we are at one with you

У Хана вещей много, комнаты в общей квартире всего две - в одной младшие, во второй Чанбин с Чаном. Джисон отказывается спать в морозильнике, к Чанбину у него в целом отношение двоякое, но выбора особо нет. Так что приходится смириться. В первую ссору этих двоих Со в лоб прилетает кружкой, пол покрывается инеем. Джисон поскальзывается и зарабатывает новый синяк. Чан вздыхает, а Феликс носится с аптечкой. Но Хан оказывается первым, кто быстрее всех находит общий язык с Хенджином (кроме Феликса конечно) и латает его порезы и ранки на пару с Ли. В доме с уборкой больше не возникает проблем - все вещи с пола просто перемещаются в ящики, корзинки и по местам. Ребята от восторга хлопают и тянут Джисона в общее гнездо. Чан заказывает самую большую кровать, которую находит в интернет-магазине. У него все ещё сны о смертях, которые невозможно предотвратить и Чонин растрепанной мягкостью под боком ночью. Утром - пробежка, потом студия с Чанбином вместе. Дома - непривычный хаос и летающие по воздуху тарелки с съестным, которое магическим образом исчезает за пухлыми щеками. Чан все ещё чувствует каждого из парней по отдельности, но теперь больше как одно целое. Чонин учится справляться с кошмарами, и спасать зверей на практике в колледже. К декабрю дети выздоравливают и Феликс сияет буквально внутренним светом. От него тепло физически, так что дома уютно и уходить не хочется. Чанбин экспериментирует с заморозкой - пока что продуктов, но парни и этому радуются. Вечером Хан рассматривает новые порезы на пальцах Хвана и хмурится задумчиво. -Что за тупая способность такая? - почти плачет Хенджин, - У вас у всех что-то полезное, а у меня хуй пойми что. Феликс утешающе гладит по плечу. -Может ты неправильно применяешь силу? - наконец выпуская из ладоней чужие пальцы произносит Джисон, все замолкают, - Ну вроде как.. у меня в детстве все взрывалось, а не летало. Беру в руки вещь, а она бум и вдребезги. Это я потом научился потихоньку. Хенджин задумчиво жует губы. -Что это может быть на самом деле? Хан жмёт плечами. -Может регенерация, а может наоборот - ты можешь резать что-то без помощи предметов. -Я не хочу ничего и никого резать, - в ужасе шепчет Хван. -Не хочешь, так не режь, - будто это на самом деле так просто. Чан среди ночи просыпается с бешено колотящимся сердцем. Снова чувствует. Не парней рядом, что тихо сопят и похрапывают, а что-то извне. Сон липкий и непонятный. Синие волосы, девушка. Чёрный ободок с ушками - снова девчонка. Чёрный костюм и галстук-бабочка - парень. Пирсинг в носу, тату дракона на шее - снова парень. Щелк, щёлк, щелк. Шёлковая рубашка и дырявые кеды. Острый взгляд из-под зелёных прядей челки. Золотое ожерелье на смуглой коже. Крик и снова крик, почти оглушающий. Картинка не состыковывается, Чан падает и снова поднимается. Чонин заглядывает в глаза. Зрачок старшего, поглотивший радужку отражает свет фонарей, из-за неплотно прикрытых штор. Бан стонет, тянется к чужим рукам и умирает на секунду. Нет, то что во сне ещё живет. Кто-то. Сердце бьется наконец размеренно. Чонин все ещё вглядывается в глаза. -Что ты видел? - шепотом по скулам. Чан дышит. Внутри кажется что-то рвётся. -Кого-то. Это немного… не так. Не то. Все время разное. Ободок, рубашка, дракон, пирсинг, зелёное, синее. Я ничего не могу понять. Не собрать воедино. Младший вдруг жмётся губами к губам. Чан трескается. Тянет парня ближе, крадет чужое тепло. Язык мокро проходит по трещинкам, ласкает, успокаивает. Бан вдруг понимает, что Чонин целоваться не умеет. Осознание бьет наотмашь. Он замедляется, мягко зарывается в чужие волосы. Аромат клубники снова забивается в самое нутро. Ян горячий и отзывчивый. Подчиняется, старается повторить движения более опытных губ и размыкает зубы. Чан - по нёбу, и влажно по юркому языку, Чонин почти стонет. Вибрация отдаётся в десны. -Блять, мы же здесь спим, а вы лижетесь. Гоните что ли, - хрипло и возмущённо Ханово. Чан спасительно сползает в темноту и тепло рук. -Как его зовут? Пахнет ромашкой и смущением. Щеки старшего бордовые, у Чонина на оттенок светлее. На кухне тесно, и морозно. Чанбин опять намудрил с экспериментами. -Я даже не уверен что это кто-то один, -наконец берет себя в руки Чан, - Это как калейдоскоп детский - много всего и ничего конкретного. Джисон болтает ногами, забравшись привычно повыше. Звенят ложки и кружки. -Но этот кто-то все ещё жив? -Да, пока да. Тишина нарушается шуршанием упаковки печенья и бормотанием. -Тебе нужно узнать хотя бы имя, - напирает Хан. Чан рычит. Как будто он сам не догадывается. -И не лизаться больше с Нини в одной кровати с нами, - добивает. Чонин стонет в стол. Чан матерится. Имя приходит в следующую же ночь. Их с Яном выселяют в бывшую комнату младших, несмотря на все протесты. И они просто засыпают, ещё и на разных концах кровати. Чану вообще-то холодно и одиноко. Джисону хочется дать по шее. Ли Минхо. Взрывается в сознании, будто бомба упала. И все ещё образы. Бесконечная круговерть из стеклышек разных личностей. Мозаика все ещё не собирается, Чана тошнит от этой карусели. Чонин обнимает, накрывая вторым одеялом. Утром у них бурная деятельность - младшие пускают в постель и извиняются. На этот раз проще и сложнее одновременно. Джисон зарывается в интернет с энтузиазмом сыщика, остальные не отстают. -Как найти человека, если не знаешь как он выглядит? - стонет беспомощно Хенджин через час поисков. Чан усиленно думает. Мозг плавится. -Я видел девушек, это точно. Но имя мужское, да и парней я тоже видел, - соскребает воспоминания с черепной коробки, - Зелёные пряди, тату дракона на шее, шелковые рубашки и золотое что-то, типа ожерелья. -Пиздец ты помогаешь конечно, - бурчит Джисон, - В интернете есть описание метаморфов - они меняют внешность, организм подстраивается вроде. Может поэтому он постоянно разный? Чан задумчиво кивает. Вот только как найти настоящего? -Возраст примерно одинаковый у всех видений, - подкидывает Чонин. Устроился удобнее всех - сверху на спине старшего и подбородком в волосы. Хенджин что-то чиркает в блокноте, потом демонстрирует Чану. Тот качает головой и в рисунок пальцем. -Слишком толстая цепочка. Там типа кулончика, со звездочкой маленькой. Ещё застежка почему-то сбоку, а не как нормально. Хван кивает и берётся за ластик. Рисует он неплохо кстати, а Бан вдруг обращает внимание, что на пальцах друга больше нет царапин. На вторую попытку довольно кивает. -Да, и блестит скорее не как камень, а как стеклышко. Чонин привычно ойкает. Все заваливаются ближе, чуть не похоронив старшего под тяжестью тел. Еле продышался. Парень на фото - ничего знакомого. Волосы рыжие, толстовка, и никакого дракона. Зато на шее - подвеска точь в точь с рисунка. Из сна блестит звёздочка гранями. -Какой красивый, - шепчет Джисон.