Blonde boy fantasy

На носу Рождество, но у меня совершенно никакого настроения в наличии для этого дерьма. Абсолютно все суетятся: затариваются подарками, продуктами и украшениями, а у меня свой праздник - каждый день чекаю саундклауд и вижу положительные комментарии под последним треком, стремительно набирающим популярность.

***

Луна взросла над малиновой полосой горизонта, плавно заливаясь закатным светом подходящего к концу дня. На фоне бледно-голубого неба уже зажглись фонари, постепенно разгораясь и становясь ярче. Подошва кроссовок, шаг за шагом ступающих по лесу, скрипят на снегу и успеваю сочинить бит. Позолоченный отблеском солнца небесный объект преследует меня сквозь голые, угольного цвета очертания деревьев. Создается видимость, будто они удерживают на своих ветвях луну, чтобы та не свалилась на землю. Иллюзия. Мороз до боли обжигает кожу лица и рук, и я, в попытке немного согреть их, подношу ладони ко рту и выдыхаю теплый воздух, а затем прячу руки в карманы. Айфон в своей манере сдох от такой температуры, за что я искренне его ненавижу. Что я делаю в лесу вечером? Иду к своему барыге, конечно! Этот чувак поехавший по всей программе: зовёт себя Себек, прячет лицо за маской крокодила, отталкиваясь от истории древнего Египта. Возомнил себя богом, серьезно загоняя мне, что все рыбаки поголовно молятся на него, за что он дает им в знак благодати жирный улов. Пиздец, придумал, чувак, но я не осуждаю - у каждого свой выдуманный мир, встроенный в универсальный. Кстати говоря, из-за того что он всё время в маске - я никогда не видел его настоящего лица. Искусная конспирация. Каждый раз мы встречаемся в Бейпорте - куда Себек приплывает на лодке строго после захода солнца и отдает мне вес. Я бы тоже охуел, будь рыбаком, увидев плывущего в лодке чела в маске крокодила... Покидая пределы парковой зоны, я прохожу еще примерно полчаса среди уже знакомых ебеней. Небо стремительно темнеет, заливаясь глубоким, таким по зимнему насыщенно синим цветом. Оставляя позади себя тихий частный сектор, обхожу шлагбаум, спускаясь к берегу, и окончательно охуеваю от ледяного холода у воды. Ветер вот-вот утащит мои тощие кости отсюда в сторону Атлантического океана. Коченея, хожу туда-сюда, посильнее натянув капюшон белой толстовки - который нихуя не спасает, - отравляя никотином легкие в ожидании.. Спустя еще две сигареты и отмерзшие к чертям конечности, наконец вижу подплывающий силуэт с той самой крокодильей башкой, появляющийся из темноты водной глади. Он никогда не спускается на землю - во всех смыслах- поэтому я прыгаю в его водный курьерный транспорт и здороваюсь, натягивая рукава до самых костяшек, сжимая в кулаках ткань, незаметно оглядываясь по периметру. — Здорóво, Себек, — жму ему руку и затем он копошится под лавочкой. Устало растираю ладонью до боли отмерзшее лицо, подрагивая всем телом от скаженного ветра. — Держи, приятель. Прямиком с моих плодородных вод, — киваю и пихаю товар в карман, отдавая ему смятые купюры. — В прошлый раз мне было не очень от него.. — умалчивая подробности, хмурюсь, надеясь услышать какую-то информацию о качестве порошка. — Не может быть, чистейшее золото! — фанатично произносит он, вылупив глаза. Бесполезно. Да похуй, пока ценник невелик, я буду брать… Отчаянный идиот. — Ладно, до встречи, — выпрыгиваю на деревянную кладку и быстро иду обратно, подгоняемый ветром в зад. Продрогнув до костей, я быстро иду вдоль уже знакомых улиц, снова втягивая в легкие дым, коротая путь, когда из-за поворота в меня врезается девушка и я чуть не обжигаю себя. Она испуганно ойкает и отходит назад, вытягивая из уха один наушник, теребя провод пальцами и, прищурившись, с интересом вглядывается в мое лицо. — Извините, — хрипло бубню извинения. При столкновении я удавился дымом в затяжке, поэтому откашливаюсь и собираюсь идти дальше, делая шаг вправо. Тоже самое делает и она, тогда я, поджав губы, иду влево. Девушка неловко хихикает и отходит в сторону, пропуская меня. Киваю в знак благодарности и быстро удаляюсь с места, но слышу вслед: — Эй! — обернувшись через плечо, вижу светловолосую девушку - ту самую, с которой мы столкнулись. Она неторопливо догоняет меня, сокращая расстояние между нами, держа в руке мой пакет. Да что за… Раздраженно вздыхаю, технично швыряя в сугроб бычок, в котором он тонет, и выдыхаю белый дым перед собой, встречаясь насупленным взглядом со стоящей напротив заинтересованной девушкой. — Ты выронил… это.. — акцентируя внимание на последнем слове, она пристально смотрит мне в глаза, которые я опускаю куда-то ей на колени, спрятанные за белой вязью колгот. — Да… спасибо, — сильнее хмурюсь, осторожно забирая пакет и заталкиваю его в карман, шмыгнув носом. Мне в голову приходит мысль, что я должен оправдаться.. Бесподобный дебил, не так ли? — Это… это не то, что ты думаешь.. просто… — в голове каша, а ещё я начинаю коченеть. — Да забей, мне всё равно, — равнодушно бросает она, выглядывая из под ресниц, и я улавливаю ее милую улыбку. — Ладно, пока и.. спасибо, — хмурюсь и отворачиваюсь, ступая вперед, когда снова её голос тормозит меня. Да еб твою! — Даже не угостишь девушку? — иронично хмыкает, скрестив руки на груди, оглядывая меня с ног до головы насмешливым взглядом. Висну с некоторое время и не понимаю: какого, блядь, черта она ко мне привязалась? — Хочешь нюхнуть? — развернувшись, утвердительно спрашиваю, кивая, и подхожу ближе к ней. Вокруг ни души. Тишину нарушает лишь прорезающий насквозь ветер, кружащий снег в воздухе. Я становлюсь напротив незнакомки, глаза которой, кажется, примеси моих шишек, миксованных с табаком - отдают чем-то сумасшедшим, и я понимаю: она не такая уж и святая, как с виду кажется. Полностью в одежке одной палитры - под стать снегу: милое лицо с молочной кожей, малиновые разомкнутые губы, из которых вылетает пар, сопровождая каждый выдох и… ангельский голосок.. В таких точно водятся черти. — Если ты не жадина, конечно, — с издевкой обводит взглядом радугу над моей головой и оттопыривает губы. Бегло смотрю на свой карман, в котором лежит порошок и прищуриваюсь, анализируя ситуацию. — Вообще-то, я самый щедрый человек на планете, — подхожу к ней почти вплотную, цепляя бегающие по моему лицу большие глаза. — И где ты хочешь это сделать? — изо рта вылетает смешок. Она снова оттопыривает губы, поджав их к носу. Задрав вверх голову и тонкие брови, задумчиво скользит глазами по темному небу. — Ээм… на лодочной станции можно, там никого в это время, — облизываю обветренные, дрожащие от холода губы, к тому же иссохшие от никотина, и кидаю короткий взгляд в сторону, откуда недавно ушел. — Даже не знаю, черт, — неуверенно оглядываюсь, глазами обводя глухую местность. Она подходит ко мне еще ближе - так, что ее белая шубка соприкасается с моей курткой. Незнакомка исподлобья заглядывает мне в глаза, чертовски соблазнительно прижав языком верхнюю губу, медленно опуская взгляд вниз. Два пальца её рук карабкаются по моей куртке, имитируя ножки, а у меня не понимающе хмурятся брови. Это что, бля, за съём? Девчонка, коротко облизнувшись, закусывает нижнюю губу и тянется к моему лицу, маниакально перепрыгивая взглядом с одного глаза на другой и ныряет рукой в мой карман. Хватает пакет и даёт по съебам, звонко смеясь, и весело кричит мне: — Догони! Сука.. Что за хуйня? Я не бегал со времен седьмого класса… Заливисто, как-то уж слишком истерично хохочет, убегая в сторону станции. Массируя двумя пальцами веки я пытаюсь сообразить, что это за хуйня? Что за подстава? Вдруг, она сдаст меня копам? Блядство. Широким шагом, нехотя шагаю за ней, оглядываясь, а она ловко прошмыгивает под шлагбаумом и исчезает за углом здания. На секунду торможу, позволяя поверить в то что, может быть, это очередная иллюзия. Раздражённо вздыхаю и по-прежнему следую за ней. Девчонка стоит у стены, поджав ногу, соблазнительно прикусив нижнюю губу, телепая в руке пакет - будто я ебаный пес, а у нее в руке кость. Устало закинув на бок голову, становлюсь перед ней. — Слушай, не знаю, что это за хуйня, но… — Тссс, — она сдвигает брови и прикладывает свой палец к моим губам, задержав на них взгляд. — Давай просто кайфанем? — безумные глаза вновь разгоняются по моему лицу. Сейчас мне всё сильнее кажется, что это гребаная иллюзия: я, наверное, уже вмазался и даже не помню этого, валяясь где-то в обоссаном снегу. — Я — Кимберли, если что… Девушка с невинной улыбкой открывает пакет и, приложив палец к языку, цепляет порох, втирая его в десна, а я просто озадаченно пялюсь на это все, конкретно подвисая. Она скользит языком по деснам и прислоняется спиной к стене, чуть задирая голову к верху. Я чуть наклоняю свою, не отрывая взгляда от сумасшедшей незнакомки и черпаю ногтем порох, обжигая слизистую носа, от чего глаза больно режет и из них сыпятся микро-слезы. Шмыгаю носом, режущая боль продирает до мозгов, в некоторой степени отрезвляя. От затылка разбегаются мурашки по всей спине и рукам. — Хороший мальчик, — она повторяет мой жест, закидывая на бок голову, с интересом продолжая смотреть на меня. — Что за хуйня, Кимберли? — шепчу, словно нас подслушивают, наклонившись к её лицу. — Где? — с издёвкой спрашивает она, чуть вскинув брови, сдерживая улыбку. — Кто ты и откуда взялась? Наверное меня штырит и ты ненастоящая, — делаю шаг назад и разворачиваюсь, залипая на тьму, повисшую над водой. Задрав голову вверх, глубоко вдыхаю ледяной воздух, смыкая веки. Грудная клетка сжалась изнутри словно дикий зверь, застрявший в капкане, и я напрасно пытаюсь сделать нормальный вдох. — Я настолько классная, что кажусь тебе ненастоящей? Вот так комплимент, — подходит ко мне и становится напротив. Всем телом чувствую её присутствие. Я по-прежнему стою, закрыв глаза, вслушиваясь в быстрое, сбивчивое сердцебиение. — Хочешь, докажу, что я настоящая? — открываю глаза и вижу кокетливое лицо. Нет, она точно проделка фантазии, снова жмурюсь. Горячее дыхание обдает мои ледяные губы. Разлепляю веки, встречаясь с влажным взглядом сквозь длинные ресницы напротив. Кимберли словно кошка, медленно проводит языком снизу вверх по моим губам, наблюдая за реакцией. Хмыкаю, потягивая шею, на которой будто затянули узел. Девочка, не отрывая взгляда, касается приоткрытыми губами моего подбородка и поднимается выше, цепляя зубами мою нижнюю губу, больновато оттягивая её. Языком скользит между губ, выискивая мой и вплетает его в игру. Девушка в три шага толкает меня к стене, тяжело дыша. Мы играемся языками и у меня начинается движ в штанах… Черт. Кровь шумно растекается по каждой артерии. Кимберли… Она сладко роняет воздух от удовольствия и посасывает мой язык, окончательно напрягая момент в моих штанах. Смачно причмокивая, еще раз коротко цепляет губы, проходясь по ним языком и отстраняется, лениво разлепляя веки. — Ну как? — прижимаюсь затылком к шершавой стене, свысока наблюдая за девушкой. Достаю из кармана сигареты и закуриваю. Кимберли, закусив губу, пальцем гладит мой небритый подбородок, задевая ноготком нижнюю губу. — И не такое видал под кайфом.. — она усмехается, и следом я чувствую ее ладонь у себя на джинсах. Темный женский взгляд жадно бегает от губ к глазам, и обратно. Я не возражаю то ли от того, что не верю в подлинность творящегося пиздеца, то ли от того, что, по правде говоря, чувствую дикое возбуждение и гадаю, чем все кончится? — Да ты больной ублюдок, — хмыкает Кимберли, поглаживая мой член сквозь джинсовую ткань, вскинув подбородок и заглядывает мне в глаза. — Если у тебя встает на иллюзии.. — ледяной рукой пробирается вверх под куртку, ныряя в джинсы, нащупывая через ткань трусов полуготовый стояк. — Удачно я вышла выбросить мусор, нашла такое золото, — да что они все сегодня талдычат про золото? Сука… Суки! Теплая рука укладывает как надо и гладит член, двигая ладонью вверх-вниз. Дым летит ей в лицо и она, преодолевая никотиновый туман, вновь дарит мне горячий влажный поцелуй, поочередно посасывая то верхнюю, то нижнюю губу. Я окончательно сдаюсь и втягиваюсь, впиваясь в ее губы, отвечая влажной взаимностью, чем вызываю у неё протяжный стон. Кидаю недобитую сигарету в сугроб, притягивая девушку за талию. Чертова зима и слои шмоток.. Хватаюсь пальцами за её подбородок, горячее дыхание оседает на девичьей коже. — Погоди-погоди, постой, — она сама отталкивает меня, а мне безвозвратно сносит башку. В этот раз порох качественный, или же я просто отвлёкся, но у меня от наслаждения немеет даже задница. Она сплетает пальцы наших ледяных снаружи, и пылающих внутри, рук - и молча ведет за собой, без лишних вопросов, в сторону обыкновенного небольшого домика, что со стороны казался неживым, как в какой-то игре. Внутри меня проснулся вулкан возбуждения, которое обжигающей лавой заливает мне глаза, и всё, что я хочу сейчас — раздеть эту белую сучку и почувствовать её тепло. В доме тихо и темно. Слышно как гудят работающие бытовые приборы. Ким снимает свои сапожки на пороге и опускается на корточки, помогая мне, а я вспоминаю об Эмме, что делала также. Какого хера я щас творю? В текстурах вокруг мелькает реальность, но быстро исчезает. — Я и сам в состоянии.. — туманным взглядом смотрю на неё сверху. — Не сомневаюсь, мне просто нравится ракурс, — она улыбается, а у меня дергаются ноздри и мышца в члене. Закусив губу, плетусь за ней, на ходу скидывая куртку, заодно помогаю снять ее шубку из искусственной овчины. Она ж нихера не греет.. Здесь всего один этаж, так что мы довольно быстро оказываемся в её комнате. Кимберли швыряет верхнюю одежду на кровать, я кладу свою куртку сверху. Девушка двигается к окну, немного открывая жалюзи, впуская тонкие полосы оранжевого света фонарей, приковывая мой взгляд к себе. Светлая водолазка обтягивает грудь девушки, усевшейся на подоконнике, закинув ногу на ногу. Она чиркает зажигалкой, когда я подхожу... Яркий огонек короткой вспышкой освещает её лицо и тут же гаснет. — Ангел, у нас перекур? — хриплю, угощаясь из её рук. — Я не очень люблю курить, мне просто нравится запах никотина. Поэтому я нарочно себя им окутываю.. — затягивается и ловит мой взгляд, расплываясь в улыбке. Мне плевать что она говорит, пелена окончательно заполонила глаза и я просто хочу ее трахнуть… И она это видит. Рассыпаю поцелуи на тонкой шее, до боли цепляя кожу зубами. Ким задирает голову к потолку и довольно улыбается, выпуская столб дыма наверх, а я кончиком языка под острой челюстью, оставляя поцелуй за мочкой уха, крепко хватаясь за ее талию руками, сминая кожу под тканью. — Кто-то завелся? — самодовольно шепчет она, опираясь об окно спиной и глубоко затягивается. — А ты уже передумала? — кладу ладони на её бедра, пробираясь под юбку. Черт... Она в чулках. Порошок долбит по мозгам и венам. Сердце точно сумасшедшее - грохочет за стенкой, отдавая в горле. — Тащила бы я тебя к себе домой? — Не задавай вопросов, ладно? — она отдает мне сигарету и я докуриваю её в две тяги, жмурясь от дыма. Двумя пальцами тушу бычок в пепельнице на подоконнике, по которому рассыпан пепел, и выдыхаю в сторону профильтрованный лёгкими дым. Переключаю взгляд на Ким, в открытую пялющуюся на меня, чуть приоткрыв губы. Дышит ртом, понимаю я. Мы оба. Покуда ноздри болят от разъедающей слизистую боли из-за мороза на улице и искусственного снега от Себека. — Ты хочешь, чтобы я начал? — хмыкаю, сильнее раздвигая её ноги, уместив на них свои ладони, сжимая кожу. Плотнее прижимаюсь, притягивая девушку ближе к себе за бедра. Возвращаю ладони на место - они еще холодные, поэтому на тонкой коже проявляются мурашки. Мы молча смотрим друг на друга, пока я сжимаю и разжимаю мягкую кожу под юбкой. Рука поднимается выше, я чувствую исходящее тепло сквозь ткань, теряя концентрацию и остатки самообладания. Большим пальцем поддеваю ее трусики, собираясь побаловаться, задевая клит, но… — Хочу еще вдохнуть волшебства… Зима, все таки, — девчонка дразнит меня, сучка, и спрыгивает с подоконника, а я хмыкаю, закрывая глаза, терпеливо стиснув челюсть. Обходит меня и идет к нашим вещам на кровати. Садится рядом, зазывая взглядом. Подхожу и, ссутулившись, открываю пакет. — Давай там, — кивает на письменный стол. Рассыпаю, черчу, нюхаем. Рассыпает, чертит, нюхаем… Глаза заливаются кровью и ясностью. Ее силуэт точно светится по контуру и я, не в силах сдерживать себя, грубо подсаживаю её за бедра на стол и вонзаюсь в губы с поцелуем, уперевшись ладонями в деревянную поверхность по бокам от нее. Кимберли ложится, упираясь локтями и медленно закидывает мне ноги на плечи, демонстрируя тонкую полосу красного нижнего белья под юбкой. — Как тебя зовут? — серьезно спрашивает она, глядя мне прямо в идентично черные глаза. — Очень уместный вопрос, — улыбаюсь и фыркаю, почти успешно нависая над ней, но она, согнув ногу, тормозит меня, упираясь ступней мне в грудь. — Имя? Смеюсь и недоумевая качаю головой. — Гас. Молчит, молчит.. тогда я без вопросов обхватываю ладонями ее лодыжки и притягиваю к себе. Подсаживаю себе на бедра и развернувшись, толкаю на мягкую постель. Медленно расстёгиваю ширинку джинс, сверля девочку взглядом, а она - прикусив губу, избавляется от водолазки, демонстрируя мягкую, аккуратную грудь без прикрытия, белье и длинные ноги, обтянутые белыми чулками. У меня текут слюни как у сраного шарпея, да что за ёбань такая.. Давно я не трахался. — Что скажешь? — она лежит передо мной, скользнув взглядом по своему телу, и без меня зная, что хороша. — Ты чудо, — киваю и спускаю джинсы, ремень которых звенит, приземляясь на полу. Кимберли подвигается ближе и садится, выглядывая на меня снизу из-под накрашенных ресниц. Запускаю ладонь в длинные мягкие волосы, пальцами гуляя среди них. От нее пахнет вишней и отголосками табака. — Cherry.. — шепчу по французски, а она медленно моргает, потираясь об мою ладонь щекой словно бездомный котенок. — Похвально, что ты услышал. Я про парфюм. — Угу, очень вкусно, — большим пальцем оттягиваю ее нижнюю губу, залипая на ангельское лицо. Мне так похуй на эти мелочи прямо сейчас. — Это Том Форд. — Замечательно. Респект ему за такую вкуснотищу. — Снимешь свою толстовку? Ловко подхватываю светлую ткань рукой и избавляюсь от нее, швыряя на пол, оставаясь в одной свободной футболке и трусах, которые таранит мое невыносимое желание оттрахать её. До чего же я терпеливый долбаеб... Джентльмен, говорит мама. Кимберли, не отрывая взгляда, садится ещё ближе, ставит мою ногу между своих и прижимается к колену, сминая ткань моей футболки в кулаках. Оставляя поцелуи на далеко не спортивном животе, аккуратно освобождая мое желание из хлопковых тисков, проходится языком по всей длине, плотно сжав у основания. Блядь. Сглатываю слюну и мне кажется я вот-вот взорвусь. В висках пульсирует до оглушения река жизни, густая кровь кипятится по всему телу. Мышцы сокращаются и член дергается. Моя ладонь сминает её волосы на затылке. Худая девичья рука крепко обхватывает мой болт ладонью, совершая движение вниз и, облизнувшись, накрывает его влажными губами. Мое лицо кривится, а из губ вылетает хриплый стон. Глажу светлые волосы, пока она входит в роль, проворачивая трюки языком, сама заметно заводясь. — Только сейчас заметил, что у тебя пирсинг.. Черт, малышка, мне сносит крышу от этого… — потянув за волосы, наклоняю ее голову немного на бок и она берет глубоко, а мне будто молотком по коленям бьют. Причмокивая, она отстраняется, а мой дружище уже скучает.. — Тебе никогда не отсасывали что ли? — усмехается она ломаным голосом и снова оставляет влажный след от основания до уздечки, играясь с ней штангой на языке. У меня, блядь, даже челюсть дрожит. Воистину приятно. — Вообще-то, дохуя кто… — облизываю иссохшие губы. — Но т… — она не дает мне договорить и продолжает сводить меня с и без того поехавшего ума. Ким вцепилась в него, словно голодный зверь, заливая всё слюной. Из черноты ее глаз окончательно выветрилась прежняя кокетливая нота. Теперь они затуманены неистовым желанием. Лижет, целует. Лижет, целует.. Вверх, вниз, вверх, вниз.. Чем быстрее двигается ее тонкая рука, тем сильнее я сжимаю в кулаке ее волосы на затылке. Не выдерживая, сам начинаю двигать бедрами, задерживаясь в ее глотке на несколько секунд. Дышать, кажется, уже невозможно, и я откровенно задыхаюсь, а её стеклянные глаза слезятся, оставляя потеки туши на пунцовых щеках. Толчок, второй… Бледная рука массирует мои набухшие орехи, а язык с пирсингом скользит по уздечке, и мне окончательный пиздец. Третий, четвёртый, и я заполняю её изнутри, надавливая на затылок до упора, от чего тонкий нос упирается в мой живот. Она держится за мою задницу, сжимая кожу, а я ловлю круги перед глазами, таращась в ее обшарпанный потолок. Ким сама отстраняется и жадно хватает воздух, пытаясь отдышаться, а я не могу двигаться, чувствуя как дрожат поджилки. Жгучая жажда высушивает глотку. Запах вишни смешивается с никотином и моим густым удовольствием, заполняя небольшую комнату. Пульс выскакивает из горла, отдавая в затылке. Я ослабляю хватку в ее волосах и нежно глажу по голове, заправляя волосы за уши, возвращаясь с потолка на блестящие глаза своими мутными. Девичьи руки цепляются за мои плечи и она тянет меня на себя, падая на кровать. — Это было очень… Вкусно, — завороженно шепчу я, бегая пьяным взглядом по ней, пытаясь отдышаться. Она молча хмыкает. — Спасибо, крошка. Приятно познакомиться. Кимберли хихикает, притягивая меня к себе еще ближе, обхватив шею. А я пытаюсь угадать, где она такому научилась? — Диплом есть? Она щурит взгляд, но быстро догоняет о чем я. — Завуалированные комплименты. Какая прелесть, Гас, — вскидывает бровь. — Я самоучка. — Ммм, — басистый хрип дрожит где-то в горле. Пялюсь на ее распухшие губы, которые еще час назад казались невинными. — Не так ты, наверное, хотел провести время, когда топал домой с праздничным волшебством в кармане? Хмыкаю. Она обвила мою поясницу ногами, коготками почесывая мне шею и затылок. Губами накрываю ее острые, торчащие тазовые косточки, держась ладонями за ребра. — Вышло даже лучше.. — Надеюсь, ты еще заглянешь ко мне.. Я хочу почувствовать тебя в себе. Открываю рот чтобы что-то сказать, но вместо этого молча смотрю ей в глаза, чуть нахмурившись. — Странная встреча.. Она загадочно улыбается и закидывает назад голову, закрывая глаза. — Что? — искренне не догоняя, выдыхаю вопрос, оставляя тропинку из поцелуев вниз от пупка. — Ты шастаешь мимо моего дома стабильно четыре раза в неделю, тебя сложно не заметить, — усмехается Ким. — Так ты давно приметила меня? — Мм-угу. И не зря, — она проводит рукой по моим отрастающим волосам. — Так ты хитрожопая сучка, — начинаю ее щекотать, закусив губу, а она отбивается, смеясь. — Ты голоден? — мурлычет Ким, поправляя волосы. — Смотря о чем ты. — Об обычной еде. — Тогда нет, — в подтверждение своим словам губами касаюсь ее живота. — Не знаю, заскочу ли еще к тебе когда-то. Я собираюсь сменить барыгу. — Почему? — Толкает какое-то дерьмо. — Тебе не понравилось? — Если бы не ты, наверняка я бы сейчас жутко загонялся.. — Какой же ты воспитанный ублюдок, — пожимаю плечом. — Какой есть, — и целую изгиб ее локтя. — Трахнешь меня тогда напоследок? — эти слова с будничной интонацией срабатывают на мне как красный флаг на быка, и я пронзаю ее вспыхнувшим, и тут же потемневшим взглядом. — С удовольствием, — утыкаюсь в ее мягкую, спелую грудь, сжимая ее в ладонях, проходясь языком по малиновым соскам, присасываясь к ним по очереди. Сердце Ким мгновенно заходится, а дыхание учащается и она больше не сдерживается, начиная тихо стонать от вызывающего по всему телу электротоки удовольствия, то и дело сглатывая слюну в пересохшем горле. — Черт, и какого хрена ты почти лысый, — жалостливо скулит она, не зная за что ухватиться, в итоге цепляется пальцами за мои плечи, впиваясь ногтями в кожу. Доводя ее до экстаза влажными поцелуями в грудь, встаю на колени и ласкаю себя одной рукой, наблюдая за девушкой чуть закинув назад голову. — Вставай, — кивнув, прошу я, сквозь зубы выпуская воздух. Она становится также, как и я - на колени, и кладет руки мне на плечи, пылко целуя в губы, параллельно пытаясь дышать. Я грубо разворачиваю ее к себе задом, придерживая ладонью низ ее живота и впиваюсь в шею словно вампир, чередуя нездоровые приступы с желанием укусить, и поцелуи. Моя вторая рука с членом скользит по ее заднице, пока я активно двигаю ею. Тесно прижимаюсь к ней всем телом, утыкаясь носом в шею: аромат спелой черешни давно переместился на мою кожу, словно дым от костра. Поправляюсь, скользя между ягодиц по влажной промежности, и она сжимает бедра, роняя затылок на мое плечо. Ладонью сжимаю ее грудь, задыхаясь в похотливом поцелуе и дразню ее, водя членом между ног. Она начинает ерзать, сильнее сжимая бедра. От ее острого языка у меня во рту, у меня выделяется смазка, и я просто не могу сдерживаться, осторожно толкая ее в спину. Она сама становится на четвереньки и движением головы закидывает волосы через плечо, выглядывая на меня потерянным, затуманенным взглядом, выгибаясь как кошка. — Пожалуйста.. — жалобно стонет она. Да я и сам еле держусь, крошка.. Я беру еще пороха и рассыпаю вдоль ее позвоночника разбитую на две части гору, продолжая дразнить девочку, двигая бедрами. Чередуя ноздри, поднимаюсь от копчика до ее лопаток, сметая всё на пути и резко выпрямляюсь. Растираю нос, зажимая ноздри и когда молния бьет в мое тело, соскальзываю по ее сочащейся киске и резко вхожу в нее до конца, от чего ее хриплый стон оглушительно разносится по комнате, и яркие молнии снова прорезают мозги. Я со всей дури двигаю бедрами, ладонями прижимая ее к себе за таз и схожу с ума от вида и ощущений, чувствуя как сердце уже давно поднялось к горлу, а голова сейчас лопнет от давления. — Ты девственница? — кривлюсь от возбуждения, склоняясь над её плечом и целую горячую пульсирующую шею, крепко хватаясь за увесистую грудь массивной ладонью, продолжая двигаться словно бешеный кролик, подключая вторую руку, лаская девушку. Какое наслаждение, когда матрас не скрипит… Её влажные звуки переплетаются со стонами и моим тяжелым дыханием, заполняя комнату от и до. — Нет, — она ненадолго самодовольно ухмыляется, двигаясь со мной в одном ритме, а я глотаю обильную слюну. Шиплю, прикрывая веки от того, как тесно и приятно.. Черт, что она творит… Кладу ладонь ей на низ живота, прижимая к себе, моё горячее дыхание обдает её такую же шею, чувствуя приближающийся момент… Она всё время сжимает мышцы, я выпрямляюсь и накручиваю светло русые волосы на кулак, притягивая девушку к себе. Ким громко стонет, а я давлюсь слюной и желанием. В ушах звенит, комната уменьшаетсв в размерах, я весь потный как ебаная сука. Не сдержавшись, сипло вскрикиваю, тяжело дыша через открытый рот и кончаю прямо в неё, наваливаясь сверху. Глубокими, резкими толчками вбивая остатки, оставляю поцелуй на её лопатке и туда же роняю вспотевший лоб. — Обязательно, слышишь? Обязательно заходи еще, я буду тебя ждать, — бессильно стонет она, вслепую находя и жадно мажет губами по моему горящему лицу. — Не обещаю.

***