Грань стёрта, остались мы

Свобода. Переезд. Они наконец-то избавились от всех, кто мешал и теперь живут счастливо, в любви и согласии. Всегда вместе. В радость, печаль, во время отдыха, во время самой тяжёлой и ответственной работы. Так будет всегда, чего бы это не стоило. Казалось бы, всё отлично, что может пойти не так? Обстоятельства прекрасны, работа есть, а главное, они вместе. Рядом. Верные друг другу, не способные более прожить жизнь иначе. Всё, что могло помешать это болезнь. Психологическое расстройство, связанное с детской травмой почему то начало прогрессировать. От чего? Не знает никто. За довольно привычными бестиями, отзывающимися не имеющими оболочки голосами, слышными только их «владельцу» последовали и галлюцинации, постепенно усиливаясь, становясь гораздо страшнее и правдоподобней. Иногда мир и вовсе плыл перед глазами, оставляя на едине с размытыми образами, отголосками сознания и воспоминаниями, не внушая надежды выйти из этого состояния. Кроме того, сумасшествие, психопатия, желание расправиться с кем нибудь, при этом совершенно не важно, кто под руку попадётся, тот и будет следующей жертвой. И теперь это даже не ради денег. Теперь, всем знакомый, безобидный художник уже не тот. Маньяк, не больше. Рисунки на стенах всё ещё оставались, вот только краска натуральнее стала. И красная вся. Казалось, от того человека ничего не осталось. Как будто та сущность обратилась в невесомый пепел, не оставив ни следа после себя, но это не так. Не смотря ни на что, он продолжал любить Бенджамина. Кажется, он полюбил ещё сильнее. Больше не мог без него. В отсутствии последнего луча света даже за считанные минуты может снова накрыть это вязкое безумие. А что если он отсутствовал часами? Не редко на одного человека в мире меньше, состояние хуже. Стоило ему вернуться, рыжий прижимал его к себе, иногда брал на руки, говорил, что никогда не отдаст никому и никогда не бросит, не предаст. Он улыбался, смеялся и даже плакал от счастья, когда Бендж находился рядом.

. . .

23 октября 20** года.

9:02

-Утро. Я проснулся один. Где же он? Наверное, ушёл куда-то. На глаза попался какой-то кусочек бумаги. Развернув его, я заметил записку, явно принадлежащюю Бену.- |"Я ушёл в магазин, за продуктами. Если проснулся один, прости, что не взял тебя с собой. Ты просто спал крепко, наконец-то. Не захотелось будить тебя. Постарайся держать себя в руках, потерпи немного, я скоро вернусь. Люблю тебя."| -Как же мило. Он просто не захотел меня тревожить. Эх, вот бы прямо сейчас обнять его, зарыться в мягкие волосы. Как хочется просто снова забыть этот мир, чтобы остались только мы вдвоём. Ты, и я.- Граундс «расплылся» в улыбке. Уголки губ приоднимались выше, взгляд счастливее. Он уставился на записку, перечитывая, представляя, как Бенджи набросал этот текст, как положил бумажку на тумбочку. Его руки… такие светлые и нежные. Их прикосновения помогали в тысячи раз сильнее, чем любые препараты… Забывшись в своих мыслях, не дающих окончательно сойти с ума он даже не заметил, как голубенький вернулся. Почувствовав, как его обняли со спины Пико сразу же принялся ласкать любимые руки. Оглаживая большими пальцами тонкие запястья, даже пару раз мимолётно прикоснувшись к ним губами. Рыжий повернулся, Бен подметил его усталый, томный взгляд. Он расставил руки, как бы подзывая к себе, призывая обнять. Большее по размеру тело сразу оказалось заключено в кольцо тонких рук. Граундс уткнулся в плечо возлюбленного носом, а после, кажется уснул. Видимо, ночью снова кошмары снились.

. . .

В последствии Фиарест постарался как можно реже покидать возлюбленного, по возможности таская его с собой везде. Конечно, попытки приёма у психолога всегда были каким нибудь анонимным, ибо каждый раз врач без сомнений утверждал, что это неизлечимая шизофрения с психопатией, и не забывал упомянуть, что требуется госпитализация. Некоторые даже прямо говорили, что в таком состоянии человека только в психушке запереть, да и всё там. Но, вы, наверное и сами понимаете, что от этого лучше не будет.

Видимо, не все приёмы оказались анонимными.

. . .

Обыкновенное утро. Бен лениво раскрыл слипшиеся за ночь глаза. Постель всё ещё отдавала теплом, но Пико, видимо ушёл куда-то. В какую нибудь соседнюю комнату, не трудно догадаться. Рыжий, впрочем часто просыпался раньше Бенджа, странно, ведь засыпал позже, и спал в общем меньше нормы. Но, иногда попытки успокоить его, помочь нормально заснуть не оказывались бессмысленными. Он часто говорил, что рядом с Бенджамином чувствует себя спокойно, хорошо, чувствует, что никакая тварь, проявление его сознания его не достанет. Ничего больше не помогало. Он равнодушно, иногда даже с ненавистью относился ко всем, кроме Бена. Даже к тем, кто был дорог раньше. Он мог позволить себе расправиться с кем угодно, кроме Бена. Если его не станет, рыжий попросту не сможет жить дальше. Он раньше был уверен, что любит его так, что сильнее некуда, но как же сильно он ошибался… Теперь складывается ощущение, что он просто зависим. Что это какая-то аддикция. А ведь он и правда был необходим. Он постепенно потерял интерес ко всему, кроме Бена.

. . .

Голубенький лениво поднялся на кухню, полагая, что Пико находится именно там. Нет.

-Может, он в гостиной? Хотя, странно, зачем ему бы туда идти?

Реальность оказалась ещё более странной. Его и там не было. В ванной тоже. Где он? Как на зло, его телефон лежал на тумбочке, а значит, Пико ушёл без него. Что ж, оставалось только ждать. Ждать его возвращения. Звук вошедшего в замок ключа, провернувшегося до упора. На пороге стоит Пико с бумажным пакетом в руках. Он проходит на кухню, ставит покупку на стол. Бен понял, что возлюбленный купил ему немного булочек с корицей, зная, что они ему нравятся. Голубенький заключил в объятия Граундса. —Пи-ико. В ответ лишь хриплый смех. До боли родной, до боли знакомый. —Ты вышел на улицу? Один? Всё хорошо?

Хех, милый, я просто хотел порадовать тебя. А так, всё прошло нормально.—

Пока говорил, Пико гладил Бенджа по голове, перебирая длинными пальцами густые и мягкие волосы, улыбался. Выглядит спокойно, это явно хорошо. Голубенький прижался к возлюбленному, приобняв за плечи. — Спасибо огромное. В ответ мимолётный поцелуй в лоб. Как тепло, уютно. Как обычно. Так всегда, когда они рядом друг с другом. Но, к сожалению, блаженство не бесконечно.

. . .

Резкий звонок в дверь. Довольно громкий, противный звук распространился по квартире, отражаясь еле заметным эхо от стен. Без какого либо желания Граундс отпустил Бена, направился к двери, ибо, если стучат, значит кто-то из них кому-то нужен, но не ошиблись ли адресом? Может быть, потому, что «в гости» никого не ждали. Открыв замок рыжий ожидал увидеть там кого угодно. Но только не того, кто стоял там на самом деле. Врач. В белом халате. Он начал говорить, видимо из какой-то вежливости не переступив порог. -Здравствуйте, я прибыл из психиатрической больницы номер ***, если мы не допустили никакой ошибки, в этой квартире проживает психически не здоровый человек. Он ещё достаточно давно стоит на учёте, вот, только сейчас состояние, судя по всему стало хуже. Есть ли в квартире кто-то ещё? Бендж направился с кухни в прихожую, информируя о своём существовании. —Вы Бенджамин Фиарест, верно? В знак согласия он просто кивнул. Всё же, голубой всё-таки предчувствовал что то не хорошее. Раньше такого обычно не бывало, но сейчас мед.работник не вызывал вообще никакого доверия, а наоборот. Опаску, предостерижение, и, почему то даже лёгкое отвращение. —Можем ли мы поговорить на едине?

Да.—

Бен ответил очень сухо, понимая, что в такой ситуации лучше не отказывать. Рыжий скрылся где то в другой комнате, по просьбе мед.работника. —Человек, проживающий с вами - Пико Н.Граундс, не так ли? Теперь, Бендж начал дрожать, хоть пока что ничего и не произошло. Он желал просто прогнать невинного гостя и вернуться к нормальной жизни. Но, к сожалению это было бы слишком странно, не адекватно. Он старался держать себя в руках из-за всех сил.

Да, так и есть. А что?—

—Нуу.. Как бы это объяснить попроще? Человек психологически не здоров, нельзя просто так это оставить. В таком состоянии он может нанести вред себе и другим. Так что, требуется лечение.

Всмысле?—

Тело затряслось сильнее. То ли от страха, то ли от злости. Самый, что ни на есть настоящий поток негативных эмоций. Всё же, преобладало беспокойство. —Госпитализация. Скорее всего, временная.

Скорее всего?—

—Ну, психологическое состояние полностью не изучение, насколько тяжёлое сказать точно нельзя, но, вряд ли это плохо закончится. Мед.работник улыбнулся, скорее всего фальшиво, может быть скрывая то, на сколько ситуация безнадёжна. Заметив рыжего рядом, мужчина решил задать ему вопрос. —Вы согласны на какую либо терапию? Ваше состояние... Граундс перебил врача.

Нет.—

Голос звучал спокойно, интонация явно ничего не выражала. —Но..

Нет, не хочу это даже обсуждать.—

Пико так же сухо не дал врачу договорить. Он был уверен в своём ответе, и прав. Ничем хорошим это не закончилось бы. — Вам будет полезно лечение, ваша психика нестабильна. Бен, которому это, мягко говоря надоело вмешался в разговор.

Он же вроде чётко сказал, что не согласен!? —

—Психическое состояние нестабильно. Это считается обязательным, такое нельзя просто так оставить. Мы вынуждены его забрать.

—Нет! Он никуда с вами не пойдёт! Верно?

Пико мягко улыбнулся. —Так и есть, милый.

Ну, вот! Человек сказал, что не согласен. Значит, никакого права забрать его у вас нету! Здоровье, как психологическое, так и физическое это личное, я считаю, каждый имеет право сам распоряжаться им!—

Мед.работник ответил. —Это ни к чему хорошему не приведёт. Госпитализация обязательна...

Нет! Я никому не позволю забрать его, а уж тем более вам. Не разрешу вам мучить его там, в своём аду! Знаю я вас. Невинный, официальный вид ничего вам не даёт.—

Мужчина был, мягко говоря удивлён от такого заявления. —Но, ведь..

—НЕТ!

Бендж более или менее успокоился, перевёл взгляд на Пико.

Ты точно решил?—

—Да.

Ну, тогда чтобы спокойно быть вместе, для того, чтобы за тобой снова не приехали, мы должны стереть все данные.—

Бенджамин обернулся и с улыбкой посмотрел на врача.

И устранить свидетелей.—

Несколько секунд напряжённого молчания. А после, Бен схватил кухонный нож, самый острый, самый большой, что только был. Он перерезал горло мед.работника, тот, выплюнув и откашляв кровь повалился на пол, без каких либо признаков жизни. Голубым, обычно таким счастливым и невинным "комочком" сейчас двигали страх и ненависть. Страх потерять любимого, и ненависть к тому, кто собирался его забрать. Захотелось растерзать это тело, разорвать на куски, выпотрошить. А ведь никто и не мешает. Пырнув ножом в живот мёртвого врача, Бендж принялся вскрывать его, желая получить доступ к внутренностям. Кожа с мясом беспрепятственно расступились пред металлическим лезвием. Пол был уже перепачкан кровью, но ковра не было, не трудно будет отмыть его. Бен принялся руками выдирать органы наружу, обрывая кровяные сосуды и нервы, выкидывая их на пол. После, лезвие прошло в ногу, как можно сильнее отделяя её от остального тела, к сожалению, не сумев разрубить кость. Со второй ногой произошло совершенно то же самое. Взаимодействуя с руками голубенький решил вскрыть вены на внутренней стороне, интересно было посмотреть, что там. Большое количество крови лилось на пол, а Бендж не останавливался, желая бóльшего. Он даже пожалел, что сначала убил его, ибо мужчина, чьё имя так и не стало известно сейчас не чувствует всего этого. Он улыбался, продолжая крошить тушу на куски. Отбросив нож в сторону, он старался делать это пальцами, пролезая ногтями под кожу. Граундс стоял рядом и с восхищением глядел на Бена. Он был весь перепачкан кровью, это отлично сочиталось с его изначальной невинностью. Алая, не успевшая приобрести цвет, больше напоминающий ржавчину вязкая жидкость покрывала часть голубых волос, светлую кожу, это выглядело весьма контрастно. Рыжий подошёл и приобнял Бенджамина со спины, залезая одной рукой под футболку, оглаживая нежную и гладкую кожу, поцеловал его куда-то в мочку уха. Тот расслабился, успокоился, отстал от трупа. Бендж приподнялся с пола, заключил Пико в свои объятия.

Я люблю тебя, и никогда никому не отдам.—

Граундс улыбнулся. —Я тоже люблю тебя, очень сильно. Бен прижался сильнее, ласкаясь о его грудь, шею. Рыжий гладил его по спине.

А о том, куда они денут тело, как обратятся к какому нибудь хакеру, чтобы тот стёр все данные о Пико (к счастью такой знакомый, а точнее знакомая имелась), как расправятся с остальными сотрудниками психушки они решат позже.