Враг навсегда остаётся врагом

Послышались тяжёлые шаги. В палатку кто-то вошёл. — Тревога! Построение через 45 секунд! Вскочив с кроватей и одевшись, ровно через назначеное время строение солдат было готово к дальнейшим приказам. — В город снова ворвался русский отряд. Приготовить оружие и отправляемся. Повозка подъезжала к нескольким горящим домам. Не было видно ни одного человека. Яркое пламя боролось с ночным мраком, то вырываясь, то отступая. — Осмотрите окрестности. Заметите врага — стреляйте. Возможно, тут есть раненые жители. Дом начал разваливаться. Тушить уже не было смысла, пожар был сильным. В сарае, до которого огонь только добрался, лежали три трупа: женщина среднего возраста, маленький мальчик и женщина лет шестидесяти. — Ну что, Дазай? Остался кто в живых? — Нет, только три расстрелянных трупа. — Чёрт, опоздали! — Русских тоже нет? — Нет. Успели скрыться, крысы поганые. — Тогда мы уже ничего не сможем сделать. Парень вышел из уже вовсю пылающего сооружению и присел на траву. Где-то рядом раздалось тихое мяуканье, и из-за молодой яблони выглянула испачканная сажей и перепуганная кошка. — Иди сюда, бедняга. Тяжко же тебе пришлось, потеряла семью. Ты, наверное, сильно испугалась? В ответ ноги Осаму коснулась теплая и пушистая голова. — Не волнуйся, мы найдём тебе новый дом. В городе очень много старушек, которые обожают таких как ты. Так что, с голоду не умрёшь) Маленькие глаза с интересом смотрели на него. «Да уж, животным тяжелее приходится. Человек хотя бы может понять, что происходит, где-то спрятаться, обороняться, а что взять с этой милой мордашки? Всё, что они знают, это то, что нужно быть возле хозяина.» Яркие вспышки света становились всё реже и тускнее. Тьма победила. Она снова начала заполнять всё вокруг, и только Луна своим бледным светом ей сопротивлялась. Но сейчас даже она скрылась за свинцовой тучей, а звёзды, подобно солдатам, не знали что делать без своего предводителя, и по одиночке терялись в бескрайнем небе. Стоило им только объедениться, как они бы вмиг осветили небо и прогнали бы мрак навсегда. Но Дазай любил тьму, поэтому был только рад их малоумию. — Возращаемся в лагерь. По дороге назад у всех были унылые лица. Солдаты видят смерть каждый день — десятки, а иногда и сотни трупов, сами дарят смерть своим врагам и сами сталкиваются с ней лицом к лицу, лежа окрававленные в окопах. Но это всё равно не остаётся без следа. Хуже всего видеть, когда умирают невинные люди, люди, которые просто хотят счастливо жить. Но война не щадит никого: ни детей, ни женщин, ни стариков. Перед ней все равны. Но даже зная это, не становится легче. Дазай оказался на фронте год назад. За это время он уже хорошо разбирался в военном деле и даже дослужился до звания старшего прапорщика. Он не только умел хорошо драться и владеть оружием, но и мог составлять тактику боя и предугадывать действия врага. Несколько месяцев назад ему предложили должность стратега в подразделении на востоке, но он отказался. Осаму никогда не мог представить, как он сидит за столом, скребя бумагу чернилами, пока такие же как он прячутся в окопах, перевязывая оторванную руку или ногу. Его принципы не могли дать этому случиться. Да и он уже порядком привык к своему отряду. Раньше он служил в полке в Китае, но после того, как руские войска сдали Порт-Артур, его отправили в небольшой город в пятидесяти километрах от Мукдена. Хоть русские и сдали порт, но многие отряды до сих пор находились в Китае. В основном они уничтожали деревни и городки и нападали на такие полка, в котором сейчас служил Дазай, с целью захватить мирное население. Вообще, он планировал пойти в морской флот, но оказалось, что у него морская болезнь. В целом, парню нравилось на войне. Да, звучит странно, но когда он попал в армию, то будто бы нашёл своё место. Нашёл смысл. Ежедневный риск умереть нисколько не пугал его, ему нравилось приносить какую-то пользу окружающему миру. Хоть Осаму не был особым фанатом военных действий и отбирания чужих территорий физической силой, но таков мир. Многое его в нём не устраивало, но в конце концов он просто смирился. Да и что бы он смог изменить? Ничего, потому что сам он никто. Отброс общества, чудак, психопат, или как там его ещё называли? Но на войне всем плевать кто ты. Вы каждый день воюете плечом к плечу, и поэтому принимаете друг друга такими, какими вы есть. Вот почему здесь ему так комфортно. Почему все люди не могут так относиться друг к другу? Почему им просто не плевать? Неужели их жизнь настолько скучна, что они лезут в чужие? Он действительно не мог понять общество. Не мог понять этот долбаный мир. Это была первая причина, по которой он принял решение пойти на фронт. Вторая это то, что его никто не ждал.