Слава викингов

      – Ты не поверишь кого я встретил! – Едва они вышли из каюты, Ледибаг достал смартфон, набрал номер и вставил наушник в ухо.              – Угадай!              – Черт, как ты это сделала?              Быстро. Это что, тема номер один в его беседах? Хотя, учитывая, что Ледибаг очертя голову бросился на помощь, похоже на то. Сильно же его замучила совесть, хотя Мандарин сильно сомневался, что у Ледибаг она есть, пусть он даже и говорил что да.              – Нет, все в порядке. Он не хочет меня убивать. Мы это обсудили.              – Я говорил, что не буду, это не значит, что не хочу, – пробормотал Мандарин и получил в ответ взгляд «Да ладно тебе уже». И правда, ладно, просто Керлиш – слишком больная тема. Мандарин засматривается на плавный узор голубых волн на синем ковре и слушает.              – Этого он кажется тоже не хочет делать, – Ледибаг прищурено глянул в лицо Мандарина, который не смог сдержать усталого вздоха.              Мандарин нажимает кнопку вызова лифта. Из-за двери раздается гул. Он смотрит на Ледибаг, который прислонился к стене и слушает голос в наушнике.              – У меня есть просьба. Лимона похитили, поэтому Мандарин здесь.              – Я не знаю, его весь год пытались убить, решили добраться через Лимона. Я переслал тебе видео, – Керлиш улыбнулся Мандарину, мол, все нормально, так и надо.              – Может ушло в спам? О, отлично. Взгляни пожалуйста, вдруг у тебя есть информация. И еще это мудло – Резчик. Он явно с этим связан.              Лифт дзынькнул, оповещая о своем прибытии, дверь отъехала в сторону.              – Как друга... Ты же знаешь насколько это важно!              Мандарину интересно насколько.              – Черт, задержи лифт, а то внутри сигнал пропадет.              Мандарин придерживает створку. Фигура внутри жмет на кнопку закрытия. Мандарин заглядывает внутрь, чтобы улыбнуться и попросить не уезжать. Рядом Ледибаг осыпает комплиментами некую Марию, но Мандарин не слушает. Он смотрит на донельзя сосредоточенное лицо девушки, достает пистолет и направляет ей в лицо.              – Ты! Падла!              Девчонка вскидывает руки, ее губы дрожат:              – Подожди, подожди…              – Кто? – спрашивает Ледибаг, смотрит в кабину и радостно восклицает, – О, привет! А ты здесь как?              Мандарин удивленно оглядывается на букашку и тут же мелькают белые кроссовки. Джиен схватилась за поручни, подпрыгнула и двумя ногами охренительно сильно ударила в солнечное сплетение. Был бы он не в бронежилете, валялся бы на полу, судорожно пытаясь заглотить воздух, а так, его просто отбрасывает назад. Девчонка выскальзывает из лифта, но Ледибаг хватает ее за руку:              – Подожди, мы все обсудим.              – Пусти!              Она пытается ударить его ладонью по носу, но Ледибаг перехватывает ее руку и выворачивает. Мандарин поднимается на ноги, снова поднимает пистолет. Ледибаг видит это и выбивает его ногой, отправляя прямо в кабину лифта. Мандарин бросается за ним, но не успевает, дверь закрывается и лифт уезжает.              – С дуба рухнул?! – кричит Мандарин.              Он поворачивается к дерущимся Ледибаг и Джиен. Заламывает ей руку, вторую перехватывает Ледибаг. Она пытается вывернуться, дергается, обвивает его голень ногой и Мандарин падает на колено, выпуская руку, ее пытается перехватить Ледибаг, но получает удар в скулу и издает громкое "Ауч!".       – Давай все таки поговорим! – напряженно рычит букашка.       Мандарин тянется к правой голени, перехватывая левой рукой ногу, летящую ему в голову. Небольшая рукоятка в кобуре под брючиной привычно ложится в ладонь. Девчонка пытается выдернуть ногу, но Мандарин крепко зажимает рукой ее голень у своей шеи, а потом выбрасывает вперед руку с лезвием, так чтобы острие воткнулось в кожу внутренней стороны бедра на несколько миллиметров, не больше. Пока что, она ему нужна живой. – Эй! – кричит Мандарин, – Остановись нахрен, или кровь пущу! Склеившиеся Ледибаг и Джиен смотрят на него. Ледибаг захватывает наконец вторую руку девушки и держит ее запястье. Мандарин поднимается, подставляет лезвие к боку Джиен и говорит:       – К лифту.       Они подтаскивают Джиен к лифту, Ледибаг нажимает кнопку.              – Я объясню, – говорит наконец Джиен.              – Конечно ты объяснишь! А иначе, я тебя на куски порежу, буду кидать по одному за борт и наслаждаться гладиаторскими акульими боями за еду.              – Ман…              – Что?              – Просто хотел сказать, что здешние акулы безопасны для людей. Они питаются рыбой.              – О, охуенно нужная информация, Ледибаг! И как вовремя!              Лифт приезжает быстро, но пистолета в нем уже нет.              – Блять, – цедит Мандарин и они затаскивают девчонку в лифт.              – Пистолет пропал.              – Ебаный капитан очевидность. Где мой брат?              – Его должны привезти на паром в Мариехамне, – отвечает Джиен.              – А какого хрена он там делает?              – Я… Я ошиблась. Это… сложно.              – Ты ведь мне объяснила, – говорит Ледибаг, – Ты же об этом говорила? И вовсе не сложно.              – Это был очень упрощенный вариант!              Кабина останавливается, входит парочка, держащаяся за руки. С опаской и подозрением смотрят на них, еще бы, два мужика зажали мелкую девчонку.              Парень спрашивает сначала на финском, потом на английском:              – У вас все в порядке?              Мандарин хочет послать их к чертям, но Джиен вдруг говорит:              – Да, спасибо, все прекрасно, – она улыбается и поправляет вдруг волосы.              Девушка с облегчением улыбается в ответ и прижимается к парню, говорит что-то о том как повезло попасть на этот рейс. Мандарина потряхивает. Ледибаг снова сделал это. Снова изображает рыцаря охуенной тупости. Еще и отпустил эту гадину. Мандарин сдается и отпускает тоже. Отходит на пару шагов, ловит себя на том, что почесывает шрам.              Они с парочкой выходят на одном этаже. Мандарин думает, как тащить за собой девчонку, но она спокойно, едва заметно дергает головой в сторону коридора:              – Пошли.              – Ну и что это было? – спрашивает Мандарин, когда все они заходят в каюту.              – Что?              – Ты пыталась сбежать, а теперь спокойно пришла сюда.              – Ты в меня пистолетом целил. Я перенервничала.              – А он постоянно так. Я вот всегда даю людям шанс повести себя правильно, построить конструктивный диалог и прийти к компромиссу, – подал голос Ледибаг, он уже копался в холодильнике, – О, ничего себе, а у меня почему арахиса не было?              Мандарин раздраженно фыркает.              – Так, что с Лимоном? И какого хуя вообще происходит? Что за ебаная секта?              – Лимона привезут на паром в Мариехамне. А от тебя хотят получить удачу. Мандарины символ достатка и удачи. Ты пережил крушение синкасэна с простреленным горлом и сломанными костями, не каждому так везет. Поэтому выбрали тебя, на пике удачи.              – Какая же срань, – отвечает ей Мандарин.              Джиен в ответ пожимает плечами.              – Не много удачи надо, чтобы убить полуживого, – прокомментировал Ледибаг. Он уже открыл пакетик с арахисом и закидывал его себе в рот.              – Я был не полуживой.              – Выглядел полуживым.              – Плевать! Что дальше? – шипит Мандарин.              – Как видишь, убить не получилось. Было попыток двадцать или около того.              – Ты говорил двенадцать.              – Столько я и насчитал.              – Некоторые даже не добрались до тебя. Видишь? Удача. И Длань, лидер вза… секты, – Джиен запнулась, как будто это слово не сразу пришло ей в голову, – В общем, это стало моим заданием.              – Задурить моему брату голову и добраться до меня. Но все пошло не так, розочки-цветочки, любовь с полувзгляда и вот ты уже сбегаешь из секты. Как мило. Только я пиздец как тебе не верю.              Джиен смотрит в пол, Мандарину на мгновение становится неловко.              – До чего ж ты циник, любовь моя, – подал голос Ледибаг. Он кажется и не обратил внимание на то что сказал, открывал намертво застрявшую крышку на бутылке.              Мандарин же завис. В памяти дернулась та ниточка, что вела к поезду. В те минуты, когда между ними что-то произошло.              

***

             – Но они пришли не на рынок ебаных самотыков и чулок!              – Но! Они почти купились, а? – Ледибаг, несмотря на грандиозный проеб не выглядит ни на грамм опечаленным. Виновато размахивает руками, но безудержный, бесячий оптимизм так и изливается из него, – Еще бы немного и, эх…              – Нас почти грохнули, тупой ты долбоящер! – Мандарин подходит, сгребает воротник Ледибаг и встряхивает несколько раз. Адреналин бурлит внутри и требует действий.              – Любовь моя, я знаю, тебе нравятся жесткие игры, но нас же могут увидеть, – Ледибаг подмигивает и перехватывает запястье Мандарина, проскальзывает слева и оказывается за спиной. Захватывает второе запястье, наваливается всем телом и вот Мандарин зажат между переборкой и телом букашки. Пахнет ментолом и потом. Он пытается вырваться, но Ледибаг держит крепко.              – Надеешься, что мы станем ебаными хамелеонами и сольемся в экстазе с окружающей средой?              – Надеюсь, что мы сможем найти способ уладить наши разногласия без членовредительства.              Мандарин не отвечает. Он слышит шумное дыхание за ухом, чувствует, что хватка на его запястьях немного ослабла. Вырваться проще простого. Потом ударить локтем в солнечное сплетение, а когда букашка загнется, хватая воздух, зажать его горло подмышкой, но Мандарин не двигается. «Любовь моя» отозвалась неожиданно приятным эхом и перестуком в груди. До него вдруг доходит, что им ничего не поможет. Ситуация трех слов не решится спокойно. «Им полный пиздец».              Если они притащат Белой Смерти убийцу отпрыска это не изменит тот факт, что они прозевали киллера и позволили уебку сдохнуть. Белая Смерть уничтожал и за меньшее, гораздо меньшее, а значит надо выбрать: они остаются профессионалами и идут до конца, с вероятностью сдохнуть в девяносто пять процентов, или они теряют часть репутации, но живут дальше. Для Мандарина выбор очевиден. А если им еще и деньги достанутся... Остановка через две минуты, еще одна через шестнадцать, значит – девятнадцать. Достаточно времени чтобы найти Лимона и свалить из поезда до приезда в Киото. Но если их ждут не только там? Волосы на затылке шевелятся от дыхания Ледибаг. Тихое напряжение стало уже слишком неловкими. Но что если...              – Не устраивай сквозняк, – говорит Мандарин.              – А?              – Дышишь так, будто стометровку пробежал.              –Какой-то спазм в горле. У меня, наверное… аллергия на цитрусовые, – говорит Ледибаг медленно и как будто задумчиво.              – Тогда надо их избегать.              – Это менсплейнинг, – отвечает Ледибаг. Задумчивость в его голосе пропала и Мандарин решил, что показалось.              – Это для женщин.              – А это сексизм.              – Поплачь в жилетку психиатру.              – Психиатры существуют не для этого, они учат работать со своими эмоциями.              – И это менсплейнинг, – сунуть букашку носом в его психологическое дерьмо приятно.              – Черт, – заключает Ледибаг.              Объявляют следующую станцию и поезд начинает замедляться. Натиск вдруг исчезает и спине становится неожиданно холодно. Мандарин даже не заметил, как тепло чужого тела стало привычным. Он разворачивается, одергивает жилет и приглаживает волосы. Задевает лоб и шикает от боли. Удар бутылкой был очень сильным.              – Ты знаешь, что будет в Киото, – Ледибаг, прислонившийся к переборке, в том самом месте, где только что вжимал в нее Мандарина, выглядит уставшим.              Мандарин знает. Еще он знает, что Ледибаг ни за что не согласится остаться в поезде, но им с братом надо сравнять шансы и тогда он делает большую ошибку: своей шуткой загоняет Букашку в угол.       

      ***

             «Любовь моя» в этот раз греет много сильнее, а невыясненные вопросы, сплетаются в тяжелый клубок, раскидывающий свои щупальца по телу, всюду куда может дотянуться. Ну хоть один вопрос можно решить прямо сейчас.