Мы встретились в Манисе.

Ночь с шехзаде прошла просто замечательно и на утро я развлекала его шутками и пением. — Чего же ты не умеешь? — спросил он с улыбкой. — Играть на инструментах и в шахматы. — ответила я. — Меня Димка, старший брат даже битве на сабле и мече учил, а вот шахматы мне не даются. — ответила я с улыбкой. — У тебя есть старший брат? — спросил с удивлением Мустафа. — Да. Он закончил местную школу и стал Сахибом Эфенди. Сейчас он в столице работает вместе с Ибрагимом Пашой и очень уважает его. Он умный так что далеко пойдёт. Возможно и даже в Совет пройдёт. — произнесла я с гордостью. — А ты почему за два года так и не сменила имя? — спросил Мустафа. — Я заявила Фидан, что только мой мужчина даст мне имя, такое которое будет мне подходить. — произнесла я с улыбкой. — Гевхерхан. Вот твоё имя. — произнёс Мустафа. — Драгоценность правителя. Я польщенно улыбнулась шехзаде, и мы продолжили интересный разговор о философии. Вечером я снова осталась с ним. Кажется он начинает мне нравится. Ночь была более лучшая чем первая, так как это был мой первый раз. Я применяла на практике все знания, которым нас учили в гареме. Пока Фатьма прогуливала уроки, а Айше летала в облаках я учила всё что рассказывали преподаватели. Нужно быть образованной для того, чтобы соответствовать своему мужчине. После второго хальвета Мустафа отправил меня в гарем. Я прошла по гарему с мечтательной улыбкой. Блин, кажется я начинаю влюбляться. Это плохо. Надо держать холодным рассудок. — Анастасия Хатун, комната готова. — произнесла Эсма калфа. — Хорошо. Только у меня теперь другое имя. — произнесла я со скромной улыбкой. — Какое? — поинтересовалась женщина, а все навострили уши. — Гевхерхан. — ответила я с милой улыбкой. Женщина кивнула, мол, всё поняла и мы зашли в покои фаворитки. Я жила здесь одна. Когда я легла на кровать, то чуть не застонала. Здесь более мягкий матрас, чем в ташлыке. Спустя полчаса мне принесли сундук с тканями, украшениями и книгами. Я распределила всё по цветам и села за книгу. Декамерон Бокаччини читался трудно, но я смогла прочитать двадцать страниц. В обед я спустилась к девочкам и отвечала на их вопросы о шехзаде, а после решила придти к Айше Хатун. Думаю она не знает о том, что сделала Румейса. Я направилась к покоям матери султанши, когда увидела, что туда же направляется Махидевран Султан. — Добрый день, госпожа. — произнесла я и поклонилась. — Анастасия, как эти два дня прошли? — поинтересовалась черкешенка. — Хорошо, госпожа. Шехзаде дал мне новое имя. — произнесла я скромно. — Какое же? — поинтересовалась мать Мустафы. — Гевхерхан. — ответила я. — Я к Айше Хатун хотела зайти. — произнесла я. — Зачем? — насторожилась Махидевран. — Она пригрела змею по имени Румейса. Эта девушка позавчера напала на меня, когда я собралась на танцы. Я Фидан сказала о произошедшем, ведь Хатун оставила маленькую госпожу без присмотра. — ответила я госпоже. Она нахмурилась, но кивнула. — Я сама скажу и вынесу приговор этой девушке. — ответила госпожа и я кивнула и пошла обратно в гарем. Там я болтала с Гюльпери, которая знала все сплетни. В один момент я увидела Шивекяр Хатун, которая приносила ткани и мне письмо. Я открыла его и ужасалась. Повелитель казнил Ибрагима Пашу. Я вскочила и побежала в сад. Я знала, что там будет Ташлыджалы. Он мне нужен. Мне надо найти Мустафу. Я выбежала в сад и помчалась к Яхье. — Яхья бей, где шехзаде? — спросила я сразу. — Хатун, успокойся. Вот он тренируется. Что случилось? — спросил он. Я сунула ему своё письмо и он прочитал, а после стал белее снега. — Мустафа. — крикнула я. Он обернулся ко мне и подошёл. — Гевхерхан, что случилось? — спросил он с недоумением. Я как и в случае с Яхьëй сунула ему письмо. Парень читал письмо и побледнел. — Невозможно. — произнёс он с ужасом. — Я в столицу. — произнёс он. — Напишите повелителю, что хотите увидеться, иначе будут последствия. — предостерегла я. Парень просто кивнул и отправился во дворец и я вместе с ним. Вечером я отправилась по золотому пути к Мустафе. Я заставила его написать письмо и после отправили его с гонцом. Рано утром я шла в гарем, когда увидела как Шивекяр кладёт в тайник письмо. Я остановила евнухов и показала знаком тишину. Они стали ждать когда кто-то придёт и через несколько минут пришла Гюлизар Хатун. Я махнула и евнухи тут же её схватили. Мы взяли письмо при котором был яд. Добавлять по две капли в еду шехзаде. Так он будет более незаметен в организме. — Её в темницу, а я к Махидевран Султан. — произнесла я. — Письмо клала Шивекяр Хатун, торговка тканями. Евнухи всё поняли и пошли исполнять указания, а я помчалась к госпоже. — Фидан, да пропусти! У меня информация, что в нашем дворце шпион, который хочет убить шехзаде. — не выдержала я. Женщина побледнела и пропустила внутрь. Махидевран Султан уже не спала и нянчилась с Нергисшах Султан. — Госпожа, шехзаде хотят отравить. — произнесла я прямо. Махидевран и Айше повернулись ко мне и я начала всё рассказывать. Я показала записку и флакон. — Расследованием пусть займётся Повелитель. — решила Махидевран. Я просто кивнула, так как рассказала о письме Мустафы. — Спасибо, Гевхерхан. — произнесла она смотря на меня с улыбкой. — Всё благодаря тебе. Я скромно опустила глаза. Мне приятна похвала. Маленькая Нергисшах подала голос и я посмотрела на неё. — Айше, позволь взять султаншу на руки. — попросила я. Она кивнула и я посмотрела на девочку с любовью. Может и у нас с Мустафой когда-нибудь будет такая девочка. — Много мужских сердец разобьёт. — произнесла я с улыбкой и отдала малышку на руки Махидевран Султан. Совсем молодая бабушка, ведь ей ещё и сорока нет. Тридцать четыре — тридцать пять. — Спасибо за новости, Гевхерхан. Иди к себе. — произнесла она. Я поклонилась и собралась уходить как в покои зашёл Мустафа. Я поклонилась ему и он улыбнулся. — Матушка, Айше, Гевхерхан. — поприветствовал он нас. Нергисшах Султан подала голос и мужчина улыбнулся. Ему только двадцать один год, а на его плечах большая ноша. Я с улыбкой смотрела на Мустафу. — Я пойду, госпожа. У нас занятие персидским. — произнесла я и ушла с поклоном. В гареме на самом деле был урок и я немного опоздала. В классе я уселась и стала слушать занятие. Раз я теперь фаворитка у Мустафы, то стоит больше изучать. Я хочу ещё раз побыть на хальвете. Так и прошла неделя, когда пришёл ответ от Повелителя. Мустафа собрал ближайших людей и я еду вместе с ним. Он в укромном месте держит Гюлизар и Шивекяр. Я же в это время связалась с Сахибом и попросила, чтобы он нашёл родственников Гюлизар и Шивекяр. Они будут рычагами давления и находится в безопасном месте. В один из дней я проникла в тюрьму. — Гюлизар Хатун, ты согласна всё рассказать Повелителю, если твоя мама Надя, папа Павел и братья Боря, Рома и Коля с сестрой Ксюшей будут обеспечены до конца своих дней? — произнесла я медленно и с расстановкой. Её сейчас больше всего шокирует, что я знаю всю информацию о родственниках и она будет согласна. — Да, я согласна и на всё это подписалась лишь из-за того, чтобы прокормить их всех. — произнесла гречанка. Я же отправилась к Шивекяр. Тут я с трудом сохранила хладнокровие. — Я тебе доверяла переписку с братом, а ты. Лучше тебе сразу признаться, кто тебе всё это сказал устроить, иначе Авдей и Натали будут побираться по улицам. Но если ты расскажешь Повелителю всю правду, то они будут не знать горя до самого конца своих жизней. — произнесла я еврейке. — Я согласна. — произнесла она. Я усмехнулась и без проблем вернулась обратно собирать вещи. Мустафа принял решение, что я еду с ним. Через неделю мы выдвинулись в столицу. Мустафа ехал с другой каретой и охранял её, чтобы никто не смог нанести вред. Мы ехали четыре недели, когда меня затошнило и вырвало. Меня осмотрел лекарь, который ехал с нами. — Хатун, ты беременна. — произнёс он и улыбнулся. Лекарь отпустил меня, но до этого дал рекомендации. Я же побежала к Мустафе счастливая. Увидев его я подбежала и обняла. — Мустафа, я беременна. — произнесла я с улыбкой. Парень смотрел минуту с недоумением, а после засмеялся и закружил. — Гевхерхан, ты принесла мне счастье. — произнёс он с улыбкой. Мы с улыбкой направились карете Махидевран Султан. Я же услышала звук стрелы и взяв Мустафу за руку сиганула за карету. Раздался вздох и крики. Мы выглянули из-за кареты и увидели как все склонились над одним из янычаров. — Обыщите лес! — прокричала я. Янычары посмотрели на Мустафу, а после побежали в лес. При нас осталось двое. Я взяла одну из саблей и пошла к госпоже. — Госпожа, как вы? — спросила я у неё. — Всё в порядке. Зачем тебе сабля? — спросила она, а Нергисшах Султан на руках у матери плакала. — Я владею оружием и если понадобиться защищу. — произнесла я. — Мы вообще шли с Мустафой к вам сообщить хорошую новость. Я жду ребёнка. Махидевран Султан улыбнулась мне, а вот Айше Хатун тут же расстроилась. Я её понимала, но так же хотела чтобы и она была счастлива. Думаю, что я не буду против, если она будет посещать покои Мустафы. Мустафа вместе с янычарами привёл лучника. Его руки связали, но не очень крепко. — Кто так связывает. — проворчала я и сделала замудренный узел. — Вот теперь не сбежит. Мустафа хмыкнул и после мы поели и отправились дальше. Спустя три дня мы были в Топкапы. Я смотрела этот дворец с восхищением. Когда-нибудь Мустафа будет здесь править. Я же надела красивое зелёное платье и расстегнула несколько пуговиц, чтобы все понимали — я ношу дитя. Во дворец мы зашли с гордостью. Троих заключённых повели к Повелителю, а к нему же пошёл Мустафа. Мы с Айше и Махидевран Султан направились в гарем. Там я увидела ту, ради кого Султан нарушил все законы. Хюррем Султан на самом деле была очень красива. Рядом с ней стоял взрослый парень и девушка. Наверняка это шехзаде Мехмед и Михримах Султан. Что же мне враг только Мехмед. На счёт Михримах у меня есть одна мыслишка. Махидевран выдерживала ровный тон и любезности. — У меня и внучка есть прекрасная. Нергисшах Султан. Вот и внук будет. — произнесла она и показала на меня и Айше. Я же впервые подняла голову ровно и смотрела в эти зелёные глаза, которые смотрели на меня с раздражением. Я чуть приподняла уголок губ и поклонилась, но не склоняя головы. Мы направились к покоям, которые нам выделили. Я была в небольших и оглядывалась. Так вроде всё в порядке. — Гюльпери, можешь осмотреть на наличие вредных и плохих моментов. — попросила я подругу, которая может понимать, когда хотят причинить вред. Она осмотрела всё и нашла пару штук. Выкинув это мы пошли в хамам. Как было приятно помыться. Я смыла с себя всю пыль дорог и в своих покоях заперла дверь изнутри, поставив стул. В изнеможении я упала спать. Завтра. Всё завтра.