Глава 6. Каштан и Вяз
9 ноября 2022 г., 23:21
Примечания:
Касательно символизма в заглавии: каштан — это символ апофеоза весны, некой победы тепла над холодом, а также знак символичности доблести и целомудрия как борьбы с любым искушением и победы над всеми соблазнами плоти; а вяз же символизирует собой нечто таинственное и олицетворяет собой некое зловещее начало, он является проводником негативной духовной энергии с отрицательным зарядом (согласно поверьям друидов). Соответственно, каштан олицетворяет непорочную Роксанну, а вяз — аморального приверженца имморализма Тайлера.
— СТОЙ!!! — внезапно раздался нечеловеческий голос позади меня.
Это был его крик… Вот чей-чей, а голос Тайлера я ни с чем не могла спутать! Судьба всё ещё неутомимо продолжала «вознаграждать» меня всеми мыслимыми и немыслимыми невзгодами злого рока, что сыпались на меня как из cornu copiae.
Времени на раздумья более не оставалось. Пришлось бежать… Кое-как перескочив через земляные валы, насыпи и буераки, я решила временно схорониться в руинах древних построек давно вымерших языческих племён, коих в Финштервальде было полным-полно.
Как бы я не старалась скрыться, Тайлер всё-таки нашёл меня. В этот раз он разъярился до исступления и миндальничать со мной не собирался. В мгновение ока Тайлер сорвал всю одежду не только с меня, но и с самого себя, без устали извергая ужасающую ругань и невообразимые проклятья. Видимо, из-за зверского желания удовлетворить свои животные инстинкты, его не смущала прохлада в лесу. И если его яйца сжались чисто по биологическим законам, то возбудившийся и набухший до огромных масштабов член, истекающий багровой смазкой неестественного окраса, объяло свинское предвкушение грязного распутства. Перед тем, как начать своё беспощадное дело, Тайлер с силой принялся за самоудовлетворение, причём он с таким усилием это сделал, что, перестаравшись, не только оцарапал свой половой орган ногтями, но также и стёр в кровь кожицу позади головки, пронзительно возопив от нестерпимой боли. Принявшись обвинять меня в собственном же членовредительстве, он с жесточайшей безжалостностью всадил в меня искривлённый член по самую истерзанную матку, чем доставил адскую боль, которая наложилась на затянувшуюся беременность. Так же, как и все прошлые разы, Тайлер хватал моё лицо до синяков, шлёпал ягодицы, срывая мясо и оставляя кровавые отметины, жестоко сминал чувствительные налившиеся груди, втягивал губами, с которых сходило затхлое дыхание, горошины сосков и совершал остальные уничтожающие непотребства…
Наконец моё терпение лопнуло!.. Я выхватила перочинный нож, что торчал из кармана его одежды, лежащей на голой земле без присмотра, и с ненавистью воткнула ему прямо в глотку, чуть пониже кадыка. Тайлер отпустил меня и захрипел, изрыгая обильную кровавую пену изо рта. Чтобы облегчить его страдания, я что есть сил провернула нож вокруг оси всей шеи, задев костяные позвонки и располосовав сонную артерию. Последний вздох — и обнажённый человек, который когда-то был моим сводным братом, упал возле меня замертво, покрытый густой кровью. В тот же момент из его гнилого члена вытекло насыщенное кровью семя. А предсмертные муки сократили мышцы лица, навсегда оставив на нём страшную сардоническую улыбку.
Откинув злополучный нож в сторону, я начала горько плакать, обнимая его бездыханное тело, начинающее остывать. Какой же он всё-таки красивый! Даже сейчас его лицо, наполовину залитое кровью, с широко открытыми глазами и ртом было эталоном чего-то прекрасного и мужественного. Но внутри это был ещё тот моральный урод… Хотя, впрочем негоже дурно отзываться о покойниках! Сколько бы страданий он мне не принёс, я всё равно почту его память исключительно как сводного брата…
Примечания:
То явление, с которым столкнулась Роксанна (привыкание к своему положению в заложниках у насильника), принято называть в психологии стокгольмским синдромом. Но так как девушка в конце концов оказала сопротивление Тайлеру, это можно назвать атипичным течением расстройства.
