Будущее — неизвестность

Воспоминания – это тягучий мёд: сладкий и дурманящий своим ароматом, но в тоже время слишком сахаристый, чтобы «принять» его весь.

Этот весенний день был одним из самых тёплых за последние несколько недель. Солнце грело своими тёплыми лучиками землю. Зелёные, сочные листья блестели под этими лучами, слегка колыхаясь на ветру. Нежный аромат цветущих персиковых яблоневых деревьев разносился по округе, опьяняя. Аллен возвращался домой после занятий по игре на фортепиано. Неа настоял на том, что мальчик должен уметь разбираться в музыкальных стилях и хорошей музыке, а также играть на каком-либо инструменте. Эта (навязчивая, на взгляд Аллена) идея появилась в основном из-за того, что Четырнадцатый сам очень любил музыку, а игра на фортепиано стала его частым занятием. В принципе, мальчик не имел ничего против, можно сказать ему даже нравились эти занятия, удручало лишь то, что его просто порой заставляли туда ходить. Мальчик вздохнул, а потом наполнил свои лёгкие тёплым и сладким воздухом. Он шёл по мощеной дорожке парка. Ветер запутался в его серебряных волосах, с которых тут же спала завязанная ранее красная шёлковая ленточка. Она алой нитью опустилась плавными движениями на серый камень. Казалось, в этот момент время немного замедлило свой ход. Юноша лениво покосился на лежащую ткань, и устало прикрыл глаза, наслаждаясь этим небывалым чувством спокойствия. На Аллене сегодня была надета белоснежная рубашка, воротник которой слегка колыхался от ветра, а поверх неё был надет красивый строгий пиджак с элегантными запонками. Чёрные брюки и тёмные блестящие туфли окончательно дополняли его образ, так что нельзя было верить, что этот мальчик когда-то был выброшен на улицу, словно сломанная игрушка, ненужная вещь. Аллен не любил ворошить воспоминания прошлого, ведь сейчас он жил вполне счастливо. У него есть дом, куда мальчик может всегда вернуться, любящий и дорогой ему человек, вещи, которыми он увлекается, которыми дрожит. Внезапно ветер подул сильнее и ударил мальчика в спину. Он раскрыл глаза и увидел идущего к нему на встречу Неа. На лице мальчика отразилось удивление. Он конечно знал, что Четырнадцатый может забеспокоиться, ведь Аллен довольно сильно припозднился, но не ожидал, что тот пойдёт его встречать. Фигура молодого человека, облачённая в плащ цвета «кофе с молоком», стремительно приближалась к опешившему мальчику. Аллен стоял, замерев и даже, кажется, задержал дыхание, ожидая того, что же сейчас произойдёт. Неа подошёл к Аллену и, слегка нагнувшись к нему, сказал: - Где можно столько ходить? Ты должен был вернуться два часа назад, - лицо Неа выражало лёгкое недовольство. - Прости, я задержался, - виновато опустив голову и, смотря исподлобья, проговорил мальчик. Неа вздохнул и прикрыл глаза, а потом слегка улыбнулся и потрепал Аллена по голове, зарываясь пальцами в копну пушистых волос. - Пойдём домой, Аллен. - Хорошо, - сказал, улыбаясь самой счастливой улыбкой мальчик. Не так уж и много нужно ребёнку в 13 лет, особенно, если рядом есть заботливый человек, который всегда тебя поддержит. Неа взял у Аллена сумку с нотами и легонько подтолкнул мальчика вперёд. Ветер по-прежнему заплетался в волосах юноши, разбрасывая их серебряными нитями по чёрной ткани. В воздухе витал всё тот же аромат цветущих деревьев, а красная ленточка одиноко осталась лежать на сером камне. Неожиданно, даже для самого себя, Аллен проснулся с чётким осознанием увиденного и чувством теплящейся надежды. В памяти кадрами всплывали моменты прошлого, а на глазах наворачивались слёзы. С трудом можно было поверить, что это действительно была его жизнь. Это было первое самое чёткое воспоминание, в котором он смог разглядеть себя, счастливого себя. Аллен сел в кровати и схватился руками за голову. Сердце выбивало ритм аллегро, перехватывало дыхание. Сознание никак не могло решить, что для него все эти воспоминания. Может ещё одна ступенька на пути к отчаянию? А может долгожданный лучик надежды? Трудно было сказать, но по телу стало растекаться чувство спокойствия смешанного с приятным теплом. По щекам потекли слёзы, но грустно не было. Просто хотелось плакать. Просто сидеть и плакать, не обращая внимания больше ни на что. Было спокойно. Даже ветер, который ещё недавно завывал за окном, сейчас будто бы напевал колыбельную. И дождь больше не бил по крыше, он стих. Аллен успокоился, вытер проступившие капли и, собравшись с мыслями, с серьёзным взглядом посмотрел в зеркало. Из зеркальной поверхности на мальчика смотрела тень Четырнадцатого. Тот был как-то заметно грустен. У Аллена даже что-то как будто бы ёкнуло внутри, неприятно кольнуло. В комнате сейчас было относительно светло. Через полуоткрытые окна лил белый свет луны, вышедшей из-за туч, и желтовато-оранжевых фонарей, которые иногда неприятно мигали. - Ты знаешь, что мне снилось? – спросил Аллен, а его снова стала одолевать грусть. На лице отразилась боль и одиночество. Четырнадцатый лишь понимающе кивнул. Оба сейчас находились под действием довольно схожих чувств: это были и ностальгия, и горечь, но в тоже время приятное тепло, которое едва уловимым осадком оседало в душе. Аллен по-прежнему прокручивал в голове кадры воспоминаний. Он пытался найти в них что-то, но что не знал. Ему казалось, что в этом сне он смог уловить не только свои чувства, но и всю полноту чувств Четырнадцатого. Его эмоции и желания, его радость и грусть, любовь и заботу. Теперь этот Ной не казался таким далёким, как раньше, а наоборот был каким-то родным и близким. Аллен по-прежнему не мог понять многих вещей относительно Четырнадцатого, но он чётко осознавал, что пусть и немного, но их отношения изменились теперь. Мальчик больше не сможет воспринимать Неа как раньше. Его пугала действительность. Он вспомнит больше, и невиданные доселе ему чувства станут вырываться наружу, одолевать его. Узнать прошлое – сейчас это казалось наказанием, но в тоже время неким благословением. Наконец, он сможет найти ответы на свои вопросы. Однако, что же ждёт его в будущем? Каково оно? Что готовит день грядущий?