Рэпер и визажист

— Привет, Хосок! Привет, Сладкий! Кажется, Чимин сегодня в хорошем настроении. А вот Юнги был недоволен, поэтому начал ворчать. — Ты не мог бы меня тоже по имени называть? — Не мог бы, — пропел Чимин, не отвлекаясь от поисков внутри своего чемоданчика с косметикой. — Ну ты и вредина, Чимин. Продолжай в том же духе, — Хосок хохотнул с дивана, наблюдая за скривившимся лицом Юнги. — Спелись за моей спиной, да? Изверги. — Ну не расстраивайся, Сладкий, и на твоей улице перевернётся фура с диванами. Или что ты там любишь больше всего? Подушки? Одеяла? На этот раз Юнги закатил глаза. Чимин занялся макияжем, перестав издеваться. Юнги решил спросить о том, что не давало покоя с их первой встречи. — Почему в прошлый раз ты назвал меня Шугой? — В смысле? — он даже остановился на секунду. — Разве это не твой псевдоним? — Да, но я давно не выступаю под этим именем, больше продюсирую. — И что? — показалось, что он чуть занервничал, продолжив наносить тон. — У меня две версии. Первая: ты — фанат и знаешь всю мою музыку, начиная с треков под ником Шуга. Вторая: ты как-то связан с продюсерской тусовкой, только вот не понимаю, каким боком. — Интересные умозаключения, — Чимин хмыкнул. — Прикрой глаза. Юнги закрыл глаза, позволяя нанести тени. — Так я прав? — Отчасти. — В какой именно части я прав? — Я… знаю некоторые твои старые песни, когда-то давно их слушал. Доволен? — А сейчас слушаешь? — Нет. — Ты можешь послушать из-за кулис, если у тебя есть время, — вклинился в разговор Хосок. Юнги заметил, как Чимин замялся, будто не зная, как отказать. Желание потролить, заставить сделать то, чего тот не хотел, захлестнуло Юнги. Он сделал максимально жалостливо-просящее выражение лица, на какое только был способен. — Эм… л-ладно, я послушаю. Юнги внутри себя потирал лапки. «Шалость удалась, он повёлся». — Сможешь оценить, вырос ли я с того времени. — Ага, да… Чимин казался настолько растерянным, что Юнги на секунду стало неудобно. Но он решил, что не отступит. *** Юнги краем глаза видел Чимина за кулисами, но ближе к концу выступления тот куда-то исчез. Закончив, Юнги вернулся в гримёрку. Из туалета доносился звук воды. Юнги подошёл и увидел сквозь щель в двери, как Чимин стоял у раковины, закрывая рот руками. По его щеке стекла слеза, он смахнул её ладонью, набрал воды и несколько раз плеснул в лицо, глубоко дыша. Достал какую-то таблетку и проглотил. Посмотрел на себя в зеркало, несколько раз растянул губы, пытаясь улыбнуться. «Что с ним?» Он вытер лицо, зачесал чёлку назад. Юнги отошёл, чтобы не быть замеченным, и сел на диван. Через пару минут Чимин вышел, как ни в чём не бывало. Но теперь Юнги мог видеть это. Маску. Притворство. — Ты хорошо справился, молодец! Он улыбнулся точно так же, как делал это перед зеркалом. Заученное действие, машинальное, неискреннее. Не смотрел в глаза, преувеличенно сосредоточенно набирая средство на ватный диск и начиная стирать макияж с лица Юнги. — Чимин, что-то не так? — О чём ты? Он встал и, прихрамывая, стал перемещаться по комнате, собирая вещи. Юнги заволновался. — Ты хромаешь, что случилось? Упал? Чимин невесело усмехнулся. — Ага, упал. Три года назад. Я… — он остановился, опершись о стол и опустив голову. — Я выступал раньше. До травмы. Просто вспомнил, как это было… — встряхнулся, снова зачесал чёлку назад. — Не бери в голову. Накинул куртку, взял чемодан и собрался уходить. Юнги поднялся и задержал его, аккуратно поймав за ладонь. — Чимин, я не хотел… Он обернулся. В его глазах было столько боли и отчаяния. — Всё в порядке. До скорого. Чимин вытянул руку из захвата и ушёл, попрощавшись в дверях с Хосоком. — Что с лицом? Что-то произошло? — Хоби, я, кажется, проебался. — В чём именно? — Чимин выступал раньше? Ты знал, что у него травма ноги? — Нет, о чём ты? — Он плакал, я случайно увидел. Сказал, что вспомнил, как было раньше, и, похоже, расстроился. А потом сделал вид, что ничего не произошло. Можешь узнать что-то об этом? — Я попробую. Не грузись, ладно? Юнги кивнул. *** С того разговора прошла пара недель. Каждую их встречу Юнги боялся снова сделать или сказать что-то не то. Больше наблюдал. Теперь он знал, куда нужно смотреть, чтобы понять настоящее состояние Чимина. Как он всегда переносит вес на здоровую ногу, когда стоит. Как морщится при резких движениях. Как пьёт таблетки. Как скрывает плохое настроение под застывшей улыбкой. Как зачёсывает волосы назад, крутит кольца на пальцах или теребит один из браслетов, пытаясь успокоиться, если вдруг занервничает. Как немного заикается от неуверенности. Как иногда дрожат его руки. Как это ни странно, но Чимин теперь каждый раз приходил за кулисы, чтобы посмотреть выступления. Юнги боялся, что тот срыв может произойти ещё раз, но такого больше не случалось. Даже предложил не ходить, но тот только отмахнулся. Хосок сначала тоже присматривался к Чимину, но ему это быстро надоело, да и выяснить про его прошлое хоть что-то так и не удалось. «У тебя паранойя, отстань от парня, он сам разберётся». Но Юнги не мог, его слишком сильно задело за живое. «Кем он был? Певцом? Артистом? С травмой рухнули его мечты?» Юнги мог это понять, он сам боялся однажды потерять вдохновение, голос, да что угодно. И как тогда жить, совершенно непонятно. А Чимин вот справился, хотя, казалось, что всё же не до конца. — Перестань, пожалуйста. Юнги вопросительно взглянул на Чимина. Тот, как обычно, наносил ему макияж. — Я про твои руки. Хватит меня страховать, я не падаю на каждом шагу. Действительно, Юнги держал ладони на подлокотниках открытыми, так, чтобы в любой момент успеть поймать Чимина за талию. — И не надо вести себя, будто я развалюсь, если постою пять минут. Хватит подсовывать мне стулья, я в порядке. — Я такой очевидный? — смысла отрицать не было. — Я теперь боюсь снова перед тобой проебаться, после того случая. — У меня всё нормально. Это была минутная слабость. Зато из-за твоего поведения мне неловко, так что прекращай. И не надо извиняться. — Я… и не собирался, — Юнги решил, наконец, пошутить, чтобы разрядить обстановку. Это помогло. Чимин закатил глаза и усмехнулся. — Ну конечно, как я мог такую чушь подумать! Чимин закончил с макияжем, обошёл кресло и занялся волосами. — Ты сказал, что выступал раньше. Чем ты занимался? Он сразу же изменился в лице, помрачнел. Юнги видел это через зеркало. — Ты проёбываешься. «Бля! Что я опять говорю, ведь только что всё начало налаживаться! Чёрт!» Хотел было начать извиняться и обзывать себя последними словами, но тут Чимин громко захохотал, почти сгибаясь пополам. — Ты развёл меня! — Ой, не могу, твоё лицо! Я думал, ты в обморок грохнешься! Юнги запоминал, как выглядит искренний смех Чимина. Он видел это впервые. Его глаза превратились в щёлочки, он закрывал рот ладонью и хихикал громко, звонко, заразительно. Чимин покачнулся и сел прямо на пол. Юнги, не успев осознать, что творил, тут же вскочил, чтобы поднять его. — Не валяйся, пол холодный, — подхватил за подмышки и поставил на ноги. — Ты вообще жрёшь что-нибудь? Чего такой худой? — Мааам, не начинай! Иди сюда, Сладкий, — он потянулся, чтобы поправить волосы у лица. Руки Юнги опустились на талию Чимина. — Ну вот и всё, готов, давай, порви их всех! — А поцелуй на удачу? — Юнги шутливо поиграл бровями. — Божечки, ты ужасен в подкатах! Потренируйся сначала на кошках! Говорят, что ты тот ещё Казанова, но что-то мне слабо в это верится. Чимин выскользнул из объятий и начал собирать вещи. — Эти слухи, — Юнги стал серьёзным. — Когда-то давно, когда я только начинал, от славы мне снесло крышу, и я творил разную дичь. В том числе встречался с кем попало. Но я быстро понял, что это только разрушает, не приносит ни вдохновения, ни радости. Это всё давно в прошлом, но слухи до сих пор преследуют, журналисты придумывают всё новую грязь. — И что, скажешь, что блондинки у твоего дома не было? — Была, конечно. Это моя подруга детства, почти сестра. Естественно, я с ней не встречаюсь, у неё есть жених. Чимин остановился, оглядываясь на Юнги. — Охренеть! Я такого начитался, столько версий, а оказалось всё так просто? — Вроде того. Моя компания уже устала судиться со всеми подряд. — Сочувствую… В гримёрку заглянул Хосок. — Юнги, время. ***** — Привет, Чим! Как дела на работе? — Тэ, привет! Всё хорошо, а что? — Я имею в виду, как работается с Шугой. — Ну, нормально. С ним не скучно, он постоянно несёт какую-нибудь весёлую чушь, да и выступает он неплохо… — Ты смотрел его выступления? — Да. Мне разрешили… — Я не об этом. Ты не слушал его песни несколько лет, ты вообще в порядке сейчас? — Когда я был за кулисами первый раз, то меня немного накрыло, но уже всё хорошо! — Чимин-и… — Я знаю, Тэ, не начинай. Я в порядке. — Может быть, сходим к психиатру? Тебе снова нужны антидепрессанты? — Тэ! — Я просто переживаю за тебя! Не хочу, чтобы всё повторилось. — Тэ, я скажу тебе, если почувствую себя плохо. Пожалуйста, не волнуйся, ладно? Вздох. — Ладно. Но сразу звони, если что-то пойдёт не так! Как там моя красоточка? — Скучает по тебе, — "Мррррмяу!". — Приедешь в гости на выходных?