insomniac

      — Проникнем к ВОФ, дальше? — Минхо желал конкретики и старался не делать лишних телодвижений, дабы не разбудить мирно спящего Феликса. Его лицо покоилось на плече старшего, обжигало равномерным, спокойным дыханием, — Если всё пойдёт не по плану?       — Нам нельзя отступать, иначе рискуем скормить наши тела плоским червям.       Ли не понимал, почему в его голове возникает плохая мысль о данной затее. Она действует как вино, терпко дурманит. Его глаза опускаются на Джисонов М40, который тот натирал до безупречного блеска. Лицо Хана выдавало ничто иное как беспокойство, его руки скользили по прикладу, очертили края прицела, действовал он филигранно. А Хо молчал, думал и молчал. Чонина также что-то беспокоило, но это, скорее всего, раздумья о Чане, ведь, должно быть, военная форма не такая уж и лёгкая. В нём не было достаточно смелости, чтобы переступить порог спуска в метрополитен и найти своего самого близкого напарника.       По небесной лазури плыли перистые тучи, они были похожи на белых голубей, раскрывших свои крылья в полёте. Небесное светило целовало грязных, вымазанных в земле, юнош, спящего и не спящих. Хо подумал, что под таким палящим пятном его волосы совсем почернеют, и такая глупость вызвала улыбку на строгой физиономии. Если забыть о грибке, до чего на улице дивно! Рядом что-то зашевелилось. Старший из юнош поворачивает голову в сторону спящего, глаза светловолосого раскрылись.       — Крис ещё не вернулся? — бормотал он.       — Скорее всего поднимется минут через пять, — обозначил Ли.       Феликс умолк, осматривая ближних. Ли поднялся, потирая отлежавшую щеку и бегло оглядывая окружение. На ветках деревьев сидели птички, скорее всего переносящие смертоносный вирус, на участках земли возникли грибковые островки — результат убийства тварей с долгим сроком заражения. Лучше этого поля не касаться. В трещинах асфальта ютятся мелкие папоротники, растут высокие цветы, возможно, если бы город жил, процветал, то такая картина вызывала бы восторг. Но мысль, что эта красота лишь утешение среди череды страданий, удручала. Глаза младшего пали на задумчивого Джисона, такого же Чонина и Минхо. За большими дверьми послышались звуки волочения, рука русого дрогнула на рукояти ружья, а из-за больших дверц показался Кристофер, потный и запыхавшийся. На его руках была увесистая форма, и пояса с патронами, лишь бы они подошли к оружию ребят. Он бросил обоймы и одежку на развалины и тыльной стороной руки вытер стекающую солёную жидкость.       — Набрал обойм, — единственное, что смог огласить Чан меж тяжёлых вздохов.       — Я так и думал, что тебе нельзя идти одному, — Чонин говорил.       — Так почему не изъявил желания с помощь своего речевого аппарата? — Хо как обычно лебезил. За пределами Цикадской организации, он стал совсем самоуверенным. Надолго ли.       — Вы были бы против.       — Это ясно, но стоило попытаться, — усмехнулся Джисон, откладывая ружьё куда-то на траву, — давай посмотрим, что же Крис притащил.       Группа беглецов высилась над горой одежды и ремешков, полных золотистый острий разной формы. Хо, будучи спецом в боеприпасах, принялся разгребать его, а остальные начали примерять форму ВОФ. Чего стоило надеть один жилет. Кристофер отдыхал где-то в стороне, для него одежду подобрал Чонин, и начал переодеваться сам.       — Блять, тут дырка между ног! — громко воскликнул Хан, смеясь.       — Что есть, то есть, кретин, — цокнул серафит.       Сменив своё тертое неглиже на форму, парни начали рассматривать друг друга, кидая фривольные фразочки и заливаясь смехом от услышанного. Феликс практически валялся в грязи от назойливых комплиментов, а Джисон драматично подкатывал ко всем и умудрился разозлить Чана в «релаксе». Тот гнался за русым, и дав победный пинок, гордо ушёл одеваться. Они ожидали, пока Хо кончит с патронами.       — Я всё, — на земле представительно лежали кучки острий, — тут подойдёт для ружья, здесь для пистолетов, а револьверные можно оставить…       — Нельзя, — Феликс возразил, и словил на себе удивлённые взгляды.       — У нас нет револьверов, это лишний груз.       — У меня есть, — и ещё более шокированные глаза, — я не знаю откуда, он просто лежит на дне моего рюкзака.       — Тогда бери, — отмахнулся Минхо, и пошёл переодеться. Пепельный был последним.       Парни были как на подбор, и не смотря на потрепанность мировой катострофой, выглядели очень даже не плохо. Феликс проверил свою рану на кисти руки, никому не показывая беспокойства. Это был укус. Поэтому юноша отказался от помощи Яна. Самое страшное, о чем может подумать он — тайна, которая течёт в его заражённой крови. Что, если незнающие раскроют его большой секрет, будет ли он принят ими? А что, если в его затылке будет красоваться длинная, тонкая стрела? Риски. Повсюду огромные риски.       — И так, повторю план. Наша главная цель — фургон, машина, любой вид транспорта, ясно? Сейчас мы сами по себе, никому не нужные шайки, так что режьте, стреляйте в кого угодно, но экономьте запасы, — скомандовал Минхо.       — Но всё же лучше обойтись без многих жертв, — Феликс провёл рукой по шее.       — Почему это?       — Будем не лучше них.       — Хорошо, но они над нами не сжалятся. Мы не знаем их численность, не знаем орудий, нам кончили в глаза, считайте так, — Хо поднялся, окидывая всех строгим взглядом и выставляя кулак, который каждый отбивает своим.       — Не переживайте, парни, давайте съебемся с этого города, — Чан усмехнулся, когда его костяшки коснулись минхоновых.       — Так точно.

***

      Импозантное строение привлекало внимание, пять пар глаз зацепились за строгий левиафан. Перед ним находится эспланада, да и за ним расположен большой парк, поодаль брошенные магазины, преимущественно забегаловки. Центры городов всегда стараются сделать помпезно, как визитная карточка, заходя за грани которой можно легко разочароваться. Высотки становились похожи друг на друга, уменьшалось количество этажей, некоторые и вовсе обрушены на половину, а то и полностью. Ориентироваться можно лишь по одной самой необычной вышке, «космическая игла», как её прозвали меж собой — башня Спэйс-Нидл. Если бы не кордицепс, то компашка точно хотела бы попасть на смотровую площадку башни, оглядеть когда-то весёлый город Сиэтл. С каждым шагом она становилась всё дальше и дальше, показывая юнцам — они двигаются в верном направлении.       Перед пунктом назначения собралось целое сонмище противников. Пропускной пункт не похож на цикадский — нет высоких стен, он не узок, нет больших ворот. Он будто магазинский. Возле железных пропускников бродили двое вофовцев, молча поглядывающих на округу, оценивая обстановку. Нужно быть начеку. Особенно привлекли внимание собаки, что-то вынюхивающие в высохшей земле. Питомцы были почти у каждого солдата, из их уст приветливо доносились клички «Мишка», «Пушок» и другие милашности.       Парни скрылись в высокой траве рядом с эспланадой, высматривая примерный путь каждого солдата. Кто на ком сосредоточен. Но что заметили все — трёх снайперов, которых нужно устранить немедля.       — Минхо, снимем их, — Джи получил согласие в виде кивка, прильнул к прицелу, нацеливая макушку врага в центр марки.       — Хан, два деления ниже.       Маркер поднялся на два деления выше, ибо из-за большого расстояния точность попадания пули уменьшается. С небольшой паузой, товарищи сняли обоих, из тел брызнул фонтан крови. «Шумно» — подумал Феликс, наблюдая за третьим телом, которое валится куда-то на крышу.       — Снимите ближних, — один Феликс лежал без дела.       Чонин подал Кристоферу стрелы, оба начали тянуть растянутую тетиву, измеряя примерное расстояние до ближайших жертв. Лук — одновременно лучшее и худшее оружие в данной процессии. Плюс заключался в полной бесшумности, а минус — в высокой вероятности провала. Серафиты действуют как профессионалы, действуя тише любой полевой мышки.       — Остальное толпище находится в здании и на территории, — Минхо вышмыгнул из укрытия на корточках, остальные поступили подобным образом, передвигаясь с максимальной аккуратностью.       Рядом с пропускником из ниоткуда появился солдат, мирно расхаживающий по сторонам, даже не подозревая о шагающей к нему смерти со светлыми волосами. Джисон предложил Феликсу попробовать тихое убийство, и Ли не стал возражать, ведь это будет бесценным опытом на всю оставшуюся жизнь. Он подобрался ближе к вофовцу, напал сзади, остриём ножа пронзая его шею, почти попадая по сонной артерии, и добил ударом в живот. Глаза зацепились за руки, с которых стекала багровая дорожка крови, она пропитывала ногтевые пластины и капала на носки кросовок. Он скрыл труп за охранной пристройкой, которая оказалась пуста — во время скрытного убийства её обчистили Ян и Джи.       — Есть там что? — Минхо не отвлекался от роли шухера.       — Ничего кроме лишней документации.       — Нет, здесь есть воск и порох, итог — хорошая дымовуха, — Чонин подобрал вещи.       — Отлично. Дальше разделимся, Ликс и я пойдем в здание, Чан, Ян и Джи — пройдитесь по периметру, найдите фургон и поставьте сигнальный огонь — три выстрела. В случае отступления, встречаемся здесь.       — Мы поняли, — группа разминулась у будки в разные стороны.       Форма помогла парням чужим не выделяться из толпы. Они следуют ко входу в администрацию, Ли осмотрел большие часы без цифровых обозначений, в большинстве окна были выбиты, скорее всего, выстрелами. «Нарушители!» — крикнула неизвестная, и Минхо быстро её ликвидировал точным выстрелом в лобешник, получая в свою сторону вчетверо больше, и быстро скрылся за палаткой, а младший за ним. На базе поднялась суета, начали выть собаки, в отличие от двоих, трое действовали тихо, и оставалось лишь предполагать, зашли они далеко, или нет. Феликс стреляет с упора на что-либо, будь то контейнеры, шины или просто земля. Стрельба привлекала остальных сержантов, и юноши вынуждены скрыться, выбивая дверь внутрь и закрывая её своим телом. Хо потянулся руками к рядом стоящему шкафчику, опрокинул поперёк двери, в неё лишь трепетно долбили кулаками и ногами. Оба развернулись, и встретились с горячим дулом винтовки.       — Лежать.       Нет. Неужели на этом кончено? Феликса проняла дрожь, он поднял руки, показывая слабину и начал опускаться на колени. Его голову посетили самые страшные мысли о дальнейшем, тело начало холодеть от страха. Послышался оглушающий выстрел, тело перед ним повалилось, скривившись в ужасной гримасе смерти. Половина черепной коробки была вскрыта, пол покрыло кровью. Врага убил Минхо. Из кончика ствола огнестрельного оружия вился лёгкий дымок, а мозолистые руки прижимали орудие. Его палец не сходил с курка, готовый в любой момент оказать давление, пуская пулю в мишень — тело.       — Спасибо, Минхо, — Ликс поднялся с колен.       — Не позволяй никому опустить себя, — Хо подал ему руку, но младший не взял её, — так, ладно. Нам нужно обыскать кабинеты, ждём сигнального огня, Феликс.       Держа пистолет на мушке, оба юноши начали неспешно шагать по широким коридорам. По стенам ползла россыпь патроновых дыр, где-то с потолка валилась штукатурка, дерево почернело, а плинтуса заплесневели. Мох был словно зеленой сетью, окутывающей всё в ближайшем радиусе. Кабинет за кабинетом оказываются пусты. Старший действует агрессивно, пиная двери и стреляя в находящихся внутри, те остались на своих местах, но уже мёртвые. Младший более хладнокровный и осторожный, приоткрывает двери, убирая вофовцев поочерёдно. В одном помещении было множество коробок, а посреди него собрался круг лиц, играющих в дурака. Их, судя по всему, не удивила уличная стрельба, да и тревогу пока не успели поднять. А вот вошедший заставил их рты открыться в немом крике о помощи. Они померли, а содержимое коротонных ящиков вызывало каплю интереса. Ли огляделся, убедившись в достаточной занятости друга, и вошёл, перешагивая ещё тёплые трупы.       — Не может быть, — Феликс ножом вскрыл коробки, наблюдая внутри множество пакетиков с таблетками и порошками, — ВОФ занимаются наркоторговлей?       Светловолосый поспешил назад, глазами бегло ищет высокого парня, тот как раз выходил из-за дальнего поворота.       — Чисто. Что там у тебя? — Минхо остановился напротив.       — ВОФ торгуют наркотиками?       — Знаешь, эта информация сравнима с «а ты знаешь, что киты, на которых стоит земля, решили ее сожрать»? Эти ублюдки никогда не промышляли чёрными делами, цып.       — Тогда как ты объяснишь запасы, которые я нашёл?       — Покажи.       Феликс проводил старшего до находки, тот присел на корточки, рассматривая картон со всех сторон.       — Блядь, — он отпрянул от содержимого и покосился на трупы, — это не база ВОФ.       — А форма? Собаки?       — Актёры, как и мы. Это ебаные контрабандисты под прикрытием фракции. Дело дрянь, всё очень херово.       — Погоди с выводами, — Феликс шагал вслед за Хо, пытаясь усмирить нарастающий пыл, который может привести ни к чему хорошему, — может это ренегаты? Предатели?       — Может и так… — Минхо глазами очертил холодеющие тела, их кровь продолжала питать половицы, — обыщи трупы.       — У нас мало времени, зачем нам возиться с этой дурью?       — Рации. Нам нужно пять раций.       Феликс бесприкословно приступил к выполнению поручения. Его руки скользили по карманам, одежде и под ней, как бы противно ему не было. Предмет общения был лишь у троих из четверых, но и этому двое были несказанно счастливы. Они не стали задерживаться, ведь вскоре, рано или поздно, поднимут тревогу и пришлют дополнительные отряды солдатов. На улице слышатся крики, женские и мужские, писк и лай собак, там шла более ожесточённая борьба. Джисон конечно не мастер, но мог постоять за себя в ближнем бою благодаря ловкости и расчётливости. Чан дейстовал тихо, практически бесследно. А Чонин периодически менял партнёров, помогая то русому, то тёмному.       — Прошу прощения, — вежливо сказанул Хан, выбивая стекло стоящей за зданием газели и стреляя в висок водителя. Не фургон, но сойдёт.       — Джи, убери сигнальные звонки, — он так и сделал. Затем выбросил не нужный груз из сидения, и уселся внутрь, проверяя наличие ключа — он был вставлен в улитку зажигания.       — Есть! Ян, произведи огонь.       Он поднял огнестрел дулом к небу и выстрелил три раза подряд, давая знак своим парням. Феликс и Минхо не спутали выстрелы, поспешили на улицу через одно из выбитых окон. Но не всё гладко. В младшего чуть не попало осколком, военные сверху почуяли неладное среди привычных звуков, и оказались правыми, замечая чужих на своей территории.       — Внутрь, живо! Снимайте стрелков!       Как только нога коснулась ступеньки газели, транспорт начал покрывать дождь из пуль, которые рикошетили в разные стороны. Крис сумел высунуться в нужный момент и, быстро целясь, бросил коктейль Молотова в одно из окон, как частично поражая цель, так и отвлекая остальных противников. Минхо и Феликс прыгнули внутрь, дверь звонко закрылась.       — У нас боезапасы на мели, — громко говорит Ли, проверяя наполовину пустой магазин.       — Просто стреляйте, убейте как можно больше вофовцев, — Джисон выжимает сцепление, давит на газ, маршрутка едет назад, ее всё также пытаются прострелять. Стекла превращаются в осколки.       Сейчас начинается самая опасная часть побега. Парни минуют пропускной пункт, сбивая на своём пути стойки, к этому времени к ним прибыл дополнительный экипаж. Они тихо матерятся, заводя патроны и вскидывая оружие. За ними едет как минимум три машины, а дорогая оказывается более чем чиста — Хан был прав. Феликс упёрся стволом о оконную раму, периодически пригибаясь, над его макушкой свистят пули.       — Если прибудет наряд контрабанды, наша жизнь накроется медным тазом, твою мать!       Чан ловко бросает гранаты, все коллективно наблюдают, как капот машины взрывается, словно фейерверк. В газель залетают её запчасти. «Есть» — прошептал Крис, снимая чеку со следующей и бросая в следующее авто, прямиком в лобовое стекло. «Говорит Орёл 1. Отступаем. Роза 0-3 оставьте их, повторяю, оставьте их!»       Рация елеслышимо голосила, ещё одно преимущество — полный контроль действий фракции. Но, когда их перестроят, это будет увы невозможно. Все, кто смог услышать информацию, улыбнулись маленькой победе и останавливающейся машине. Но Джисон продолжает давить на газ, лавируя на поворотах в сторону выезда из Сиэтла. Они смогли это сделать. Феликс облегчённо упал на сидение, как и Хо, но когда их глаза заметили Чонина, который со всей силой давил на собственный левый глаз, ужаснулись и ахнули.       — Чонин? Что случилось, эй? — Феликс хотел подняться, но получилось так, что упал, ибо газель взмыла на здоровой кочке, — сбавь газу, Джисон!       Газель стала ехать медленнее, водитель очень тяжело вздохнул. Ли принялся осмотреть Яна, но тот категорически отказывался убирать руку. Она вся была покрыта кровавым плющом. Судя по всему, ситуация привела его в болевой шок, поэтому он не плакал от боли, но почувствует всю красу раны чуточку позже.       — Ты можешь его открыть? Чувствуешь?       — Нет…я его не чувствую, — Ян тяжело дышал, неровно — юноша лишь на секундочку отлепил руку от раны, и все смогли увидеть её маленькой кусочек. Глазное яблоко было залито кровью, оно еле шевелилось, более не было видно. Вряд ли он сможет видеть им — это во время обстрела. Стекло, осколком попало.       — Блять, — остальные молчали.       Джи и сам понял, что нужно сделать остановку, перевести дух. Он сделал её на окраине города. Было очень тихо, абрикосовые лучи скакали по волосам сбегающих, и небо стремительно меняло свои оттенки на более тёмные. Стало холодать. Первым делом, парни занялись выметанием мусора из салона, дабы в дальнейшем не травмироваться. Не без царапин, но осколки были выброшены, все быстро собрались латать Чонина. Зрелище было ужасным — на глазном яблоке огромная трещина, теперь оно не шевелилось вовсе. Ян потерял его. Всё, что парни могли сделать — это обеззаразить и перевязать ранение, теперь серафит будет обладателем бинтовой повязки, которую стоит периодически менять. Его настигло чувство вины, чувство обременения, беспомощности.       — Простите меня, я должен был уследить за собой.       — Не неси бреда, ты не виноват в этом, — Крис улыбался ему, поглаживая плотный бинт на его глазу.       — Ну, я ведь теперь инвалид?       — Ты ещё второго не лишился, — усмехнулся Минхо и получил укоризненный взгляд второго серафита, — переночуем тут, на сегодня хватит, молодцы, парни.