My heart stopped

Какими же нежными были прикосновения рук мужчины. Разум Порша начал понемногу отключаться, позволяя телу отдаться желанию бесконтрольно, а взгляд темных глаз не отпускал, подливая масла в огонь. Сначала Порш хотел спросить, уж не ошибся ли он, заметив на выступлении и после в этих почти черных глазах огонь желания, но теперь руки Кинна говорили даже выразительнее. Парень облизнул свои губы, обдавая теплым дыханием кожу Кинна на скуле. Парень с трудом дышал, но касался лица мужчины лишь кончиком носа. Прикосновения, с одной стороны, были вполне невинными, если бы не тот факт, как тесно Порш прижимался к Кинну. «Он же мой хореограф, так какого фига я творю тут?» — мелькнула мысль в мозгу Порша, после чего разум замолчал, теперь уже точно оставляя лишь чувства. Ладони парня с плеч мужчины скользнули на грудь, гладя поверх рубашки, потом по бокам. Внизу живота заныло. Порш потерся бедрами, ощущая, как Кинн понемногу смелеет, сильнее сжимая его талию. Парень склонил голову ниже, впервые касаясь губами кожи под самым ухом. Кинн вздрогнул, едва слышно застонав, и даже попытался то ли встать, то ли сменить положение. Но Порш снова прижал его к дивану, снова двинув бедрами вперед. Мужчина застонал более откровенно. Будто начиная тонуть, он ухватился за парня, крепко обнял и притянул к себе. — Ммм… — губы дрожали, но об этом знал только Кинн, пряча свое лицо между шеей и плечом парня. Мужчина пытался понять, что происходит, но действия опережали его спутанные в клубок мысли. Он жадно обхватил руками его за талию и чуть царапал спину, будто пытаясь ощутить его тело на себе. Порш лизнул его ухо и услышал стон. — М… что ты со мной делаешь, а? — А на что это похоже? — прошептал парень, следом прижимаясь губами к уху. Как же внутренне он радовался, что все подтвердилось. Все догадки, что мучали сегодня, оказались правдой. Осталось лишь узнать одну деталь, но в любом случае это было уже не столь важно. Ладони парня вернулись на плечи мужчины, оттуда спускаясь плавно по рукам до локтей, а потом снова наверх, к плечам. Смазано проведя губами по краю нижней челюсти, Порш добрался до подбородка. И пока пальцы по-хозяйски настойчиво расстегивали пуговицы на рубашке мужчины, парень обхватил губами сначала нижнюю, а потом перебрался на верхнюю губу Кинна. Тем временем руки забрались под рубашку, лаская обнаженную кожу, но мужчине казалось, что по телу пускают слабые разряды тока. Порш пальцами одной руки стал попеременно сжимать горошинки сосков, а другую руку положил на затылок Кинна, вынуждая того отклонить голову назад. Полностью накрывая губы мужчины своими, Порш толкнул вперед язык, пробуя на «вкус». Кинн застонал и по телу пробежал горячий огонек, замерев ниже живота. Он ответил на поцелуй и поглаживал его затылок ладонями. Порш в ответ исследовал языком его рот, желая, чтобы он расслабился. На секунду Кинн остановился и прервал поцелуй, пытаясь понять, что же он сейчас делает. Порш, предчувствуя мыслительный процесс, поцеловал более страстно, стараясь отвлечь. Руки мужчины были под футболкой и гладили спину. Прикрыв глаза, он прижался губами к шее, страстно целуя. Незаметно для себя начал слегка покусывать нежную кожу, задыхался от переполняемых эмоций, но никак не мог остановиться. Кажется, не только ему сорвало крышу, потому что он услышал треск рубашки. Инстинктивно он стянул ее и бросил в сторону. Когда Поршу настолько открылся «холст», что так и манил творить, когда Кинн оказался без рубашки, то парень толкнул мужчину в бок, укладывая его на спину, но при этом продолжая сидеть сверху. Сам парень снял с себя футболку, чувствуя на своем теле хоть и туманный, но такой горячий взгляд темных глаз. Порш иступлено целовал в губы, заставляя мужчину забыть обо всем. Жар страсти уже разгорелся, сжигая все сомнения, если таковые еще оставались. По крайней мере на эту ночь. Порш не только брал, но и отдавал себя этим рукам, что то сжимали его талию, то гладили бока. Но чаще Кинн просто прижимал парня к себе, как нечто дорогое… и самое желанное, что могло быть. Порш провел языком по краю челюсти, по адамову яблоку, оставил несколько влажных поцелуев на плечах, не удержался и укусил по очереди соски, захватывая их потом в плен губ и посасывая. Стал спускаться ниже, а руки уже коснулись пояса брюк Кинна. Порш на мгновение поднял голову, но мужчина лишь тяжело дышал, закрыв глаза. И это молчание парень расценил, как разрешение продолжать. Потому через мгновение Кинн лежал уже в одном белье, а парень, удобно устроившись между его ног, целовал внутреннюю часть бедра, двигаясь от колена к области паха. Потом положил ладонь на плоть мужчины и стал медленно ласкать, чувствуя, как ткань белья становится влажной от выделяющейся смазки. Кинн дрожал и чувствовал пульсацию внизу и нарастающие волны удовольствия. — Мм. Мм. Ах. — тихо постанывал Кинн, не в силах говорить. Рука заигрывала с ним, заставляя жаждать прикосновений еще больше. Облизывая губы, он хотел, чтобы эта сладкая пытка не прекращалась. Когда мужчина почувствовал, что остался без последнего предмета одежды, то раскинул руки в стороны, желая подняться, но вместо этого Порш крепче сжал его бедра, впиваясь тупыми короткими ногтями. -Ммм… Порш ловил его стоны и выцеловывал его живот и бедренные косточки, прежде чем лизнул кожу совсем близко к плоти. Чуть покусывая очень нежную кожу, Порш вернул ладонь на плоть, заставляя мужчину громко застонать. Стимулируя рукой, парень стал играть языком с головкой. Когда Кинн кончил, парень встал ненадолго, взяв из ящика тумбочки некоторые вещи. Бумажными салфетками он вытер капли на животе мужчины. А кое-что просто кинул на диван, снова устраиваясь между ног Кинна. На этот раз он прижал колени мужчины к его же груди, дополнительно подложил под поясницу подушку. — Нет, Порш, — слабо запротестовал Кинн, но снова застонал уже в следующую секунду, когда горячий язык парня коснулся яичек, а потом и вовсе Порш обхватил одно губами. Тонкие пальцы в смазке протолкнулись внутрь, он едва не закричал от удовольствия. Порш умело сочетал движения пальцами внутри и прикосновения языка снаружи. И так Кинн пережил еще два ярких оргазма, оставаясь без сил. Он даже не заметил, как Порш полностью разделся сам и открыл презерватив. Лишь когда мышцы внутри сжались вокруг чего-то очень горячего, Кинн смог оценить все размеры парня и то, насколько идеально это оказалось для мужчины. После должной подготовки, даже внушительный размер приносил лишь наслаждение, стимулируя внутри точки, до этого времени не задействованные. Это был лишь первый их секс, и он еще не закончился, а Кинн понял, что как минимум уже хочется повторить. Порш стал двигаться быстрее, а Кинн мог лишь громче стонать в ответ, притягивая парня ближе и царапая спину. Красивый внешне, Порш оказался еще и прекрасным партнером в сексе… Задыхаясь стонами, Кинн выгибался, стараясь избежать прикосновений. Вместо этого Порш старался ласково целовать его, прижимаясь всем телом. — Ахххх. Я не могуу… Хваатит. Мм. Потеря контроля до ужаса пугала его. — Тщщщ… — Порш положил палец на его губы, но вместо того, чтобы успокоиться, Кинн обхватил его губами и стал посасывать, смотря в глаза. — Это ты так не хочешь, да? — облизнулся Порш, прикрывая глаза. Вскоре парень отстранился, а Кинн стал в нетерпении кусать губы. Он рвано дышал и вскоре ярко кончил, устало выдохнув. Порш лег сверху, а мужчина восстанавливал дыхание. Вскоре он попросил встать и взял чистое полотенце. Ему достался халат и пять минут позора при выходе из комнаты. Ведь многозначительный взгляд соседа по комнате буквально раздевал его. Искупавшись, Кинн думал, как теперь себя вести и его очень смущало произошедшее. Пока он решил ничего не обсуждать с Поршем и стараться дать себе время все осмыслить. Он тихо вошел в комнату и сел в кресло, полотенце повесил на стул рядом. Порш сходил быстро ополоснуться в душ, но и туда, и обратно он шел в одном лишь полотенце. Соседа чуть инфаркт не хватил. Впервые он видел этого парня-танцора в таком одеянии, что едва доходило до середины бедра. — Твою ж мать… — мужчина проводил взглядом Порша. — Да я сам под такого бы лег… Порш выглянул из ванной комнаты. — Успокойся. Ты не в моем вкусе. Но вскоре парень вернулся в комнату. Кинн не менял позы, не пытался сбежать, судя по всему. Порш постелил постельное белье на диване. Положил две подушки. — В ночь никуда не отпущу. Так что давай ложиться спать, — парень выключил свет и подошел к мужчине. И всё же была в этой комнате магия к перемещению в пространстве. Иначе как у Порша получилось в мгновение ока уложить Кинна на диван к стене, параллельно сняв халат с него? После этого Порш сам лег рядом. — Ты не будешь одеваться? — тихо спросил Кинн. — Ну, во-первых, что ты там еще не видел? А во-вторых, я всегда так сплю. Одеяло у меня одно, так что будь паинькой… — Кем?.. Порш накрыл их одеялом, закинув ногу на бедро мужчине, положив голову на плечо и обнимая одной рукой. — Спи… Если будет желание, то утром повторим… — уже засыпая, прошептал Порш. — И да, попробуешь уйти до того, как я проснусь, вечером вся труппа узнает… Или тебе лучше сказать, что этого больше не повторится? Выбирай сам, что тебе больше не нравится. Но ты очень сладко стонал подо мной… Я был бы не против… так встречаться. Пока Кинн переваривал услышанное, парень уже окончательно уснул. Он так и не смог уснуть, все ворочался и тихо дышал. Сильные руки позволяли двигаться, но не отпускали. Мужчина решил дождаться утра. Время текло медленно и лежать было уже сложно. Мысли все больше подстегивали его скорее остаться одному, чтобы подумать и оценить ситуацию здраво. Для него такие отношения были не впервые и обычно все очень быстро и печально, как для коллектива, так и для него. Он уже предвидел недовольное лицо Пита, говорящее «опять». Кинн чувствовал себя виноватым, так как снова попал в эту ловушку. С Поршем было хорошо, даже слишком. И хоть каждый его «загул» подобного рода не был похож на предыдущий, тут он видел что-то особенное. Сегодняшний любовник казался хорошим, но Кинн на самом деле его не знал и сейчас не хотел надумывать. Поэтому решил, что будет вести себя обычно. Мужчина еще не отошел от прошлых душевных терзаний, что чуть его не погубили и довели до травмы, которая все еще дает о себе знать. Кинн инстинктивно погладил когда-то сломанную руку, вспоминая, насколько искорёженной была его душа в то время, как он все потерял. Единственный, кто с ним был — это Пит. Друг ходил к нему в больницу и вернул веру в себя, в то, что можно остаться в профессии, но сменить квалификацию. Хореограф решил, что не стоит цепляться за прошлое, но все же был не готов так уж смело шагать в будущее. Его расчётливая сторона решила, что лучше иметь хорошую команду, чем однажды встретиться с трудностями и потерять себя снова вместе с тем, что приобрел. У него никого не было, кто мог бы ждать дома, звонить по выходным. Мужчина считал, что видимо ему это не подходит. Поэтому был готов принять судьбу… до этой ночи. Теперь все было слишком сложно и страшно, чтобы сразу решить эту ситуацию. Утром он сам же нарушил свое обещание, лаская Порша в ответ. В благодарность за прекрасную ночь и потому что просто хотелось. Когда он разбудил его таким приятным способом, Порш сонно посмотрел на него, приоткрыв глаза: — Неожиданное доброе утро. Кинн лучезарно улыбнулся. — Доброе. Но мне пора. У меня занятия. Я пойду. Мужчина быстро оделся и оказался у двери. Он поспешил покинуть это место, быстро сбегая по лестнице и ругая себя, что всегда так глубоко увязает в эмоциях. Хореограф позвонил Питу и попросил прийти после утреннего занятия. Когда они встретились, Пит сразу все понял и просто потрепал его по волосам. — Чертов Вегас со своими приколами, а ты вечно отгребаешь. Мне попросить замену на сегодня? — Нет, я справлюсь, — сказал мужчина, — Не знаю, как себя вести. — Как обычно. Не обращай внимания. Веди себя профессионально. Все хорошо. Ты не сделал ничего плохого. Чувствуя вину, Кинн опустил голову. — Спасибо. Если увидишь, что я не справляюсь, позови к себе во время занятия. Я хоть отвлекусь. Пит согласился с ним. Вскоре они разошлись, договорившись о встрече на финальной репетиции вечером, их ждало ночное выступление.

***

Порш и не рассчитывал ни на что серьезное. Проводив утром Кинна молчаливым взглядом, он прибрался в комнате и просто ушел в спортзал. Только вот сегодня он был особенно молчалив. Везде и со всеми. Даже когда встретились всей командой перед ночным выступлением. Собственно, если бы не Вегас, Порш даже не узнал бы, где будет проходить само выступление. Ведь Кинн ему ничего не сказал. По той же причине Порша не было на репетиции, и он приехал за десять минут до начала выступления. Его пытались подкалывать, но он будто замкнулся в себе. Еще накануне душа компании, сегодня парень был сам по себе. И если Кинн, мимолетно взглянув на Порша, мог подумать, что все дело в прошедшей ночи, то если бы спросил напрямую, получил бы честный отрицательный ответ. Ну был секс и был. Подумаешь… Ну было хорошо, это да. Но не более того. К серьезным отношениям Порш был просто не готов, ставя на первое место танцевальную карьеру. Да и в принципе… Он знал, что слишком ветреный для чего-то серьезного. Предложение встречаться было не для серьезных отношений. Порш ведь имел в виду встречи, подобные той, что была прошлой ночью. Где только стоны и ласковые прикосновения, но если Кинну такое неинтересно, то и пусть. Порш только переоделся, как команду позвали на сцену. Выступили ребята идеально. И хотели пойти то ли в караоке, то ли еще куда… Порш даже не попрощался, просто переоделся и вышел на улицу. Его догнал Вегас, удерживая за руку выше локтя. — Ты куда? А как же отметить? И получить гонорар… — Киньте мне на карту по номеру телефона, если не трудно. Я слишком устал и просто хочу спать. — Вы с Кинном же вместе ушли из ресторана… В этом причина твоего поведения сейчас? — У нас ничего не было, так что нет никакой причины, — ответил Порш абсолютно равнодушно. — Просто ехали на одном такси. Но я весь день провел в спортзале при полной нагрузке и просто валюсь с ног от усталости. Так что я пойду. Вегас кивнул и отпустил руку парня. Когда Порш уже сел на мотоцикл, Вегас снова подошел ближе. — Извини за вчерашнее… Ты хороший парень. Может, встретимся на днях, посидим где-нибудь? — Прости, Вегас, но нет. Порш опустил стекло на шлеме и уехал. Кинн тоже никуда не пошел и отправился домой. По дороге его перехватил Пит. — Пошли смотреть кино. Ты отвратительно выглядишь. В итоге они взяли пива и отправились отмечать вдвоем. Кинн скинул деньги за выступление и долг, что оплатил Порш во время прошлых посиделок со словами «Спасибо тебе». Пит грустно улыбнулся. — Как всегда. Какая ответственность. Кинн быстро напился и уснул на диване. Пит увидел ответ «Не за что. Отдыхай.», что высветилось на экране телефона Кинна. — Этот хотя бы вежливый и не посылает сразу же, — с воодушевлением сказал Пит. Проснувшись с головной болью, Кинн в этот день взял выходной. Другие группы не нужно было срочно готовить, а «Фениксы» были на трёхдневном отдыхе. Скоро должен был поступить заказ на новый танец.

***

Первый выходной Порш провел в автомастерской, где едва ли не большую часть полученных денег вложил в байк. Потом был снова в спортзале едва ли не до потери сознания. Он не смотрел на телефон и о времени ему напомнил лишь тренер. — Слушай, балерина, хватит себя изводить. Иди отдыхай. Мы все равно закрываемся. — Вы же до полуночи работаете… Мужчина показал время на наручных часах. Десять минут первого ночи. Вокруг больше никого не было. — Простите, я только переоденусь. Даже в душ не пойду. — Так не пойдет. Ты с обеда тут. Сегодня клуб закрываю я. Так что давай — пятнадцать минут на душ и переодевания. Парень кивнул и ушел в раздевалку, едва ли не на ходу снимая с себя влажную от пота одежду. Потом вышел, ровно через пятнадцать минут. Привычный рюкзак на плече и кепка, надвинутая на самые глаза. — До завтра, тренер. — У тебя случилось что-то? Ты совсем себя не жалеешь. Подожди пару минут, хоть по сигарете выкурим. — Я не курю… — Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет, — рассмеялся мужчина, закрывая дверь. — Здоровым помереть мне точно не светит. Профессия накладывает свой отпечаток. — Да ты как будто прямо тут собрался…помирать… — мужчина повернулся к нему, когда раскурил сигарету. — От меня одни проблемы и никакой пользы. — В чем же ты так провинился? — Не сдержался, когда это было ой как надо. — Всё плохо закончилось? — Мне-то хорошо. А вот человеку теперь будет плохо. — Это как же? — Я не привязываюсь к людям. У меня никогда не было серьезных отношений, потому что развлечения в рамках пары часов отношениями и не назовешь. Но, кажется, я перегорел. Наша команда называется «Черные Фениксы». Так вот, я всего-навсего кучка пепла. И эта кучка считала до недавнего времени, что может добиться чего-то в жизни. Но, видимо, моя судьба лишь в том, чтобы зажигать сердца со сцены, танцуя. Но иногда хоть одно сердце не выдерживает. И сгорает… — И ты еще можешь воскреснуть, а вот сердце того единственного зрителя — нет, — договорил мужчина. — Да… — Так помоги ему стать Фениксом. — Как? — Научи преодолевать сомнения и разрушать препятствия. Помоги ему поверить, что и в его жизни есть то, ради чего стоит жить… Даже полностью сгорев. Возродиться обновленным. Начать доверять. Хотя бы тебе. — Нет-нет, — отмахнулся Порш, — доверять мне совсем не лучшая идея. Можно снова сгореть. — Если это будет его осознанный выбор… — мужчина медленно затянулся, потом выпустил белый дым, подняв голову вверх. — Поддержи. Именно этого человек ждет больше всего. Тот человек, чье сердце ты так неосторожно зажег своим танцем. Порш попрощался с тренером и отправился домой.

***

Второй день прошел более спокойно. Кинн занимался тренировками и подготовкой других команд более младшего возраста. Команда, состоящая из девочек, чуть перешагнув за порог совершеннолетия, подошли к тренеру. — Кхун Кинн, спасибо за занятие. Девочки приобняли его, и он улыбнулся. — Вам спасибо. Я рад, что у вас такие успехи. Это и ваша заслуга. Мужчина провел еще несколько занятий. Вскоре его встретили Вегас и Биг и попросили о дополнительной тренировке. Кинн, как всегда, не отказал. — Потренируйся с нами, Кинн… — Не могу. Могу только учить. Выступать вам. Хореограф чуть улыбнулся, и они стали разрабатывать парный танец. — Нас позвали выступить на свадьбу, — Биг смутился. — Это прекрасно. А какая тематика? — Возлюбленные. Кинн задумался. — Биг. Тебе будет немного тяжело с Вегасом. Он будет вести, хочешь ты этого или нет. Определись: ты будешь ведомым или пойдешь наравне? Есть какие-то требования от заказчика? — Один медленный танец, другой страстный. Можешь подсказать? — Хм… Я думаю… Вам подойдет страстный. Для медленного я бы порекомендовал или девушку, или другого партнера. Помягче. Пит бы подошёл. Парни переглянулись. — А ты точно не против? — Нет, конечно. Ему классические танцы удаются лучше. А что? — Так он же твой парень, и мы думали…- Биг прервался, увидев вскинутые брови хореографа. — Мы хорошие друзья. Не более. И он свободен, если вас это волновало. Кинн пожал плечами. — Решайте между собой. Сегодня покажу связки на первый танец. Потом скажите, что решили для второго. Парни еще долго беседовали в процессе подготовки к выступлению.