когда мужчина сам всё время невзначай касается её. Руки, талии, плеч или волос, изредка оставляя целомудренные поцелуи на её пальцах, или виске. Девушка понимает, почему он не пытается поймать её губы, которые настойчиво лезут к нему с вопросами о каждой мелочи в квартире, о каждом предмете искусства, который она замечает. С одной стороны, она ему благодарна, но с другой ей бы хотелось, чтобы у него тоже сносило от неё крышу, чтобы он был менее терпеливым, чтобы не ждал, когда она сделает первый шаг, давая согласие на большее. Алина/Карина ведь, на самом деле, хочет ощутить его близость по-настоящему, физически, прочувствовать, какого это будет быть с ним одним целым, узнать, каким он будет с ним, как будет двигаться, что будет делать, что позволит. Но она молчит и лишь косится на его губы, или жилку на шее, на его бедра, длинные тонкие пальцы. Они заканчивают осмотр квартиры его кабинетом, таким же сдержанным и упорядоченным, как и его хозяин: на стене небольшая книжная полка, заполненная доверху, стол, кресло – вот и вся мебель, все папки на своих местах, ручка лежит строго в углублении предназначенным точно для неё между записной книжкой и ноутбуком, ничего лишнего, ни соринки, даже бумажки упавшей Алина не может найти. - Я думаю, тебе пора, Карина. Уже вечереет, твоя подруга, наверное, волнуется. Если ты опять тут нечаянно заснешь, я боюсь, что не смогу тебя разбудить. Я отвезу тебя. – Юрий говорит это и ласково гладит по голове. - Ты так хочешь, чтобы я уехала? – девушка задерживает его руку на своем лице и сокращает и без того небольшое расстояние между ними. Он нежно берет её лицо в свои ладони и целует, сначала осторожно, потом более властно, в конце концов, Алина чувствует, как её спина врезается в стену. От его поцелуев кружится голова и подгибаются колени, но его руки поддерживают её за талию, она ощущает жар от прикосновений его пальцев на своей коже. Девушка чувствует, как горячая волна поднимается по всему её телу, прямо в голову, а потом скручивается внизу живота в томительной сладости, требуя большего. Он на секунду отстраняется от неё, а в следующее мгновение, его рот с какой-то упоительной страстью тянет её нижнюю губу, оставляет легкий укус на подбородке и шее. С губ Карины/Алины слетает какой-то непонятный звук, похожий на мурлыканье кошки. Юра продолжает целовать её шею, поднимаясь выше. Она чувствует его губы, его разгоряченное дыхание, его желание, тело девушки покрывается мурашками, а затем она замирает, когда понимает, что он остановился: - Теперь ты понимаешь, чего я на самом деле хочу? – шепчет он ей в ухо, от его слов внутри всё сжимается от вожделения, не в силах что-либо сказать, она просто кивает – Именно, поэтому, тебе пора. Юра отпускает девушку, тянется к краю её футболки, чтобы поправить, но Карина/Алина перехватывает его руку и кладет её на свою обнажившуюся талию. - Ты не спросил, чего хочу я, - Алина произносит это ласковым шепотом, с нежностью проводя кончиками пальцев по низу его живота под футболкой, - А я очень хочу остаться здесь и очень хочу, чтобы ты продолжил с того места, где мы остановились. - - Ты уверена? - Абсолютно. Он больше не спрашивает, подхватывает её на руки и относит в спальню, по пути нашёптывая что-то крайне неприличное. От одежды они избавляются быстро. Несколько секунд Юра просто разглядывает Карину во все глаза, задерживаясь на каждом изгибе её тела, изучая все округлости, проводит пальцами по её матовой слегка святящейся в неярком свете коже. Взгляд его темных глаз, нежные касания пальцев заставляют Алину плавится, она чувствует, как слабеет её воля, как из головы улетучиваются все мысли, кроме одной. Она хочет его, хочет Юру, который словно является воплощением древнего равкианского Бога с картин прошлых столетий. Святые, думать об этом так греховно, но она не может остановиться. Вот он стоит перед ней совершенно нагой, широкие плечи, рельефные мышцы рук, почти скульптурный пресс, взгляд устремляется к области паха, рот невольно открывается. Мужчина выглядит совершенством. «Святые! Таких не бывает!». Алина чувствует, как что-то в ней меняется под его темным властным взглядом, как остатки силы воли покидают её, и девушки практически готова сделать всё, о чём он попросит. Мужчина подминает её под себя и накрывает своим телом. Созерцание чистой естественной красоты её девичьего стройного тела заводит его достаточно сильно, чтобы он почти забыл всякое благородство или осторожность. Но только почти. Юрий аккуратно обводит линии её тела, целует её выпирающие ключицы, ласкает грудь, постепенно спускаясь ниже. Он чувствует, как тело Карины/Алины податливо отвечает на его ласки, становясь более возбужденным, девушка часто дышит, закусывает губы, из последних сил, стараясь сохранить подобие контроля. Но очень скоро она сдается, с её губ срывается первый стон, затем еще и еще. Сдерживаться больше нет смысла, и она полностью растворяется в его нежных руках, позволяя ему делать все те мыслимые и немыслимые вещи, которые не покидали голову девушки с момента их встречи. Здесь на этой кровати есть только они, такие какие есть, имена и роли не важны. Сейчас и здесь они только мужчина и женщина, инь и ян, которые стремятся стать единым целым, раствориться друг в друге и своих желаниях.