High School DxD: The Ascension

Демоны сражались отчаянно, со всей доступной им силой. Конечно же, этого было недостаточно для того, чтобы победить Тригексу — хотя подключившиеся к борьбе Сатаны и в особенности Сазекс с Аджукой и хорошо действовали против выпущенного в Ад Зверя Апокалипсиса. Впрочем, сработавшие шпионы Райзера ударили в спину — и потому, когда, казалось бы, у демонов появилась возможность оттеснить существо за пределы Ада — неожиданно забрезжившая перед демонами надежда не менее же неожиданно погибла под ударом Бригады Хаоса.  Но даже так демонам удалось добиться главного. Они смогли прожить достаточно для того, чтобы остальная Библейская фракция среагировала — и прислала экстренную подмогу.  Падшие были мне неинтересны в сущности своей — но вот за то, что все Серафимы из Рая отправились на помощь своим новообретенным союзникам — я был демонам весьма благодарен.  Вынырнув из времени рядом с стоявшими, дрожавшими от ужаса представителями клана Фенекс я улыбнулся им, после чего кивнул в сторону медленно закрывающегося в Ад прохода, доступного клану.  -Вот и все, — подвел я итог, после чего взглянул на четверых представших перед моими очами. Мать, отец, сестра и… Райзер Фенекс.  Он же Люцифер, моими стараниями.  -Ну, я полагаю, на этом все, — улыбнулся я четверым, после чего медленно обвел взглядом всех представителей благородного семейства, — Можете уходить. Библейская фракция продержится еще… Часа два, наверное. Наслаждайтесь временем, пока оно у вас есть.  Каждый из присутствующих захотел задать мне вопрос о том, что я именно имел ввиду, но был слишком напуган, чтобы все же узнать у меня это — и еще больше напуганы подтвердить свои самые потаенные страхи.  -Только мерчендайз остается мне, — вздохнул я, после чего указал на стоявшего Райзера с душой Люцифера в себе.  -Что? — в этот момент все же, глава семейства смог среагировать на мои слова, — Но мы же договаривались…  -Что я вылечу его и верну ему его воспоминания, — я пожал плечами, — Договор приведен в исполнение. Больше я ничего вам не должен.  Неужели я сращивал душу Райзера и Первого Предателя просто так? Просто, чтобы посмотреть на что способны мои магические способности?  Фенексов я убивать не стал — по ним и так хорошо прошлись мои планы. Просто щелчок пальцами — и мир замирает на секунду. Еще шаг — и Райзер оказывается в моих руках. Теперь же меня ждет Рай.

 ***

 Итак, кто я такой?  Наверное, когда человек впервые обрел разум, то он сразу же задался этим вопросом, сразу же после того, как решил определиться с вопросом — что он сегодня будет есть.  Есть некий человек Олег. Олег жил, не тужил, припеваючи смотрел в будущее, да изучал Мир Тьмы. Интересная вселенная, располагающие правила, прекрасная магия.  Сделав шаг к открывшейся мне Божественной Системе я чуть-чуть тряхнул болтающегося в руках Райзера и взглянул на доступные мне сотни тысяч узлов. Ну и здоровая же штука!  И жил Олег хорошо, но скучно. Так скучно и обыденно, что любой человек, что знал Олега, мог бы сказать о том, что в его простой жизни что-то определенно было непросто.  И стал Олег магом.  Встретился он как-то случайно с мстительным божеством Оливером, оскорбил его раз, а за это тот решил его наказать — обратил он Олега в одного из придуманных им персонажей да выкинул подыхать в Пустоте между мирами.  И там Олег умер.

 ***

 Да, Олег умер в Пустоте и никуда не попал. Он не знал, что такое магия, как надо действовать, чтобы стать попаданцем, в какую сторону грести в Пустоте и почему же мир вообще бывает такой сложный, что иногда ты просто умираешь.  И больше Олега не стало.  Но вера… Вера - это страшная вещь.  Олег умер, но ведь благодаря стараниям одного мстительного и мелочного божка Олег обрел магию. На тысячную долю секунды, что Олег был жив, Олег обрел магию. И он поверил. Он поверил в то, что обрел магию. Он поверил в то, что стал попаданцем. Он поверил в то, что его жизнь дальше будет странной, интересной, жуткой, забавной. Что она просто будет.  И Олег умер.  Но магия это все же что-то большее, чем просто броски и кубики.  Подтянув Люцифера поближе к Божественной Системе, я потянулся к нужному проводу, после чего приметился к телу Райзера. Кажется, вот этот…  И так получился Иштван. Так звали одного персонажа из игры, которую любил Олег. Так звали персонажа, по образу и подобию которого мелкий алчный божок создал тело Олега, что заставило его поверить в свои магические силы. Так звали персонажа, которым Олег вообразил себя на краткое мгновение. Так звали странное существо, появившееся в далеком мире, бесконечно похожем на мир далекого, странного, раздражающего аниме.  Иштван просто появился. Без воспоминаний о том, как он попал в этот мир. Без сомнений. С четким пониманием — он есть Иштван. И никто иной, кроме как Иштван. Ну, может быть, он еще Олег.  Но кем же был появившийся Иштван на самом деле?  Иштван был плодом воображения Олега. Плодом его веры. Веры в то, что Иштван существует.  Но Олег умер.  А вот Иштван — нет.  Иштван это не Олег, не попаданец и не персонаж. Это просто вера Олега в то, что Иштван должен существовать. Иными словами?  Иштван не получал Парадокса потому, что маг, сотворивший заклятие, что продолжало распространяться на весь мир, давно умер, в той далекой пустоте.  Иштван — это заклятие.  Иштван это вера в то, что Иштван существует. Иштван это аномалия на ткани мира, перпетуум мобиле, самодвижущийся все это время исключительно на собственной вере в собственное существование.  Иштван никогда не задумывался о том, как он творит магию. Он просто берет и изменяет реальность. Но вот ЧТО это значит — «берет и изменяет реальность»? Что он чувствует, что он делает, что изменяет? Как он контролирует этот процесс? Что он направляет в этот момент? Что он ощущает? Что видит? И как останавливает свою руку в нужный момент?  Забавно, но Иштван ни разу не задумывался, что он вообще чувствует в момент использования магии. Он просто делал это. Но откуда он знал, что ему делать в это время? И как он может контролировать себя, если даже не знает, что делать? Как он может творить магию напрямую — если он даже не является магом?  Иштван мог творить магию не будучи магом потому, что он сам был магией. Магия не задается тем, как совершать магию. Она просто совершает ее.  Но, вот какое дело…  Если Иштван был магией, сотворенной одним несчастным, умершим вдалеке, в пустоте, Олегом…  То кем же тогда был Оливер?  ***  Сона бежала за своим ферзем сквозь враз ставшие такими неуютными улицами Куо, в котором она оказалась вновь. Экстренное отправление из Ада заставило ту смутиться чуть раньше — не в привычках Старшей Сестры Ситри было отправлять Сону так легко прочь из поместья — но сейчас, двигаясь вслед за Тсубаки Шинрой, она не позволяла своему паникующему сознанию вспыхнуть подобно спичке только благодаря своей невероятной силе воли, подавляющей рвущийся наружу крик.  -Шинра! — крикнула той девушка, после того, как взглядом смогла оценить двигающихся за ней фигур из ее свиты, — Тсубаки, стой!  -Он сказал, что мы встретимся вновь, в нужное время! — однако голос Шинры был непреклонен — хотя и чуть-чуть сбился от бега, — И сейчас настало то самое, нужное время!  Мысли Соны сперва было удивились произнесенному Тсубаки, прежде чем разум Ситри не расставил все на свои места.  -Иштван?! — удивленно воскликнула девушка, почувствовав, как всколыхнулись забытые было вещи, — Ты к нему так бежишь?!  -Да! — не останавливаясь, Шинра бросилась на проезжую часть, едва не попав под колеса двигающемуся на полной скорости автомобилю, что мгновенно ударил по тормозам, издав протяжный вой гудка, — Я чувствую, настало время!  -Тсубаки! — бросившись вперед, Сона попыталась было ухватиться за девушку, однако та легко ускользнула от руки своей госпожи. Воспоминания, все воспоминания о состоявшихся ночных разговорах, конфликтах, разногласиях — всколыхнулись в душе девушки, после чего вспенились однозначным ощущением — ощущением опасности.  В этот раз Часовня не стала скрываться от нежданных гостей — еще издалека Тсубаки увидела вывеску, после чего вскочила на крыльцо — и, мгновением позже, оказалась внутри.  -Хм, — однако все, что она услышала в последний момент — был холодный женский голос, — И вправду пришла. Господин все верно рассчитал.  И на взор Тсубаки пала тьма.  

***

 Иштван это магия. Но магия имеет свойство подвергаться Парадоксу.  Да, магия не может получить этот мистический щелчок по носу, как настоящий маг, но магия имеет свойство разрушаться под действием Парадокса. Остановка во времени тает, магические штормы проходят, целительные силы эликсиров исчезают и чудесные звери утрачивают свои способности.  Жизнь и Разум смогли создать тело и сознание Иштвану, но вот Духа, на то, чтобы наделить его душой и возможность колдовать никто ему не дал. Даже если Иштван был магией, способной изменять сознание людей и подстраивать свое тело по необходимости — колдовать магия все равно не могла.  Так кто же такой Оливер?  Очевидный ответ.  Тот, кто и колдовал все это время.  Но как это возможно? Кто умеет использовать магию? Только маг. Иштван не маг. Оливер это маг. Но Иштван не Оливер. Иштван это магия Олега. А Олег мертв. А маг — это Оливер. Значит, что?  Значит Оливер — это и есть Олег. Иштван — его магия. Но вот какое дело…  Олег умер. Там, в пустоте, Олег умер, а Иштван стал его последней магией, в которой воплотилась вся воля, вся вера, все желание умершего мага. Две сферы мага, которыми он владел лучше всего, Жизнь и Разум, создали тело и сознание некоего существа, что объявило себя Иштваном.  Но вот Иштван должен был прожить не очень долго. Человеческая вера медленно, но верно, должна была уничтожить его — растворить, как сахар в горячем чае. Иштван не хотел умирать. Очень-очень не хотел умирать. Поэтому он создал себе защиту. Он не дал Олегу умереть.  Но одновременно Олег все же умер. Он ведь должен был умереть для того, чтобы Иштван все же родился на свет как его последнее заклятие. Но рожденная последняя магия неудачливого мага не дала ему умереть так просто. Ведь Жизнь и Разум две прекрасные сферы. Но какая основная сила Иштвана? Правильно.  Время.  И так магия Олега породила собственную магию, что и спасла Олега. Но не совсем — Олег должен был умереть для того, чтобы Иштван появился на свет, и должен был быть спасен для того, чтобы поддерживать существование собственной сотворенной магии — самого Иштвана.  И вот тут начинаются действительно интересные вещи.  По сути создался парадокс, существование двух Олегов из двух временных линий, один мертвый, создавший Иштвана, и второй живой, поддерживающий его существование. Если создать схему — то существует некий гипотетический Олег в двух временных промежутках, в момент собственной смерти и до момента собственной смерти. Олег должен умереть в конце — это некая константа, начало отсчета для истории. И, соответственно, если Олег мертв, то поддерживать свое существование он не может. Значит Олег, который поддерживает существование Иштвана, это Олег до момента своей гибели. Но после момента своего Пробуждения — чтобы быть магом, способным поддерживать существование Иштвана. Иными словами — когда Олега изменил Оливер и бросил умирать в пустоту — вместо того Иштван, родившийся в момент, когда Олег в этой пустоте умер — подхватил его бережно и выхватил временной петлей из той несчастливой реальности, где он должен был оказаться в этот момент. Олег обрел себе место существования в реальности, выдернутый временной петлей Иштвана. Но внимательный человек может задастся вопросом — где же оказался Олег после того, как Иштван выхватил его из пустоты? Ответ парадоксально прост.  Он все это время был на виду.  Аватар и маг всегда контактируют между собой тайно, так, что маг никогда не знает о том, что Аватар это тот, кто дает ему важные знаки и толкает на саморазвитие. И Олег не знал, кто такой его Аватар все это время. Ведь он сам вообразил себя Аватаром.  Специальностью Олега была магия Разума и Жизни, которыми он создал Иштвана, но спасен он был с помощью Времени, созданного Иштваном самим. Но вот откуда он взял способности к Времени, если он сам является магией Олега?  Ключевое слово — «магией». Иштван действительно являлся магией. Но не просто жалким заклятием — а самой магией.  Все это время роли Аватара и мага были расставлены неправильно.  Оливер пытался подсказать Иштвану путь к развитию — который тот никак не мог воспринимать, пока сам Оливер не становился с каждой новой встречей все более и более искусным в области использования магической подоплеки мира. Тем, кто развивался от встречи к встрече был Оливер. И Иштван был его Аватаром.  Но маг, сошедший с ума, ставший мародером, извращает и делает безумным даже свой Аватар. Иными словами разум и магия мага сливаются в одно, так, что оба перестают различать мир, фантазии обоих проникают друг в друга, сливаясь, образуя единую систему взглядов.  И так умирающий Олег поверил в то, что стал Иштваном — и сотворил Иштвана. И сошел с ума, как и полагается магу, пробудившемуся при столь странных обстоятельствах. И его Аватар, как и полагается всяческому порядочному Аватару Мародера, сошел с ума следом, восприняв действия Олега — и стал Иштваном. Затем же он вытащил умирающего Олега в момент до его смерти — и заставил уже его поверить в то, что он являлся Аватаром, в то время, как сам безумный Аватар верил в то, что он и является магом.  Иштван не мог пробудиться, поскольку у него изначально не было Аватара. Иштван мог использовать любую магию потому, что он изначально не был магом, а был чародеем, для которого весь мир представлял использование уже существующих законов реальности. Законов, подчиняющихся Аватару. И он мог так легко развиваться именно потому, что он был Аватаром, для которой вся истинная магия была всего лишь чародейством.  Занявшее свое место тело Райзера содрогнулась в последний раз — после чего Иштван почувствовал, как сквозь Люцифера прошла волна силы, после чего коснулась самого безумного Аватара.  Но что же делать с таинством магии? Магия существует только пока фокусник говорит «абракадабра». Когда он показывает потайной люк — вся магия уходит. Так и сейчас. Аватар, магия и маг неразрывно связаны, что видит один — видит и второй. И что делать, если неожиданно Аватар увидел мир иным? Его увидит и маг.  Неожиданно все вдруг встало на свои места. Аватары, маги, магия. Если Аватар вдруг понял, что он является Аватаром — то и маг должен был понять, что он является магом. Роли должны были вернуться на круги своя.  Только вот Иштван этого не хотел.  Ему понравилось быть магом. Ему понравилось быть Иштваном. Ему понравилось быть живым.  Ему совсем не хотелось становиться Аватаром.  Но выход из сложившейся ситуации все же существовал. Какой?  Аватар — маг — Оливер — Олег отчаянно отговаривал Иштвана от того, чтобы слиться с Божественной Системой в прошлом — стазис мнимого всемогущества есть отрава для настоящего мага, есть стазис его Аватар, то, что отбирает его развитие.  То, что навсегда превращает Аватар, что он есть сейчас, в то, чем он будет всегда.  Люцифер прошлого был единственным демоном, что мог контролировать Божественную Систему. Райзер настоящего был единственным демоном, что оказался подключен к Системе.  Карты сложились в единый красивый узор.  Отправившись в прошлое Иштван забрал Люцифера — после чего слил его с Райзером настоящего. Теперь же оставалось одно, последний необходимый шаг для того, чтобы слиться с Люцифером и получить контроль над Божественной Системой — пока вся отвлекшаяся Библейская Фракция дралась с всего одним маленьким Зверем Апокалипсиса.  Однако в последнюю секунду, когда душа Иштвана коснулась тела Райзера — мир в его глазах померк.

 ***

 -Ты проиграл, — голос Оливера был весьма спокоен. Мне не хватило микросекунды для того, чтобы получить контроль над телом Райзера.  -Ты проиграл, — пожав плечами, Оливер сделал шаг к телу Райзера, после чего в одно прикосновения слился с душой запертого внутри Люцифера.  Я поднялся с пола — медленно, чувствуя, как скрипят натужно мышцы и трещат кости.  -Я… Проиграл? — спокойно, переведя дух, я вновь взглянул на стоявшего напротив меня парня, занявшего тело Райзера, в этот момент уже слившегося и подчинившего себе Божественную Систему, — Не уверен…  -Увы, но это так, — вздохнув, Люцифер-Оливер-Олег-Маг-Аватар-Райзер пожал плечами, — Ты пытался стать настоящим, поменять нас местами. Тебе это даже удалось на время. Но в конце концов — ты проиграл.  Я медленно вздохнул и потер переносицу.  -Проиграл, хм…- я несколько раз щелкнул шеей, — Да как бы тебе сказать…  Появившуюся рядом девушку Оливер увидел мгновенно, однако это было и не важно.  -Ю? — удивился парень, после чего смог осознать свою роковую ошибку, — Нет, не Ю! Вальбурга!  -Да как сказать! — ухмыльнулся я в последний раз.  Появление Вальбурги оказалось достаточно — я почувствовал, как мою душу потянуло из тела — после чего увидел, как вдруг резко оборвалось движение парня напротив меня.  -Что… Что ты сделал?! — впервые в моей жизни я увидел, как лицо Оливера расплылось в самой радостной для меня гримасе на свете. В выражении ужаса, непонимания и шока.  -Что, не очень хорошо, когда твои силы вдруг отрезают, да? — ухмыльнулся я, после чего в одно слитное движение оказался рядом с телом Райзера. Одно прикосновение — и моя душа слилась с душой Люцифера внутри.  В мгновение паникующее выражение лица Оливера вдруг сменилось на довольное.  -И все же ты проиграл, — возвестил он в конце концов.  -Не совсем, — улыбнулся я парню вдруг, — Просто твой план и мой план на деле были весьма схожи. В твоем была лишь одна ошибка.  -Ты играл от двух переменных, — я улыбнулся, чувствуя, как мое тело начинает пожирать сила души Люцифера, — Но их было на самом деле намного, намного больше.  Вальбурга, стоявшая рядом, только продолжала смотреть на мою улыбку. Падшие к этому времени уже разобрались с прибывшими к ним демонами в Часовне, так что я не боялся.  -У тебя был один потрясающий план, Люцифер, — я улыбнулся Оливеру напротив меня, — На самом деле, свести с ума меня и заставить меня поверить в то, что я являюсь Аватаром, чтобы превратить меня в Мародера, который бы и стал этим Аватаром, было гениально. Но вот одна проблема. Ты решил, будто бы в этой истории существует только один путешественник во времени — ты сам, и лишь одна временная петля — твоя, затрагивающая тебя и найденного одинокого Олега, которому ты внушил, что он стал магом, чтобы получить доступ к его — воображаемой — силе.  -Проблема, — я в последний раз ухмыльнулся мужчине напротив, после чего сдернул чертову повязку с головы, обнажая второй, вполне существующий глаз, — Во всей этой истории путешественников во времени было четыре.  -А теперь, пока мы оба умираем, — я вздохнул и взглянул на существо напротив меня, — Давай я расскажу тебе все с самого самого начала и раскрою тебе тайну, каков же был план.  Вздохнув, я взглянул на Вальбургу и кивнул ей, — Спасибо, Ю.  -Давно никто не обращался ко мне по этому имени, — покачала девушка головой, после чего я вздохнул.  -Итак, в этой истории есть четыре путешественника во времени, — я взглянул на Люцифера, чью плоть начал пожирать мой финальный гамбит, — Но вообще-то все началось с одного — Библейского Бога…