High School DxD: The Ascension

      Ю продолжала усердно слушать свою новую наставницу, внимательно всматриваясь в схемы, которые та рисовала в своей тетради, запоминая одно объяснение за другим. Ангельская система колдовства… Записи ордена Розенкрейцев… Выкладки астрологии Аристотеля и построение идеальных машин мира мысли…        Голова у Ю должна была раскалываться от запоминаемой информации — и только ее верность и готовность подавлять своим разумом любую боль и продолжать вопреки бесконечной усталости позволяли ей игнорировать это и учить одну схему за другой.       Ю не обсуждала приказов Господина, она даже не думала о том, чтобы осуждать его образ мыслей или желания. Однако, для блага самого Господина, она хотела знать — что и зачем именно она изучала в данный момент со слов Вальбурги.        -… и на этом заканчиваются записи Гора, — Вальбурга вздохнула, после чего отхлебнула чай из кружки, стоявшей рядом, пытаясь промочить себе горло, пересохшее от разговора, — Хотя, ты меня прости, но на кой черт тебе эта информация — я не знаю. И так много, за такой короткий срок… Ты не в курсе, случаем, зачем Иштван тебя посадил это учить? Впрочем, несмотря на то, что Ю сама интересовалась этим вопросом буквально пару секунд назад, вместо ответа она лишь послала внимательный взгляд Вальбурге, после чего хмуро перевела взгляд на свои записи, показав взглядом свое нежелание обсуждать дела ее Господина. Вальбурга на это же лишь вздохнула. Да, определенно, ее новый наниматель — или ей тоже следовало называть его Господином? — хранил в себе немало вопросов. Судя по рассказам всех обитающих в Часовне — до этого момента он не привлекал их к работе вообще, иногда ограничиваясь минимальным и почти символическим участием их в неких действиях — назовем их, ритуалами. А в последние несколько дней, с момента появления самой Вальбурги, он словно сорвался с цепи — день за днем, действие за действием. Сперва он занялся Асией — он потратил много времени на разглядывание ее Святого Механизма. Затем указание выдать столько знаний, сколько было возможно — и уместить их всех за максимально короткий срок в голову молодой и глупенькой Ю. А затем… Затем, в один день он пришел к самой Вальбурге — и, улыбаясь, «попросил ее» — «не могла бы ты проанализировать это»?       То, что он отдал ей дальше, до сих пор снилось девушке в кошмарах — переплетения формул, гениальность сочетающаяся с несуразностью, невозможность и очевидность. Это было невозможно оценить никакими силами. Было бы невозможно, если бы Иштван не, улыбаясь, как он делал это обычно, пододвинул ей небольшой листок с анализом нескольких ключевых моментов схемы.        «Хотя это и минимальное знание — думаю, тебе окажется этого достаточно» — хотя он и улыбался в этот момент, ничего человеческого или настоящего за его улыбкой не было. Небольшой лист анализа, соотносимый с протянутой ей фантастической схемой стал единственной причиной, благодаря которой Вальбурге удалось добиться хотя бы чего-то во время ее расшифровки. Впрочем, кажется, Иштвану хватило и полученных результатов — даже если он не ответил на вопрос «что это такое» и «зачем тебе это нужно».        Какие-то невероятные схемы, записи, пометки — казалось бы, что в них смешалось все, что только можно было себе представить — все виды всех магий, которые едва ли кроме самой Вальбурги мог кто-то оценить. Но что же — и главное, зачем, протянул для оценки ей Иштван, которому, как говорили, ничего от кучки своих миньонов никогда не было нужно? Ответа на этот вопрос не было, поскольку не было и самого вопроса. Что же все-таки делал Иштван?        Голова девушки отозвалась тупой, ноющей болью, словно бы попытавшись задуматься о произошедшем, после чего, не принеся ответа, замолкла, оставив Вальбургу задумчиво размышлять над ответом, наедине с самой собой. ***        Как много дел, как мало времени!        Парадоксально говорить такое магу времени, но, как уже было вполне известно — парадокс меня не касался, поэтому и парадоксальность этого высказывания меня ничуть не заботила. Ведь даже если в моих руках все бесконечное время вселенной, искривляющееся по моей воле, то иногда, стоит признать, даже бесконечности нам оказывается недостаточно. О чем это я?        Не обращайте внимания, мысли вслух.        Я сделал шаг из временной петли, после чего отряхнулся рефлекторно. Не так уж просто путешествовать во времени — особенно когда тебе при этом необходимо остаться во времени на одном месте. Например, когда тебе нужно телепортироваться, а знаний Связей у тебя под рукой нет — приходится извращаться и придумывать всяческие ухищрения, например — погрузить себя во временную петлю до тех пор, пока вращающаяся Земля не окажется нужной точкой своей поверхности в необходимом тебе месте — а потом отскочить в прошлое, к назначенному времени. Вот как сейчас, например.        Я поправил чуть-чуть свой костюм, после чего двинулся вперед, к тому месту, где меня сейчас должен был ожидать, вероятнее всего, второй сильнейший член Бригады Хаоса — по паспорту Ризевим, по батюшке — Люциферович.        Буквально пара поворотов — и мне удалось выйти из-за угла дома прямиком к пустой площади заброшенного городка, где я сейчас оказался. Где именно, вы можете спросить? Ну, естественно, не в Японии. К сожалению, такие манипуляции при всем желании щелчком пальцев мне не провести — так что на территории государства, контролируемого теми, кто вполне мог мне помешать, действовать было мне весьма неразумно — так что местом действия была избрана заброшенная глубинка где-то на Балканах, территория вампиров — и, как знать, вполне возможно, что и одного из моих придуманных родственников.       Мое появление Ризевим почувствовал мгновенно — чего, как раз таки, нельзя было сказать обо мне, поскольку я появление Ризевима до того момента, как он подал голос, и не почувствовал — впрочем, моей выдержки вполне хватило, чтобы не вздрогнуть.       -Иштван, — голос мужчины был достаточно низким и отдавал хрипотцой, однако насмешки, вполне ожидаемой, в нем не было, — Ты пришел.        -Конечно, — я улыбнулся на эти слова, не оборачиваясь на голос — в первую очередь для того, чтобы не вертеть головой в поисках источника звука — несолидно это как-то для существа моего уровня, — У нас же был уговор — а я чту букву договора.        На эти слова голос Ризевима, проявившегося рядом со мной, только усмехнулся, — Мы, демоны, знаем все, как о букве, так и о духе договора, так что я вполне был готов, что ты откажешься от нашего союза.        -Как можно? — наконец, определив положение парня в пространстве, я развернулся к нему лицом и улыбнулся, — Тем более, когда наш договор выгоден обеим сторонам.        -Хм, — по лицу Ризевима о его эмоциях судить было трудно, однако чтобы заметить некоторое сомнение явно не нужно было быть гением интерперсональных коммуникаций.        -В любом случае, веришь ты мне или нет, это не изменит ни факта произошедшего, ни факта происходящего — и весьма маловероятно, что факт будущего, — я пожал плечами, — Так что, приступим к воскрешению?        Да, таков был наш уговор. Довольно банален, прост, и скучен — за отданную мне Вальбургу я согласился воскресить единственное существо в этом мире, способное сразиться один на один с Великим Красным — и победить. Хотя, конечно же, «воскрешением» мое деяние можно было назвать только с очень большой натяжкой — поскольку Тригекса не был мертв — как, впрочем, никогда и не был полноценно жив. Как ни посмотри, но и он являлся представителем Надмифологического типа — Зверь Апокалипсиса, мифическое чудовище, что устроит конец света, крайне распространенный мотив. Все же, даже если Йормунганд существовал в качестве отдельной личности — это не значило, что он воплощал в себе все представления о своей силе или о своей мифологической роли. Поэтому, Тригекса, говоря начистоту, не был полноценно жив. И, конечно же, говоря начистоту, Тригекса не был мертв — сложно быть мертвым, если ты не был жив изначально. Поэтому мой план был весьма однозначен, прост — и вместе с тем не осуществим никем, кроме меня. Ведь я предлагал вместо того, чтобы сейчас пытаться воскрешать то, что не мертво, отчаянно отдирая существо, воплощающее собой одну из мировых констант из карманного мирка, в котором его запечатал Бог, просто прийти в то время, когда он запечатан еще не был… И забрать его с собой.        Заодно, впрочем, мне надо было заскочить в прошлом в еще пару мест и забрать еще кое-что… Или, скорее, кое-кого — но об этом я не переживал. Все же у меня уже это получилось. ***        Сона Ситри занималась тем же, чем занималась до этого многие дни — а до того — многие годы. Разбирала корреспонденцию и заполняла документы.       Впрочем, несмотря на то, что к этому делу она была крайне привычна и никогда до того подобные занятие для нее не представляли особенных проблем — с самого сегодняшнего утра ее сердце пребывало не на месте. Хотя, казалось бы, учитывая, что уже с завтрашнего дня Соне предстояло отбыть обратно в мир людей — она наоборот, должна была радоваться происходящему. Но вместо того — Ситри буквально чувствовала нутром, как тучи собираются над ее головой.        -Сона, — голос ее ферзя слегка отвлек ее от внутренних переживаний, — Еще документы. Взгляд Ситри после этого перешел на принесенные ей новые бумаги, после чего на руки — а затем на всю фигуру Тсубаки Шинры. В не столь далеком прошлом, когда этот проклятый Иштван появился в городе, странная встреча его с верной секретаршей — и ферзем — девушки стала камнем преткновения и поводом для ссоры — нет, скорее, конфликта — для двух девушек. Впрочем, конечно же, когда Иштван пропал с горизонта, конфликт оказался улажен сам собой — отношения двух вернулись на круги своя, как будто бы ничего и не было. И все же что-то Соне не давало покоя — как при общении со своей слугой, так и при воспоминаниях о, казалось бы, прошедшем конфликте. И особенно сильно ей не давало покоя ее сегодняшнее ощущение.        -Президент? — голос Шинры вывел Сону из ее медитативного размышления, после чего та смогла обнаружить, что случайно расписалась не в том месте, где была должна, — Президент, что произошло?        -Ничего особенного, — попыталась было отмахнуться Сона, однако в присутствии ее подруги это действие было весьма бесполезно.        -Сона, — остановившая свою госпожу на половине попытки девушка лишь взглянула на Ситри, после чего вздохнула, — Ты же знаешь, мы общаемся с тобой больше, чем ты общаешься со своей семьей — так что не стоит пытаться отмахиваться от меня. Что не в порядке? Задумчиво, Ситри прикусила губу, после чего несколько раз постучала ручкой по столу, словно бы решая, стоило ли ей говорить о своих ощущения и предчувствиях, после чего, придя к определенному выводу, все же открыла было рот…        -Соночка! — однако не успела сказать и слова, прежде чем была прервана ворвавшимся в комнату ураганом, мгновенно стиснувшим в объятиях свою младшую сестру.       -Госпожа Левиафан! — как и множество раз до этого, с помощью официального титула попыталась дистанцироваться от своей семьи девушка, мгновенно отстранившись от ее объятий, — Госпожа Левиафан, что вы себе позволяете?!        -Соночка! — объятия Левиафан давили с силой гидравлического пресса, из-за чего мгновенно Сона почувствовала себя неуютно — хотя, учитывая ее обстоятельства, вероятнее всего, в первую очередь та чувствовала себя неуютно все же не из-за силы, а из-за факта самих объятий, — Соночка, я думала, ты уже уехала! Злые дяди сказали мне, что ты собираешься уезжать — даже не попрощавшись со своей любимой сестренкой! Соночка, неужели ты хотела меня бросить одну?!       -Серафалл! — не выдержав давления, отстранилась от сестры Сона, — Точно! Мы опаздываем на поезд! Тсубаки, скорее, мы уже не успеваем! Подскочив со своего места, словно бы до этого и не заполняла документы, а буквально сидела на иголках перед отправлением, Сона бросилась прочь, на что Тсубаки улыбнулась. Все же, как бы ни хотела Сона казаться взрослой и умной — внутри нее оставалось еще много детского и непосредственно — например, смущения от глупых действий ее сестры.       Неизвестно для Тсубаки, практически мгновенно поспешившей за своей госпожой, чтобы подыграть ее маленькому спектаклю «срочное отправление» — об этом же думала и сама Левиафан, с глупой улыбкой наблюдавшая за двигающейся прочь младшей сестренкой. Впрочем, взгляд ее был абсолютно серьезен.       Подождав несколько секунд, прежде чем Сона сможет удалиться от Серафалл, та вздохнула и коснулась уха двумя пальцами — жест, подсмотренный демонами у людей — после чего улыбка сползла с ее лица и Серафалл смогла установить связь с Сазексом.        -Сазекс, — голос девушки был сосредоточен, — Риас и Сона отправлены. Готовься перекрывать границы.        Отчаянное положение требовало отчаянных мер. Например, блокировки телепортации и перемещения по всей подотчетной демонам территории. ***        С самого утра день Левиафан не задался. Сперва она наступила на кошку, когда вставала — а ведь в ее поместье вообще не содержалось кошек! — потом облилась своим любимым кофе, который ей уже вот сорок лет как заваривали слуги с самого утра, затем споткнулась на пороге, выходя из дома.        А потом ей сообщили, что в Аду началась революция.        Нет, конечно, начать нужно не с этого и сама ситуация не выглядела именно так. Просто в определенный момент времени связавшийся с ней Сазекс сообщил информацию четко и прямо. Несколько Столпов — во главе с Фенексами — перекрыли все входы и выходы из поместий, навесили все щиты, которые только могли, после чего дружным скопом начали излучать в пространство присутствие, весьма запомнившееся самому Сазексу за всего одну встречу. Весьма особенное присутствие.        -Иштван, — голос девушки был почти шипящим в момент, когда она ворвалась на экстренно собранное совещание Сатан. Еще самая первая встреча с ним не понравилась ей — но тогда она решила довериться непонятному, неизвестному существу, возникшему из ниоткуда в черте маленького города, где пребывала ее сестренка. А затем, когда его столкновение с Фенексом показало, что он обладал способностями, непривычными остальным демонам — она предпочла отступить и не провоцировать его на конфликт. Как показало сегодняшнее действие — зря.        -Серафалл, — заметивший ее Сазекс едва кивнул ей, после чего перенес взгляд на сосредоточенно контролировавшего через свой напоминающий мобильный телефон девайс что-то Аджуку, — Я полагаю, Сона и Риас уже покинули территорию Ада?       -Да, — мотнула головой девушка, — Я попыталась перекрыть основные магистрали внутрь и наружу из Ада — но, полагаю, это все равно бесперспективно.        Естественно — территории каждого из столпов были личными владениями когда-то последовавших за Первым Предателем его верных генералов, они были укреплены сверх всякой меры — и сверх всяческой меры были полны особенностей. Например, они были оборудованы личными путями выхода в мир людей. Конечно, Сазекс давно знал о том, что подобное следовало запретить и всеми силами ограничить возможные пути доступа к другому миру, вне его юрисдикции — однако сперва для него находились куда более срочные и важные дела, после этого поколения политиков сменяли другие, становились все более и более удобными марионетками в его руках, неспособные даже создать ему достойную оппозицию — они просто колыхались, как бумажные листики на ветру — и, признаться, с насмешкой наблюдающий за действиями считающих его ничтожеством политиков сам оказался жертвой самого страшного из всех грехов. Он недооценил своих противников.       Но кто мог подумать, что Фенексы все же решатся отомстить всему Аду за страдания их сына? Или же было в этом нечто большее — неужели ангелы предали их альянс и за излечение Райзера потребовали от одной из старейших аристократических семей Ада взбунтоваться против четырех Сатан? Но зачем? Неужели…       Мысль о том, что Михаил все же смог получить контроль над Божественной Системой сколь быстро появилась в голове Люцифера — столь быстро и исчезла. Нет, если бы Михаил смог подчинить себе силы Господа — то Люцифер бы погиб до того, как сумел что-либо заметить, а без поддержки Божественной Системы Михаил не решился бы жертвовать своими силами в безрассудной атаке — тем более сейчас, когда на горизонте было сразу две вероятных проблемы, Бригада Хаоса и новый Надмифик.        -Иштван…- голос Серафалл был полон злобы и ненависти, однако Сазекс был, с сожалением, вынужден прислушаться к ее предположению. Из произошедшего виднелась рука одной из двух главных проблем Ада за последнее время, — Надо было убить его сразу.        Сазекс был с ней по этому поводу не согласен — вероятнее всего, Серафалл бы просто не смогла его убить в прошлом, поэтому размышления об этом были бессмысленными — если не сказать, ошибочными.        И все же, мысль о том, что в случившемся был каким-то образом замешан Иштван Батори — не давала покоя Сазексу.        -Барьер упал, — мгновенно констатировал Аджука, но Сазекс почувствовал случившееся еще до того, как Вельзевул пожелал сообщить ему о произошедшем. Спустя секунду Ад накрыло волной — волной знакомой, но все же не той силы, что была известна Люциферу благодаря его недавней короткой встрече с Иштваном. Эта сила была на несколько порядков ощутимее — на несколько порядков злее, разрушительнее, как будто бы она пронизывала каждую частичку пыли Ада.        -Тригекса, — констатировал Аджука то, что четверо правителей Ада поняли мгновенно друг с другом.        Завывшая бесполезная в данном случае тревога лишь мрачно подтвердила этот вывод. ***        -Тебе их не жалко? — голос Оливера за моим плечом звучал достаточно индифферентно, чтобы граничить с издевательством, — Ты же знаешь, против Тригексы им не выстоять. И все ради чего?        -Начинать строительство нового мира надо с разрушения старого, — наставительно поднял я палец, после чего внимательно проследил за тем, как выныривает из прохода бездумная масса силы и разрушения и, не теряя времени даром, вышел из временного потока, чтобы случайно не оказаться под ударом существа. Медленно проявляющийся во всем своем великолепии Тригекса выглядел прекрасно — правда, к сожалению, почему-то он выглядел как дракон на этот раз. Не такой, как Красный, но все равно весьма приличный в размерах и не ограниченный в силах — если бы я находился рядом с ним прямо сейчас, наверняка пришлось бы тратить Силу Воли, просто чтобы оставаться рядом с ним.       Появившаяся громада мгновенно снесла всяческие ограничения и барьеры, что были наставлены вокруг поместья Фенексов, не заметив их — впрочем, сами Фенексы уже благополучно сбежали из своего поместья, согласно их договоренностям со мной — и с Ризевимом, оставив Ад на растерзание Зверя Апокалипсиса.       Телепортация через временной поток оставила мне не самые лучшие воспоминания, однако цели она своей достигла — после моего наблюдения за появившимся из ниоткуда Тригексой, я вынырнул в мире людей вновь.       -Ризевим, — и только сделав шаг прочь оттуда, я поздоровался с главным моим помощником в этом нелегком деле уничтожения вселенной, — Тригекса сейчас вовсю развлекается в Аду. Как только он разберется с Библейской Фракцией — можешь забирать его и натравливать на Великого Красного, как хочешь.        -Конечно, — демон не стал поддерживать диалог и лишь кивнул мне на мои слова, однако взгляд его, не смотря на всю его уверенность, все же выражал некоторую степень недоверия — словно бы он не мог поверить «что, все так просто?».        -Дай угадаю, — я вздохнул, — Ты так до сих пор и не можешь определить мои планы?        На эти слова сын Люцифера только кивнул головой, словно бы не найдя возможности солгать на подобный вопрос — а может быть и не захотев.        -Все просто, — ответствовал ему на это я и улыбнулся, — Я хочу уничтожить Систему.        -Божественную? — взгляд Ризевима на секунду стал оценивающим.        -Как сказать, — усмехнулся я, после чего поклонился демону, — Полагаю, на этом наша встреча заканчивается — однако, возможно, мы все же еще встретимся — в далеком будущем, в далеком мире, поэтому не прощаюсь. И все же — прошу меня извинить, меня ждет моя часовня — и мои глупые подопечные. Настало их время наконец исполнить свой долг, ради которого я когда-то принял их.       Перед тем, как покинуть меня, Ливан Люцифер бросил на меня последний заинтересованный взгляд, словно спрашивая, зачем же мне в итоге потребовалась столь разношерстная компания, как архимаг, монашка, психик и четыре падших.       -Они должны стать частью Часовни, — усмехнулся я, после чего развернулся было для того, чтобы уходить.        -Кстати говоря, Ризевим, — однако перед тем, как шагнуть прочь и скрыться с глаз демона, я остановился — после чего обратился к мужчине с, возможно, самой главной причиной и новостью, из-за которой я решил с ним встретиться, — Твой отец передает тебе привет.        С этими словами я скрылся во временной петле, оставив осознающего сказанное демона в прошедшем-настоящем-будущем. Ведь я действительно ему не врал — то, за кем я дополнительно планировал заглянуть в прошлое чуть раньше — был сам Первый Предатель, Люцифер, весьма необходимый мне для моего финального гамбита. Но, как я уже и сказал, насчет него я не сильно переживал — ведь мне уже удалось его достать из прошлого. Правда, как бы так сказать… Он пребывал сейчас немного не в себе.