Глава 16. Вдох ветра
6 августа 2024 г., 14:05
«Я считаю, что присваивать чужие заслуги себе — омерзительно. Нет ничего хуже и подлее, чем выдать чужой труд и время за свои»
(позиция жертвы)
Тахикардия. Кажется, что ушла из-под ног земля, и теперь нет иного выхода. Что же делать… В груди бушует ураган, вихри которого рождены страхом и нагнетающей окружающей обстановкой. — Давай руку! Спускайся осторожно и ничего не бойся. Заключенный в красно-белый наряд мужчина протягивает мне руку, параллельно стараясь на словах утешить и помочь. Мне ничего иного не остается, кроме как принять данную помощь и сцепить свою ладонь с большой ладонью его. В этот момент на пару секунд я увидел в пожарном…похитителя. Словно не посторонний человек протягивает мне руку помощи, а Никуро. Черные волосы колышутся, словно колосья ржи под дуновением зимнего холодного ветра. Возможно, причиной такого сопоставления стали такие же точно черные, как и у Никуро, глаза пожарного. — Скорее! Я будто бы пришел в себя и вернулся обратно «на землю». Пожарный осторожно тянет меня к себе — я начинаю двигаться маленькими шажками, дабы не дай Бог не споткнуться и не упасть. И все это время попискивает дрожащий и прячущийся в моей груди рыжий котенок. А внутри души не перестает бушевать океан волнения, но не за свою жизнь, а за жизнь похитителя. Как он там? Точно ли выберется? Хоть бы он выжил… Как только я достиг края крыши, то осторожно ступил на металлическую лестницу, где и ждал меня пожарный. Внизу пошло какое-то движение, благодаря которому раздались металлические звуки — лестница медленно начала опускать нас вниз. Скопившиеся люди в недоумении и настороженности наблюдают за всем происходящим процессом. Среди них всего пятерка детей и несколько взрослых обоих полов. Некоторые лица перешептываются между собой, но слов я разобрать, увы, не могу. Дети, возраст которых вряд ли превышает десятку лет, что-то с интересом обсуждают и иногда указывают пальцем то на сгорающий в аду дом, то на меня да пожарного. Но стоит лестнице окончательно опустить нас на землю, как я с волнением в груди спрыгиваю с лестницы и подбегаю к той самой маленькой девочке, что-то которая пальцем указывала на крышу в диалоге с Никуро. — Это ведь он, не так ли? — задал вопрос девочке я, в тот же момент отдавая ей рыжего друга. — Да! — всхлипнула девочка, забирая из моих рук котенка и прижимая комок шерсти уже к собственной груди. — Спасибо, что спасли Тома! И теперь все застыло. Спас? Я? Тома? В течение нескольких секунд я будто переваривал услышанную информацию, словно обращена она была не ко мне, а к кому-то другому. Нет… Они видели похитителя, и именно он ушел за котенком. Пусть он и преступник, но заслуживает того, что бы этот подвиг не был присвоен какому-то чужаку. Я считаю, что присваивать чужие заслуги себе — омерзительно. Нет ничего хуже и подлее, чем выдать чужой труд и время за свои. — Нет… — тихо произнес я, отрицательно качая головой. — Не я спас твоего друга, а тот парень в черном. Кивнув девочке, я решил направиться за дом, дабы оценить ситуацию и найти хоть какой-то намек на Никуро. Но вдруг… БАХ! Я резко остановился. Что это было?.. Это взрыв?! Как только голова поднимается ко второму этажу, я замечаю вываливающиеся из окна черные клубья дыма. Боже… Там что, что-то взорвалось?! А где Никуро?! Изнутри послышались неразборчивые мужские голоса, но среди них я не услышал голоса похитителя. Хоть бы с ним все было в порядке. Хотелось двигаться дальше вплоть до достижения задней части дома, но внезапно упавший рядом со мной карниз застал меня врасплох — я автоматически остановился, удивленно смотря на упавшую с небес железку. Думаю, дом сам не развалится, но от его содержимого вскоре мало что останется… — Выпихивайся отсюда быстрее! А вот тут уже насторожился я: что это еще за голоса? Точно мужские, но раздающиеся позади данного дома. Кстати, я как раз собирался идти туда. На этот раз мои шаги медленные, иду на цыпочках, будто чего-то опасаясь. А чего вообще опасаться, когда здесь стоят местные люди, да еще и пожарные? Однако почему-то нутро мое решило не согласовывать со мной своих «подозрений» и лишь дать понять: иди осторожно. По мере приближения я ощущаю, как поднимаются на шее крошечные волоски — будь я собакой или кошкой, то вся моя шерсть оказалась бы взъерошенной, нахохленной. Иду я вдоль кирпичной стены, постепенно которая уменьшается вплоть до угла, решаю из-за которого я осторожно выглянуть. Брови сходят к переносице, как только на глаза попадаются два странных мужика, что с неким мешком покидают тыльное окно. — Шевелись и быстрее! — бубнит один. — Сам шевелись! — злится другой. — Идешь с пустыми руками, да еще и командуешь! Секундочку… Эти двое совсем не похожи на пожарных. На одном экземпляре красуется бежевое пальто и черная простая зимняя шапка, в то время как второй облачен в черные штаны, такую же практически шапку, да теплую зимнюю куртку. Больше всего меня напрягло то, что мужчина в пальто кинул некий серовато-бежевых оттенков мешок в своего «товарища» внизу и принялся сам быстренько выбираться из окна. Это воры! Да и выглядят они как воры! Сглотнув, я начал сдавать ход назад, желая как можно быстрее сообщить о возникшей проблеме пожарным. Но Никуро… Хотя похитителю этот факт станет в плюс: пока пожарные будут гнаться за ворами и тушить дом, Никуро легко сможет этот самый дом покинуть. Главное, чтоб успел он сделать этого до того момента, как сюда прибудет полиция. Что есть сил я развернулся и пустился в бег, осознавая, как быстро может ускорить свой темп человеческое сердце, особенно, в моменты опасности. Пожалуй, так сильно волновался я лишь тогда, когда впервые оказался заложником в доме убийцы. Ветер бьет в лицо своими ледяными и не шибко приятными объятиями, параллельно трепля мои волосы, словно конскую гриву. На улице довольно морозно, и холод зимы прекрасно ощущается не только под дуновениями ветра, но и при быстрой смене вдоха на выдох, когда ледяной зимний поток, словно пуля, пробивает своим холодом всю дыхательную систему. — Воры! — крикнул я, подбегая к тому самому пожарному, что спас меня, когда я стоял на крыше. — Скорее! Там, за домом, из окна вылезли двое мужчин! У одного из них был мешок грязного цвета! Это воры! — принялся второпях тараторить я, дергая мужчину за рукав. Пожарный скептически посмотрел на меня, а затем перевел взгляд в ту сторону, куда я указываю. — Ты уверен, что это были не жители дома? — Нет! — отрицательно покачал я головой. — Женщина с девочкой ничего не говорила за других. К тому же у них старый мешок. Это воры! Пожарный задумчиво что-то размышлял, но недолгое время, после чего подозвал к себе пару других пожарных-подручных. После указаний на место преступления, двое двинулись в ту сторону, откуда только что прибыл я, а сам пожарный направился в недра дома. А я волнуюсь… Хоть бы не попался им Никуро… Настолько ярким стало волнение, барабанной дробью бьющее по сердечной зоне, что глаза автоматически идут на выкат от предстоящего ужаса. Где же ты?! Решая хоть капельку себя успокоить, я оборачиваюсь и осматриваю стоящих рядом людей. Взрослые и дети, словно зачарованные неведомыми чарами, не спускают глаз с происходящего в доме. Кажется, их не волнует более ничего, кроме пожара, а мира вокруг для них сейчас словно не существует. Но самое страшное в этой картине — молчание. Все эти люди просто смотрят и просто молчат. Если убрать пейзаж, нарисованный пламенем, то можно заметить: эти люди почти не шевелятся и даже не разговаривают друг с другом. Они не пытаются убежать, не пытаются что-то узнать, а просто стоят и смотрят, словно зомби, — и это, действительно, жутко… Будто бы ты находишься посреди роботов. Однако в этом моменте я узрел шанс побега. Более здесь мне делать нечего и нужно уходить. Медленно сдавая ход назад и не отрывая взора от дома, пламя внутри которого постепенно сменяется белым дымом, я решаю покинуть данное место. Как только за спиной оказывается роботоподобная кучка людей, я разворачиваюсь и изо всех сил пускаюсь в путь на параллельно лежащую улицу — именно она приведет меня к дому похитителя. Искренне надеюсь, что он все-таки там… Попутно со мной несется зимний ветер, морозный аромат которого я с удовольствием вдыхаю полной грудью. Божественно! Воздух! Здесь, вдали от места пожара, глоток свежего воздуха дает мне понять: полная свобода! И сейчас я всецело бегу с ней по одной линии! Холодный воздух приятно обволакивает лицо, слегка ерошит волосы и наполняет легкие ударной дозой озона. Я неимоверно счастлив! Дома бегут один за другим, уменьшается улица, а впереди вскоре показывается нужный мне поворот. На поворотах важно слегка притормаживать, дабы не поскользнуться и не упасть. Оставшийся путь я проделывать по данному периметру не стал: резко свернул на соседнюю улицу и продолжил быстро бежать. В груди не успокаивается тревога и мысль о том, что, если похитителя там не окажется?.. Что тогда?.. Тогда я верчу головой из стороны в сторону, отгоняя противные и навязчивые мысли. Там, впереди, вот-вот я увижу его убежище и, наверняка, увижу и его! Осталось совсем чуть-чуть!
