Глава 25 От заката до рассвета
22 августа 2025 г., 21:46
Примечания:
С первым апрелем, гайс. Могут быть ошибки, хз как дела у Беты, будет она проверять или нет.
Ноябрь 1975 года.
Хогвартс.
Дарья чувствовала себя отвратительно. Будто бы кто то решил всадить в нее тысяча маленьких иголок по всему тело. Ощущение не из приятных. И ведь самое главное, что двигаться нельзя! Тело русской будто бы связали и привязали к постели и не смотря на отсутствие всякого движения, Замятин слышала и чувствовала все вокруг себя. Мадам Помфри всю ночь над ней крутилась и заливала в нее разные зелья. Дарья помнила, что в день, когда она загремела в Больничное крыло, девушка отсчитала день до Полнолуния. Не дай Мерлин она преобразуется прямо здесь. Не хотелось отплатить мадам Помфри за ее помощь смертью. Да и от Дамблдора слизеринка никуда не денется. Может у тела девушки просто не хватит сил на обращение? А ещё Дарью ужасно волновал Мальсибер. Ублюдок. Если с ним ещё ничего не сделали, девушка сама найдёт его и отправит на тот свет. Там с ним развлекаться будут родители. Мама с папой покажут ему покой. Замятин слышала голоса Сириуса и Регулуса, как они вдвоём о чем то увлеченно спорили. После пришел взволнованный Давид с Джеймсом и Римусом. Люпину слава Мерлину удалось успокоить брата, который был готов сломать все что в руки попадётся. На утро пришла Алина с ее дружком Барти. Дарья слышала, как плачет ее сестра и ей вдруг стало так стыдно за неосторожность. К обеду пришли Лестрейндж, Медоуз и Розье. Судя по запаху, они принесли ей букет цветов. Черти, знают же как девушка любит яркие красные розы и принесли ей. Умеют же подлизаться. К вечеру в больничном крыле оказалась чета Абботтов. Аня держала ее за руку, гладила по ладони, обещала, что запрет племянницу дома, если та опять попытается умереть. Будто бы Дарья это делает специально. Конечно же нет! Проблемы сами липнут к ней, словно разные металлические штучки к магниту. Замятин ещё слишком юна и неопытна, чтобы решать проблемы без последствий. Пускай близкие скажут ей спасибо, что расплачивается за необдуманные действия только слизеринка. Намного легче было бы просто взять и перекинуть ответственность на кого нибудь другого. Она вновь слышит быстрые шаги мадам Помфри. Но на этот раз женщина была не одна. Если память девушке не изменяет, то этой ночью Полнолуние и значит с мадам Помфри Римус Люпин, ее собрат по несчастью. Интересно, он помнит что она тоже оборотень. Тоже волнуется за нее и школьную мед сестру? В любом случае, Замятин все так же не чувствует в себе признаков ближайшей трансформации во вторую свою сущность. Шансы того, что она не обернется возрастают. Ей это даже на руку. Уильям перед школой велел племяннице быть осторожнее и постараться сделать все, чтобы о волчей стороне никто не узнал. Аббот, входящий в состав Ордена Феникса, на очередном собрании узнал, что Тёмный Лорд в последнее время ищет сторонников среди оборотней. Особенно среди крупных стай. А это значит, что Дарья вполне себе может стать мишенью номер один. Если верить словам дяди, сторонниками Темного Лорда могут стать любой чистокровный и полукровный старшекурсник. Дван Мальсибер тому подтверждение. Интуиция подсказывала, что капитан из команды был не единственным шпионом Темного Лорда. Наверняка есть ещё один и если этот шпион решится проверить ее этой ночью и заметит, что слизеринка никак не отреагировала на полнолуние, то будет уверен, что Дарья все ещё обычный человек. Осталось только надеется что шестерка Лорда действительно навестит Замятин. Было бы ещё неплохо узнать личность человека, которого отправили следить за ней… Судя по долго у молчанию мадам Помфри и Римус вышли из Больничного крыла, а это значит, что девушка осталась одна. Любое движение вокруг нее Дарья расценит за визит того самого шпиона к ней. Надо только продолжать лежать тихо, не подавать виду, что русская в сознании. К середине ночи Замятин все еще не спала. Она чувствовала, что парализованность наконец то отступила и девушка может шевелить пальцами. В оборотня русская все еще не обратилась. И как Дарья планировала, это заметила ни только она, но и шпион, который в эту ночь ее все-таки навестил. И самое главное — запах того самого шпиона был для Дарьи уж слишком знакомым. Круг подозреваемых сужается.***
«Жди меня в Хогсмиде. Придумай способ провести меня в замок.» —На русском языке, выведено на маленьком пергаменте. Этот почерк, ставший для нее уже родным, Дарья узнает даже спросони. Чёрный ворон, красная печать. Это послание было от Федора! Замятин вмиг подорвалась с кровати и вскрикнула от радости. Прыгая на одном месте она явно напугала свою соседку Эдит. Увидев ее ошарашенное лицо слизеринка подбегает к ней и набрасывается объятьями. — А жизнь то налаживается, моя милая Эдит! Гринграсс глупо заморгала и Дарья отпустила ее, направляясь к шкафу. Ей надо срочно переодеться для похода в Хогсмид. Единственная проблема — как же Фёдор войдёт в Хогвартс? Филч ни за что в жизни не пропустит его. В голову пришла мысль о Мантии-Неведимке. Опять волновать Поттера и красть эту мантию Замятин не хотелось. Помнит она как после кражи Медоуз Джеймс по всему Хогвартсу бегал, пытаясь узнать кто же ворвался к ним в комнату. На всех с кулаками лез. Жалко его. Нужно напрямую выпросить. Дарья выбирает тёплый красный кардиган, чёрный прямые джинсы, любимые сапоги на высоком крупном каблуке. Сверху пойдут куртка и зелёный шарф Слизерина. Взяв из в руки слизеринка поспешила выйти из комнаты, напоследок смачно чмокнув Гринграсс в обе щеки. — Дура, — кидает в спину девушки Эдит. Замятин это не волнует. Дарья сломя ног бежит в башню Гриффиндора, расталкивая надоедливых младшекрусников. «Понаражают они, а мучаться с тупыми детьми мне» Судьба решает подфортить ей и девушка влезает в объятья своего брата близнеца. Тот смотрит на нее сначала с недопониманием, потом ярко улыбается ей и крепко обнимает. — С днём рождения нас! — С днём рождения нас! — весело отвечает ему девушка, оставляя поцелуй на щеке. — Ты просто не представляешь что сейчас произойдёт! Мародеры нахмурено переглянулись. Дарья с припрыжку подошла к Поттеру, обхватив руками его предплечья. — Джеймс, родной мой, выручай! — Чего тебе, второй Давид? — Джеймс смотрит на нее скептически. — Одолжи Мантию-Неведимку! — все мародёры тут же шикнули на нее, приказывая замолчать и оглянулись по сторонам. — Чего?! Ты берега не попутала?! Нет! — Для чего тебе? — тут же спросил Давид, подходя ближе. — Фёдор приехал! — вскрикнула Дарья, оборачиваясь к брату. — Мне нужен он здесь. В Хогвартсе. На вечеринке! Он мне нужен здесь. Мне надо его привести сюда, — Замятин опять поворачивается к Поттеру, краем глазом замечая нахмуренно лицо Блэка. Девушка невольно вспомнил слова Каминского «имбицил». — Ну пожалуйста пожалуйста! — Нет! Размечталась! — А за свидание с моей Лили в Хогсмиде? — слизеринка игриво посмотрела на друга брата. Тысяча разных эмоций пронеслась на лице парня. На свидание? С Лили Эванс?! Такое бывает?! Он не спит?! Это происходит в реальной жизни? — Ущипните меня… Дарья с хитрой улыбкой и блеском в глазах потянулась к руке Поттера, за что получила от него хлопот по ладони. — Слышь ты, очкарик… — Так так, — Давид подошёл ближе, укладывая свои руки на плече сестры. Парень знал, что за пару дней до и после полнолуния Дарью лучше не злить. Замятин дёрнула плечами, скидывая руки брата. Но все же его прикосновения успокоили её. — Кого надо убить за свидание с Лили? — Джеймс с интересом глянул на сестру друга. — Можешь себя прикончить. Свидание вам точно будет обеспечено на твоих похоронках, — фыркает Замятин. — Или просто дать мне мантию невидимку. Я обещаю, что верну ее в целости и сохранности. Мне она нужна на день, максимум два. Привести его сюда, а после дать ему выйти. Хочешь сходи со мной если тебе будет так спокойнее. Поттер запустил руки в свои волосы, растрепав их ещё сильнее. Дарья подумала, что стоит намекнуть брату подарить гриффиндорцу расческу на Рождество. Идеальный и нужный подарок. — Понимаешь… Ее у меня уже крали, — сомневается Джеймс. От его слов у русской пробежались мурашки по коже. Это ведь благодаря ей Доркас украла мантию. Дарья успокаивает себя, что Медоуз все равно сделала бы это, даже без ее помощи. Девушка почувствовала руку Давида на своей талии и ещё больше ужаснулась. Он давно понял, что Дарья тоже участвовала в краже мантии. Но раз Поттер не обвиняет ее в этом, значит близнец ничего не рассказал. Слизеринка переглянулась с братом, видя в его глазах подтверждение своей догадки. Чтобы не показаться подозрительными перед мародёрами, она облокачивается на Давида и вновь смотрит на парня. Джеймс все ещё размышляет над тем, стоит ли Дарье отдавать свою мантию, продолжая трогать свои волосы. — Ладно. Но я иду с тобой. И Сириус тоже. А то вдруг что. Ещё нападешь на меня в подворотне. Джеймс не боится этого. Это было часть его плана по применению Дарьи и Сириуса. — Думаешь что я сильнее тебя? — усмехается Замятин. — Правильно делаешь. Но Блэк тебе ничем не поможет. Вы даже моргнуть не успеете, как я вас двоих вырублю… — Я иду с вами, — бросает Давид, крепче сжимая талию сестры, давая ей понять, что это даже не обсуждается. Джеймс хмурится, считая что это помешает его плану, но ловит строгий взгляд Замятина. — И Лунатик тогда тоже. Если нас уложит, то у Римуса точно хватит сил тебе ответить, — Поттер лишь шутит, но после понимает что ляпнул. Убийственные взгляды близнецов Замятиных устремились на парня, которому тут же стало стыдно. Давид рассказал ему, что Люпин сделал с Дарье в прошлое полнолуние. — Да хватит меня Лунатиком называть, — закатывает глаза Римус. — Сейчас и тебя будем Сохатым звать, олень недоделанный. Дарья громко вздыхает, от чего парни тут же замолкают, не решаясь ещё сильнее злить девушку. Она чувствует на себе хмурый взгляд Сириуса и слизеринка сдаётся, нерешительно глянув в ответ. Да уж, все же у него очень красивые и такие наглые глаза. — Встречаемся через полтора часа у выхода, без опозданий. Иначе съем, — бросает Дарья, оглядывая каждого парня. — А вот ты идёшь со мной, — говорит она брату, хватая его за руку. Девушка ведёт близнеца в сторону башни Гриффиндора, чувствуя взгляды парней на ее спине, но ей на это уже наплевать. Близнецы отходят подальше от гриффиндорцев и ещё некоторое время молчат. Первой начинает говорить Дарья. — Ты все знал? — Я точно знал, что не красил тебе волосы. Это был отвлекающий маневров, чтобы мы вышли из комнаты, дав тому кому ты помогала время на поиск мантии. Все так? — любезно интересуется Давид, заранее зная ответ. Дарья закатила глаза, подтверждая его теорию. — И почему ты не сдал меня своему дружку? — Замятин сложила руки на груди и остановилась, внимательно взглянув на брата, который чуть перегнал ее в росте. Давид сжал губы в тонкую линию и сам остановился. Признавать правду было стыдно. Его бы друзья едва ли ответят так как он и осудили бы его. — Между семьей и дружбой я выберу семью, — гриффиндорец глубоко вздохнул, пересекаясь взглядом с близнецом. — Но все же давай ты больше не будешь попадать в ситуации, где мне стоит выбирать на какую сторону вставать. Я все же не хочу терять друзей. Дарья кивнула, собираясь сказать что то ещё, но Давид быстро ее перебил. — И никаких ссор с Марлин. Если ты будешь не права, я встану на ее сторону. Обижая мою девушку ты одновременно обижаешь меня, ясно? Замятин громко фыркает, но все же молчит, позволяя брату сказать до конца. — Она мне нравится. Очень сильно. И это был мой выбор начинать с ней встречаться. Меня злит что ты не принимаешь его. — Она динамила тебя лет пять. Ей было наплевать на тебя. Барби нравился другой, а ты продолжал бегать за ней как хвостик. И как только она поняла, что от Блэка ей внимания не достичь, решила воспользоваться самым удобным вариантом. Тобой. Если Блэк окажет ей хотя бы малейшее внимание, она сбежит от тебя к нему. Ты даже оглянутся не успеешь, — наконец девушка высказывает Давиду все, что думает на счет его девушки. — Это не так, — качает головой Замятин, отходя от сестры на несколько шагов. — Ты ненавидишь Марлин не потому, что она может сделать мне больно, а потому, что она была твоей конкуренткой и этого ты ей простить не можешь. Только не ври, что ненавидишь Сириуса. Я видел ваши переглядки и тактильно молчал, давая тебе самой разбираться. — Какой благородный нашелся, — фыркает Дарья. — С таким то выбором не смей меня осуждать. Был бы отец жив ни за что бы Сириуса не подпустил к тебе. — А ты с козырей то не начинай, — продолжает спорить Замятин, чувствуя как с каждой секундой спор становится все бессмысленнее. — Мама не дала бы тебе перед девчонкой унижаться. — Лучше парню перед девчонкой унижаться, пытаясь добиться ее, чем девке перед бабником. Дарья нахмурила брови. — Блэк не бабник! — Да ладно, — Давид складывает руки на груди, скептически поглядывая на сестру. — Его первая девушка на его пятнадцатилетие раз… — Ну слушай, кто не без греха. — …Подружка той девушки перед рождественскими каникулами… — Всего лишь… — Замятин не успевает договорить, как брат опять ее перебивает. — …Две интрижки летом. Твоя подружка Эмма… — Ха! Нет! Они не спали! — девушка тыкает пальцем в грудь Давида, считая себя победительницей. Парень обреченно качает головой. —… Ладно, допустим я поверю. Дальше, а, до этого вероятно еще Марлин… — парень произносит это с ноткой ревности в голосе. — Они тоже не спали! Давид хмурится и оборачивается к сестре, пытаясь найти хоть что то, что подтвердило бы, что она врет. Но Дарья говорила это с полной уверенностью. Это получается что он у его девушки тоже будет первым. Замятин от этой мысли не смог сдержать довольную улыбку на своем лице. Слизеринка на это всплеснула руками. — Давид! Ну меня хотя бы постенялся! По твоей улыбке видно о чем ты думаешь, извращуга! Давид хрипло рассмеялся, положив руку на плеча сестры и прижимав к себе ближе. В развалочку они дошли до гостиной и произнося пароль вошли внутрь. Дарья скривила лицо. В который раз она отмечала насколько яркая гостиная у Гриффиндора. Слишком яркая и безвкусная. Гостиная Слизерина в сто раз лучше будет, нежели гостиная львят. Брат остался валяться на диване, подхватив левую гитару с пола. Играть на ней, в отличии от близняшки, он умел совсем чуть чуть. Знал базу, но не мог сыграть никакую песню. Поэтому он просто проводит рукой по струнам, создавая нейкие звуки. Поднявшись вверх по лестнице в спальню, в которое запрещено ступать мужской ноге, Дарья проходит по коридору, замечая на знакомой двери табличку: «Алиса Стоун, Лили Эванс, Марлин Маккиннон, Мэри Макдональд.» С последних двух имён Замятин вновь скривилась. Не постучав в дверь девушка заглядывает внутрь и заметив рыжую макушку за столом, довольно улыбается. — Цветочек! Лили от испуга дергается и резко оборачивается. — Дарья! Нельзя так врывать! — Эванс возмущенно раскидывает руками, а после принимает задумчивое выражение лица. — Подожди… а что ты тут делаешь? — У меня к тебе огромная просьба. Дарья подходит к Лили, принимая как можно жалобное выражение лица. Эванс нахмурилась, боясь представить, о чем ее станет просить лучшая подруга. Зная Замятин, она может попросить все что угодно и не всегда легальное. Русская решает сначала для удобства завязать кудрявые волосы в хвост, которые мешали ей. — Это ты готовишься отлизать мне на крайний случай если я откажусь? — прыснула Лили. Дарья рассмеялась, показывая пальцем на подругу. — Я только хотела это сказать! Девушки рассмеялись. — Ну короче…у меня тут такая просьба, — начинает брюнетка. Заметив выражение лица Лили она тут же махает руками. — Ничего криминального, честно! Просто… — Дарья нервно сглатывает слюну. — Сходи с Поттером на свидание. — Чего?! — Эванс тут же подорвалась на ноги, шокированно оглядывая лучшую подругу. — Ни за что! — Ну одно свидание, пожалуйста! — Нет! Никогда! — Лили складывает руки на груди, готовясь отстаивать свое мнение до конца. Она идёт в сторону кровати, садясь на мягкий матрас, чувствуя что подруга идёт за ней. — Ну пожалуйста! — Дарья быстро падает на колени, складывая руки как при молитве. — Просто попробуй сходить с ним. А вдруг понравится? Одно, ну пожалуйста пожалуйста! — Нет! Замятин встаёт на ноги, злобно ходя по комнате, размахивая руками в сторону. Останавливаясь у стены на против, она тыкает в сторону Лили пальцем: — Я вот тебе сто раз помогала! Эванс откидывается спиной на кровать, потирая руками лицо. — Зачем тебе это вообще? С каких пор ты помогаешь Поттеру? Он же постоянно шутит над тобой, называя мигранткой. — Моя тётя получила гражданство! Мы здесь по семейной визе, законно! Пускай не пиздит. Но я больше не то что очкарику помогаю… Дарья идёт в сторону кровати, ложась рядом с Лили на одноместную кровать, закидывав свою ногу на нее. — Фёдора помнишь? — Эванс кивает и девушка продолжает рассказ. — Он приехал на день рождение. Мне надо провести его в замок на вечеринку. Сегодня ночью пользуясь привилегиями старосты в полночь она на пару с Алиной, Регулусом, Барти, Доркас, Эдит и Эммой поздравляла ее с днём рождения. Они с ее подругами украсили комнату яркими шарами и будили ее с цветами и тортиком в руках. Конечно с ее статусом маглорожденным находиться в гостиной ярых защитников крови было опасно. Однако Медоуз и младшая Замятин пообещали ей защиту. А за Алиной точно встанут и Блэк с Краучем. Конечно четверокурсники криво смотрели в ее сторону, но Лили старалась не обращать на них внимание. Главное, что они промолчали. Рабастан и Эван и вовсе и отказались от этого предложения, не стесняясь подчеркнуть статус Лили. О вечеринке Дарья рассказала в ту же ночь. — И каким образом тебе поможет Поттер, — Эванс нахмурилась и перевернулась на мог, уперевшись локтем об кровать. Дарья нагноение застыла, вспомнив, что лучшая подруга не знает о Мантии Неведимке. Но и обмануть ее девушка не может. — У мародеров есть свои способы. Точнее сказать у Поттера. Я пообещала ему свидание с тобой. — А у меня спросить не судьба? Замятин вновь посмотрела на подругу щенячим взглядом и сложила руки как при молитве. Лили тяжело вздохнула. — Ну пожалуйста-пожалуйста! Я тебе клянусь, я в жизни столько слов «пожалуйста» никогда не говорила, — подмечает русская. Гриффиндорка на ее реплику лишь хмыкнула, накрутив на палец локон рыжих волос. — Ладно! Так уж и быть. Потерплю ради тебя пару часов с Поттером, — пораженно выдыхает староста. На нее тут же набросилась Дарья с объятьями, придавливая ту в кровать. — Ты меня сейчас задушишь! — Прости прости! Боже мой, цветочек, я тебя так люблю, ты же знаешь это? — Замятин целует подругу в обе щеки. — Но только пару часов! — Пару часов! — Дарья прикладывает правую ладонь к виску, выглядя как солдат, слушающий команды. — И без прикосновений! — Если этот очкарик к тебе прикоснется, я торжественно клянусь, что оторву ему руки, — русская вновь кивает и снова падает на кровать. — Ну только если тебе это не понравится, — Дарья хитро усмехается, поднимая брови вверх. — Ну уж нет. С каких пор ты свахой заделалась? Не нравится мне Поттер, — Эванс протестующе замотала головой, складывая руки на груди. — Цветочек, я знаю тебя как свои пять пальцев. Он тебе нравится, я в этом уверена. Просто ты не хочешь себе этого признать, — Замятин закатывает глаза, слыша бурчание со стороны лучшей подруги. Когда нибудь Лили Эванс признает, что ей действительно нравится Джеймс Поттер. Но это явно будет ещё не скоро.***
Фёдор не уточнил где именно его искать, но Дарье эта подсказка была ни к чему. Он всегда был там где либо много девушек либо много выпивки. Именно поэтому она вместе с мародёрами оказалась в «Кобанья голова». Позади нее бурчат недовольный Джеймс. — Неужели не судьба была встретиться в более приятном месте. Всем известно что тут встречаются только одни преступники! — Джеймс, ради Мерлина, завались, — шикнула на него Замятин, знатно раздражаясь его нытьем. — Я ей значит мантию, а она так, — Поттер оборачивается к такому же уже недовольному Блэку. — Я все слышу! — Хватит! — рявкнул Давид. — Это был последний раз когда мы идем куда то с вами двоими вместе. Вам нельзя рядом друг с другом быть. Сириус вышел вперед, протягивая руку на ручку двери, потянув ее от себя. Дверь была ужасно тяжелой и скрипучей, ровно точно так же как пол. Этому зданию требовался капитальный ремонт, о котором не думали, видимо, со времён его открытия. Тут порой такие богатые люди встречаются, Сириус в жизни не поверит, что хозяину не оставляют бешенных чаевых. Хотя не понятно за что? За бегающих по полу крыс или за огневиски со вкусом мочи? Затылок кузена Давида и Дарьи Блэк заметил у барной стойки. Рядом с ним сидела женщина в возрасте, мило улыбалась молодому парню. Гриффиндорца от такой картины чуть не стошнило. — …Я всегда всем говорил и буду говорить дальше — чем морщинистый изюм, тем… — Фёдор! — вместе в один голос позвали его Замятины. Каминский дернул головой в сторону, наконец то замечая свою родню, а затем вновь повернулся ко взрослой женщине. — Простите, моя милая дама, но я вынужден покинуть вашу компанию, — он берет ее морщинистую руку, оставляя поцелуй на тыльной стороне ладони, а затем уходит, пока она влюбленно смотрит ему в спину. У мародеров вместе с Дарьей глаза размером с галеон. — С днём рождения, моя любимая кузина и мой не очень любимый кузен! — И что это было? — первой отойдя от шока спросил Давид. — Да блять, я забыл перевести русские рубли в эти ваши галеоны, а выпить что то ужасно хотело. А у этой тетки сумка с крокодильей кожи. Я ей «милая молодая дама», а она тут же предложила выпивку за ее счет. Не жизнь, а сказка. — Фу, ей сколько, лет пятьдесят? — Поттер поморщился, пытаясь отогнать со своих мыслей как Фёдор целовал ее руку. — Я люблю всех женщин, без разницы сколько им лет или сколько они весят. Главный критерий больше восемнадцати и чтобы дышала. — А тётушка Мария в курсе? — улыбнулась Дарья. Фёдор укоризненно глянул на двоюродную сестру, а затем перевёл взгляд на брата, придумывая в голове как доебаться. — Я тебя не звал встречать меня, но ты пришёл, и я очень ценю это. Но охранников своих звать было не обязательно, я не обижаю собственную родню. Дарья цокнула, переводя взгляд на Каминского, явно вспоминая все его подстебки над ней летом: — Да ладно. Мы с Соколовым не согласны. — Ты последний человек которого я хочу видеть на своем дне рождении, но ради сестры я потерплю. Мы помогает тебе пройти в Хогвартс и расходимся. Брюнет рассмеялся, делая несколько шагов навстречу Давиду. — Какой важный, о нет, ты ранил мои чувства. Давид делает шаг вперёд, собираясь высказать брату пару ласковых, но Дарья становится между ними. — Все раунд. Федор, ты пьян, хватит на всех ядом плеваться, Давид — сбавь свой пыл. Давайте закончим и разойдемся. Замятин не отвёл взгляда, продолжая упрямо смотреть на кузена, не понимая почему его сестра так нравится с ним общаться. — Как скажешь. Римус вместе с Джеймсом слегка оттянули друга от Каминского, пока они не стали спорить ещё хуже. Уже в шестиром они шли до дверей Хогвартса. Давид, Джеймс и Римус впереди, Дарья и Фёдор по центру, пока Сириус шёл позади всех, утыкаясь глазами в спину девушки. «На вечеринке она будет одна или придётся опять кому то бить ебало?»***
Дарья, чувствуя приближающий чих, быстро закрывает нос пальцами. У нее была аллергия на пыль. Замятин надеялся, что после активирования волчего гена глупая аллергия пройдет, но нет. Этого не произошло. Девушка достала из-под кровати коробку, крышка которой покрылась своем пыли. Что ж грех таить, Дарья ненавидела убираться. На крышке помимо пыли был изображён ее любимый, но достаточно дорогой бред. Платье, которая лежало на дней коробки, слизеринка выпрашивала у дяди с тетей пол года. Поэтому надевать его просто так Замятин не хотела, решила спрятать от посторонних глаз. Федор самодовольно свистит, когда замечает платье в коробке. Кровавый красный оттенок. Цвет Каминских. — Это я на тебя так влияю, — парень толкает бедром слизеринку в бок. Его пальцы подхватывают тонкие серебристые бретельки. — Вот это декольте, — Фёдор внимательно оглядывает платье, приложив его к Дарье, — и что ты туда положишь? Замятин услышав подкол со стороны двоюродного брата ответила ему хорошим подзатыльником. — Есть у меня что туда положишь. Идиот. — Идиотка. — Дурак! — Дура, — парирует Каминский, получая ещё один подзатыльник. — Будешь меня злить, дам пенка под зад, полетишь в Ленинград обратно. — Боюсь боюсь. Дарья подхватила со стола расческу и запустила ее в лоб Федору. — Козел! — Каминский только рот открыл, чтобы в ответ назвать сестру козой, но та его заткнула, подняв ладонь вверх. — Не смей! Фёдор поднимает руки в знак капитуляции, а за тем падает на кровать, где изначально сидел все это время. В руки попадает картошка фри, которые по заказу Замятин приготовили школьные домовики. — Ну нет. Мне надо переодеться. Сгинь. — Даша, я заплачу галеон за то, что я ещё не видел, — Фёдор пожимает плечами. Ему так нравится выводить кузину из себя. — Хорошо, выйду я! — Дарья подхватила платье и спряталась в ванной комнате, слыша позади себя смех кузена. Она его точно когда нибудь прикончит. Платье село на девушку идеально. Она именно так все и представляла. Пусть Дарья и не может похвастаться декольте, за то у нее есть другое преимущество — длинные ноги, которые благодаря короткой длине платья, с которым перед Давидом лучше не крутиться, и высоким каблукам, визуально становятся ещё длиннее. Кудри Замятин с каждым годам все больше вьются. И если на третьем курсе ей нравились ее волосы, сейчас же девушку раздражают надоедливые пружины, которые с трудом выпрямляются. Слизеринка решает выпрямить их, а затем снова аккуратно завить, но только не в кудри, а в мягкие волны. Дарья выходит из ванны, расставив руки вверх, явно хвастаясь ярким образом на вечеринке в честь дня рождения. Фёдор улыбнулся, показав кузине больший палец вверх. Замятин доверяла мнению Каминского. Уж он то плохого никогда не посоветует. Девушка подошла к своей косметичке. Дело за малым — подкрасить глаза, сделав их ещё выразительнее. Фёдор тем временем за ее спиной пошарившись в полках нашел ее блокнот с записями. Дарья никогда не боялась, что кто то из соседок прочтет его, потому что никто в Хогватсе кроме самых русский не знал русского языка, на котором девушка записывала каждую запись. Но двоюродный брат прекрасно им владел. — Сентябрь, тысячу девятьсот семьдесят пятый год. Мое первое полнолуние. Едва ли я осмелюсь кому либо рассказать о нём. Это было отвратительно… — Замятин, застыв с кисточкой в руках, на мгновение обернулась, бросив на брата уничтожающий взгляд. Затем вернулась к глазу. Пускай читает, ее это уже почему то не тревожит, —… И я даже не знаю что было хуже: первоначальные ощущения, которые я испытала, чувствуя каждую сломанную кость, или ощущения, которые я испытала после первого убийства… Дарья внимательно взглянула на Федора через свое небольшое зеркало. Слизеринка наблюдала за тем, как округлились ее глаза, стоило ему дойти до этой строчки. — Я убила невинное животное… Тьфу ты, Дарья блять. Я думал ты опять какого то человека замочила. Я уже успел подумать: ну ничего себе. А ты просто животного скушала. Не велика потеря. Замятин по уставшему улыбнулась и продолжила рисовать стрелку. Знал бы Фёдор, что даже убийство ни в чём неповинного животного принесла ей бурю эмоций. — Октябрь, тысячу девятьсот семьдесят пятого года. Мое второе полнолуние. За раз я будто бы привыкла к боли от сломанных костей и мне не было так больно обращаться, как было месяц назад. Но боль все равно никуда не делась. В этот раз от моей руки полегли намного больше животных. Дарья. Емае. А ты ее боишься что однажды, все жители леса соберутся и дадут ответный бой? Я уверен, они могут. — Я щас кому то рот зашью, — огрызается Дарья. — Ой тут ещё одна запись. Хэллоуин тысяча девятьсот семьдесят пятый год… Сегодня мы наконец то поговорили с Сириусом… — Нет! Не смей это читать! Мое! — девушка моментально подорвалась со стула, забирая с рук Федора свой дневник. Каминский продолжал шокировано смотреть на свою пустую руку, будто бы продолжал держать в ней дневник. Он медленно перевёл взгляд на кузину. — Ого. Так… А… С этого момента по подробнее. Дарья покрылась румянцем, чем знатно позабавила кузена. Фёдор с интересом поднял брови, давая понять что не отцепится от нее, пока она не расскажет. — На самом деле рассказывать почти нечего… — Ага. Конечно. Ты бы не стала писать об этом в дневник, если действительно рассказывать нечего, — перебивает слизеринку парень. Замятин грустно вздохнула, возвращаясь на кровать. — Мы снова поругались тогда, — Дарья подцепила заусеницу, снова начав мучать свои пальцы. Она грустно взглянула на брата. — Мы с Сириусом просто два барана, которые не могут сесть поговорить. Ну это слова Лили. Я конечно же считаю, что это только Блэк баран, — девушка громко усмехнулась. — И…? — протягивает Федор, желая услышать всю историю. — Мне, если честно, неловко говорить об этом. Я не люблю признавать свои ошибки. А в нашей истории и я ошибалась. Поэтому просто вкратце: мы оба виноваты что пару лет ходим вокруг да около. До нашего с ним разговора его лучший друг сказал, что я ему нравлюсь. И он мне нравится. Но мы с ним даже тогда умудрились поссориться. Я пыталась после уничтожить к нему свои чувства. Правда пыталась, потому что понимала что мы с ним слишком упертые и у нас ничего бы не вышло. Но как бы я не пыталась, стоило ему пострадать, я так испугалась за него. — Это нормально, — Каминский подошёл ближе, садясь на кровать рядом с кузиной. — Сердцу не прикажешь. Нельзя так просто перестать любить человека. На это должно уйти явно не пару месяцев. Дарья прикусила губы, чувствуя металлический привкус во рту. Она обречено упала лицом в ладони, уже не зная что ей делать. — И зачем вообще я в него влюбилась? Была бы одинокой волчицей и жила бы припеваючи. Кузены усмехнулись, переглядываясь друг с дружкой. Встав, Федор накрывает ладонь Дарья своей, потянув сестру на ноги. — Одинокой волчицей быть слишком скучно. Давай лучше кого нибудь найдём тебе на вашей вечеринке. Расслабишься. Может переключишься на кого нибудь другого. Замятин улыбнулась, поправляя чуть задравшееся платье. Она подходит к столу, взяв из шкатулки красивые золотые сережки. — И это я тоже пыталась сделать. Не вышло. — Ну что ты все о плохом и о плохом. Вот я сейчас сам тебе выберу и все выйдет. Давай давай. Имениннице не пристало грустить. Каминский быстро чмокает сестру в щеку и затем щекотит за бока, от чего девушке моментально дергается. — Ну Федор, твою мать! — Не надо мою мать вспоминать. Не напоминаний мне о ней. Я приехал сюда отдыхать от нее. Достала со своими нравоучениями. Дарья наконец защелкивает вторую сережку на ухе и ухватившись за локоть брата идёт к выходу. Впереди их ждал незабываемый вечер.***
Давид знал что уже прилично опаздывает на собственную вечеринку. Вместе с мародёрами им пришлось вновь отправится в Хогсмид за напитками, ну и куда же без алкоголя. Именинникам шестнадцать, в следующем году они станут совершеннолетними. Уже можно и не стесняться перед старшекурсниками пить. Мародеры ждали его в гостиной. За то Марлин предпочла провести как можно больше времени с парнем. Блондинка стоит напротив гриффиндорца, застегивая каждую пуговицу на чёрной рубашке, идеально севшую на парня. Сам Замятин же подворачивает рукава, оголяя предплечья, на которые тут же засмотрелась девушка. Как только Маккиннон заканчивает со своей работой, Давид быстро чмокает ее в носик. — Спасибо, любимая, — парень ярко улыбается, с любовью глядя на свою девушку. — Тебе стоит поторопиться, мы опаздываем, — Марлин укоризненно смотрит на русского, видя итак что он собирается впопыхах. — Это моя вечеринка. Если захочу, могу вообще не приходить. Даши там одной на всех хватит, — он хмыкает. Он кладет руки на талию Марлин и прижимает ее к себе ближе, утыкаюсь своим лбом в ее. Марлин неловко кусает губы, вспоминая недавний разговор с подружками и по совместительству соседками по комнате. Несколько дней назад она спрашивала у них что можно подарить Давиду на день рождение. Вспоминая его ей вновь хочется сгореть со стыда. Этот разговор был слишком откровенным. — У меня вообще нет идей. У Давида словно все есть! И каждый раз когда я спрашиваю уже напрямую, может ты что то хочешь, он отвечает, что единственное, о чем он мечтал долгие годы уже у него есть, — Марлин обречено взмахнула руками, ходя по комнате туда сюда. Мэри закатила глаза. — Дамский угодник. Знает же, падла, как красиво отвечать нужно, — комментирует мулатка, получая укоризненный взгляд от Лили. — У него просто был замечательный отец и сейчас есть дядя, которые подают ему хороший пример, — говорит Эванс стоя у зеркала, собирая рыжие волосы в высокий хвост. Мэри вновь закатила глаза. Маккиннон остановилась на месте, резко оборачиваясь к старосте. — Точно, Лили, ты же знаешь его много лет. Вы были знакомы до Хогвартса. Ты лучше всех должна знать, что можно ему подарить! Лили виновата пожала плечами. — Признаться честно, я никогда ему ничего не дарила. И он сам просил не дарить. У него действительно есть все, что он пожелает, даже не смотря на то, что Абботы не шикуют в финансовом плане. Даже Алина вряд ли тебе ответит. Только Дарья. Тебе стоит обратиться к ней лично. Алиса смотрит на подругу как на дурочку. — Лили, ну ты хоть думай что говоришь. Прости, Марлин, но Дарья ее совсем не переваривает. Стоит нашей девочке к ней подойти, у Замятин из уст будут вырываться только некультурные слова в адрес Марлин. Даже не смей, — Стоун строго смотрит на Маккиннон, получая в ответ улыбку. — Лилз, а ты не можешь сама у Замятин спросить? — спрашивает блондинка. Лили мнется, понимая что идея проваленная. — Дарья не дура. Она обо всем догадается и она только сильнее начнет стебать тебя. Ты же знаешь как она о Давиде заботиться, а тут его девушка не знает что ему подарить. — Ну тогда я вообще без понятия! — Марлин вновь взмахивает руками и плюхается на кровать, недовольно хмурясь. Девушки переглядываются, думая как помочь подруге. Макдональд приходит, по ее мнению, гениальная идея. — Подари себя! — Что?! — слишком громко реагируют Марлин с Лили. Мэри захлопала глазами, не понимая что им не нравится. Ее идею поддержала лишь Алиса, очень громко рассмеявшись. — А что не так то? Ты не знаешь что ему подарить. Он сам сказал, что единственное, о чём он мечтал, у него уже есть, явно имея ввиду тебя. Подари ему себя, — Мэри на пару со Стоун усмехаются, когда замечают выражения лица подруги. — Марлин! — воскликнула Лили, замечая раздумие на лице Маккиннон. — Это неправильно дарить себя. Ты не вещь какая то. Давид очень хороший, но если ты не хочешь, ты не должна позволять ему прикоснуться к тебе. — Лили, ты говоришь это только потому что сама девственница. И у тебя ещё не было серьезных отношений… — А то у тебя были, — дуется Лили, перебив подругу. Мэри невозмутимо продолжила. — …А вот у меня были. У Алисы есть Фрэнк. В отношениях в этом нет ничего плохого, — Макдональд переводит взгляд на лучшую подругу. — У нас просто ещё…ничего не было, — Марлин сильно краснеет, желая провалиться сквозь землю. — У меня ещё тоже… ну вы поняли! Стоун, услышав слова подруги-соседки, громко засвистела, сложив руки на груди. — Тем более идеальный подарок для твоего Давида. Просто перемотай себя лентой. Он будет в приятном ахуе. Лили взвыла, закрыв уши ладонями. Собираясь покинуть комнату. — Не хочу ничего слышать! Стоило рыжеволосой уйти, как Мэри с Алисой сели на кровать по бокам от Маккиннон. Она пугливо взглянула на них двоих. — Рано или поздно это все равно произойдёт. Вы ведь любите друг друга. Тем более что Давид не сделает тебе больно. — Если честно, я уже пыталась…— Марлин вновь краснеет, но решает все же рассказать подругам. — Это было в день победы Гриффиндора в последнем матче. После вечеринки. Мы так напились и все что мне хотелось — это он. И вроде все шло к… тому самому, как он остановился. Гриффиндорки нахмурились, не до конца понимая поступок парня. Алиса решила спросить первой. — Но что не так. Почему он остановился? — Он сказал, что мы оба пьяные вдребезги, что это все же наш первый раз и он должен быть на трезвую голову. И сейчас я конечно понимаю, что Давид был полностью прав, но я все равно порой боюсь, что я его просто не привлекаю! — Да, ты его не привлекаешь, он просто так за тобой пять лет бегал, — фыркает Мэри. — Давид просто порядочный молодой человек. И Лили права, если не хочешь делать такой подарок то ты не обязана. Он ведь сказал — ты его лучший подарок. Любое ваше время, которое вы проводите друг с другом — его самый лучший подарок. Ему достаточно будет и того факта, что ты рядом с ним. Марлин так и не поняла что ей делать. Вспоминая этот разговор она каждый раз краснеет при виде Давида. И видимо Замятин это прекрасно видит. — Что то не так? Может ты себя неважно чувствуешь? — обеспокоено спрашивает парень, кладя ладонь на щеку своей девушки. — Есть такое, — иронично замечает блондинка. — Уже пару дней головная боль мучает. Кое кто не хочет говорить мне, что он хочет на день рождение, заставляя меня ломать голову над этим вопросом. Давид рассмеялся, глядя на недовольный вид Маккинон. — Я же тебе уже ответил. Ты уже подарила мне слишком многое. Марлин вновь вспомнила, как подружки предложили ей перемотать себя подарочной лентой и тут же неловко улыбнулась. — Мне пришлось обратиться за помощью к своим подругам. Брови парня взлетели вверх. Он окинул девушки заинтересованным взглядом. — Надо же. И что они тебе посоветовали? — Обматать себя подарочной лентой, — набравшись смелости, она выпалила как есть и стала наблюдать за реакцией русского. Давид довольно улыбнулся и притянув Марлин ещё ближе спросил, слегка склонив голову вбок: — И что ты решила? — голос парня был через чур довольным. Он был как кот, которого угостили вкусняшкой. — А я решила посмотреть на твоё поведение, — Марлин видит, как его глаза сощурились, и радуется его реакцией. Ее опасения и правда были напрасными. Она его привлекает. С плеч девушки словно гуз спал. — И какой вердикт? Я заслужил такой подарок? Марлин положила свои руки на его шею и приблизила Давида к себе, медленно накрывая его губы своими. Замятин даже на секунду растерялся. Он ожидал, что Маккинон отшутится и быстро чмокнет в щеку, а потом заставит поторопиться на вечеринку. Может так звучит ее ответ «да»? Или это «не знаю»? Давид приходит в себя и забирает контроль над ситуации обратно себе, отвечая ей с большей пылкостью, от чего она хватается за его плечи, пытаясь удержаться на ногах. Поцелуи Замятина всегда заставляли ее расстроится в них, терять контроль над своим телом. Пальцы одной руки с натиском впиваются в ее ребра. Марлин не сомневается, что на утро расцветут едва заметные синяки, которые будут напоминать ей об этом вечере. Но она совсем не против. Вторую руку Давид запустил в светлые волосы, погружая девушку в более глубокий поцелуй. Когда они отстранились друг от друга, Давид усмехнулся, глядя в глаза любимой девушки, в которых отчётливо было видно ее желание. — Кажется мы опаздываем на вечеринку? — он специально подкладывает Маккинон. Марлин тоже находит что сказать: — Это твоя вечеринка. Если захочешь можешь не приходить. Дарьи там и одной всем хватит. Давид улыбается, а затем вновь вовлекает девушку в поцелуй, попутно опуская тонкие бретельки голубого платья с ее плеч. Верх, который прикрывал грудь, Замятин для удобства опустил вниз, оголив заостренные соски. Марлин отстраняется и смотрит на русского снизу вверх. Она чувствует как тот ведёт ее к своей кровати и ожидающе смотрит на нее. — Продолжим то, на чем мы закончили в прошлый раз? — наклонившись к ее уху шепотом спрашивает Давид. Блондинка быстро проходиться языком по своим губам. — Если ты пообещаешь не останавливаться в этот раз. Замятин кладет девушку на кровать, нависая над ней сверху. Он опускает себя на локти и целует Марлин в висок, кладя одну ладонь на ее грудь. Большой палец поглаживает затверделый сосок, требующего внимание к себе, от чего блондинка тут же выгнулась, ощущая как от этого прикосновения по ее коже прошелся табун мурашек — Только если ты сама попросишь меня остановиться, — предупреждающе заявил Давид. — Не молчи если тебе не нравится. Марлин кивнула и сразу после этого почувствовала язык Замятина на своей шее. Давид оставляет на ее шее дорожку мокрых поцелуев, ведущую к одному из ее ореолов. Его язык умело кружил над соском, от чего Марлин не смогла сдержать довольный стон. — Ты такая красивая, Марлин, — слышит девушка от него. Маккинон полноценно расслабилась в его руках. Она любит его и она знает, что он любит его. Марлин доверяет ему на все сто процентов. Давид никогда не принесет ей боли. Девушка знала, что не пожалеет об этом вечере никогда, от того с большим желанием развела ноги в сторону, позволяя Замятину удобнее устроиться между ними и сама выгибалась на встречу его поцелуям. В этот вечер Давид окончательно решил, что после школы обязательно сделает ее своей женой.***
Мародеры догадались, что ждать Давида и Марлин бесполезно и отправились в Выручай комнату, где собственно и проходила вечеринка, без них. За то вместо тех двоих к ним присоединились Лили, Мэри и Алиса. Увидев Эванс, Джеймс тут же запустил руку в свою шевелюру, растрепав ее ещё сильнее, словно это придавало ему большей привлекательности, а подмигнул рыжеволосой. Та, вспомнив просьбу Дарьи, мягко улыбнулась ему и ускорила шаг, встав между Алисой и Мэри, не давай Поттеру шанс приблизится к ней. Сириус на это довольно улыбнулся и посмотрев на Джеймса взглядом победителя, припоминая ему их спор. Поттер пихнул друга, показывая, что сдаваться он ещё не готов. Римус на их дурачество лишь покачал головой. Стоило им только перешагнуть порог Выручай комнаты их тут же оглушила громкая музыка. Парни довольно переглянулись, ожидая настоящего веселья. Здесь собрались два вражеских факультета — Гриффиндор и Слизерин. Казалось собрать их в одной комнате без военных действительно невозможно. Но в день рождения близнецов Замятиных два факультета объявили перемирие и теперь весело отжигают вместе. Студенты Когтеврана и Пуффендуя тоже присутствовали, но их было совсем мало. Лили оглядела большой зал и округлила глаза, когда заметила лучшую подругу и ее двоюродного брата, отплясывающих на столе. Проследив куда смотрит Эванс, Сириус тоже перевёл взгляд на Замятин. Она была как обычно великолепной. Полностью отдавшись зажигательной песне Замятин, с бутылкой чего то крепкого, на высоких каблуках, стоя на столе, который был окружен кучкой подростков, кружилась вокруг своей оси. Дарья под такт песни дергает бедрами в стороны, проводит ладонями по своему телу. Ее кудряшки подпрыгивают вслед за ней. Это был ее праздник. Она королева этого вечера. Рядом с ней отжигает Фёдор. Его рубашка была расстегнута на пару пуговиц, открывая вид на подкаченную грудь, вызывая у девчонок старшекурсниц мечтательные вздохи. Каминский, который всегда любил женское внимание, подмигивал им, давая ложные надежды. Парень спрыгивает со стола и хватает Алину за ладони, пытаясь уговорить ее танцевать с ними. Блондинка на это лишь рассмеялась и отрицательно покачала головой. Она согласилась потанцевать с ним рядом. Подхватив Замятин младшую за талию, Фёдор крутит ее вокруг своей оси, вызывая у нее звонкий смех, от чего тут же начинают улыбаться друзья девушки, Барти Сириус и Рьяна, которые давно не видели свою подругу счастливой. — Когда она успела напиться? Вечеринка же только началась! — голос Лили звучал возмущено и одновременно обеспокоено. Она имела в виду Дарью. — Ничего удивительного. Давид точно такой же, — усмехается Поттер. — Потанцуем, цветочек? — Джеймс, взглянув на Лили, игриво поиграл бровями. Хихикающую Мэри и Алиса подтолкнули удивленную Лили к гриффиндорцу и той уже ничего не оставалось, как согласится. Джеймс взял Эванс за руку и потащил в сторону танцпола, закружил ее вокруг своей оси. — Зря ты не веришь, что он сможет добиться Лили. Ты бы лучше готовился исполнять его желание, — тихо напомнил о споре Римус, вызывая к Сириуса усмешку. Алиса в этот момент уже убежала к Френку, а Мэри пошла искать для себя выпивку. — Лили на все соглашается, потому что ее попросила Замятин ради мантии неведимки. После их свидания наша староста его к себе больше не подпустит, — говорит Блэк и вновь ищет взглядом Дарью. Она уже танцевала с Алиной. — Лишь бы Лили не узнала о споре, — мрачно замечает Римус. — Иначе Джеймс потеряет ее навсегда, — Сириус с ним молча соглашается. — Да не узнает она, не кипишуй, — Блэк махает рукой. — Такое только в сериальчиках по магловскому телевизору. Девушка узнает, что ее возлюбленный поспорил на нее, а она как дурочка повелась на это и всё, конец их любви, — парень специально делает голос писклявым. Люпин на это лишь прыснул. — Смотри не накаркай им. — Да ладно, Луни-Клуни. В конце они все равно вместе. Ну… Хотя это не во всех сериалах. Люпин устало потер лицо ладонями и прошел вперёд, пытаясь найти что выпить. Друзья взяли за привычку давать друг друга странные прозвища. Так Римуса все чаще стали называть «Лунатик» и «Луни-Клуни», а Джеймса «Сохатый» и «Олень влюблённый». Как бы Римус и Джеймс не пытались придумать Сириусу и Давиду что то в ответ, на ум ничего не приходило. *** Один шот, второй, третий, четвёртый, пятый, пятый, пятый. После пятого шота Сириус забыл какое число идёт дальше, поэтому окрестивает их всех пятым. Блэк танцует в паре с более трезвой Мэри. Сириуса же поперло конкретно. Его движения были через чур резкими по сравнению с плавными Макдональд. Некогда было ему думать о их танце, пока рядом танцевала Дарья вместе с каким то рыжим идиотом. «И почему опять рыжий? И опять с короткой стрижкой? Длинноволосые ей вообще не нравятся?» Сириус знал что возможно сам все испортил. Что не надо было мудрить с лишней драмой и самостоятельно класть на свой путь куча граблей. Может тогда они танцевали бы сейчас вместе. А не с этим рыжим ганд… — А ты не пробовал просто в любви признаться, а не прожигать ее взглядом? Мэри знала что Сириусу нравится Замятин, но ее бесило, что танцевал он тогда с ней. — Я не люблю ее. — Нет? — Давид любит Марлин. Родители Джеймса любят друг друга. У нас с Замятин взаимные притяжение. Любовь слишком громкое слово наверное. — Мерлин, Блэк, я впервые вижу чтобы ты от пьяни стал рассуждать философские вопросы. Завязывай. Сириус бросил быстрый взгляд в бок, цепляясь за копну кудрей. Этот рыжий мудозвон опустил руки до поясницы, что то шепчет ей на ухо. А этой ведьме это нравится. Улыбается как дура, и коготками цепляется за шею. Руки невольно зачесались набить одному рыжему
