Promise, Stanley?

24 Августа. 1989 год.

      Сара и Стэн неспешно шли по поляне, покидая место, где всего каких-то несколько минут назад состоялась последняя встреча полного состава «Клуба Неудачников». Смит напоследок с тяжестью где-то в районе груди обернулась, провожая взглядом шесть силуэтов друзей, всё ещё сидящих на брёвнах. За это лето слишком многое изменилось. Кажется, глаза начали немного наполняться раздражающей влагой, но Сара заставила себя отвернуться, найдя спасение в виде красивого профиля Уриса совсем рядом.       Солнце светило очень ясно, из-за чего русые кудри отливали медовым. В попытке отвлечься, Сара приметила, что при этом было совсем не жарко.       — Мы сейчас пойдем в парк, или позже? Как думаешь? — вывел из раздумий голос Уриса. Мальчишка поглядывал на свои наручные часы, чуть прикрывая глаза от ослепительных лучей.       — Ну, во-первых, нам нужно хотя бы обработать и перевязать вот это, — Сара подняла вверх их сплетённые руки, по которым на землю стекала ещё свежая кровь. — Если мы, конечно, не собираемся перепугать всех в парке.       — Черт, точно. Я забыл, — Стэн озадаченно нахмурил брови, прослеживая путь одной из красных капель, бежащей по светлой коже Смит.       Ребята быстро пришли к Саре домой. Адель сегодня вынуждена была отработать за завтрашний выходной, который она еле отпросилась у начальницы, а потому дом пустовал. Аптечку пришлось искать недолго, так что теперь ребята сидели на кухне, друг напротив друга. У Смит одной рукой не особо хорошо получалось затянуть бинт поверх пореза Уриса, но он на это только отмахивался. Но вот у Стэна вышло гораздо аккуратнее перевязывать ладонь Смит. Кровь довольно долго не получалось остановить, поэтому Урис всё время беспокойно спрашивал Сару о её самочувствии.       — Точно не больно?       — Точно, — уже во второй раз отвечала девочка. — У меня же не из брюха кровь капает. Это просто ладонь, не волнуйся…       Но Стэнли только усмехнулся, не поднимая взгляда карих глаз на её лицо, ведь он был так сосредоточен на перевязке руки Смит.       — Всё, готово, — сказал Стэнли, завязывая красивый узелок на повязке. — Было бы хорошо, если бы ты вообще больше кровью не истекала, — не подумав сначала про двусмысленность данной фразы, бросил он, но затем вдруг заметил лицо Сары, еле сдерживающей смешок. Он тут же возмущённо вскинул брови, опережая возможную насмешливую фразочку из её рта. В такие моменты она напоминала Стэну Тозиера, готовящегося вот-вот сморозить какую-нибудь своеобразную шуточку. — Сара, ну нет… Ты же поняла, о чём я!       — Все-все, Урис, не собираюсь я подкладывать тебя неудачной шуткой про месячные, успокойся! — девочка негромко посмеялась, с хитрым прищуром глядя на Стэна.       — Мда, Ричи плохо на тебя влияет… — Стэнли с притворным недовольством покачал головой, но его довольная улыбка всё же выдавала то, что это просто шутка. — Ладно, так что? Идём в парк?       — Ага. Кстати, может, получиться ещё выследить в парке того Голубиного ястреба. Как думаешь? — задумчиво предложила Смит, разглядывая свою руку. — Он же вроде как раз в это время бывает здесь. Я помню, ты как-то говорил…       — Пойдём, — ответил Урис, при этом немного улыбаясь. Ему было приятно то, что Сара помнила даже название птицы, про которую он так детально рассказывал ей ещё в июне.       Урис и Смит прихватили с собой плед, атлас Стэна, и направилась в парк. Только по приходу поняли, что забыли бинокль.       Уже в парке, они устроились в укромном местечке возле деревьев, которые создавали приятную тень. Как и ожидалось, над ними вовсю щебетали различные птицы, в основном, это были обычные воробьи, снегири или сороки. Вокруг их синего пледа, в траве пробивались разные цветы, ветер легонько колыхал их, и Саре внезапно захотелось сплести из них небольшой венок, но вспомнив, что никогда не умела их делать, она немного огорчилась.       — О, смотри, там Гаичка! — восторженно прошептал Стэн. Он удобно улёгся на колени Сары, вглядываясь в ветви деревьев, а Смит, в свою очередь, перебрала между пальцами его кудряшки, всё так же скользя взглядом от одной ветки, к другой, но при этом ещё и поглядывая на каменную купальню для птиц. Сегодня они были намерены, скорее, побыть друг с другом, поэтому и не были так сильно сосредоточены на птицах.       — Где? Я не вижу… — озадаченно произнесла девочка, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую.       — Вон там, на самой нижней ветке этого дерева, — указал Урис, немного приподнявшись на локтях.       — Она красивая. Это же черношапочная?       — Да, — ответил мальчик, и снова положил голову на колени Сары, которая вновь запустила руку в его волосы.       Она опустила взгляд на Уриса, и теперь рассматривала его, чего он даже не заметил, так как был очень сосредоточен на птицах. Через листья деревьев пробивались золотистые лучи солнца, и сейчас они падали на волосы Стэна, при таком освещении они приобрели какой-то медовый оттенок. Только когда девочка начала вглядываться в его карие глаза, она поняла, что они имели зеленоватый оттенок, его взгляд часто был серьезным, но на неё он смотрел по-другому. Чуть выше брови небольшая родинка, и на шее несколько таких же. За пределами бинтов, на щеке, красовалось два маленьких шрама, Сара догадывалась, что они, скорее всего, тоже были оставлены женщиной с картины.       Взгляд спустился к рукам Уриса, которые покоились на его животе, на левом предплечье — часы, как и всегда. Ладонь той же руки была аккуратно перевязана бинтом. Глядя на эти его запястья, девочка снова вспомнила разговор с Беверли, и то, что Стэн покончит с собой. Думать об этом сейчас совершенно не хотелось, так что Сара просто отвела взгляд к деревьям, и все мысли сразу улетучились, как только она заметила того самого Голубиного ястреба, спокойно сидевшего на купальне. Птичка полностью опустила голову в воду, выныривая оттуда с мокрыми пёрышками, а потом забавно очищая их клювиком.       — Стэн, смотри!

***

      Уже через пару часов, перед тем как пойти домой к Саре, ребята решили сходить в фотобудку. Они подумали, что после отъезда Смит, обоим нужно будет хоть что-нибудь, напоминающие друг о друге. В итоге, получилось четыре фотографии, две взяла Сара, ещё две — Стэн.       В гостиной дома Смит они с Урисом сидели диване и болтали. На столике напротив стояли чашки с чаем и тарелка с печеньем.       — Всего пару дней назад мы еле как победили того хренового клоуна, а такое ощущение, что прошло уже много лет, — задумчиво произнесла Сара, глядя словно сквозь пространства пред ней.       — У меня тоже самое ощущение, — опуская взгляд, ответил Стэн.       — Ну… Повезло, что мы вообще выжили, — решила она ответить шутливым тоном, но Урис даже не улыбнулся. Тогда Смит глянула в его глаза и заметила что-то, слишком похожее на горечь.       — Я не представляю, что было бы, если бы мы и вправду потеряли тебя тогда. И ещё когда мы впервые пошли в тот дом, и оно ранило тебя, я, честно думал: умру там вместе с тобой, — с украдкой произнёс Урис, было слышно, как его голос дрожал, что он быстро попытался скрыть, прочистив горло. — Кстати… как там твой шрам на животе?       — Нормально. Похоже, он надолго останется, но это не страшно. Болит только если слишком смеюсь, — улыбнулась девочка, на что Стэн издал тихий смешок.       У Сары наконец получилось вызвать у него улыбку, и теперь она была этим очень довольна. Когда он улыбался, на его щеках появлялись очаровательные ямочки, но улыбался Стэн не часто, что Сара всячески пыталась исправить. Девочка придвинулась к нему ближе, так что Стэнли попытался поцеловать её, но она хитро улыбнулась и чуть отстранилась.       — Только если скажешь правду, насчёт этих твоих… укусов, а то я знаю, что ты не любишь говорить о себе, — произнесла она, оглядывая повязку, за которой скрывались раны. Губы Уриса тут же растянулись в улыбке.       — Ладно. Они… немного пекут, иногда кровоточат, а так, всё вполне сносно. Веришь мне? — сказал кудрявый, и вместо ответа Сара лишь прикоснулась своими губами к его, осторожно обнимая ладонями его щеки.       Эти лёгкие, трепетные, почти что изучающие касания губ и рук Сары невольно привели в голову Уриса мысль о поздней весне. И вправду, Смит оставила слишком сильную ассоциацию с ней. Помимо запаха майских пионов, её глаза сильно напоминали ту волшебную весеннюю зелень расцветающих деревьев, свежей травы, а волны волос — лучи тёплого медного солнца. Сара будто слишком переменчивая погода весны: порой холодная и отстраненная со своим отталкивающим ветром, но чаще — тёплая и лёгкая, только лишь небольшими порывами бросая озорные взгляды. А особенно хорошо Стэнли сейчас чувствовал уже такой любимый привкус диких ягод на мягких губах Сары — её фирменная гигиеническая помада.       — У нас же чай стынет! — уже скоро тревожно вскрикнула Смит, отстраняясь от Стэна. Тот сначала только недоуменно проморгался, но парой секунд позже до него дошёл смысл её слов. Её прикосновения слишком завлекают.       — Точно, — пробормотал Стэн, и ребята синхронно потянулись к своим чашкам.       Они буквально сразу же, не говоря не слова, переключились на какую-то передачу, которая началась после длительной рекламы. Так прошло около часа, передача оказалась довольно интересным сериалом, который ребята и смотрели, только один раз отлучаясь, чтобы заварить чай.       — Кстати, чуть не забыл, — внезапно произнес Урис, когда они допили уже вторую чашку.       Он поднялся с дивана, подошёл к своему рюкзаку и достал оттуда неизвестный Смит свёрток, после чего вернуться к Саре. Он протянул ей этот свёрток, с теплотой наблюдая за девочкой, которая забавно нахмурила брови. Чуть повозившись с упаковкой, внутри она обнаружила серебристый кулон с лисицей, на Сару были направлены два камушка в её глазах, отливающие зелёным.       — Я вспомнил, что Ричи называл тебя именно так, и подумал, что ты и вправду чем-то похожа на неё. Потратил на этот кулон все свои накопления, но мне кажется, оно того стоило, — усмехнулся он, внимательно следя за удивлённым выражением лица собеседницы.       — Вы с ним сговорились, чтобы я теперь никогда не забыла это прозвище? — прыснула девочка, подозрительно прищурившись. — Хотя, все же, мне очень нравится, — не скрывая широкой улыбки, сказала Смит.       Она бережно взяла кулон в свои руки, и осмотрела его чуть ближе. Все детали были сделаны довольно качественно, те зелёные стекляшки в глазах лисицы оказались зрачками. Конечно, украшение не было драгоценным или дорогим, но важно было ведь само внимание. Да и не нужны Саре какие-нибудь особые драгоценности после того, как ей вместе с друзьями пришлось повидать за это лето.       — Спасибо большое, — произнесла девочка и негромко хихикнула, крепко обнимая Уриса.       Они пробыли вместе до того момента, пока не наступила ночь, и стоило только закрыть за Стэном дверь, как тревожные мысли окутали с ног до головы. Она думала о суициде и в принципе самочувствии Стэна. По какой причине он решился убить себя? Что могло произойти? Повлияет ли на это возвращение Оно? Эти вопросы не давали покоя больше всего. Девочка прекрасно понимала, что битва с Оно оставило неприятный отпечаток на его сознании.

***

25 августа. 1989 год.

      В отличие от вчерашнего дня, солнца даже не было видно, в небе сгущались тёмные тучи и уже начинал громыхать гром, было видно, что совсем скоро может сорваться ливень.       Майк, Билл, Стэн, Эдди, Ричи и Бен собрались у дома Смит, чтобы проводить подругу. Беверли, вероятно, уже уехала, так что с ней попрощаться так и не получилось. Адель смогла уговорить Уильяма, чтобы именно она завезла дочь к нему, так что Сара смогла попрощаться и с друзьями и с мамой, отдельно. Адель находилась в доме, разбираясь со сломанной змейкой чемоданчика, в то время как Сара была на улице, возле машины. Девочка поочередно обнимала друзей, и первым к ней подошёл Эдди.       — Сара, ты просто обязана приехать! Хотя бы следующим летом! — еле сдерживая слёзы, произнес мальчик.       — Хорошо, хорошо. Я постараюсь, — Смит была приятно удивлена такой реакции Каспбрака.       — И звони нам! — он отстранился, заботливо, но одновременно и строго, глядя на подругу, так, как обычно смотрят родители на детей.       Затем её обнял Билл. Она ясно почувствовала, что именно так он обнимал и Джорджи, от этой мысли стало ещё больнее, она положила голову на плечо друга, поглаживая его по спине.       Следующий Бен, после объятий с Майком, девочка уже не выдержала, и всё-таки заплакала.       — Эй, Лисичка, ну не кисни! И лучше следуй советам нашего Эдди-спагетти! — подбадривая, заметил Ричи, хлопая Смит полечу.       К девочке тут же подошёл Стэнли, он крепко прижал её к себе, как часто обнимают дорогих людей. Сара быстро поддалась вперёд и в последний раз запустила руку в его волосы, она видела, что и у Стэна глаза были на мокром месте, от чего было очень больно. Смит уже хотела отойти, но мальчик не отпустил её, он резко наклонился к её лицу, осторожно целуя. Внутри всё болезненно сжалось от тоски и понимания, что этот поцелуй последний для них. Хотелось, чтобы этот момент длился вечность, но пришло время ехать, и девочка нехотя отстранилась от Стэна.       — Позвони как приедешь, хорошо? — прошептал он, в ответ девочка кивнула, напоследок чмокнула его в щеку и уныло пошла к матери, вышедшей из дома.       — Люблю вас всех, ребят. Обещаю, что буду звонить.       — Мы тебя тоже! — хором вскрикнули друзья, когда автомобиль уже двинулся с места.       Только при выезде из Дерри, накатила невыносимая тоска, которую девочка сдерживала её все эти дни. Перед глазами встали лица друзей, Стэна. Возник вопрос: Ради чего теперь жить? Мнение о том, что отец изменился, казалось очень сомнительным. Что теперь будет? Ей так нравилась своя жизнь до прихода Уильяма: чудесная мама, компания друзей, это всё даже перекрывало буллинг в школе, друзья всегда ей с этим помогали, как и она им. А что теперь? Он забрал всё это. Было правда обидно.       Как-то раз, ещё в июне, Стэнли спросил: «Будем ли мы так же дружить, когда будем старше?», и Сара так наивно ответила: «Да, мы будем дружить», но теперь эти её слова казались ей ложью.       Разве смогут они дружить только лишь через телефонные звонки? Что насчёт Стэнли? Разве они со Стэном смогут и дальше любить друг друга, даже не видя? Девочка так хотела снова оказаться в его тёплых объятиях, заглянуть в карие глаза, которые смотрели на неё так, как не смотрели ничьи другие. А как же мама? Безусловно, ей можно было с ней встречаться, но они обе прекрасно знали, что Уильям сделает все возможное, чтобы этого не случалось. Вскоре, плакать уже было нечем, так что оставалось только следить за однообразными пейзажами за окном.

***

      В общем, дорога заняла где-то два часа. По приезду, Сара с мамой попрощались, и Адель уехала.       Как оказалось, Уильям продолжал жить в том же доме, из которого, они с мамой ушли пять лет назад. Когда Сара вошла в дом, там царила гнетущая атмосфера, такая, как была и пять лет назад. Этот дом был наполнен воспоминаниями, чувством безысходности и тоской. Эти чувства витали в воздухе, как сырость. Стены пропитались ими.       Мебель, хоть и была новая, но оставалась на тех же местах, словно этих пяти минувших лет и не было, за исключением, разве что, зеркала в прихожей, оно оставалось тоже самое.       — Итак, Шарлотта, сейчас можешь разложить свои вещи, но чтобы до моего прихода, на столе стоял ужин. А прийду я в двенадцать часов ночи. Ты поняла меня? — угрожающе произнёс Уильям, как только мать девочки уехала.       — Не называй меня так. Не можешь сам себе его приготовить? — язвительным тоном ответила Сара, за что тут же пожалела, так как мужчина резко схватил её за горло, прижимая к стене.       — Если ты не будешь меня слушаться, больше не сможешь звонить своей мамаше и сраным друзьям. Ещё раз повторяю, мелкая дрянь: Ты поняла меня? — его голос звучал агрессивно и грубо, но глаза не выражали совершенно ничего. Будто на тебя смотрит робот или призрак, а не человек.       Воздуха катастрофически не хватало, стало очень страшно. Девочка что-то невнятно прохрипела в знак согласия, и Уильям отпустил её, отчего Сара потеряла равновесие и сползла вниз по стене.       — Так то. Учти, сделаешь какую-то стряпню — получишь по шее! — на последок, он громко захлопнул входную дверь.       Девочка еле как поднялась на ноги, и направилась в комнату. Она думала, что слёзы закончились, но она ошиблась, и сейчас они снова текли ручьем, уже с новой силой. Сара присела на кровать, рядом со своим рюкзаком и чемоданчиком, и принялась раскладывать вещи.       Ветер задувал в приоткрытое окно, заставляя занавески в комнате, то подниматься, то отпускаться, он пробирался сквозь одежду, оставляя за собой волну мурашек. Порой, сверкали серебряные молнии, которые сопровождались характерным звуком. На улице вовсю заливал дождь, приглушая всё остальное. Такая погода была редкостью для лета.       Девочка отвела взгляд от окна, раскрывая рюкзак, в самом верху которого лежал блокнот, внутрь него девочка положила фотографии, совместные фото всех Неудачников, сделанные ещё в июле, и ещё две вчерашние фотографии, их со Стэном. Она вспомнила про подаренный ним же кулон, который оставался на её шее. Девочка решила снять его, учитывая агрессию отца к её друзьям, а ещё, она подумала, что при последующих её проступках, он может попросту порвать эту подвеску. Фотографии и кулон девочка оставила в блокноте, а сам блокнот, в рюкзаке.       — Сраный Уильям, — тихо произнесла Сара, закрывая портфель и пряча его под кровать. — Ненавижу этот дом, — чуть громче сказала девочка, отчего тут же почувствовала боль в области шеи, она боязливо подошла к зеркалу, так как все ещё помнила клоуна и Шарлотту.       Как она и думала, на шее красовались лиловые синяки, следы от рук Уильяма, к счастью, они были не очень видны. Ей так хотелось снова побыть рядом со своим друзьям, послушать глупые шутки Ричи про маму Эдди, возмущения Каспбрака по этому поводу. Посмотреть на то, с какой милой неловкостью общаются Билл и Беверли. Снова слушать заумные речи Бена или различные легенды Майка, которые он умеет так эффектно рассказывать. Поспорить насчёт существования чего-либо со Стэном. Посмотреть какую-то глупую комедию, вместе с мамой. Сара поняла, что сейчас это всё, что было нужно. Всё, в чём она нуждалась.       Вскоре, Смит позвонила Стэну, и друзьям. Слышать голоса каждого из них было очень приятно. После этого, девочка принялась за готовку. К счастью, готовить она умела, поскольку мама часто работала, и довольно долго не появлялась дома. Они готовили вместе, или по-очереди. По крайней мере несколько минут, Сара не решалась зайти на кухню, потому что именно там, пять лет назад, отец убил её щенка.