🙏🏻🥀😈Забытые законом🙏🏻🥀😈

Кэйа медленно, с опаской шел вперёд. Свет моргал, трудно было разглядеть, нет ли чего-то на дороге, поэтому Кэйа решил, что легче будет идти осторожно. Поворот в комнату, в которой по словам девушки лежал ее мишка, был уже через несколько метров. Шаг, следующий, ещё один, совсем немного осталось - Из темноты коридора с диким ревом выскочил полуголый человек в маске и с огромной скоростью побежал на Кэйю. Тот испуганно замер, но через секунду хотел было отступить назад, но, к сожалению, было уже поздно. Существо подскочило к нему, вдарив шокером по ляжке, закинуло себе на плечо и потащило в, слава богу, нужную Кэйэ комнату. Альберих орал, не сдерживаясь, потому что его смачно хуярили по всему телу: человек в маске с силой бил по ляжкам, иногда хлопал по жопе и херачил электрошоком под ребра. Вытащив бедного Кэйю на середину комнаты и бросив его на пол, человек отпрыгнул, но тут же над Кэйэй навис консьерж, наступая ему ногой на руку. - Вы ебланы? Вам с первого раза непонятно? Кэйа смотрел на него, весь трясясь от страха, и попытался как-то выбраться, но почувствовал лишь усиленное давление на руку и теперь ещё и на ногу. - Блять, дядя, ну пустите, - Кэйа зажмурился, когда к его грудной клетке прижали электрошокер. - Блять, поговори мне ещё тут. Витя!- рявкнул консьерж, поворачивая голову в сторону существа. - Тащи этого к его дружку, пусть пока здесь побудут. Существо, названное Витей, подскочило к лежащему на полу Кэйэ и потащило его в угол комнаты за решетку, прицепляя на одно запястье наручник и захлопывая дверцу клетки. Консьерж ухватился за цепь на шее "Вити" ,и они пошли к выходу из комнаты. Кэйа только сейчас заметил сидящего рядом с ним Дилюка, с которым он сейчас был скован одними наручниками. - Привет. - Мгм, - буркнул тот, отворачиваясь. Кэйа некоторое время ещё смотрел на него, но Дилюк продолжал молчать. Альберих тяжело выдохнул: - Ты не хочешь попробовать выбраться?.. - Тут клетка закрыта, больше ничего нет, нужно только ждать спасения. Кэйа, смотря на затылок Дилюка, хмыкнул. - Ну, я не против просто посидеть здесь с тобой. Не помню даже, когда мы в последний раз так делали. - Явно до того, как ты съебал из дома, оставив меня одного наедине со скорбью по отцу. - Дилюк, я... - Можешь не объясняться. Я слышал твои оправдания сто раз, ничего не изменилось. - ледяной тон Дилюка означал, что разговор окончен, и Кэйа потеряно уставился в пол. Снова давящая напряженная тишина. - Знаешь, - раздался через пару минут голос Кэйи. - Когда я сказал Крепусу о своей ориентации, он сначала прописал мне по ебалу, а потом сказал, что ненавидит. И что я ему никто. Дилюк молчал, не двигаясь. Кэйэ даже показалось, что он не дышит. - Мне пришлось год жить с осознанием того, что он меня ненавидит. Тот, кто забрал меня десятилетнего из детского дома и буквально спас, ненавидит меня всей душой. Он не вышвырнул меня на улицу только потому, что его уговорила Аделина. А сам я не ушел, потому что не хотел бросать тебя. Дилюк сидел весь напряжённый, уставившись в одну точку. Кэйа задрал голову, немного притягивая колени к груди. - И когда он умер, я почувствовал свободу. Я очень сожалею, что не поддержал тебя тогда. Я знаю, тебе было безумно тяжело, и я виноват в том, что не был с тобой рядом. Прости меня. И снова долгие две минуты молчания. Наконец Дилюк приподнял голову. - Почему ты не рассказал раньше? Я все это время думал, что тебе просто плевать на отца и на меня, и ты наконец смог уйти сразу после его смерти. - А вдруг ты бы осудил меня так же, как сделал это Крепус? - невесело усмехнулся Кэйа. - Теперь уже все равно, я знаю, что я тебе противен и так далее, но зато ты знаешь правду. Дилюк наконец повернул голову к Кэйэ. - Я бы не осудил. Но спасибо, что рассказал. Кэйа, все ещё чувствуя на себя взгляд алых глаз, повернулся и посмотрел на Дилюка. Он выглядел так, будто сожалел о всем том времени, когда ненавидел Кэйю за его отношение к смерти Крепуса . Кэйа ухмыльнулся. - Ага. Я рад, что мы поговорили. Хоть и в такой страной обстановке. Дилюк механически кивнул и отвернулся, снова упираясь взглядом в клетку. А Кэйа не мог отвести от него глаз. Бабочки в животе вдруг запорхали со страшной силой, нехило испугав Кэйю. Ну нельзя же вытворить какую-то хуйню сейчас, он только все испортит. Нет, нельзя, нельзя и нельзя, Дилюк явно не оценит его действий. Если Кэйа испортит этот душевный диалог, то никогда себе этого не простит. Но прежде чем Кэйа успел сделать или сказать хоть что-нибудь, в комнату с громкими "блять" ворвался Итто, подбегая к клетке и судорожно открывая замок на двери ключами. - Вы живые?- Итто с глазами блюдцами распахнул дверцу, хватая наручники и открывая их тоже. - Бежим бежим бежим, нас сейчас шокерами ебнут, давайте! Дилюк выскочил мигом, Кэйа быстро вылез следом. Закричала сирена, свет снова начал мигать. Итто ухватил Кэйю и Дилюка за руки и потянул к коридору, ускоряясь и слыша дикий рев и топот за собой. На последней секунде они влетели в комнатку слепой девушки. Джинн радостно бросилась обнимать Дилюка: - Фух, с тобой все в порядке, слава богу- Она замолчала и печально свела бровки, когда Дилюк слегка раздраженно выпутался из ее объятий и, смягчившись, осторожно положил ей руку на плечо. - Все нормально. Тарталья в этот момент ловко выхватил Кэйю из небольшой толпы собравшихся около него и расспрашивающих о том, что произошло. - Ты как? - Мы поговорили с Дилюком, - прошептал Кэйа, улыбаясь. - Ты ему признался?- округлил глаза Тарталья. - Нет, что ты. Просто рассказал, как всё было на самом деле с его отцом. И он сказал, что он бы не осудил меня. - Так это же отлично! - Чайлд радостно прижал Кэйю к себе за плечи и встряхнул. - Да, да, - продолжал улыбаться Кэйа, . - Пусти, тортик, задушишь. - Задушит тебя этот полуголый сексуальный мужик на цепи, а у меня лишь дружеские объятия. Кэйа коротко засмеялся, с интересом осмотрев присутствующих в комнате. - А где Тома, Аято, Кадзуха и Мучача? Забрали что ли? - Да, сказали сходить на разведку, - Тарталья наконец отпустил друга. - Слепая девочка смешная, попросила нас рассказать ей секретики. - Вы долго ещё болтать будете? - слепая девушка заглянула своими мертвыми глазами в лица Кэйи и Тартальи. - Сейчас дядя придет, вам точно не будет весело. Откройте шкаф, кто-нибудь. Люмин с опаской потянула за ручку дверцы, и та распахнулась, представляя ребятам длинный темный проход. *** - Блять, может уже вернёмся? - Скарамучча, недовольно оглядываясь, замыкал маленькую очередь. - Если можно было бы, уже сто раз бы вернулись. - Аято мягко потряс Тому, стоящего впереди, за плечо. - Ну что там? - Дверь не открывается, - хныкнул Тома. - Заклинила, ну или так надо. Свет моргнул несколько раз, от чего Скарамучча вздрогнул. - Ебучки, заперли нас здесь, и сейчас пугать будут- - Да-да, Скарика сейчас будут специально напугают, выключится свет и его скушают, - Тома, повеселев, быстро сел на корточки и схватил Скарамуччу за лодыжки. - Вот так вот схватят за ноги и перегрызут сухожилия- - Тома, фу, прекращай, - Кадзуха сморщил нос и принялся вглядываться в темноту. - Нет, мне нравится нервировать Скарамуччу, - Тома зловеще улыбнулся и, встав ровно, несколько раз тыкнул плечи, руки и тело Скарамуччи. - Тебя первым съедят, ты самый аппетитный. - Аппетитный?- вмиг изменившийся ледяной тон Аято пронзил пространство. - Ну да, а что? Маленький вредный пиздюк, вполне аппетитно, - Тома, казалось, ничего не заметил и повернулся снова к двери. - Ясно, - Аято с каменным лицом развернулся к Кадзухе. - Как тебе идея идти искать другой выход? - Как ты меня заебал, - огрызнулся Скарамучча, хватая Кадзуху за край рукава. - Никуда он не пойдет, ты ахуел? Тома оглянулся. - Да, чего это вы собрались нас бросить? - Вам и вдвоем по-моему очень неплохо, сами справитесь. - Я Аято одного не брошу, - Кадзуха лишь пожал плечами. - Давайте с нами, все равно здесь ничего уже не откроем. - Да иди нахуй, предатель, - Скарамучча скрестил руки на груди и высокомерно посмотрел на Аято и Кадзуху. - Пойдем, - Аято хлопнул Кадзуху по плечу, кинув холодный взгляд на Тому, все ещё сосредоточенно изучавшего пространство рядом с дверью и ее саму. Аято и Кадзуха завернули за угол, проходя в другую комнату и оставляя Тому и Скарамуччу наедине с этой злосчастной дверью.