Залечи мои раны.

      Месяц спустя.       Жить в доме гейш не так уж и плохо, как казалось на первый взгляд. За этот месяц, что его обучали мама и старшие сестры, Ши Мэй успел получить не только соответствующие навыки и знания, но и настоящую новую семью, а вместе с ней — заботу, комфорт и уют. Каждый день они устраивают посиделки за чашечкой листового чая, рассказывают увлекательные истории, смеются; вечерами майко с Аякой и Кокоми сплетничают, подобно лучшим подружкам, тихо хихикая, но тут же получая нагоняй от Нин Гуан, как только та слышала посторонние звуки, и заставляла их ложиться спать раньше положенного. В общем, не жизнь, а сказка. Даже его дурной характер успел измениться на спокойный и более милый. Или это всего лишь фальшивый образ?       К счастью, мальчишке не приходилось обслуживать постояльцев в постели, только приятная компания и разговоры по душам — персональная гейша Казухи как-никак, который, кстати, целый месяц так и не зашел проверить свою жертву ни разу. Очень странно. Но юноше же лучше, по крайней мере для морального состояния, но вовсе не для цели.       Куникудзуши сидит у небольшого фонтана возле окия «Ваншен», не так давно вернувшись с цветочного поля, где собирал растения для украшения домика на сегодняшний вечерний приём гостей, и кормит пшеном птичек, рассыпая зерно рядом на каменную плитку, да оставляет немного зерен у себя в ладони, приманивая прилетевшего белоснежного голубя себе на руку.       Казуха, который наконец-то решил дать о себе знать, засмотрелся на эту очаровательную картину, да и сам мальчишка выглядел просто обворожительно: длинные тёмно-фиолетовые волосы по бокам были заплетены в две опрятные косички, скрепленные лавандового цвета лентой сзади; легкое по ткани, но длинное до пола ханьфу, в нежнейших белоснежных тонах: белый подъюбник, тонкая талия обрамлена фиолетовым широким поясом и такого же лавандового цвета полупрозрачная длинная рубашка поверх всех одеяний; лицо мальчика украшала прекрасная и искренняя улыбка, на секунду заставляя сердце главы «Якудза» пропустить пару ударов. Отогнав ненужные мысли, мужчина подошел к гейше, разгоняя всех голубей и обращая внимание юноши на себя. — Здравствуйте, господин, — Райден тут же опускает голову вниз и кланяется в полуприсяде. — Ух, ты, какой за месяц ты стал миленький, мой дорогой Ши Мэй, — Каэдэхара приподнимает лицо младшего за подбородок, заглядывая в синеву его глаз, и усмехается, приподняв один уголок губ, — Я и не ждал худшего от моих девочек, они всегда хорошо выполняют свою работу. Правда, я скучаю по маленькому вредному принцу, который любит хамить. — За то время, что я нахожусь в окия «Ваншен», я многое осознал и многому научился, спасибо за Вашу доброту, господин, — темноволосый слабо улыбается и прикрывает глаза, спокойно уводя свое лицо от чужих прикосновений, — Ну, и заодно, пошёл к черту, мудак, — Ши Мэй мило улыбнулся, забирая с бортика фонтана свою корзинку с цветами и, грубо боднув плечом главу мафии, ушел, возвращаясь в дом гейш.       Казуха пару секунд пребывает в шоке, а после его губы расплываются в ухмылке, поворачиваясь и прослеживая взглядом удаляющуюся все дальше фигуру, проведя языком по нижней губе и тут же прикусывая. Как же он ему чертовски нравится. Поразмыслив о чем-то ещё немного, идет следом по той же тропинке, желая увидеться с Нин Гуан.

***

— Ши Мэй, подойди, пожалуйста, — подзывает юношу к себе женщина. — Да, мама? Для меня есть какое-то задание? — мальчик тут же отрывается от создания икебаны¹ и послушно подходит к Нин Гуан, складывая руки в широкие рукава своего ханьфу. — Так точно, милый. Думаю, ты уже достаточно всё усвоил, чтобы от теории обучения перейти к практике. Господин Каэдэхара сегодня ночью желает тебя видеть у себя в покоях, поэтому не забудь хорошенько подготовиться, понял? К восьми вечера ты должен быть уже у него, — серьёзно глядит на майко владелица дома, а тот произносит тихое: «вот козел», на что женщина удивляется и хмурит брови, — Что ты сказал? — А... Да... Ничего, Вам послышалось! — нервно замахал руками у себя перед лицом, — Все понял, буду готов. — Я попрошу, чтобы Кокоми и Аяка подготовили тебя к ночи как следует. Свободен, — Нин Гуан бросает на него косой взгляд и уходит по своим делам, оставляя былого принца наедине со своими мыслями. Это его шанс. Сегодня ночью он должен убить Казуху. Нужно придумать стратегию.

***

— Закрой глаза, не шевелись, — говорит Кокоми, слегка высовывая язык и старательно подкрашивая глаза юноши, красными тенями подчеркивая нижнее веко, а черными рисуя небольшие стрелки в уголке и ставя чёрные точки под глазами, как маленький узор, далее переходя на губы. — Может, не стоит ярко красным ему губы красить? Ши Мэй все-таки мальчик... — произносит Аяка, смотря в зеркало, стоя позади парня и расчесывая его мягкие шелковистые волосы. — Тогда бледно-розовый? — смотрит на девушку Сангономия, показывая другой цвет карандаша, на что получает одобрительный кивок, а Куникудзуши тяжело вздыхает. Он слишком волнуется, ведь ему придётся сегодня ублажать не кого-то, а главу «Якудза». Это его первый половой акт и с человеком, которого ненавидит, — Готово! Мэй-Мэй, как тебе? — Ам... Неплохо? Наверное... Я не знаю. — Выглядишь восхитительно, Каэдэхара-сан просто не сможет устоять! - смеётся Аяка, поправляя небольшой пучок из волос сзади, вставляя пару красивых шпилек и надевая на младшего брата налобное золотое украшение. — Да уж... — очередной вздох и Райден встает со своего места, отряхивая от невидимой пыли легкое, шелковое, небесно-голубого цвета ханьфу и направляется к выходу, — Спасибо за помощь, мои онэсан. Надеюсь, я вернусь живым, — произнес он и скрылся за дверьми комнаты блондинки, где его, собственно, и наряжали. — Удачи! — в один голос произнесли девушки и повернулись друг к другу, немного непонимающе хлопая глазами. Что ещё за «надеюсь, вернусь живым»? Они также одновременно пожали плечами. — Верим, что все у братика пройдёт хорошо, — говорит Кокоми и плавно одной рукой обвивает талию Камисато, прижимая ее ближе к себе с лёгкой улыбкой. — Да, — кивает Аяка и улыбается в ответ, укладывая нежно ладонь на ее щеку, и целует Сангономию в губы неторопливо, слегка причмокивая. Та отвечает на поцелуй настойчивее, прижимая девушку поясницей к краю туалетного столика, и медленно приподнимает длинную юбку голубовласой, забираясь ладонями под ее одежду, кончиками пальцев проводя по нежной коже ножек, вызывая мурашки по телу. — Как думаешь, мы успеем до начала мероприятия? — с хитрой улыбкой шепчет в губы Аяки блондинка и мягко сжимает упругие ягодицы сестры, вновь припадая к устам напротив с поцелуем. — Ах, если поторопимся, то — да, — томно шепчет в ответ и слегка отталкивает девушку от себя, далее начиная подталкивать ее спиной к кровати, параллельно снимая одежду Кокоми, сбрасывая части традиционного костюма по пути.