maknae on top

      Чонин не любит тактильность. Паренек всегда находит способы ускользнуть от очередных объятий от своих хенов, улыбаясь и отнекиваясь. Избегает прикосновения ото всех, кроме одного человека. Их лидера. Конечно, чтобы все мемберы сразу же не догадались о нежных чувствах к Чану, внутри Яна просыпается актер без оскара, который изображает полное отвращение к сюсюканью старшего. Макнэ не боится осуждения, ему похуй на чужое мнение. Он переживает за судьбу человека, в которого влюбился по уши. Бан Чан полностью отдает себя группе, ради своих мемберов, ради стэй. Не хочется, чтобы весь труд ушел коту под хвост.       И сейчас как же Чонин понимает фанаток, рассматривая в зеркале новый образ лидера. Лучше бы на него снова нацепили блядский кроп топ, демонстрирующий кубики пресса. Тем не менее, стилисты прикрыли рельефный живот лидера обтягивающей черной футболкой с красным пятном слева, имитирующее пулевое ранение. Поверх прилегающей одежды разместили грубую портупею, которая только усугубляет положение.       Месторасположение только радовало младшего. Он бессовестно рассматривал Чана со всех сторон, не переживая, что другие хены это могут заметить. Чонин проводит взглядом по массивной спине с выступающими лопатками, спускается ниже и останавливается на «самой большой заднице группы». Пока все восхищались бедрами Минхо, Ян нашел себе другой объект обожания, на коленях которого желает посидеть.       Сглатывает, переводя внимание на мускулы рук, которые решили не прикрывать. Чонин соврет, если скажет, что у него нет фетиша на руки. На руки Бан Чана. Интересно, лидер практиковал когда-нибудь удушение? Рассматривает каждую выступающую вену, прикусывая губы. Хорошо, что ему давно не шестнадцать лет, когда гормоны бьют в голову, вызывая внезапную эрекцию.       — О чем задумался, лисенок? — макнэ вздрагивает, услышав сладкий для ушей голос Криса. — Что-то не так?       — Ты красивый, хен. — Ян видит, как лидер смущается, и, облокотившись на мягкую спинку дивана, громче добавляет, — А еще дурак.       Чан одаривает младшего своей заботливой и успокаивающей улыбкой, из-за которой хочется растаять на месте, и треплет по ещё не уложенным стилистами волосам. Чонин возмущается под ладонью хена, но внутри не хочет, чтобы тот убирал руку. Однако стафф воплощает кошмар в реальность, забирая лидера для обсуждения организационных вопросов и отправляя вокальный юнит наводить марафет.

***

      — Вы прекрасно справились, ребята! Горжусь вами. — Ян игнорирует слова Чана за кулисами, наблюдая, как льются со лба лидера капельки пота. — Предлагаю сегодня отметить наше удачное выступление в нашем общежитии, все равно агентство предоставляет нам два дня выходных.       Скизы, как обычно, очень громкие и активные, даже после съемки перфоманса. Чанбин яростно подгонял каждого, кроме Минхо, жалуясь, что проголодался. Он же начинает спор насчет праздничного меню, убеждая парней, что они обязаны пожарить мясо. Чонин не вникал в дискуссии хенов и, проскользнув между мемберами, тянется к своему рюкзаку.       Щеки загораются алым, когда юноша видит предмет, который должен был выложить уже давно, но все время забывал. Красные наручники в форме сердец лежали на дне сумки. Чонин вспомнил те самые образы к их заглавной песне мини-альбома, те самые фотографии лидера, где тот расслабленно сидит перед зеркалом. Юноша, скорее всего, визжал вместе со стэй, когда только увидел эти кадры. Он тайком забрал этот аксессуар, не думая.       — Ты готов? — из мыслей опять выбивает Бан.       — Мне штаны только переодеть. — бубнит младший, расстегивая ремень.       Спиной чувствует пронзающий взгляд старшего. Они не стесняются переодеваться в присутствии друг друга, некоторые не стеснялись голыми ходить по общаге или заглядывать в душ, пока кто-то мылся. Но сейчас Чонин по какой-то причине застенчиво, с дрожащими руками и второпях стягивал с себя узкие штаны, заменяя их на серые широкие спортивки.       — Все в норме, лисенок? — макнэ выть хочется от заботы старшего, который пытается заглянуть в лисьи глаза. — Ты весь день какой-то растерянный.       — Да-да-да, все хорошо. Я просто хочу отдохнуть в тишине. — Ян улыбается, зная, как Чан обожает его улыбку.       — Не думаю, что Чанбин позволит тебе насладиться тишиной, как и Хан, Хенджин… В общем, весь состав детей. — выдерживает паузу, придумывая выход из ситуации. — Я не хочу, чтобы ты оставался в одиночестве у себя в общежитии. Ты можешь отдохнуть у меня в комнате, она самая дальняя от гостиной.       — Спасибо, Чанни-хен. — бубнит Чонин, чувствуя объятия. — Только надо заскочить к себе за вещами.       — Вы с Феликсом мыслите одинаково. — хихикает лидер, подталкивая младшего к выходу. — Машина уже ждет.

***

      Со вздохом плюхается на мягкую кровать хена, которую часто видел на трансляциях. Тянется к подушке, обнимая ее и вжимаясь в нее своим телом, чувствует парфюм Чана, жадно вдыхая щекочущий нос аромат. Иногда Яна пугает его же одержимость Крисом. Хнычет, утыкаясь в наволочку. Он хочет так лежать с Кристофером, обнимая его за широкие плечи. Он в принципе хочет Кристофера.       — Все в порядке? — спонсор его сегодняшнего необычного поведения стоял в дверях, обеспокоенно рассматривая младшего.       В лидера группы летит подушка, которую несколько секунд назад обнимал макнэ. Чан поднимает упавшую в ноги вещь, смотрит на ошарашенного и покрасневшего юношу с недопониманием. Медленно подходит к кровати, садится на корточки перед причиной беспокойства, положив свои большие ладони на колени Чонина.       — Я вижу, что что-то не так. Если хочешь, то можешь поделиться со мной. Я ведь твой хен. — даже сейчас Бан такой заботливый и милый. Чонин прикусывает нижнюю губу и громко выдыхает.       — Крис, — Ян чувствует, как руки на его коленях напрягаются, — я хочу кое-что попробовать. Если ты против, то сразу же сообщи мне об этом любым способом.       Чан мягко улыбается, соглашаясь с условием младшего. Чонин вздыхает. Назад дороги нет. Он хватается за чужие щеки, приближается к лицу лидера и касается пухлых губ, ожидая толчок в грудь. Но чувствует совсем другое. Бан перехватывает ладони младшего, углубляясь в поцелуй и сминая покусанные губы. Так приторно сладко и так необходимо, словно воздух. Язык лидера проходит по деснам, вьется вокруг языка младшего. Чонин с громким причмокиванием отстраняется, запрокидывая голову назад, чем и пользуется старший оставляя мокрые поцелуи на нежной коже шеи.       — Лисенок, теперь я задам вопрос. — он прикасается разгоряченным лбом ко лбу макнэ, оставляя легкое касание губами на милом носике, — Мы можем зайти дальше, чем французские поцелуи. Ты хочешь этого? Если да, то встань и закрой дверь, чтобы никто не помешал нам. Если нет, то оставайся на своем месте.       Чонин тяжело дышит, смотрит прямо в темные и такие глубокие глаза своего лидера и снова кусает свои губы. Не дождавшись действий юноши, Чан вздыхает и собирается извиниться и уйти, но резкий рывок младшего к двери заставляет Криса опешить и улыбнуться.       — Как давно ты живешь с этими чувствами? — шепчет лидер, прижимаясь спиной к кровати и наблюдая, как ловко Ян усаживается на его бедрах. — Почему ты не признался раньше?       — Потому что ты дурак, хен. Вы все дураки. — мурлычет юноша, стягивая с Чана футболку и поднимая его сильные руки над головой, пока лежавший под ним мужчина хихикал. Но металлический звон сверху прервал расслабленный смех. — Я же говорил. Не двигайся, не трогай себя и меня. Ты много работаешь, и я хочу позаботиться о нашем лидере.       Бан ухмыляется, рассматривая свои кисти в красных наручниках. Их младший давно вырос, и сейчас, уже взрослый макнэ поглаживает и фиксирует чужие руки снова над головой. Они мешают ему наслаждаться телом, от которого сходил с ума достаточно давно. Чонин снова оттягивает плюшевые губы лидера, ерзая своей задницей по паху. Целует челюсть, спускается вниз по шее, останавливаясь на ключицах. Младший так хочет оставить на них метки, но блять, их лидер всегда на сцене полуголый бегает.       Берет в рот набухший сосок, параллельно сжимая другой, слышит неровный вздох Кристофера и улыбается. Тело старшего такое чувствительное и податливое. Юноша отстраняется от груди и привстает, чтобы стянуть с хена оставшуюся одежду.       — Ты ходишь по общаге без белья? — парень вопросительно посмотрел на Чана, выбрасывая в сторону только шорты, так как боксеров он не обнаружил.       — Я смирился, что мне запретили ходить голым. — только сейчас Чонин понимает, что влюбился по уши в его улыбку и ямочки, которые тут же чмокает.       Старший громко и недовольно выдыхает, когда макнэ слезает с кровати и нагибается у рюкзака, вытаскивая какие-то предметы. Крис мысленно уже трахнул Яна раком, прижимая его к столу, но сегодня эта картина и останется только в мужской голове. Чонин почему-то не возвращается на кровать, не седлает нуждающегося лидера, а по-хозяйски усаживается в компьютерное кресло напротив, уже успев стянуть с себя футболку и спортивки с нижним бельем, и раздвигает ноги, демонстрируя свое тело Бану.       Облизывая губы, Чан не упускает ни одного движения перед собой. Задерживает дыхание, когда видит, как Чонин выдавливает себе на пальцы смазку, которую видимо взял из рюкзака и подставил к дырочке. Такой узкий, что лидер запереживал.       — Не волнуйся, хен. — улыбается, словно просто ведет дружескую беседу, а не с раздвинутыми ногами перед лидером сидит. — Я растягиваю себя не в первый раз.       Юноша проводит пальцем по колечку мышц, смазывая проход, и Чан видит как проскользает первый палец, вызывая приятное мычание со стороны младшего. Полностью вытаскивает и вводит обратно, закидывая голову назад. Добавляет вместе с капельками смазки второй палец, раздвигая их внутри в манере ножниц. А Чан внимательно смотрит, ощущая как твердеет его член, подрагивая и выделяя предэякулят.       Колени немного подгибаются, а пальцы ног сжимаются, когда в младшем оказались три пальца, которые отыскали и дразнили комочек нервов. Другой рукой Чонин надрачивал потвердевшему себе, тихо всхлипывая. Он всегда тих, когда мастурбирует, иначе вся бы общага узнала о рукоблудстве младшего, а Минхо запихнул бы салфетки не только в рот.       Чонин не дает себе кончить, слыша благодарный вдох на кровати от человека, который хочет сам довести юношу до оргазма. Ян поднимает голову, поправляя немного потрепанные волосы и смотрит на раскрасневшегося лидера с ноющим набухшим членом. Найдя в себе силы, лезет на кровать, снова седлая хена, задевая влажный орган внутренней стороной бедра.       Скулит и тянется за поцелуем. Чонин не такой изверг, чтобы отказывать старшему. Словно не видя друг друга вечность, они чуть ли не сжирают друг друга, размазывая собственную слюну по подбородкам. Грязно, очень грязно, но похуй.       — Сними с меня эти блядские наручники, я хочу тебя трахнуть. — рычит в губы, вызывая дрожь по всему телу.       — Хен, ты, кажется, забыл про наш уговор. — цокает языком Чонин, вырисовывая фигуры пальцем на подтянутой груди. — У меня есть для тебя кое-что. Думаю тебе понравится быть заполненным, пока я оседлываю тебя.       Бан ерзает, когда Ян достал из бархатного мешочка небольшое розовое виброяйцо с пультом управления. Макнэ спускается вниз к раздвинутым ногам Кристофера, выдавливая смазку на игрушку и на дырочку, которая сильнее сжалась из-за холодной жидкости. Чонин поглаживает бедра, расслабляя мышцы старшего, и ловит протяжный стон губами, проталкивая вибратор внутрь.       — Все хорошо? — смотрит на Чана, размазывая лубрикант по члену, готовя парня к самому сладкому.       Улыбается, когда получает в ответ кивок. Бан видит, как рука младшего прокручивает среди пальцев пульт управления. Чонин фиксирует другой ладонью член и насаживается до основания, включая параллельно виброяйцо на среднюю мощность. Казалось, что они вместе взяли самую высокую ноту в своей жизни. Вибрация и узкость Яна стимулируют две эрогенные зоны, заставляя срывать голос.       Руки освобождаются от красных неудобных наручников и сразу же хватаются за пока что чистые ягодицы. Уже темп задает Кристофер, двигая навстречу Чонину бедрами. Ян увеличивает вибрацию до максимума и выкрикивает никому непонятное слово, ощущая укус на плече. Чан немного меняет угол входа, попадает по простате и сам ощущает вибрации в этой же области.       Разум настолько затуманился, что лидеру было похуй услышат их или нет. В душе он наоборот хотел, чтобы все знали кому принадлежит их самый младший и самый милый участник. Движения становятся аритмичными, Чонин тянется за поцелуем, в надежде, что он даст ему свежий глоток воздуха. Из-за стимуляции простаты Чан кончает первым, как можно глубже, но продолжает двигаться, ощущая как стекает белая жидкость по бедрам. Лидер выхватывает из дрожащих рук пульт управления и выключает игрушку, так как не переносит сверхстимуляции. Обхватывает дрожащий член Чонина, помогая быстрее прийти к разрядке, пока тот утыкается в крепкое мужское плечо, чуть ли не завывает от настигаемого его оргазма.       — Давай, лисенок, ты сможешь. — Бан целует дрожащие уголки губ, наслаждаясь сладким голоском вокалиста группы.       Ногти цепляются за кожу на спине, голос срывается на крик, и, кончив на рельефный живот, ватное тело Чонина валится в большие заботливые объятия.       — Боже какой бардак мы натворили. — лидер аккуратно переворачивает макнэ на спину, нависая сверху и поглаживая дрожащие бедра.       Крис приподнимает ноги уже своего лисенка, располагается между ног и проникает языком в пульсирующую растянутую дырочку. Парень очищает ртом Яна от собственной спермы, смакуя и целуя каждый миллиметр кожи. Собирает часть семени на пальцы и подносит к лицу, показательно слизывает перед приходящим в себя пареньком.       — Хен, ты правда дурак! — лицо полыхает от стыда, когда глаза замечают такую картину. — Пойдем в душ.       — Давай я сначала оботру тебя салфетками, потом мы оденемся и пойдем. — с нежностью целует покусанные губы младшего и достает упаковку с бумажными полотенцами из тумбочки. — А то мы не одни в этом доме.       — Подумали бы об этом, когда стонали на весь район! — возмущенный голос Чанбина донесся за дверью, вызывая тихое хихиканье у двоих.