Охота под чужой луной

Судьба любит пошутить. Ты можешь родиться дворянином, человеком, чья фамилия открывает перед тобой любые двери: в ремесло, политику, армейскую службу, ты сможешь поступить в самые пристижные университеты, стать тем, кто будет вести за собой общество в светлое будущее. Необходимо лишь напомнить, кем являешься. Но если тебе не повезёт появиться на этот свет слабым и больным, то будь готов к тому, что ты все эти возможности потеряешь. Отныне ты изгой, позор собственной семьи, тот, кому рождаться и не следовало, ничтожество, убогий. Как бы ты не старался, как бы хорошо не учился, каким бы умным не был, все попытки заслужить родительское признание и их любовь, окажутся тщетными. Так уж заведено у ярнамской аристократии и простого люда, это обыкновенный порядок вещей, которому невозможно противостоять.

***

"Ярнам–необъятный город, раскинувший свои просторы на множество километров. Может показаться, что ему нету ни конца, ни края. Его величие безмерно, всего лишь один раз стоит увидеть Ярнам, после чего никогда не получится забыть этот город, с каждой минутой всё больше чарующий своими видами. Известный на весь свет своей медициной, Ярнам дарит больным надежду, они приезжают сюда, город и кровь опьяняют их, эти несчастные не осознают, что тоже угодили в этот капкан. Ярнам-дитя кошмара, воплощение эмоционального и морального упадка всего человечества, место развлечения неких величественных сущностей. Зеркало, показывающее истинное лицо людской сути. Но несмотря на это, Ярнам–это место, где рождаются сильные, принципиальные и уверенные люди, готовые идти на встречу любым испытаниям. Да, этот путь сложен, долог, тернист, ужасающий, полный разнообразными тайнами, невероятен. Не каждому дано дойти до конца, кто-то оступился и заблудился на половине пути, сходя с ума. Другие погибли, не успев толком встать на тропу. Иные повстречали более сильного противника. Если кто-то и доходит до финала, то уже слабо походит на себя предыдущего. Ярнам-это город, где грань между чудовищем и человеком полностью размыта. Это место способно сломать всех, не беря во внимание ни ваше происхождение, ни личностные качества. Даже я, в чьих жилах течёт великая и благородная кровь, в итоге пал под гнётом лишений. Ярнам отнял у меня всё. А теперь лишь выжидает, желая прибрать и меня к себе. Но я сам волен делать выбор, когда мне уходить. Иначе не имею я права носить имя своего рода. Я–Эдвард Джейкоб Чейз. Это мои последние слова порождению кошмара и человеческого порока. Я не собираюсь участвовать в этой игре." За столом сидел мужчина средних лет, имевший густые, волнистые волосы средней длины, они были тёмные, словно скованное тучами ночное небо. Недельная щетина немного портила вид красивого, бледного лица. Одет был Эдвард в простую на вид, но всё же дорогую одежду, сочетавшую в себе два цвета: чёрный и белый. Помимо глаз, блестящих чистейшим, благородным серебром, лишь маленькое, слабое пламя свечи из-за всех сил боролось с царящей в комнате темнотой. Отложив перо, аристократ кинул короткий и полный решимости взгляд на стоящий неподалёку кубок. Наполненный отравленным вином. В глазах больше не осталось ничего от прежней гордости. Навсегда затух огонёк уверенности, превосходства и врождённого величия. Вместо них отныне горечь, боль и ненависти к самому себе, пожирающие душу живьём, словно чудовища, терзающие свою добычу. Эдвард прекрасно помнил все свои ошибки, что не получится уже исправить. Все упущенные возможности, которые уже никогда не сможет наверстать. Из-за собственных печали и гнева он потерял семью, которая уже окончательно ушла из его жизни. Да, Эдвард всё ещё оставался одним из самых богатых и влиятельных людей Ярнама, великолепным художником, членом уважаемого и могущественного дворянского рода, лучшим стрелком во всём городе. Но какой от всего этого толк. Он бы без раздумий отказался от всего этого, лишь бы снова увидеть жену и сыновей. И похоже, он знает как этого достичь. Затушив свечку, позволяя тьме полностью завладеть всем помещением. Старший Чейз без капли сомнений взял в руки бокал. Приятный аромат изысканного вина тут же ударил в ноздри, лаская нюх. Выдохнув, дворянин проговорил: -Нет мне прощения за всё сотворённое…-Мужчина осушил кубок за один глоток, ожидая начала действия яда. Резкая, пронзающая, но такая ожидаемая боль в сердце не заставила себя долго ждать. Не устояв на сильно ослабших ногах, Чейз рухнул на пол, схватившись рукой за грудь, словно пытаясь задержать бегущую из раны кровь. Аристократу становилось всё тяжелее дышать, как будто рёбра всё сильнее сдавливали лёгкие. Постепенно холод сковывал тело, веки закрывались сами собой, а жизнь в глазах неспешно угасала, как и боль. -…Чарльз..Винсент…Мэри….-с огромным трудом произнёс свои последние слова умирающий Эдвард, прежде чем уснуть навечно.

***

Сон–возможно единственный спокойный уголок, в котором охотники смогут перевести дух, отдохнуть, хоть и не надолго, но всё-же забыть о кошмаре в Ярнаме, что не желает утихать. Помимо того, охотники могут здесь улучшить свои навыки, полностью отдаться тренировкам, под надзором сильнейшего на данный момент охотника–Германа. Пронизанный усталостью, меланхоличный, мудрый взор старика, наблюдал за пожаром, охватившим крышу мастерской. При этом иногда поглядывая в сторону многочисленных надгробий. Разум Первого Охотника охватила неестественная для него злоба. Тёмно-карие глаза налились кровью, кулаки сами собой сжимались до хруста костяшек, ногти впивались в бледную, огрубевшую , морщинистую кожу. Тяжело выдохнув, охотник взял себя в руки. Он знал, что Присутствие следит за ним, постоянно Герман ощущал на себе слежку. Старик не видел его, даже будучи озарённым. Великий полностью контролировал это место, держал оружейника в этой тюрьме. Герман ненавидел Присутствие луны, винил себя в том, что дал заточить себя в этой клетке, подписав себя на вечное заточение. Оно слышит его, оно его видит, оно всегда следит. Этот факт невероятно злил старого охотника. Герман не мог понять, в чём здесь заключается выгода для Присутствия. Но готов был поспорить, существу это нравилось. Он даже мог почувствовать, что оно насмехается над ним. Оно довольно собой. Если бы он мог, то восстал против Великого, хотя бы попытавшись отстоять свою свободу. Но как бы Герман не старался, все его усилия были тщетны, существо не выйдет на поединок. Но если это и произойдёт,то ничего не получится, он не одолеет настолько сильного противника. Молодые годы Германа давно позади, сейчас он слабый, дряхлый старик, что не способен даже подняться с собственного кресла, если Великий не решит вернуть охотнику былую мощь. Откинув ненависть, Первый Охотник, обратил свой взор на стоящую неподалёку Куклу, что отвечала своему создателю покорным, холодным и бесчувственным взглядом искусственных, но всё-таки живых серо-зелёных глаз. Твёрдым голосом Первый охотник проговорил: -Передай ему, что я ожидаю его в саду.-После чего отвернулся и направился ко входу в горящую мастерскую. Совершенно не опасаясь пламени. Герман понимал, что на все слова его творение послушно кивнёт, не промолвив ни единого слова. Герман в очередной раз погрузился в омут своих мыслей и воспоминаний. В памяти всплывали все охотники, которых ему только приходилось обучать, всех тех, кого он освободил от вечной неволи. Все они были искусными, мастерами своего дела. Сразившие бесчисленные орды чудовищ, выжигали последствия эпидемии. Но в этот раз, пора и Герману присоединиться к охоте. И вот, последний на данный момент ученик Германа не заставил себя долго ждать, вернувшись в своё убежище, помогавшее ему отвлечься от кошмаров и жестокости, царивших на мёртвых улочках Ярнама и его окрестностях. Помимо запаха гари и вида горящей мастерской, он уловил ещё существенные отличия. Охотник более не чувствовал былого умиротворения, а наоборот, небывалую угрозу. Как будто нечто решало так заявить о своём присутствии. Настолько чужеродное, но и не менее родное. Одет был Добрый охотник в обыкновенное охотничье одеяние. Верхняя одежда представляла из себя слегка потёртый серый фрак. Дополнительной защитой служил тёмный кожаный жилет, под которым можно заметить белую рубашку. Светло-коричневый шарф плотно закрывал шею. Штанины всё таких же серых брюк были заправлены в высокие сапоги, защищающие голени гравированными металлическими пластинами, точно такие же были и на перчатках. Традиционная защита, ставшая таким же символом охотничьего дела, как и многим известные пилы. На поясе охотника красовались золотистые, покрытые узорчатой гравировкой ножны, обмотанные узелком красной ткани, в которых покоилось верное оружие Доброго охотника–Чикаге. Противоположно от меча находилась кобура с пистолетом, именуемым Эвелиной. Лицо закрывала стандартная тканевая маска, а голову прикрывала не менее обыкновенная охотничья шляпа. Из под которой выглядывали короткие, пепельные волосы. Единственный здоровый и целый глаз–правый, имел холодный, серо-голубой цвет. Через левый же проходил длинный, ужасный, глубокий шрам тёмно-мясного оттенка, рассекающий бровь. Повреждённое глазное яблоко скрывала чёрная повязка, лямки которой затаились в густых волосах. Мужчина неспешным шагом подошёл к Кукле, его походка оказалась мягкой, грациозной, он гордо держал осанку. Тот посмотрел Кукле прямиком в искусственные, безжизненные глаза. Взгляд седого был тяжёлый. Острый, словно блестящее лезвие меча. Порой обжигающий, будто вечная и суровая стужа. -Эта ночь и сон закончатся. Герман ждет тебя у подножия великого древа.-передала она волю своего создателя, на что Добрый охотник молча кивнул, направляясь в сторону некогда закрытой калитки. Пока ещё не догадываясь что у кое-кого имеются свои планы на Сон, а также и на Доброго охотника.

***

У подножия великого древа можно было услышать лишь лязг лезвия о лезвие и шум выстрелов. Между Германом и учеником разгорелась дуэль. Тот отказался от избавления. От пробуждения, желая навечно остаться узником ночи и кошмара. Хоть сам Добрый охотник и сам до конца не понимал, зачем обнажил Чикаге, вступив в этот бой, но он был уверен в том, что именно так и нужно поступить, так он сможет положить этому конец, по-настоящему увидеть рассвет, выведя себя и других из цикла бесконечного кровопролития, прекратить страдания умирающего города. Излечиться от ран, что терзают повреждённый, травмированный рассудок. А может, навечно останется узником ночи, до тех пор, пока безумие полностью не завладеет им, давя тяжёлым грузом запретных тайн. Лишь так он сможет сбросить оковы бренного предназначения. Хоть и никогда больше не сможет сойти с охотничьей тропы, пробуя себе дальнейшую дорогу, охотник всегда остаётся таковым. Герман же догадывался, что такой расклад ожидал их в итоге. Даже если его ученик и пробудится, потеряв все связанные со сном воспоминания, но изменит ли это хоть что-то? Первый Охотник не тешил себя ложными надеждами, прекрасно осознавая, что охотник всегда остаётся охотником, независимо от обстоятельств, это ремесло невозможно откинуть в ящик и позабыть. Ступив раз на эту дорогу, иных путей уже не будет. Выдержит ли Добрый охотник все тяготы своего бремени, не сломавшись под гнётом безумия, а может падёт, став тем, что поклялся уничтожить, если ещё не стал. Но несмотря на всё, такой расклад всё равно будет намного лучше, нежели пробыть в вечном рабстве у Присутствия. Герман никому не позволит совершить собственную ошибку, никто больше не станет узником этой ловушки, Великий не посмеет насмехаться над другими охотниками. Именно такое решение принял Первый Охотник, старик уже даже не может вспомнить то, когда именно ему в голову пришла эта мысль. Это было очень давно–единственное, в чём оружейник может быть полностью уверен. Герман много лет назад потерял надежду на освобождение, бросил все попытки, ведь это бесполезно. Но ещё не нашлось ни одного охотника, сумевшего одолеть старого мастера охотничьего дела.

***

Первые секунды Герман отказывался принимать действительность. Но обильно кровоточащая рана заставила его поверить в истину. Ученик превзошёл учителя. Герман проиграл, уступив место искуснейшего охотника. Хриплый смешок вырвался из уст старика, уголки тонких губ растягивались в ухмылке. "Уж слишком я постарел"-Усмехнулся он. В последний раз взглянув на своего ученика и на покачивающиеся на ветру белоснежные цветы, что постепенно окрашивались в алый, старик с облегчением проговорил, сохраняя на лице ухмылку: -Ночь и сон были долгими..-Силы окончательно покинули Германа, как только он рухнул на мягкую землю, лепестки цветов принялись нежно гладить и щекотать морщинистую кожу. Боль постепенно отступала, холод окутывал всё тело, словно свежее, снежное покрывало. Глаза Первого Охотника закрывались сами собой, но он не стал противиться, добровольно шёл в долгожданные, нежные, морозные объятия смерти, что наконец-то даруют ему свободу. Что будет ждать Германа дальше? Таким вопросом он не задавался, ему сейчас на это всё равно. Пора пробудиться. Сны не могут длиться вечно. Веки Первого Охотника окончательно закрылись. Стряхнув с меча свою кровь, Добрый охотник поклонился, в качестве знака благодарности и уважения. Но опускать оружие в ножны ещё рано. Обернувшись, он устремил взор ввысь, зрению охотника открылся вид на гротескное, величавое существо, истинный виновник торжества, настоящий хозяин этого кошмара. Воплощение ужаса и звериной сущности людского рода. Миндалевидная голова с множеством отростков-щупалец, была направлена на ярнамита. Тонкое тело, пробитое собственными позвонками и рёбрами, с разорванной грудиной, медленно опускалось на землю. Седой не мог оторвать взгляда от существа, словно околдованный, тот продолжал наблюдать. Как бы это не звучало, но отвратительная натура Великих завораживала, поражала, заставляла разум трепетать, а душу склоняться перед их великолепием и могуществом. Они восхитительны, какими и должны быть божества. Но Добрый охотник был уверен в том, что благими намерениями существо не руководствуется. Как только конечности Великого оказались на белоснежной поверхности, вдавливая цветы в землю, Добрый охотник начал сильнее сжимать рукоять меча, опустив клинок в ножны. Он встал в стойку, будучи готовым в любой момент позволить оружию "вкусить" кровь своего владельца.

***

У него получилось. Ещё один Голиаф пал в битве с Давидом. Присутствие луны, издав последний вой, рухнуло на землю, распадаясь на мелкие частички. Не успев ощутить хоть какие-то эмоции от своей победы, Добрый охотник рухнул на землю, перед этим осознав факт того, что в Сон вторгся посторонний. Одному существу крайне невыгодно вознесение охотника.

***

Он и представить не мог, сколько времени пролежал без сознания. Но складывалось ощущение, что успело минуть несколько столетий, знаменуя конец привычной эпохи. Тело отказывалось слушаться, как будто душу выкинули из него, бросив дрейфовать в бесконечном море далёких звёзд. Последнее что он помнит–бой с Присутствием луны, в котором одержал победу, а дальше ничего. Раскрыв потяжелевшие веки, охотник почувствовал под собой мягкую землю. Он лежал на свежей, бархатной траве, словно в тёплой постели. На мгновение ему показалось, что всё ещё во Сне. Заставив работать ослабшие и затёкшие мышцы, седой всё-таки смог принять сидячее положение, что позволяло ему лучше осмотреть ближайшую местность. Он находился на одинокой поляне, окружённой плотной, изумрудной стеной кустарников и деревьев. Над головой мирно плыли облака причудливых форм, периодически закрывающие собой яркое солнце. Не веря своему зрению, он оглядывался по сторонам, пытаясь отыскать хоть какие-то намёки на нереальность происходящего. Убедившись в том, что он не спит, мужчина поднялся на ноги. И первое, что он почувствовал–это некую…пустоту…? Да, пустоту, как будто оборвал с чем-то еле заметную связь. Может, не очень значительную, но оставившую на одноглазом свой след. Проверив своё снаряжение, голубоглазый надёжнее закрепил ножны Чикаге на поясе, после чего поднялся с земли. Дальше предстоял тяжёлый выбор: в каком именно направлении стоит идти. Вариантов немало, а риск заплутать очень высок, а ориентироваться в лесу молодой человек вообще не умел. После некоторого времени размышлений, он решил пойти прямо. Положившись на удачу. Так он и поступил, сжав пальцы на рукояти меча, Добрый охотник бодро зашагал по выбранному маршруту. Постоянно осматривая окрестности и прислушиваясь к каждому шороху, дуновению ветерка и далёким трелям птиц. Осторожность никогда не бывает лишней. Но вполне логичный в нынешней ситуации вопрос никак не выходил из головы ярнамита: где он прямо сейчас находится? Фонаря рядом он не заметил, к тому же он не помнит, чтобы покидал Сон охотника после убийства Великого. Может, он пробудился? Нет, этот вариант тоже отпадает. Герман же промолвился, что после пробуждения дворянин позабудет о Сне, хотя это предположение всё же имело право на жизнь. Что же произошло? Вряд ли он получит ответ в ближайшее время. Но поразмыслить над этим всё равно следовало бы. Похоже на то, что он сейчас далеко от Ярнама, наверное даже очень далеко. Интуиция так и кричала одноглазому, что здесь всё не так просто, как может показаться на первый взгляд. Всё выглядит вполне естественно и не должно вызывать подозрений, но что-то было не так. Всё окружение: деревья, трава, цветы, кустарники, пение пернатых обитателей, даже воздух и солнечные лучи–всё ему казалось здесь чужим, словно в основе всего этого лежало совсем не то, что привык наблюдать Добрый охотник. Но в тоже время неизвестность и чуждость этого места пробуждали в седом дух первооткрывателя и авантюризма. Чем дальше он продвигался, тем сильнее в нём разгоралось пламя интереса, он был готов весь этот лес разом обойти, с каждым шагом даль манила всё больше, казалось что за плотной зелёной стеной его ожидает нечто новое, неизвестное, невиданное доселе. -Может, я всё же пробудился…-Сам того не подозревая, мужчина проговорил в слух свои мысли. Иного объяснения происходящему так найти и не удалось, если это так, то почему он по-прежнему всё помнит. Как будто некая третья сторона вмешалась в темп работы привычного порядка вещей. И каким же будет этот рассвет? Сейчас остаётся лишь гадать, поднят ли занавес нового кошмара или последняя строка нескончаемого рассказа уже позади. Это ещё предстоит узнать, ведь голубоглазый сильно сомневался, что его так просто отпустят, тут определённо есть подвох, что ещё выстрелит в будущем. Сейчас одному лишь Идону известно будущее. Ненадолго задумавшись, седовласый слегка отвлёкся от происходящего вокруг. Но шум тяжёлых, приближающихся шагов быстро вывел разум охотника из раздумий. Судя по всему, существо уже близко, прямо за спиной. Грозный рык являлся тому несокрушимым доказательством. Добрый охотник быстро среагировал, резким движением руки выхватывая пистолет из кобуры, он обернулся в сторону чудовища, рефлекторно нажав на курок. Обработав информацию, охотник немало удивился, вопросительно хмыкнув. На него неслась довольно крупная тварь, похожая на волка. Чёрная, словно сотканная из мрака шерсть, была покрыта в некоторых местах костяными наростами, формирующие собой подобие брони, яркие, светящиеся красные глаза, пронизанные первобытной, животной яростью, на которую человек никогда не будет способен. Чудовище с диким оскалом неслось на охотника до тех пор, пока в плоть не впилась ртутная пуля, причиняющая монстру невероятную боль. Настолько сильную, как будто в тело неизвестного существа вонзили раскалённый до красна штырь. Ртуть жгла с невиданной силой, даже ярнамским чудовищам пули не наносили такой ущерб. Издав вопль, существо рухнуло на землю, так и не добежав до своей цели. Молниеносно обнажив Чикаге, ярнамит вонзил кончик лезвия прямиком в шею монстра, бритвенно-острый клинок без каких-либо проблем прорезал плоть, словно раскалённый нож масло, нечто застонало, пытаясь из-за всех бороться за свою жизнь. Оно дёргалось, пыталось вырваться, причиняя себе лишь большие страдания. Но одна странная деталь не могла остаться незамеченной. Рана не кровоточит. Как только существо перестало двигаться и обмякло, Добрый охотник извлёк абсолютно чистый меч. Да и отголосков крови он не получил. -Интересно…-Тихо проговорил одноглазый, решив повнимательней рассмотреть тело убитого чудовища. Он никогда не слышал о чём-то подобном, ни одного упоминания в книгах, от Германа или от предыдущего учителя. С такими тварями он сталкивается впервые. Это значит, что в ему необходимо быть предельно осторожным и внимательным, если встретиться с местными чудовищами в следующий раз. Ведь ему ничего неизвестно о них: физические возможности, наличие иных видов, одиночки они или действуют в группе, к чему уязвимы, сколько их всего и откуда они берутся–всё это на данный момент остаётся загадкой. Единственное, что удалось узнать–это о большой уязвимости к ртутным пулям. Только ещё неясно, сама ртуть вызывает у чудовищ настолько болезненные ощущения. Или виной тому служит кровь, являющаяся частью состава пули. Помимо этого Добрый охотник был уверен в том, что ни Чума зверя, ни Великие, ни Церковь исцеления здесь не имеют к происходящему никакого отношения. Эти существа больше походят на творения злых колдунов, сбежавших со страниц сказок и фантастических романов. Не успел седой толком рассмотреть тело, как оно тут же начало распадаться на чёрную дымку, частички которой постепенно растворялись в воздухе, совсем скоро от монстра не осталось ни следа. -Становится всё интереснее…-Успел лишь проговорить Добрый охотник перед тем, как до его ушей донёсся множественный топот. Считая примерное время, за сколько к нему подойдут, тот сделал утешительный вывод: подготовиться и перезарядить Эвелину успеет. Не может же быть всё настолько легко. Незваные гости не заставили себя долго ждать. Перед ярнамитом из кустов выскочили три волкоподобных существа. В их действиях не наблюдалось абсолютно никакой стратегии, поэтому они все вместе ринулись на охотника, желая задавить его числом. Мужчина лишь спрятал оружие обратно в ножны, крепко их сжав, желая подпустить чудовищ поближе, тот стоял на месте. Вторая рука покоилась на рукояти Чикаге. Как только раздался довольно громкий хлюпающий звук, седой, словно стрелой полетел вперёд. Оказавшись достаточно близко, одноглазый резко и молниеносно высвобождает покрытый слоем крови клинок, вспоров тем самым монстру брюхо. Не обращая внимания на его предсмертный, полный злобы рык, Добрый охотник ловко увернулся от атакующего сзади монстра, оставив его позади, после чего отправил ему в догонку пулю, угодившую прямиком в плечо. Свидетельством чего стал болезненный вопль. Пока подстреленный ещё не опомнился, мужчина ринулся на третьего противника, пытаясь спровоцировать огромного волка на ошибку, что у него получилось. Нечто побежало ему навстречу, в самый последний момент, когда лапа чудовища практически настигла мужчину, он резко уходит влево, совершая за счёт инерции весьма рискованный удар с разворота, лишая тем самым монстра верхней конечности. И пока волк не отошёл от шока, Добрый охотник выполняет проверенное временем и опытом действие. А именно втыкает катану противнику в бок по самую гарду, после того, как существо упало на колени, ярнамит выдёргивает лезвие и засаживает его в шею чудовища, после чего моментально высвобождает меч из плоти, причиняя врагу ещё больший ущерб. Остался последний. Отойдя от жуткой боли последний волк, переполненный яростью побежал в сторону пепельноволосого, намереваясь по полной на нём отыграться. Устав от глупости и предсказуемости внезапных и неизвестных противников, Добрый охотник не стал ожидать, когда нечто добежит до него, да и Чикаге лучше долго не держать в альтернативной форме. Поэтому мужчина решает прервать путь незнакомой твари, выстрелив ей в колено, разумеется попав прямо в цель. От новой волны страданий, лапы существа подкосились, после чего тёмная туша на инерции проехалась по земле, прямо к ногам ярнамита. Дальнейшие действия не заставили себя долго ждать. Мечник, ударив ногой по спине чудовища, надавливал всё сильнее, пресекая все попытки волка подняться с земли. После такого унижения последовал молниеносный удар кончика меча по шейным позвонкам, что под напором сильных рук охотника просто не выдержали и треснули надвое, открывая Чикаге путь дальше, также не встречая никаких преград до тех пор, пока монстр не перестал брыкаться и издавать хоть какие-то звуки. Бездыханное тело тут же начало растворяться, как и остальные особи. Стряхнув с Чикаге собственную кровь, одноглазый поспешил возобновить своё небольшое путешествие, не желая наткнуться на ещё одну стаю подобных волков. Нет, он в своих силах и возможностях полностью уверен, просто не хотел задерживать себя частыми битвами и почём зря портить и без того не особо прочный меч, что от этого сражения хоть и совершенно не пострадал. Излечившись при помощи целебной крови, находившийся в небольших пузырьках, седой принялся раздумывать над ситуацией, в которой он очутится. Первым делом решив сделать выводы о недавнем поединке с местной фауной. Голубоглазый был даже слегка разочарован, местные чудовища ни в какое сравнение не идут с порождениями Чумы зверя. Уж слишком они оказались глупыми, самоуверенными, а с какой легкостью их действия можно было прочитать. Они постоянно подставлялись под удар, позволяя противнику захватить превосходство в бою. Единственное на что способны местные агрессивные обитатели–это задавить числом. Но Ярнамит, несмотря на всё увиденное не спешил ставить на здешних монстрах клеймо. Пока ещё слишком много неизвестно. Всё ещё открыт вопрос со снаряжением: как в нынешних реалиях чинить оружие и пополнять запас боеприпасов. Всеми необходимыми навыками охотник владеет, но без нужных инструментов и верстака он бессилен. А создавать патроны из своей крови одноглазый ещё не собирался, пузырьков с кровью осталось уже не так много. Да и риск от подобного лечения уж слишком высок, каждый использованный пузырёк неумолимо приближал пепельноволосого к безумию, постепенно ослабляя путы скованного внутри зверя. Поэтому, они остаются на самый крайний случай. Всю дальнейшую часть дороги Добрый охотник был сосредоточен настолько, насколько это только может быть возможным. Он шёл осторожно, почти крадясь, вслушиваясь в каждый звук, взгляд бегал по сторонам, стараясь отыскать что-либо враждебное. Ладонь всё время находилась возле рукоятки меча. Готовый в любую секунду вступить в бой, ярнамит был предельно спокоен и сконцентрирован, не позволяя эмоциям обрести свободу. Чтобы не упустить даже самую незначительную деталь. Всё было спокойно, ничего не указывает на хоть какую-то опасность. Как будто вся природа застыла в одном моменте, желая поиздеваться над слишком осторожным охотником. Седовласый не имел представления о том, сколько времени прошло с начала пути, по ощущениям не особо много, но постепенно удаляющиеся в сторону горизонта солнце ясно давало понять, что прошло несколько часов. Воин и не заметил, насколько сильно увлёклся дорогой. И за всё это время он не повстречал ни одного противника, даже малейшего намёка на присутствие хоть чего-то. Весьма непривычно, стоит отметить. И вот, наконец! Судьба решила наградить Доброго охотника за его любопытство и упорство. Пройденные мили не оказались напрасными, заметно редеющие ряды деревей и окончательно исчезнувшие заросли кустарников являлись подлинным доказательством того факта, что мечник отыскал выход. Настало время сделать шаг навстречу чарующей неизвестности, приподнять завесу тайну. Возможно, открывая для пытливого ума новые вопросы. Яркий, ослепляющий солнечный свет беспощадно бил в лицо. Прикрыв целый глаз ладонью, воин начал привыкать к местному, наверное, уж слишком приветливому солнцу. Как только зрение мечника перестало испытывать дискомфорт, пепельноволосый вышел к краю высокого холма, с которого открывался вид на множество ближайших миль. Тонкие брови охотника изумлённо изогнулись. Перед ним раскинулись десятки, если не сотни километров чередующихся друг с другом лесов и редких равнин, посреди которых, будто бы в полный разнобой были раскиданы поселения, казавшиеся отсюда небольшими точками. Самое же необычное находилось вдалеке. Взор ярнамита улавливал очертания полностью незнакомого города, способного околдовать своей необычностью и непривычностью. Добрый охотник был уверен, что ни в одной книге не встретил хотя бы примерного описания того, на что сейчас падал его удивлённый взор. Город, возможно, куда меньше Ярнама, но являющийся олицетворением таких слов, как: красота и великолепие. Но всё же нашлось то, что могло затмить всё увиденное ранее. Башня, стоящая словно пронзающий облака маяк, блестящий ярче путеводных звёзд. Более величественного и прекрасного торжества архитектурный мысли, скорее всего, больше нигде не сыскать. Воин просто не мог поверить своему глазу, всё происходящее казалось очередным причудливым, но до безумия приятным сном, из которого никогда не захочется уходить. Привычная для мечника безэмоциональность тут же дала трещину, словно сгнившее дерево поддающиеся течению времени. Лишь маска на лице не позволяла челюсти седого окончательно отвиснуть. Добрый охотник так и продолжал стоять безмолвной статуей, словно находясь под действием злых чар. Сейчас одноглазому воителю ничего не способно помешать, ни орды чудовищ, ни лесной пожар, ни вышедший с мужчиной на связь Идон. Может, бесформенный Великий решил так вознаградить седовласого за все те испытания, которые тот преодолел, за те двенадцатилетние муки. Судьба наконец-то даровала пепельному охотнику свободу, избавляя верного раба ночи от её оков. –Даже если это сон, то я не хочу пробуждаться…-Сорвались с уст мысли Доброго охотника.