Долгожданное приглашение.

Через несколько минут, на этот момент ещё друзья, входят в комнату. Лололошка окидывает кабинет взглядом: Немного растений, вероятно искусственных, пыльные книжные полки, фиолетовые шторы по периметру всего окна, большой фиолетовый ковёр по середине, а дальше ковра стоит белый мраморный стол и мягкие кресла. Компьютер был немного отодвинут с середины, интересно, почему? Все мысли Лололошки прекратились когда шатен отодвинул штору и начал свою речь. — Знаешь, я никогда не любовался этим видом, всё время занят был.-- Калеб рассуждал вслух. — Я сегодня весь день думаю о том, то что это всё покину. Дейв не мог оторвать от него взгяд: эти коричневато-оранжевые прядки словно купались в лунном свету. Складки на одежде, его руки, наверняка горячие и сильные… Шатен продолжил речь. — И о тебе я тоже очень много думал. — Главный секретарь повернул голову и направил взгляд на вздрогнувшее тело комиссара. Столько мыслей пронеслось в его голове, он был растерян и не знал что сказать, но ему и не пришлось, Калеб вновь продолжил: — С первых наших встреч я недолюбливал тебя, местами ненавидел, но твой образ никогда не выходил у меня из головы. — Лололошка не верил в происходящее, может это сон? он немного ущепнул себя за чем последовала слабая боль. Это не сон. — Знаешь, это может быть мой последний день, и- — Шатена перебил взволнованный и немного растерянный мягкий голос: — Н-не говори так, прошу… — «прошу…» прозвучало так сладко для Калеба, он бы хотел слышать это в другом контексте, но пришлось немного отвлечься. — Ты переживаешь за меня? — Главный секретарь направился в сторону Лошки. Комиссар стоял смирно: то ли потому что был в шоке, то ли потому что боялся: кто знает что придёт ему на ум? Они стоят друг напротив друга. Брюнет чувствует горячее, даже обжигающее дыхание его партнёра. Щёки вмиг приняли ярко-персиковый оттенок, когда же Калеб положил одну свою руку на талию, а другой нежно взял подбородок и направил на себя. Румянцем Дейви покрылся вплоть до кончиков ушей. Всё было так, как он себе и представлял: Горячие и сильные руки, притягивают к себе и его нежно целуют… вот бы этот момент длился вечно, но спустя время воздуха стало не хватать, и они отстранились. Длинная нить слюны порвалась после того, как Калеб отвёл своего возлюбленного к столу. Его очки были заботливо сняты и убраны куда подальше, чтобы ненароком не сломать их. Калеб с любопытством вглядывался в эти чёрные и пустые глаза. В них словно была вся вселенная. Теперь ноги Лошки обвивали крепкое тело Калеба, а его самого жадно целовал главный секретарь: в щёки, губы и лоб. Калеб развязал платок, что уже чересчур долго находился на шее комиссара, и принялся, словно вампир, кусать эту белую и нежную шею. — М-фх… — прозвучал приглушённый стон со стороны младшего, который так заводил его партнёра. Он слегка поцеловал кадык, после чего комиссар проглотил вязкую слюну. Калеб снял свою чёрную накидку вместе с кофтой, теперь открывался не менее прекрасный вид на его подтянутый пресс. Лололошка постарался закрыть лицо руками, но они быстро были убраны когда его рубашку быстро расстегнули и сняли. Вещи полетели на пол, ближе к ковру, а штаны были приспущены, у Лошки был стояк… как же неловко. Калеб немного грубо надавливал своим языком на бугорок через боксеры, тем самым дразня своего Дейви. — Мх-ф.. п-прошу… — Лололошка уже не мог терпеть это. — Чего же ты хочешь, любимый? — «Любимый?» Комиссар обратил на это своё внимание, но он хотел большего поэтому продолжил. — Я-я... п- прошу.. мф —. Боксеры были сняты, кажется, шатену не хотелось мучать своего избранника. Теперь Калеб провёл своим языком по длине всего члена, слегка поцеловав верхушку. Лололошка густо покраснел. Ему хотелось провалиться сквозь землю, и в то же время хотелось никогда отсюда не уходить. Лунный свет блеснул в глазах Калеба, словно резко вспыхнувшее желание, хоть это желание преследовали его по пятам уж очень длительное количество времени. Калеб взял головку в рот, и провёл своим проворным языком по уретре, вызывая лёгкую и приятную дрожь в теле Ло. Воздух в кабинете был холодным, почти ледяным, но "друзей" это не волновало. Они были словно обогревателями друг для друга. Калеб стал брать всё больше и больше, заставляя комиссара приоткрыть рот в немом удивлении и немного постанывать. Главный секретарь старался как мог угодить своему возлюбленному, поэтому не стеснялся в движениях. Его сильные и горячие руки скользили по телу обладателя ненавистых ему очков, которые так великолепно выполняли свою задачу, скрывая великолепные глазки нашего мироходца. Как хорошо что Калеб позаботился об этом и теперь мог глядеть в эти бездонные очи сколько влезет. А, кстати, о том сколько влезет. Секретарь уже во всю заглатывал половой орган и исследовал его языком. Каждая жилка, каждый изгиб, каждую венку. Наш Ло млеял в ласках и этих уверенных движениях. Он даже закинул свою руку с парой шрамов на макушку Калеба, зарываясь в его слегка волнистые волосы. Шатен, в свою очередь, хотел также отдаться в эти мягкие руки, усыпанные шрамами. Он сам удивлялся этому контрасту. Но пока он лишь хотел доставить Лололошке неимоверное удовольствие перед своим уходом. Прошло уже пара минут, но по ощущениям лишь пара мгновений. Брюнет откинул голову, он был готов свалиться на холодненький стол, но держался, чтобы не испытывать неприятного ощущения. Калеб с восхищением и гордостью за самого себя наблюдал за смущённым Дейвом. Обычно он такой молчаливый, говорит только по делу, холоден, а сейчас же он так раскрепощённо и открыто стонет.                   —продолжай...молю.. —мфгф..!             —К- Калеб...                                     —д-да.. мх.. —я.. а- сейчас... Отголоски самый разных фраз комиссара отзывались эхом в голове шатена, и повторялось ещё пару раз. Калеб поняв, что конец этого акта уже близок, начал интенсивнее и быстрее двигаться. Ло не выдержал, и с довольно протяжным и сладким стоном кончил, заполняя рот секретаря белой жидкостью. Лололошка уже хотел начать смущённо извиняться, не смотря на свою усталость, как вдруг Калеб с самодовольным выражением лица проглотил это. Дейви не знал как реагировать и был сбит с толку, но Калеб отогнал от него это чувство, произнося следующее: —а где же моя награда, милый? — с усмешкой сказал шатен, кладя руку комиссара на свою макушку. Лололошка поняв намёк, смущённо начал гладить возлюбленного. Тот поддавался ласкам ещё немного, а затем сдержав огорченный выдох, встал во весь рост. Его колени довольно звучно прохустели, заставляя Лололошку хихикнуть. В это время он натянул боксеры и начал наблюдать за Калебом, забирающего и отряхивающего платок украшенный в клеточку. Затем старший заботливо повязал платок на шею Дейва, скрывая недавние засосы и укусы. Лололошка уже успел почувствовать насколько в комнате холодно, так что приближающийся секретарь был словно лучиком солнца в пасмурный и дождливый день, а его горячее дыхание как ветер из пустыни в прохладный день. Так и хотелось скрыться от холода в его тёплых объятиях. Не успев опомниться Ло заметил как Калеб, одетый в свою кофту, протягивал очки Лололошке. Секретарь старался скрыть своё недовольство и огорчённость, представляя вновь скрытые глаза за тёмными стёклами, как вдруг Дейв тихо вымолвил: —Думаю я могу ещё побыть без них...— глаза Калеба резко заблистали, хоть тот показал это случайно, был виден огонёк счастья в его глазках. Лололошка кратко и спокойно цемкнул того в щеку, скорее даже просто прислонился губами. Но и этого хватило чтобы бабочки запорхали в животе шатена. А потом они веселились, играли в бои с подушками, и все жили долго и счастливо!!!