Слава викингов

      Судьба, карма? Он был на грани чтобы начать в них верить. Грузовик сшиб сумасшедшую девчонку, ему даже послышался торжествующий крик Лимона, мандарины покатились по асфальту. Кимура поднял и бросил ему один. В автоматах с призами попасть ключом в отверстие, почти невозможно. Какова вероятность? Такая же как и у них с Марией. Они стояли ровно там, где их накрыло стенкой вагона. Шаг влево, или вправо и кровавая каша. Но стенка упала так, что они оказались внутри оконного проема. У Ледибаг даже не было сил удивляться, он пожалел только машину на которую упал столб и смял крышу.              ‒ Судьба не хотела, чтобы я садился в твою машину, судьба не хотела, чтобы я ел тот банан, ‒ говорит он Марии.              ЛЕДИБАГ              Кажется, судьба и правда не хотела. Они с Марией шли к перекрестку мимо искореженных, дымящихся вагонов под аккомпанемент из сирен городских служб. Ледибаг жаловался на головокружение, рассказывал про божью коровку и семь неудач. Мария придерживала его за локоть, а может цеплялась за него. У нее было потрясающее самообладание, но сейчас ее хватка была чересчур крепкой.       ‒ А куда мы идем? ‒ спросил Ледибаг.       ‒ Я видела машину из каршеринга по пути сюда. Возьмем ее.       ‒ Кстати, ты так быстро приехала.       ‒ Судьбе было угодно чтобы у меня были дела неподалеку.       ‒ Ага, вот видишь!       ‒ Хотя, в основном, мой профессионализм. Я была в Осаке и когда ты так и не смог сойти с поезда, поехала в Киото. Была как раз в двух кварталах отсюда, когда увидела поезд летящий с горы.       Вагоны лежали в беспорядке, деталями гигантской, рухнувшей дженги. Один из них, лежал торцом на другом вагоне, вторым упираясь в землю. Оттуда, из тамбура, вывалилось окровавленное тело.              ‒ Вот черт, ‒ сказала Мария, ‒ Это еще кто?              ‒ Это Мандарин. Близняшка, ‒ выдавил Ледибаг.              ‒ Он что живой?              ‒ Быть не может, он кровью истек.              Мандарин вдруг пошевелился. Попробовал поднять руку, но тут же уронил.              ‒ Мария, ты можешь…              ‒ Хорошо.              Мария тут же исчезла и вскоре донесся ее крик, она звала на помощь. Ледибаг подошел ближе. Мандарин, несомненно, был жив, мелко дрожал и стонал. Ледибаг опустился на землю рядом. Заглянул под алый ворот рубашки. Пуля вошла чуть выше ключицы, у основания шеи.              ‒ Мария приведет кого-нибудь, ты уж продержись, ‒ Ледибаг прикрыл рану, ‒ Кажется тебе передалась моя удача. Она, конечно, не без изъянов, видел бы ты свою ногу. Скажем так, сгибается она совсем не там, где предусмотрено природой.              Мандарин часто моргал.              ‒ Жаль будет если неправильно срастется, походка у тебя... Черт, прости, прости за сексуализацию.              ‒ Тф мня пдстлил, с-ска, ‒ тихо прохрипел вдруг Мандарин и закрыл глаза.       ‒ И почти поплатился за это, та девчонка... Эй, эй, ты тут? Не отключайся, ‒ Ледибаг похлопал по бледной, забрызганной кровью щеке ладонью, но Мандарин не отозвался.              Ледибаг берет запястье Мандарина, и замирает, пытаясь почувствовать пульс, но не выходит, его собственное сердце колотится как бешеное, отдает в кончики пальцев, мешая чувствовать. Ледибаг склоняется над Мандарином и прижимается щекой к его груди. Кровь, пропитавшая одежду, еще не высохла и холодит щеку. Тх-тх… Тх-тх… Тх-тх... Сердце стучит едва слышно, но мерно. Ледибаг чувствует ладонь на своем плече. Это вернулась Мария, чуть сбившимся голосом она говорит:              ‒ Идем, скорая сейчас будет, ему помогут.              ‒ Но...              ‒ Лучше не привлекать к нам лишнее внимание.              Ледибаг поднялся на ноги, тело ломило, ему здорово досталось сегодня. Мария взяла Ледибаг под руку, и они пошли дальше.              ‒ Ты что, бежала?              ‒ Тебя это удивляет?              ‒ Почему-то не могу представить, как ты бежишь, ты всегда такая невозмутимая.       Сзади зажужжал автомобиль, потом задребезжали колесики каталки. Ледибаг оглянулся. Парамедик в голубой униформе как раз загородил тело Мандарина. Другой открывал оранжевый чемодан.              ‒ Я только не пойму. Лимон усадил его у стены, сидел рядом, держал за руку и не заметил, что он не мертв. Как блять это работает? Я... ‒ А ведь Ледибаг подходил к нему потом, хотел извиниться перед телом, но не смог, ‒ Мария, у меня есть огромная просьба. В следующий раз напомни мне проверить точно ли труп ‒ это труп.              ‒ Сделай пометку в уме.              ‒ У меня сотрясение. Вдруг у меня вытрясло всю память?              ‒ Надеюсь, вместе с телефоном Барри.              ‒ У него есть сайт.              Ледибаг снова оглянулся. Мандарина уже подняли на каталку и повезли к машине, парамедик держал над ним пакет.              ‒ Я знаю куда его повезут.              ‒ Зачем мне это? ‒ Ледибаг отшучивается, но потом он обязательно попросит адрес.              ‒ Будем наполнять твою голову новой информацией.              ‒ Даже совершенно ненужной?              ‒ Ага, ‒ Мария едва заметно качает головой, в ее голосе улыбка. Ледибаг смотрит на нее и видит в глазах чертят, отплясывающих канкан.              ‒ Ты лучший куратор!