Часть 24, в которой Грейфия видит, что все идет не по плану, у всех
8 ноября 2022 г., 20:37
Грейфия Люцифуг не знала, чего и ожидать от ситуации, сложившейся перед ее глазами.
С одной стороны, младшая сестра ее мужа, в каком-то смысле — хоть это и не было правильно с генеалогической точки зрения — ее племянница, взросление которой сама ферзь наблюдала еще с момента, когда маленькая Риас пугалась новых людей и беззубо говорила «здласте» самой Грейфии, хотя виделась с ней почти ежедневно. Невозможно было для демоницы не переживать за ее младшую почти-родственницу — невозможно было не чувствовать ничего к ней и не поддерживать ее в ее жизненных трудностях. К тому же — сама ситуация была для Грейфии все же достаточно дикой — организованный брак между двумя родами демонов был напоминанием о не до конца вытравленных порядках старой аристократии в рядах нового общества демонов, того, что она когда-то попыталась построить с нуля на остатках уничтоженного гражданской войной Ада. К тому же — кому как не самой Люцифуг было знать о том, какая на самом деле была любовь неожиданная, но прекрасная вещь — и не просто борьба с ней, а попытка заменить ее на обыкновенную сделку с целью получения «подходящих потомков», как породистых щенков… Это сводило ей зубы — даже если она не давала эмоциям проявиться на ее лице.
Люцифуг перевела взгляд с красноволосой девушки на иного демона, находившегося в комнате.
С другой стороны — Райзер Фенекс, восходящая звезда рейтинговых игр, сильный даже по меркам высших демонов, с заделом на становление ультимейт демоном, юноша, дурак и сволочь и вполовину не такая ужасная, как о нем думают Риас и Сазекс. Жертва не меньшая, по сути, в этой ситуации, чем Риас, однако ввиду гораздо более слабой позиции — третий сын вместо наследницы, нет Люцифера-брата и давление родни — неспособный противостоять повелению своей семьи. Райзер, быть может, и не был ее близким членом семьи, как Риас — однако его поведение было значительно менее истеричным в том, что касалось будущей свадьбы — а также более вынужденным, поскольку не покрывалось его могущественными и до безумия восторгающимися им родственниками на главных государственных постах.
Обе стороны были жертвами в каком-то смысле — и оба были по-своему правы. Однако, если следовало Грейфии посмотреть в глаза правде — она также могла бы назвать этих двоих — двумя идиотами-подростками, настолько занятыми переживаниями их персональных «концов света», что те были неспособны даже скооперироваться и попытаться разрешить проблему, а не только бесконечно переживать по поводу своего неизбежного отвратительного будущего.
И, строго говоря, не то, чтобы сама ситуация была столь ужасна — их союз был нужен лишь двум главам демонических родов, так что организовав свадьбу «новобрачные» вполне могли поделать вид пару лет — сущие пустяки по меркам бесконечно живущих демонов — позволив обоим родам прийти к соглашению касательно их будущего — после чего, в случае, если искра между ними все же не вспыхнет — мирно разойтись, ни разу и не попытавшись исполнить «супружеский долг».
Однако так спокойно сама Грейфия могла рассуждать только с позиции своего опыта — если же брать молодых демонов, чей жизненный срок составлял всего полтора десятка лет — в то время, как самой Люцифуг дольше служило ее любимое платье — то для них ситуация выглядела так, будто бы одна попадала в сексуальное рабство, а для второго — будто бы после этого его запрут в башню и отберут всякую возможность общаться с миром иначе, чем через красноволосого надзирателя. Глупость — но именно такие глупости и делали молодость незабываемой.
И все же, сама Грейфия изначально предполагала, что если подростки и не смирятся — они попытаются как-то решить этот вопрос совместно. Увы, нет — оба оказались достаточно твердолобыми для того, чтобы предположить, что человек лишь косвенно втянутый в саму ситуацию окажется их главным врагом. Конечно, это чуть расстроило Грейфию — она все же верила в умственные способности Риас, однако это лишь значило, что девушка — ну и парень тоже — обратятся к более проверенным способам. Риас, безусловно, попросит своего брата — и тот, как всегда, сколько бы раз не говорил про то, что в этот раз Риас обязана была разобраться со всем самостоятельно — потек бы от умильных глазок и махом бы решил ее проблемы. Райзер, конечно, таким мощным козырем не обладал — однако по информации самой Грейфии — а доверять ей стоило, поскольку источником слухов для королевы разрушения была тайная стража Ада — Фенекс обладал сильным влиянием на свою мать, та, в свою очередь, на своего мужа — ну, а у мужа хватит возможностей пресечь ненавидимый брак.
Однако, когда выяснилось, что Риас не воспользовалась самым очевидным вариантом — да и Фенекс не спешил обращаться к родителям — Грейфия оказалась в недоумении. Конечно, просто так, возможно, подобные манипуляции старшими бы и не прошли, однако вряд ли они грозили бы большим, чем серьезным разговором и лишением мороженого на год. Однако, как знала сама Грейфия — самое страшное чудовище для детей — это злые родители. По крайней мере иначе Люцифуг не могла объяснить, почему двое не глупых, в общем-то, подростков, сунулись в логово одного из опаснейших существ в мире. Возможно, безвредного, но до безумия опасного.
Грейфия вообще не была настолько уж теоретически подкована в вопросах магии, как не владела столь искусными умениями, сколько концентрировалась на голой мощи заклятий — титул «Королевы Разрушения» приклеился к ней задолго до того, как королева стала официальным рангом. Нет, конечно, она все же была профессионалом и вполне могла читать лекции или вести научные работы в какой-нибудь из известных магических ассоциаций, однако в первую очередь она была практиком. Из этого же проистекала и история ее прошлого поражения в борьбе за титул Левиафана. Да, Грейфия, возможно, была одним из сильнейших магов преисподней и была на одной ступени по разрушительности с ее мужем, официально владевшим самой силой разрушения — однако Серафалл была намного более академично образована и искусна в том, что касалось магических изысканий. Она была настолько искусна, что могла победить даже Грейфию. И она была настолько искусна, что сама Люцифуг безоговорочно доверяла ее суждению относительно магических особенностей существования Иштвана. Она полностью доверяла ее суждению о том, что существо, столь идеально копировавшее человека — но при том не бывшее им и на одну тысячную процента — не могло быть простым существом. Она готова была даже принять идею о том, что в городе Куо поселилось существо с силой, потенциально превосходящей суммарную силу всего Ада, способное конкурировать с двумя концептуальными существами, воплощавшими собой сами основы мира.
Однако, что Грейфия не могла принять — так это то, что существо, способное по желанию испепелить весь город вместе с ней самой и обеими командами высших демонов, включая их самих, появится на, казалось бы, небольшой перепалке двух поссорившихся подростков.
Грейфия перевела взгляд на последнюю сторону конфликта, оказавшуюся в комнате.
Иштван Батори. Информация отсутствует, данные наблюдения отсутствуют, указания: отступить, не вступая в контакт.
Грейфия была готова, что Риас потребует своего брата вмешаться. Была готова к тому, что та сбежит из Ада. Готова была даже к тому, что та попытается подослать убийц к Фенексу — ох, эти молодые годы в демоническом обществе! Однако к тому, что побоявшись идти к до безумства влюбленному в сестренку брату, наследница Гремори решится вступить в контакт с сущностью для нее настолько чуждой, что даже с точки зрения магов, контактирующих с настоящими богами — ее следовало бы называть Старшим Богом — Грейфия была не готова.
С ее точки зрения сунуться в Часовню Батори и попытаться заключить сделку с ее хозяином касательно нежеланной помолвки — было все равно, что попытаться прорваться в межмировую пустоту и договориться с Великим Красным, чтобы тот поделился с ней утерянным рецептом блинчиков из какой-нибудь мертвой религии, знания которой он наверняка поглотил. Самое абсурдное, однако, с этой стороны? Иштван Батори на предложение ответил и согласился.
Грейфия была, безусловно, не самым выдающимся экспертом в области магической теории и не входила даже в десятку самых одаренных магических сенсоров. Однако входила в двадцатку — и вполне спокойно могла учуять замаскированного ангела с расстояния в несколько километров, поэтому она никогда не жаловалась на свое магическое чутье, всегда даровавшее ей возможность глядеть сквозь самые искусные маскировки, определяя природу людей, магов, демонов, богов — с одного взгляда.
Сейчас же Грейфия смотрела на Иштвана своим магическим чутьем и не понимала совершенно ничего.
Тело существа перед ней было человеческим. Со всех сторон — человеческим, от расширяющихся легких с каждым вздохом и вплоть до шума бегущей по венам крови. Однако при том — оно было больше, чем человеческим. Измененным человеческим.
Грейфия не стала бы утверждать, что она является экспертом в анатомии — однако у нее, возможно, из всех существующих демонов Ада было больше всего боевого опыта, так что она была вынуждена запомнить, как журчит кровь и с каким звуком человек смыкает веки перед неминуемой смертью — проблемы великолепного восприятия демонов и ее отличной памяти.
Существо перед ней было настолько идеальным образцом человека, что оно им быть не могло ни при каком условии.
У всех людей существуют изъяны — одна нога короче второй, хроническое воспаление где-нибудь в пазухе, все, вплоть до редких ресниц на одном глазу, всегда есть что-то уникальное в их теле, нечто неправильное с точки зрения идеала, отхождение от шаблона. Причиной этого является тот факт, что человек — открытая система. Он контактирует с другими, даже когда ему кажется, что это не случается. Естественный радиационный фон заставляет его хромосомы мутировать, свободно парящие в воздухе частицы пыли с осевшими на них микроорганизмами заставляют людей иногда заболевать «совершенно без причины», все, вплоть до попавшегося на пути камня было частью, воздействующей на систему, называемую человеком. Даже демоны, даже полубоги, да даже сами боги не были исключением из этого правила. Иногда они запинались о свою ногу и падали на ходу — обычная повседневная мелочь. Иногда они травились несвежей едой и иногда они обнаруживали, что начали лысеть — просто так, потому, что такова жизнь, что идет своей чередой.
Существо перед ней было настолько идеально в качестве человека, что ни при каких условиях эта мелочь с ним не случится. С ним никогда, ни при каких условиях, ни в одной точке времени не произойдет чего-то «просто так». Он не захочет есть потому, что увидел новую рекламу — и не запнется посреди речи, отвлекшись на другую мысль.
Оно не было человеком. Оно не было демоном. Оно не было даже богом.
Иштван перед ней словно был укутан в саван реальности. Мир вокруг него искривлялся — и не так, как он искривляется от силы существа. Он искривлялся так, словно бы он подчинялся ему. Он искривлялся так, будто бы сам Иштван решил, что тот должен искривляться.
Его тело было пропитано этой реальностью, превращавшей его в настолько идеального представителя человеческого рода, что он не мог быть им никогда и ни при каких условиях. Его суть, его магия, его душа — или что-то, что было у него внутри — было пропитано самой реальностью вокруг него, подчиняясь ему также, как самой Грейфии подчинялись ее магические способности или движения ее тела.
-Полагаю, на этом все? — из размышлений, однако, Грейфию выдернул голос Райзера, с опаской поглядывающего на Иштвана. Более того — тот пусть и пытался держаться уверенно, с позиции многолетнего опыта жены Люцифера, просто кричал о том, что до безумия не хотел даже находиться в этом помещении, в одной компании с Иштваном, да и вообще был не так уж и против помолвки, если это включало отсутствие контакта с существом перед ним. Грейфия понять его чувства вполне могла.
Риас перед лицом Фенекса и, что важнее, Иштвана, также чуть дернула плечами, после чего сглотнула и значительно менее уверенно, чем стоило бы, произнесла, — Полагаю, да.
Опять же, Грейфия полностью понимала и разделяла ее чувства.
-В таком случае, я полагаю, все прибывшие отправятся на арену? — беловолосая переместила взгляд на Иштвана, — Никто не возражает по этому поводу?
Сместив взгляд подобно королеве, два высших демона на встрече точно также вопросительно взглянули на Батори, который, впрочем, лишь доброжелательно кивнул.
-В таком случае, я транспортирую вас на поле игры, — Грейфия медленно и размеренно, словно бы стараясь не спровоцировать существо перед ней, сформировала подходящую магию перемещения под своими руками, после чего медленно указала целями каждого присутствующего демона, кроме нее самой. Затем, аккуратно, та обернула свою магию вокруг Иштвана, однако тот на это никак не отреагировал — и реальность вокруг него податливо изменилась по требованию заклятия Грейфии, так что секунду спустя девушка активировала плетение — и все присутствующие кроме распорядительницы этого матча — ее самой — исчезли из клуба оккультных наук.
Сама же Грейфия вздохнула, после чего, прикрыв глаза, сконцентрировалась на работе.
-Однако факт, что он добрался сюда незамеченным даже перед глазами лучших сенсоров из демонов — достоин восхищения не меньше, чем ужаса, — вздохнула горничная, после чего исчезла и сама, в привычном круге телепортации.
***
Саджи Генширо, конечно, не был самым умным парнем на свете. Будем честными, он не был самым умным парнем даже в его школе. Если говорить особенно откровенно — он может быть даже не был самым умным парнем в команде Риас — а в команде Риас было всего два парня. Однако когда его хозяйка, воплощение демонической мощи, аккуратно рассказывает им про то, что нового гостя всем им не должно не только злить, но даже лишний раз смотреть в его сторону — даже до него дошло, что кем бы ни был их новый союзник — ситуация с ним явно складывалась не такая уж и простая. С одной стороны, конечно, Саджи все же понимал, что на магической стороне жизни настоящая внешность значила не так уж много — для примера, та же Риас, хотя и выглядела не сильнее среднестатистической девчонки — легко могла размазать Генширо, а то и всю свою свиту по земле. С другой же стороны, когда парень впервые увидел перед собой этого страшного парня, Ишвана… Иштана… Иштв… Дал же господь — ай! — имя… Иштвана, вот! , и обнаружил перед собой парня не более, а то и менее внушительного, чем любой знакомый Генширо — а среди них, стоило с сожалением признать, было много не впечатляющих парней — он все же был немного разочарован. Быть может, с логической точки зрения он и понимал не хуже остальных, что если ему было сказано бояться парня, и сказано это было Риас Гремори — то это так и было. Однако он ожидал чего-то более внушительного, чем невысокий худой подросток с повязкой, закрывавшей ему половину лица. -Саджи, — щелкнув несколько раз перед лицом парня, Риас привлекла его внимание, после чего, заметив, как тот отвлекся от созерцания стоявшего парня, сама скользнула по нему взглядом, после чего продолжила рассказывать план, — Райзер — игрок опытный, но самоуверенный — использует агрессивную тактику, ориентируется на индивидуальные бои и обычно распределяет людей на несколько мобильных сильных сбалансированных групп. Бороться с ним в индивидуальных сражениях, принимая во внимание его численное превосходство — чистое самоубийство, однако, все не так плохо. -Тсубаса, ты недостаточно быстрая для того, чтобы встать в пару с Кибой, — синеволосая девушка перед своей хозяйкой чуть развела руками, словно бы говоря «что есть то есть», — поэтому твоя цель сейчас — обеспечивать прикрытие для Акено. Не удаляйся от нее далеко, но при этом старайся держать разумную дистанцию от нее — и от противника тоже. Твоя цель — как можно дольше задерживать врагов, подходящих к Акено — чтобы та смогла накрыть своей атакой противника и вывести его из игры. Понятно? -Со всей ясностью, госпожа, — преувеличенно поклонилась девушка, после чего, дождавшись возведенных к потолку глаз от Гремори, отодвинулась. -Акено, ничего особенного — накапливаешь силу удара, после чего выводишь сразу пару противников мощным кулаком, — Химедзима серьезно кивнула в ответ, — Старайся находиться в постоянном движении, чтобы тебя не смогли быстро вычислить. -Хорошо, Киба, — переведя взгляд на парня, девушка слегка кивнула ему, дождавшись подобного же кивка в ответ, — Ты с Конеко должен выбирать слабозащищенные цели для удара, пользуясь своей мобильностью, а также служить мобильной поддержкой в случае чрезмерного прессинга Акено или меня. -Не подведу вас, президент, — сосредоточенно парень кивнул вместе с его назначенной партнершей. -Саджи, ты остаешься в резерве со мной, — девушка вздохнула, глядя на последнего из ее слуг — конечно, исключая одного особенного члена, не участвующего в данный момент в бою, — Твоя цель — постоянный контроль периметра и дозор, осмотр по периметру базы. В конце, когда нам удастся устранить большую часть противников — вероятнее всего, тобой придется пожертвовать для разведки ситуации, прежде чем мы сможем собраться для нанесения финального удара. -Так точно, госпожа — пожертвуйте мной так, как будет выгоднее всего, — парень перед лицом Риас даже отдал ей честь, ничуть не расстроенный тем, что его сильнейшим и главнейшим вкладом в победу будет быть оставленным на растерзание врагу. Наоборот, если что — он выглядел более довольным, поскольку сама мысль о том, что его деяния могли помочь его команде, друзьям и госпоже — приносила ему радость. -Все все поняли? — Риас улыбнулась своей команде по-матерински, осматривая их перед боем. -Один вопрос, — к удивлению всех присутствующих, однако, вопрос задал не кто-то из них, а новоприбывший. Иштван, до того безучастно смотревший в окно, сместил свой взгляд на Риас и теперь смотрел на нее немигающим взглядом, — Когда заканчивается матч? Гремори чуть повела плечами, после чего чуть-чуть прокашлялась, прочищая горло, и произнесла, — Обычно — до тех пор, пока король не сдается или не выбывает из игры. -Ранение является причиной для выбывания из игры? — Батори вновь безучастно перевел взгляд на вид, открывающийся ему из окна. -Зависит от характера повреждения, — Риас вздохнула, — Но это вполне возможно, если… Не слушая больше пояснений девушки, парень медленно поднял руку, после чего сложил пальцы во вполне определенную фигуру. Большой палец прижат к среднему — так что догадаться что последует дальше было не сложно. Всего один щелчок пальцев — всего один щелчок, довольно тихий, такой, что обычный человек, не обладавший усиленным слухом демонов, его мог и не услышать. Однако, то, что последовало дальше — они услышали все, полностью ясно и отчетливо. -Райзер Фенекс выбывает из игры, — голос Грейфии как всегда был беспристрастен, однако даже в ее холодном тоне явственно ощущалось непонимание, удивление, шок — столь сильные, что они пробивались даже через ее вечный стоицизм, — По условию выбывания короля — Команда Райзера Фенекса проиграла. Команда Риас Гремори победила. -Ха? — все произошло так быстро, что Риас не успела даже понять случившееся. Вот она телепортируется на поле боя, начинает обсуждать стратегию сражения, разрабатывает план, после чего вопрос от Иштвана — и спустя секунду она оказывается вне поля боя, обратно в своей комнате клуба. -Нас что, выкинуло? — Риас ни разу не слышала про подобные казусы, однако, не слышала - не значит не было. В конце концов, это было самое логичное объяснение случившемуся — вопрос от этого существа, затем щелчок пальцев, секундная заминка с какой-то фразой от Грейфии — и они оказываются вне поля боя. -Полагаю, — однако, от размышлений ее отвлек голос Иштвана, оказавшегося рядом с девушкой, — Моя часть сделки выполнена. В таком случае — дело за тобой. Выполнена? Риас несколько раз моргнула, прежде чем смысл слов дошел до нее. -К-как выполнена? — Гремори удивленно подняла одну бровь, — А сражение? Иштван, однако, лишь улыбнулся ей многозначительной ухмылкой. Секунду спустя рядом с демоницей появилась печать — вполне знакомая печать — из которой в свою очередь ступила жена ее брата. -Медики успели, — было первой фразой, что она произнесла, оказавшись в комнате. После того, Люцифуг перевела взгляд на многозначительно ухмыляющегося Иштвана, затем на Риас, и совсем чуть-чуть сместилась в пространстве так, чтобы встать поближе к Гремори. Это движение было настолько незначительно, что из всех присутствующих его вряд ли заметил бы кто-либо вообще, если бы не тот факт, что вместе с тем аура вокруг Грейфии изменилась радикально. Саджи почувствовал это на себе сильнее всех — обладая наименьшим опытом общения с магическими сущностями высших порядков — для него разозленная Грейфия стала тем воспоминанием, которое в будущем всегда напоминало ему о том, что насколько бы сильнее он не стал — всегда найдется тот, кто будет его сильнее. -Состояние Райзера должны стабилизировать — крайне тяжелое, однако Слезы Феникса все же оказались результативны, — девушка взглянула на Иштвана, продолжавшего улыбаться, максимально настороженным взглядом. Она бы сейчас отдала руку за право просто разойтись с ним мирно, однако в данной ситуации — было ли это возможно вовсе? -А что, собственно, происходит? — Риас несколько раз непонимающе хлопнула ресницами, переводя взгляд то на свое крайне выгодное знакомство, то на свою, по положению, старшую сестру. -После начала матча Иштван применил какую-то способность, — Грейфия избежала упоминания, что сама способность оказалась какой-то формой прямого изменения реальности, — И Райзер получил страшные раны. Матч официально выигран вами, однако Фенекса пришлось срочно эвакуировать — в данный момент целители уже пытаются его спасти. -А? — Генширо перевел взгляд на Иштвана, стоявшего напротив. И вот этот парень так отделал Райзера, который был по слухам сильнее даже Риас? Так ведь он даже не выходил из штаба Гремори! -Разве вы хотели не этого? — однако, казалось, вовсе не обеспокоенный сложившейся ситуацией парень, лишь чуть пожал плечами, после чего лишь медленно развернулся на каблуках, подставив спину под удар Грейфии. Конечно, с точки зрения воина этот поступок был крайне глупым, но сама Люцифуг задумалась — если же существовала такая разница в силах, то была ли разница в том, был ли он настороже против королевы или нет? -Риас, — не оборачиваясь, парень обратился к аловласой демонице, — Я полагаю, я сделал то, что ты хотела получить. Помни же теперь и о своей стороне сделки. После этих слов серебрянноволосая девушка в костюме горничной напряглась до предела — не важно, состоится ли сейчас битва или нет, однако даже если так — она умрет, но не допустит, чтобы это существо добралось до Гремори. Грейфия напряглась в секунду, когда Иштван сделал шаг… После чего еще один… И еще один… Спокойно, словно бы и не обеспокоенный случившимся — Иштван продолжал идти прочь от демонов. Тот десяток секунд, что потребовался Батори для того, чтобы покинуть здание — стал самым напряженным десятком секунд в жизни Грейфии. Однако, к ее счастью, в отличии от множества других ситуаций в ее жизни — парень, дойдя до небольшой двери, ведущей наружу оккультного клуба, просто и спокойно покинул его, оставив нервных демонов, что так и не осознали, насколько жуткая судьба только что миновала их — и Грейфию, почувствовавшую, как от прошедшего напряжения подрагивают ее руки. -Гр-грейфия, — казалось, будто бы от общения с Иштваном Риас подхватила заикание, — Что случилось? -Сазекс приказал тебе эвакуироваться, — Грейфия прикрыла глаза, после чего зажмурилась и несколько раз помотала головой, будто бы стряхивая с себя любые размышления о том, как именно могла закончиться встреча с Иштваном, и что именно только что произошло во время матча. Будучи распорядительницей — Грейфия обладала контролем над всем полем боя, могла до определенного предела контролировать не только его параметры — но и наблюдать за всеми участниками боя. Она же контролировала систему экстренной эвакуации пораженных и обладала немалым влиянием на саму работу магии внутри арены — и при том, даже среди столь специфических заклятий, как создание арен — это было далеко не самое впечатляющее. Используя эти способности, Грейфия могла, например, защитить одного демона от другого в сражении. Для примера, каков был бы итог в реальности, если бы тщательно подготовленная атака с силой разрушения от Риас попала бы в низшего демона? Говоря кратко — его бы убило. Говоря полно — от него не осталось бы даже полновесной молекулы. Однако в сражении, если бы то случилось — низший демон оказался бы ранен, обожжен, быть может даже покалечен — однако Грейфии было достаточно вмешаться в работу арены, после чего, контролируя заклятие, количество маны в определенном секторе или даже полноценно вмешаться своей собственной силой в качестве щита — так что демон бы выжил. После этого Грейфия бы просто телепортировала раненого к медикам, что вылечили бы его с помощью своих способностей. Соответственно, для того, чтобы убить кого-то на рейтинговых играх, участник должен был быть либо значительно сильнее Грейфии. Либо, как оказалось сейчас, использовать способности, помешать которым Грейфия не могла. Заклятие, примененное Иштваном, было даже не заклятием в полноценном смысле слова. Это было скорее изменение — само изменение реальности. Не магические фигуры и не посылы маны, а изменение волей. Грейфия могла подобрать контрзаклятие почти к любому, даже к самым могущественным способностям — не важно, насколько ужасающа была мощь и сколь искусна была магия — все, что имело в основе своей ману в качестве топлива — было в ее власти. Даже если она не могла атаковать саму структуру заклятия, она могла разрушить ману, его составляющую. Однако, как вести себя в том случае, если способность существа перед ней не полагалась на ману? Грейфия почувствовала активацию заклятия — однако никакой способ ее воздействия не мог помочь Райзеру в момент, когда его кожа лопнула, его мускулы мгновенно изъязвились так сильно, что его кровь почернела от истекшей внутрь гнили, а его мозг мгновенно отключился от боли, принесенной каждым нервом организма, что мгновенно умер на всем протяжении, от ногтей и до кончиков волос. Способности Фенекса были могущественны, но то, что произошло с ним нельзя было излечить простой регенерацией — как будто бы удар был нанесен не по телу, а в самую суть. Душу Фенекса буквально изорвало на части, а его способности оказались столь искалечены, что стали неспособны даже регенерировать повреждения. Суммируя все сказанное — его тело просто обратилось в прах. Грейфия переместила его с поля в ту же секунду, после чего мгновенно завершила матч, формально признав Риас выигравшей. Спустя всего секунду она оказалась рядом с Райзером — однако ее силы в качестве целителя были довольно незначительны, так что обнаружив, что врачи приступили к исцелению со всей возможностью — Грейфия мгновенно проконтактировала с Люцифером. Ответ был однозначен. Эвакуировать Риас. Иштвана отпустить. Контакт прервать. Агентов отозвать. Совещание через час. Не то, чтобы инцидент на рейтинговых играх сам по себе был столь уж значителен, сколь значителен был сам факт участия Иштвана, факт столь жестокой попытки убийства — а учитывая условия, никак иначе это было не назвать — демона, и факт применения подобной способности. Взглянув на проход, где Иштван скрылся пару секунд назад, Грейфия почувствовала, как к ее горлу подступил ком, однако все же смогла сглотнуть. Мир определенно менялся быстрее, чем ей того хотелось.***
Я сделал пять шагов прочь от здания оккультного клуба, прежде чем сам я затрясся так, что дрожь помешала мне идти. Я сделал один шаг с тропинки, прежде чем меня вывернуло. Буквально наизнанку, меня вывернуло с характерным звуком, после чего я почувствовал, как ослабевшие ноги едва меня держат — мне пришлось ухватиться за ветку дерева, чтобы не упасть. Статусное окно показывало, что в данный момент, после безумных трат на состоявшуюся ситуацию, у меня оставалось всего три очка Силы Воли. Остальное мне пришлось отдать для того, чтобы удержать свой разум в состоявшемся противостоянии с одним из самых сильных демонов в истории Ада. Почему она вообще так отреагировала? Я же просто победил Райзера так пафосно, как только было возможно — ну что опять не так?! Хотелось поднять руки и патетично завыть в небо «Ну почему никогда не выходит так, как я хочу?!», однако слабые ноги и крепко держащие меня руки запротестовали на эту мысль. Возможно, я только что крупно, крупно облажался. Однако опыт, что продолжил расти дальше, лишь намекнул мне на то, что, возможно, не так уж и сильно. Я патетично взвыл, однако, почувствовав, как подступает тошнота, все же замолчал и опять склонил голову. Я ненавижу свою жизнь.
