До встречи с тобой

Чимин в порядке. Ему не становится хуже, но что тогда происходит? Его вторая рука продолжает исчезать, а Чонгук совсем не понимает почему. Лёгкая улыбка, слёзы, стекающие по щекам и медленные шаги в сторону Чонгука. Сказать хоть слово кажется невозможным, но останавливаясь напротив Чона и заглядывая в его не менее красные глаза, Пак говорит: — Я возвращаюсь в тело. Голова соображает совсем туго. Это же не послышалось? Он правда очнётся спустя целый год? Чонгук не понимает почему у самого идут слёзы, но улыбается, переводя взгляд на аппараты, показывающие состояние. Оно правда улучшается. — Ты же... — сглатывает парень, вытирая слёзы рукавом. — Меня не забудешь? Чимин молчит. Ответ проясняется за секунду. — Сомневаюсь, — грустно выдыхает. — Но ты всё равно попытайся, — он подходит вплотную, последний раз заглядывая в полюбившиеся глаза. — И когда мы встретимся вновь, я приложу все усилия, чтобы тебя вспомнить. Эти слова по сей день терзают душу парня, хотя прошёл уже целый месяц. Он вспоминает до сих пор, прокручивает в голове перед сном и летает в облаках на перерывах во время работы. Жалеет ли, что просто испугался заходить в палату, пока его семья была там? Определённо. Дотянул до тех пор, что парня забрали домой. Целый месяц без него казался мукой и она продолжается даже сейчас, когда Чон убирает палец с его контакта и засовывает телефон в карман, поправляя рукава уже третьего по счёту примерочного костюма. Этот день будет самым важным в жизни – нужно выглядеть идеально. — Даже Аманда быстрее шмотки выбирает, — ворчит где-то за дверью раздевалки Мин. — Синий не так плох был... Слова парня тут же затихают, стоит Чонгуку выйти на «оценивание». Взгляда Юнги вполне хватило, чтобы понять: этот вариант идеален. Чёрный смокинг с бабочкой, туфлями и зачёсанными назад волосами. Именно так Чон представлял себя в этом образе. Если бы друг со своим «чёрный банальщина, давай красный и синий сначала», не пристал, выбор не затянулся на целых полчаса. Кстати о Юнги. В тот раз план оказался не таким уж и плохим. Чонгук совсем не жалеет, что отдал номер Аманды ему, они точно нашли друг друга. И как бы всё не пошло сначала по одному месту, как рассказывал Мин, в итоге вышло куда лучше, чем могло быть. Конечно, девушка была расстроена, что позвонил ей совсем не официант Чон Чонгук с обворожительной улыбкой, а какой-то коротышка со смущённой от одного вида её в платье. Но свидание за свиданием и вышел неплохой итог. Они вместе уже целый месяц. — Значит этот, — кивает себе же Чон, отправляясь обратно в раздевалку за своими вещами. Ответа друга не ждёт, если молчит, согласен. На самом деле у Мина в торговом центре ещё остались некоторые дела, но Чонгук прекрасно понял, что причина в выборе подарка. Аманда умеет выпытывать всё и будет лучше, если никого из свидетелей не будет. Да и нет времени здесь задерживаться, всё равно осталось два часа. Чонгук аккуратно ставит пакет со старыми вещами на заднее сидение и поправляет лежащие там цветы. Только смотря на них, лёгкая улыбка трогает губы. Уже нетерпится. Купить билет в театр было той ещё задачей. Как ни странно, но именно на это выступление их разобрали приблизительно за час. Чонгук точно счастливчик, реклама попалась в интернете, пока он выбирал домой новый пылесос и как только зашёл, в продаже остался один единственный, который он купил в пару кликов. Именно он и стал отправной точкой. Больше тянуть не было смысла. Здание просто огромное. Внутри всё выглядит так эстетично и красиво, что глаза разбегаются куда только можно и нельзя. Парень осматривает каждую картину на стене, каждого музыканта и улыбается, смотря только на изображение одного человека. Как же он соскучился. Зал переполнен людьми. Около сотни человек занимают свои места, а у Чонгука стоит особенное, прямо возле сцены. Цена на этот билет была немного завышена, возможно, это и стало причиной продержаться целых два дня в наличии. Чон протискивается через людей в таких же классических костюмах и, наконец, садится, складывая букет себе на колени. Почему тело дрожит так сильно? Волнение, с ним всегда справиться тяжело. До начала каких-то десять минут. Чонгук успел искусать все губы, осмотреть каждую детальку в зале и на сцене, поставить телефон на беззвучный и сто раз подёргать ногой. Сердце не может угомониться ни на секунду, Чонгук оглох только от его звука. И когда он хочет в очередной раз достать телефон, чтобы глянуть время, свет в зале гаснет, погружая его в полную темноту, освещённую только лишь лучом прожектора со сцены. Он направлен на него. На его любимого Чимина. Мелодия скрипки заставляет весь зал мигом затихнуть. Глаза парня прикрыты, прямо как на том видео он водит смычком по струнам так плавно, так профессионально. Чонгук готов слушать вечно. И делать это может только благодаря своей семье. Он до сих пор без понятия откуда у них взялась такая огромная сумма на операцию. Приехав с больницы в Рождество, возле дома стояла посылка с новым свитером от бабушки и увесистым конвертом с долларами. Подпись «на мечту» вызвала новую волну слёз. Тогда он и не мог представить, что всё получится. Что музыка в его голове снова обретёт дом. Чимин совсем не изменился. Каждый день Чонгук настраивал себя, свои мысли и силы, чтобы наконец ему позвонить. В какой-то степени, так и не решился бы, если не попалась та самая реклама. Она стала толчком и окончательно придала смелости. Сидя здесь, слушая, как Чимин проводит смычком не только по струнам скрипки, но и души, парень ставит в голове только одну цель. Сегодня он должен осмелиться и подойти. А вдруг Пак помнит? Тогда это придало бы куда больше сил. Последние звуки мелодии подходят к концу, Чимин медленно и волнительно открывает глаза, осматривая зал и переводя на Чонгука. Тот хлопает в полной тишине и поднимается со стула, улыбаясь так ярко, что, кажется, осветит всё помещение. Зрители начинают подключаться: поднимаются со своих мест и зал погружается в аплодисменты и похвалы с задних рядов. Люди не успели прийти в себя слишком заслушавшись, Чонгук может их понять, потому что сам улетел в другую вселенную. Его скромная улыбка, поклон и слегка дрожащие руки. Глаза начинают слезиться, парень не может передать словами как сильно по нему скучал. Обнять, прижать к себе крепко-крепко и не выпускать из своих рук — всё что сейчас хочется. Невозможно поверить в реальность происходящего, в реальность самого Чимина. Под светом прожектора он был точно ангел, а с мелодией скрипки, словно спускался с небес. Если к дороге в рай стоят именно такие, то умирать будет совсем нестрашно. Представление идёт ещё около часа. Давно не приходилось наслаждаться звуками музыки и живых звуков инструментов. Виолончели, саксофоны, арфы... Чонгук не мог убрать улыбки с лица. Каждый звук проникал в самое сердце души, заселяясь там без всякого разрешения. Возникло желание сесть за свой рояль и выступать. Это ведь и была мечта. Чон надеется, что когда-нибудь это обязательно случится. Момент, который он ждал целый час наступит через пару минут. Крепко сжимая букет с белыми нарциссами, Чон слегка ослабляет бабочку: внезапно становится тяжело дышать. Прогулка в торговом центре с Паком перед Рождеством принесла ему много сведений про его интересы и любимые цветы, в том числе. Выбор был тщательный, хотелось взять самые лучшие из всего магазина. К счастью, сделать это удалось. Артисты начинают выходить из гримёрок. Чонгук быстро ищет глазами парня среди толпы, и когда замечает, не в силах сдержать улыбку, надвигается в его сторону. С каждым шагом ближе, Чон сомневается, что его ноги смогут удержать тело. А когда Чимин переводит на него взгляд, с небольшой улыбкой от недавнего разговора с кем-то, хочется упасть на пол. Останавливаясь в нескольких сантиметрах и слегка возвышаясь из-за разницы в росте, Чон мысленно толкает себя сделать тот самый шажок навстречу. Помочь Чимину вспомнить. — Ваше соло было потрясающим, — выходит чуть тише, чем ожидал парень. Но это не пугает: Чимин всё услышал. — Спасибо, — смущается, отводя взгляд в сторону. — Это моё первое выступление спустя целый год. Эти слова очень для меня важны. Уверенность, которую строил Чон всё это время в зале испарилась за секунду именно рядом с ним. Протягивая букет, он коротко кивает, вновь поднимая уголки губ от удивлённого лица парня. Воспоминания тех дней врезаются в голову картинками перед глазами, все те эмоции и чувства, возникающие рядом с Чимином начинают работать по новой: сердце бьётся с тройной скоростью, ладони потеют, а влюблённый взгляд застывает в его глазах, в которых по-прежнему осталась та самая неизвестная вселенная. — Могу я пригласить Вас на чашечку кофе? — неотрывно от глаз спрашивает Чон. Лицо Чимина на секунду становится задумчивым, он всматривается в черты парня по-странному моргая. — Мы... случайно нигде не пересекались? У меня ощущение, что мы давно знакомы. — Возможно, — Чон делает ещё один шаг, становясь слишком близко. Его рука аккуратно берёт его за ладонь и слабо сжимает. Она такая тёплая, — мы виделись в другой реальности. Взгляд падает на его шею с тем самым кулоном. Чонгук внезапно для себя стал слишком смел в действиях, ведь подходить так близко и касаться его в «первый» день встречи совсем не планировал. А сейчас подносит руку к приоткрытому участку груди и проводит кончиками пальцев по украшению, замечая как на его шее появляются мурашки. — Я-я, да, — неловко отстраняется парень, делая пару шагов назад. — Да, я не против сходить с Вами, Господин... — Чонгук. Чон Чонгук. И можем на «ты», Чимин. — Я точно где-то тебя видел, — мотает он головой, но всё же идёт за довольным парнем, вдыхая запах цветов, пока Чон не видит. Знакомиться второй раз так странно. Нельзя позволять себе ляпнуть лишнего, а сделать это не так просто. Столько вариантов крутится в голове, но вспоминая, что это всё тот же Чимин, как и месяц назад, всё такой же стеснительный и добрый парень с прекрасной улыбкой, Чонгук уверен, что запросто сможет найти правильный подход. Тем более забылось не всё, отголоски разума говорят Паку, что они знакомы, но понять это довольно сложно, когда год пролежал в коме без единого знакомства с кем-либо. На улице отличная погода. Пушистый снежок кружится под порывами слабого ветра, падая в кучи блестящих от солнечных лучей сугробов. Чонгук открывает дверь своей машины, ожидая пока Чимин сядет, и закрывает, направляясь за руль. Теперь ему ничего не мешает включить слабую волну радио и постукивать пальцами по рулю в такт музыки. Когда она вернулась в жизнь, дополнила её на пятьдесят процентов, а когда вернулся Чимин, переполнил за все сто. Светофоры и медленный трафик на дорогах позволяли парню время от времени бросать короткие взгляды на Чимина, любующегося видами за окном. Что не изменилось, так это его пристрастие ходить в лёгкой одежде. Несмотря на солнечную погоду, мороз на улице есть, и не зря Чонгук взял с собой два пальто, рассчитывая, что всё сложится именно так. В одних костюмах они точно простудятся. — Чонгук, — как-то на очередном светофоре зовёт парень. — Не знаю почему, но мне кажется ты тоже музыкант. Не хочешь играть с нами на сцене? — Хорошо подмечаешь, — улыбается он в ответ. — Я подумаю, — хотя всё внутри кричит «да, чёрт возьми, я хочу!». Старое доброе кафе, где Чон продолжает усердно работать до сих пор. Только уже баристой, так как владелец был очень добр и решил его повысить, сказав, что тот отлично справляется со своей работой. Это было неожиданно приятно, ведь Чон делал обычные для официанта вещи, точно так же как и Мишель последние три года. Только её никто не повышал. Тем не менее, она была рада за парня и всё так же продолжала улыбаться в одних сменах. В салоне за такое были бы только косые взгляды. Хорошо, что и Юнги осмелился оттуда уйти и устроился у отца Аманды в офис. Там ему нравится больше, да и ещё с особыми привилегиями и личным кабинетом. Будущего зятя, как уже называет его отец девушки, в обиду не даст. — Возьми, — он протягивает своё бежевое пальто, которое в тот раз так понравилось Чимину. — Снаружи холодно. — С-спасибо, — сколько раз за этот час придётся смущаться? Чимин совсем без понятия. Выходя из машины, Пак накидывает тёплую одежду и смотрит на вывеску. — Кафе моего отца? Чонгук в полном шоке застывает на месте, рассматривая спину, удаляющуюся к дверям. Всё это время его начальником был отец Чимина? Как возможна череда таких совпадений? Именно после такого Чонгук окончательно начинает верить в судьбу. И идёт он довольно медленно, потому что переварить в голове задача не из простых. Возможен ли вариант, что мужчина всё знал? Знал, что именно Чонгук навещал его сына в больнице и именно поэтому повысил? После внезапной благодарности в один из дней Чон долго думал, что за проделанную работу. Но и не мог подумать, что тот благодарит за заботу. Колокольчик звенит повторно через пару секунд после Чимина. Место в углу так и осталось пустым и как-то неудивительно, что из всех ещё двух свободных, Чимин пошёл именно туда. Парень улыбается Мишель на смене и проходит к своему месту, усаживаясь напротив по удобнее. В меню появилось несколько новых напитков, их ввёл сам Чон, когда при смешивании нескольких видов зёрен кофе у него вышло приготовить что-то необычное и эксклюзивное. Господин Пак был совсем не против добавить их в меню, снова похвалив и как-то по-дружески улыбнувшись. В тот раз, опять же, это не показалось странным. — Выходит, ты тот самый Чонгук, который делает «обалденное» кофе три в одном? — поднимает бровь парень, закрывая меню. — Мой папа многое про тебя говорил. — Например? — старается не волноваться Чонгук, потирая ладони под столом. — Девушка из больницы сказала, что ты часто меня навещал. Что ты... мой парень. — Я-я... — Так кто же ты, Чонгук? — он достаёт кулон из-под рубашки, покручивая скрипку в разные стороны. — Это твой подарок. Тогда почему я не могу тебя вспомнить? Слишком много неожиданных вопросов. Чонгук бегает глазами по помещению, терзает нижнюю губу, но понимает, что совершенно не в силах дать правильного ответа. Правда выставит его сумасшедшим, но и ложь закопает глубоко под землю. Он не хочет потерять Чимина, но оба варианта ведут к одному итогу: общаться, как тогда они уже не смогут. Не получив ответа, парень просто выдыхает и качает головой от своих же мыслей. Не продолжает давить, за это Чон очень благодарен. — Кофе и яблочный пирог, — озвучивает заказ, всё так же рассматривая опущенную в стол голову Чонгука. — Мне ничего, — бубнит, когда Мишель поворачивается к нему. — Предлагаю спор на правду, — внезапно выдаёт Чимин, складывая руки на груди и облокачиваясь об спинку стула. Глаза Чона тут же заинтересованно поднимаются. — Снежки. Моя победа – твоя правда. Наоборот, и я отстаю с этим вопросом. Детские глупости. Именно это и нравилось парню в Чимине. Когда обычные гирлянды и игрушки на ёлке вызывали у него невинную радость. Всё осталось неизменным. Парень заметно расслабляется и пожимает протянутую руку, точно уверенный в своей победе. Нет, просто обязан победить: приз для него слишком дорог. Ожидание заказа было в неловком молчании. Чимин что-то делал в телефоне, пока Чонгук неотрывно на него пялился. Да, именно пялился, совсем наплевав на то, как это выглядит со стороны. В особенности на его руку, которая неподвижно лежала на столе. Так хотелось взять её в свою и сцепить в замок. Просто потрогать хотя бы пальцем. Теперь именно Чонгук хочет убедиться настоящий ли он такими же способами как это делал Чимин, пока они ехали в больницу при первой встрече. Заказ оказывается на столе, и только тогда Чимин отрывается от телефона, переводя внимание на Чонгука и заставляя его резко отвернуться в сторону окна. Конечно заметил, смешок с его стороны как раз это и доказывает. Когда Чон успел стать так зависим от его присутствия рядом? Даже когда он просто ест и пьёт кофе, проводя языком по губам, чтобы убрать лишние крошки, парень неосознанно сглатывает, одёргивая руку под столом, которой хотел вытереть намного раньше него. Для Чимина поход в кафе был наслаждением, а для Чонгука пыткой. Но несмотря на это, он спокойно делал вид, что совсем не заинтересован в губах парня и не хочет сделать их своим личным блюдом. Эти мысли абсолютно нормальны, за месяц могло прийти что и похуже. Когда Чимин достаёт кошелёк, чтобы расплатиться, тот кладёт ладонь на его руку, останавливая. — Я оплачу. — Тогда это будет свидание, — хитро улыбается он. — На это я и рассчитывал, — отвечает тем же, оставляя купюры на столе. Покидая кафе, Чонгук думает совсем не о том как победить в предстоящей игре, а о его здоровье. Чимин уже подходит к машине, а парень подлетает и достаёт из неё красный полюбившийся шарф и перчатки. Удивлённый Чимин даже ничего не успевает сказать, как тот накидывает шарф ему на шею и завязывает, прикрывая каждый открытый участок на теле. Затем идут перчатки. Чон берёт его руку в свою и медленно натягивает, даря тепло успевшим немного замёрзнуть ладоням. Со второй рукой делает то же самое и только после этого может спокойно засунуть свои в карманы и достать перчатки, пряча от холода. — Один раунд? — уточняет, кивая в сторону своей квартиры. Возле многоэтажки предостаточно места для целого турнира. — Можем и два, если продуешь. — Посмотрим кто ещё продует. Чонгук взрослый человек. Вроде. Но несмотря на это проигрывать никогда не было в его стиле. В данном случае фраза «главное не победа, а участие» на него не действует. И набирая в руки побольше снега, чтобы сделать хороший такой снежок, он продумывает тактику действий, пока прямо в спину не прилетает первый от Чимина. — Один-ноль! — улыбается тот, отряхая перчатки от снега. — Но мы ещё не начали! — Не мои проблемы, если ты капуша, — пожимает он плечами, сразу получая снежный комок в живот. — Эй! Я не был готов. — Не мои проблемы. Смех, улыбки, прохлада от попавших за воротник снежков... Чонгук никогда не думал, что найдёт своё счастье в человеке, который кидает ему внушительных размеров шарик прямо в лицо. Не думал, что смотря на представителя такого же пола внутри всё будет переворачиваться. Может, с самого начала ему и не светило с девушками, раз он запросто теряет разум только перед одним человеком. Любовь – это что-то неземное. Приходит так же внезапно, как и Чонгук навалившийся на парня и нависший над ним в целой куче снега. Каждая его родинка, морщинка и шрамик на лице так сильно полюбились Чонгуком. Он снова зависает, пропадает из этой реальности, перелетая куда-то далеко-далеко, где есть только они вдвоём. Они есть и здесь, среди улицы прямо в снегу, но там... всё иначе. Чон совсем не хочет подниматься, потому что именно в этот момент может чувствовать его дыхание так близко, смотреть в слегка удивлённые глаза и медленно перевести свои на эти губы. — Ты обещал вспомнить, — шепчет Чон куда-то в губы, непризвольно облизывая свои. — Я сдержал своё слово. Руки Пака окольцовывают его шею и резко притягивают к себе, погружая чужие губы, не успевшие к такому подготовиться, в свои. Чонгук этого жаждал, по секрету, даже мечтал, чтобы этот момент поскорее наступил. Он прикрывает глаза, отдаваясь наслаждению и сразу же отвечает, перинимая инициативу на себя. Сначала мягко и отрывысто, а потом долго и глубоко. Чимин затягивает, его губы – самый вкусный десерт из всех, что пробовал Чонгук за свою жизнь. Намного вкуснее любимого горячего шоколада и «Снежной Маргариты». Он хочет искусывать, но делает всё медленно и неторопясь. Воздуха всё меньше, отчётливо слышно как Пак дышит через нос, но не позволяет отстраниться, лишь сильнее прижимая к себе и приоткрывая рот, давая возможность Чонгуку исследовать там языком. Проходит по нёбам, сплетается с чужим и вырывает негромкий стон в губы, от прохлады снега, немного засыпавшего горячие щёки. И отрываясь только через минуту, с довольно громким чмоком, Чонгук долго смотрит с тяжёлым дыханием, только сейчас окончательно осознавая, что произошло. Глаза Чимина улыбаются вместе с ним, а хитрость позволяет действовать совсем неожиданно: он кидает снегом в щёку и скидывает парня с себя, совмещая их смех воедино. И звучит это для них поистине идеально. Парень потирает щёку, медленно поднимаясь на ноги и не понимает откуда взялась эта внезапная скромность. Он краснеет, вспоминая произошедшее пару минут назад и прикрывает глаза, прокручивая этот момент в голове. По кругу около сотни раз, хотя был бы готов делать это вечно. — Десять-восемь, я победил! — победно поднимает руки вверх Пак. — Второй раунд? Чонгук делает несколько шагов ближе и останавливается напротив, опуская ладони на его талию и притягивая к себе. — Только если он закончится, как этот. Парень тихонько хихикает в шарф, позволяя себе положить руки на чужие плечи. — Он может закончиться намного лучше. С этим человеком он точно сойдёт с ума. Подтверждением стало согласие остаться у Чона с ночёвкой, а когда весь вечер они вместе смотрели первые части Гарри Поттера, попивая горячий кофе, приготовленный Чимином, Чонгук убедился окочательно: это и есть то самое чувство, которое называют любовь.

Месяц спустя

— Не волнуйся, — Чимин поправляет галстук и воротник парня, оставляя короткий поцелуй на губах. — Я уверен, им понравится наш дуэт. Важный день, очень. Чонгук дебютирует в качестве пианиста, их дуэт с Чимином может затмить все проходившие здесь раньше выступления, потому что при прослушивании игры Чона у жюри потекли слёзы. На заднем плане будет помогать ещё один скрипач: эта мелодия сама по себе не из простых в эмоциональном плане. Они потратили почти месяц, чтобы её написать, вспоминая моменты, которые пришлось пережить. В основном, делал Чимин, так как в его жизни до встречи с Чонгуком, и так, хватало проблем. Зал забит людьми, они не хотят упускать возможность увидеть, возможно, восхождение новой звезды классической музыки. И не смотря на то, что партия Чонгука, да и мелодия в целом, не такие большие, зрители всё равно жаждают это увидеть. Они не подведут и покажут лучшее выступление из всех возможных. Вот оно, начало новой жизни. Свет гаснет, парни успевают занять свои места: Чонгук за роялем, а Чимин посередине сцены. Прожекторы, освещающие лишь их двоих под тишину тёмного зала захватывают дыхание. Ладони Чона потные, но он сидит всё так же спокойно, прикрывая глаза от начала их общей мелодии. Первые звуки скрипки раздаются где-то за кулисами, Чонгук вдыхает поглубже, переводя взгляд в сторону зрителей, но смотрит он совсем не на них. Чимин освещённый ярким светом, его спина в тёмном пиджаке, грациозная стойка ног в туфлях с каблуком и любимая скрипка, которую он как младенца прижимает к себе... парень слишком засмотрелся. Чимин был рождён для сцены. Смычком он начинает вести по струнам, совмещая два потрясающийх музыкальных инструмента и их звук воедено. Его часть по сравнению с первой намного грустнее. Скрипка будто плачет, изливает душу наполненую болью и печалью. Так протяжно, так плавно и невероятно красиво. Сидящие в зале могут видеть его эмоции, он переживает вместе со своим инструментом. Сводит брови к переносице, хмурит лицо, а закрытые глаза добавляют образу ещё больше драматичности. Самое время для Чонгука. Он тоже привык играть с закрытыми глазами, и первые ноты рояля звучат именно так. Он перебирает нужные клавиши, вживается в мелодию полностью, вспоминая репетиции на которых они с Чимином не могли оторваться друг от друга. На сердце возникают новые ощущения, они не такие какими были во время тренеровок. На сцене всё ощущается совсем иначе. Около полуторы минут все присутствующие здесь потеряли дар речи. Некоторые заплакали, а есть те, кто вспомнил свои самые плохие времена в жизни, чуть ли не рыдая в заранее приготовленные платочки. Они знали, что будет грустно и больно, но не подозревали насколько. Слёзы Чимина мокрой дорожкой стекают по щекам, а он всё продолжает, не обращая внимания на то, как они начинают неприятно щекотать лицо. Все моменты с Чонгуком через которые он прошёл в обличие призрака, все слова, что тот говорил ему и ласку, которой украшал каждый день этого месяца – это волшебство. Последние ноты мелодии производит Чонгук, и именно он ставит точку на прошлой жизни Чимина с постоянными проблемами только лишь из-за одного человека, который ни разу не умудрился проведать его в больнице. Может и хорошо, что так сложилось, Чимин не желает его видеть и вспоминать. Апплодисменты. Зал взбушевался, потрясённый таким мощным и эмоциональным выступлением. Чимин с лёгкой улыбкой кланиется, а за ним и Чонгук, придерживая пуговицы пиджака и направляясь следом за парнем в сторону кулис. Последий шаг снимает с них образы музыкантов и теперь они самые обычные люди, у которых сегодня был необыкновенно волшебный день. Чимин не решается поворачиваться в сторону парня, быстрее вытирая бегущие по щекам слёзы. Только вот Чон всегда знает какое настроение у Чимина только по одной его походке и сейчас он тоже всё понимает. Кладёт ладонь на плечо и медленно поворачивает его к себе, позволяя плакать в пиджак своего костюма. Просто прижимает крепче к себе и поглаживает по волосам, успокаивающе шепча на ухо. — Всё хорошо, он не был тебя достоин. Чимин давно отпустил У Шика из своего сердца, ещё в тот самый день до того как напиться. И всё же, в какой-то степени он ему благодарен, ведь не случись той ситуации, парень никогда бы не повстречал Чонгука. Постоянно бы страдал в комнате, пропуская репетиции от одних только мыслей почему У Шик не берёт трубку. Плакал от его обидных слов, сказанных по пьяне и ждал всю ночь, пока тот не придёт домой. Чимин боялся бросить, когда узнал какой он на самом деле человек. Но сейчас у него есть Чонгук. Самый любящий, самый заботливый и лучший человек в его жизни. И как бы их не связывали общие интересы в музыке, это делают не только они. Их связывает сама судьба, которая была подготовлена заранее. До встречи с тобой, я не знал, что такое настоящее счастье. До встречи с тобой, я не мог понять, что такое любовь.