Шахматный порядок

«Ежедневный пророк», 15 июля 2021 г.

Министерство магии подтверждает, что вчера был арестован Гаррет Гринграсс - сотрудник Отдела Тайн. , гаррет Гринграсс был членом совета, ответственного за расследование исчезновения «Лондонской Пятёрки». Председатель отдела по сохранению статута секретности Констанс Пикеринг заявила, что Гринграсс подозревают к причастности к коварной организации Тёмных волшебников.

Ежедневный пророк, 17 июля 2021 г.

Дело Гаретта Гринграсса набирает обороты.

Три дня спустя после ареста Гаретта Гринграсса мы можем подвести первые итоги, Как вы помните, мистер Гринграсс был сотрудником Отдела тайн. Аврорат, как сообщила Констанс Пикеринг, подозревает его в том, что ещё в 2015 г. он украл внешность Кенсингтона Миллботтома и принял образ "Эдварда Скотта". После этого Гринграсс жил двойной жизнью, будучи одновременно Гаретом и "Эдвардом", когда это было необходимо. "Эдвард" присоединился к Департаменту международного магического сотрудничества, став ведущим отдела связей.

Гаретт присоединился к совету, который курировал расследование исчезновения Пенелопы, жены Грима Фоули, и четырех других людей, известных как «Лондонская пятерка». Он пообещал Гриму Фоули, что сделает все, что в его силах, чтобы найти Пенелопу, и что не пожалеет никаких средств. Однако совет отменил расследование до того, как ее нашли, и порекомендовал Гриму Фоули взять отгул на работе, чтобы выздороветь и позаботиться о детях.Грим Фоули был недоволен "Эдвардом Скотом" и подозревал, что он был вовлечен в неудавшееся расследование "Лондонской пятерки". Однако Гарет на самом деле стоял за разочарованием Пенелопы, поскольку он наложил на неё заклинание. - оставаться запертой внутри портрета в ее кабинете в министерстве.

Гарет встретился в неформальной обстановке с Следователем по бедствиям, работающим в Оперативной группе по Статуту секретности, и предоставил им документированный список из 700 случаев заклинаний, наложенных в гневе, включая заклинание Бедствия Грима Фаули. Позже он взял того же Следователя по бедствиям посмотреть, как магглы играют в регби на Уэмбли. Хотя следователь был сбит с толку видом спорта, Гарет помог им лучше оценить явную жестокость зрелища, расширив их представление о спортивном мышлении.

«Позже Гаррет Гринграсс отправился в Непал, чтобы вернуть Найденное, открыв в процессе новую мощную ментальную технику. Он показал эту технику тому же Исследователю Каламити, который обнаружил, что эта техника сразу же помогла им лучше использовать свое Очарование Следа».

Примерно в январе 2021 года двоцниеиГарета "Эдвард Скот" получил известие от Министерства магии Франции о крупном нарушении Международного статута о секретности волшебства. Магловский репортер, Брайс Бадо, задокументировал деятельность Calamity и опубликовал свои выводы. Он даже успешно сфотографировал местного агента Оперативной группы по статуту секретности в процессе возвращения найденных вещей, в результате чего немагические новости начали сообщать о серии разоблачений. "Эдвард" служил во Всемирном центре бедствия и уведомил команду управления бедствием и местную оперативную группу SOS, чтобы они помогли французскому министерству магии.

Но как же министерство вышло на след этой акулы? Констанс Пикеринг не делает секрета. «Мы подозревали, что Гринграсс был членом «несмрившхся» + организации, подозреваемой в организации, вызвавшей Бедствие. Министр Гермиона Грейнджер подсыпала Гринграссу Сыворотку Правды, заставив его сказать, что он был в замешан в этой группе. Его взяли под стражу.

- А ведь у меня есть доказательство невиновности мистера Гринграсса, - Альбус отложил газету на маленький журнальный столик. Мистер и миссис Нотт с лёгким удивлением посмотрели на него. Эрик глубоко вздохнул. - Я ведь был там в лесу со Штирнером… в ту ночь, - быстро сказал Альбус. - Штирнер сказал, что Лондонская пятерка сама поехала в Египет искать какое-то проклятие фараона. Оно их и лишило рассудка. - Он так и сказал, Ал? - В голосе миссис Нотт прозвучали нотки надежды. - Любопытно, - Теодор Нотт протер очки. - Странно, что они не подтерли вам память, Альбус. - Нас всех погрузили в сон в запретном лесу. Специальным сонным облаком, - ответил Поттер. - Ага… Так я и думал. Они погружали вас в сон, чтобы подчистить память, кому следует. - Но тебя же не тронуло? - спросил Эрик. - Понимаешь…. Я… Я поспал перед этим, - сказал Ал. - То – есть? - не понял Эрик. - Я аппарировал к какому-то ручью, - вспомнил Альбус. - И там задремал. - Тогда понятно, - кивнул мистер Нотт. - Если он спал до этого, облако забвения уже не действует, - пояснил мистер Нотт сыну. - Воспоминания ушли глубоко в его мозг, и достать их оттуда почти невозможно. - Это могло бы нам помочь… - вздохнула миссис Нотт. - Не думаю, - отрезал ее муж. - Мой юный друг, знаете, кто вы теперь? - бросил он взгляд на Альбуса. - Нежелательный свидетель. - Мне следует молчать? - отозвался Альбус. - Не просто молчать, а постараться убедить их, что вы не помните ничего о той встрече в лесу. Вы помните много ненужного. Включая Макгонагалл. - А если…., - начала было миссис Нотт, но ее муж покачал головой. - Не поможет. Все равно никто не поверит. - Мы можеи дать анонимную статью о событиях той ночи. - Не поможет. Это только выдать мистера Поттера. Они тоже не идиоты. Дверь открылась, и в гостиную вошла эльфийка Энки, принесу на подносе яблочный бисквит и четыре чашки кофе. Затем аккуратно расставила их перед хозяевами и гостем. - Хм… а Рону Уизли память так и не восстановил… – с интересом заметил мистер Нотт, листая газету. Ад так и не понял, заинтересовало ли его это известие на самом деле или он просто хотел переменить тему. - Мне кажется, они бы это сделали, если бы реально озаботились, - Альбус взял кусочек бисквита. - Совершено верно, - отозвался отец Эрика. - Им просто нужна жертвенная пешка. Всегда можно сослаться – "А мы память Рона восстанавливаем". "А мы за милосердие". - Я вспомнил ещё кое-что, - заметил Альбус. - Ещё до нападение Штирнера некоторые ребята в лабиринте лежали без чувств. - Значит, они применяли сонные чары несколько раз, только и всего, - отозвался мистер Нотт. - Видимо, эти ребята видели нечто нежелательное. - А зачем? - спросил Эрик отца. - Видимо, эти ученики видели что-то нежелательное, - отозвался мистер Нотт. - И я не поучусь, что их примерили люди Штирнера. Да, не поручусь. - А что они могли видеть? - спросил Эрик. - Например, кто снял защиту для проникновения Штирнера, - ответил Ал. - Браво, мистер Поттер! - Кивнул отец Эрика. - Возможная версия. - В общем, мои юные друзья, советую вам молчать о том, что вы видели той ночью. И никому об этом не рассказывать. Думают они, что стёрли вам память - прекрасно. Когда закончилось чаепитие и взрослые пошли по делам на второй этаж, Альбус приложил палец к губам и потащил Эрика в библиотеку. Его друг понятия не имел, зачем он тянет его, но не сопротивлялся, понимая, что дело, видимо, важное. Войдя в библиотеку. Ал махнул палочкой и перед ними приземлилась тонкая книга. - "Процесс века. Разгаданные загадки процесса над Пожирателями Смерти", - с интересом прочитал Эрик. - Ого... - пробормотал Нотт. - Что ого? Не "Ого", а Огого! - засмеялся Ал. - У тебя же дома лежит. Смотри лучше, что я нашел. - Министру Брустверу пришлось пойти на компромисс с влиятельными группами в министерстве и обществе и согласиться, что перед процессом предстанут только Пожиратели, виновные в тяжких преступлениях, - прочитал Эрик. - Было решено отделить особо виновных Пожирателей от тех, кто не совершал тяжких преступлений. - То есть... - Эрик посмотрел на книгу. - То есть, в список подсудимых можно было попасть, а можно не попасть, - спокойно кивнул Ал. - Если например заплатишь. - Думаешь, коррупция? - Ну, раз есть два списка, то вполне, - пожал плечами Ал. - Какие.... - Да смотри.... - кивнул Ал. "Только весной 2001 г. были выделены четыре группы подсудимых. Первая: Пожиратели, замешанные в тяжких преступлениях. Вторая: Пожиратели, не замеченные в тяжких преступлениях, но выполнявшие приказы. Третья: Пожиратели, находящиеся под воздействием "Imperio". Четвертая: сочувствувствующие режиму". "Только 7 июля 2001 г. Досудебная комиссия пришла к выводу исключить третью и четвертую группу из процесса. После этого процесс открылся 17 октября 2001 года". - То есть.... Там шли какие-то махинации? - спросил Эрик. - Да огромные, - спокойно отозвался его друг. - Толком ничего неизвестно о работе этой комиссии. Альбус снова задумался о Кэт. От ревности, сломя голову, он забыл обо всем на свете. Злость на Кэт понемногу проходила, уступая место усталости. Наверное, и другие девушки мало чем отличаются от Кэт. Для них на первом месте - фаллос и выносливость партнёра. Только и всего. Альбус вспомнил, как на плечах Криса пружинили длинные и стройные ноги Хелены. Немка была умницей и замечательной волшебницей, ходячей энциклопедией. Должно быть, она устала от умного и захотела поразвлечься. Должно быть, это было интересно и даже приятно. Но в мире есть куда более интересные и приятные вещи. «По крайней мере для Лорда Эйспера», - закончил он свой мысленный монолог. «Хелена даже поглупела, начав встречаться с этим гриффиндорким дурнем», - вспомнил он, как девушка зазывала их всех пройтись с компанией Ламберта. Забавно, что он сам с удовольствием бы вернул ту, прежнюю, Хелену осени и зимы, с которой было так интересно. .Но вернуть ее было невозможно; назад дороги не существовало. «Любовь - паление, Эйспер, - сказал он вдруг сам себе». От этой мысли ему вдруг стало спокойно, чего он не знал с ноября. Вот он строил планы, переживал, терял свои силы - и ради кого? Какой-то ехидной и мало что из себя предоставляющей девки. «Не много ли ей чести, Эйспер?» - снова спросил он себя.

***

Июль двадцать первого года выдался невероятно жарким. В середине месяца на деревьях уже стали появляться права желтые листья, а вскоре их желтоватый коврик лежал под кронами. В воздухе пахло жарой и приближавшися ранним концом лета. Даже тяжёлый пыльный воздух словно напоминал о Том, что день пошёл на убыль, хотя ещё долго стояла ярко синяя небесная лазурь. Двадцать второго июля пришли письма из Хогвартса. Альбус помимо списка учебников получил уведомление о Том, что он назначен старостой Слизерина. К письму прилагался блестящий значок с серой змееей, переливаешься на малахитовом фоне. В приписке сообщалось, что его напарницей будет Веста Грейвз. Альбус, щурясь, ещё раз перечитал сообщение. – Кто? – удивлённо спросил Эрик. – Наша тихоня? – Как видишь! - изумился Ал. Они снова сидели около лесного озёра, радуясь спавшей жаре. – Не Вики? Не Кэт? При всех её глупостях, у нее всё-таки были лидерские качества... – Староста в идеале должна быть авторитетом, – бросил Эрик, всё-таки ошеломлённый. – Как Ада с Реком. Грейвз же если позовешь так не дозовешься. Да и с тобой понятно, но тоже странно. Сколько раз они твердили, что ты темный маг? А теперь ты у них староста? - А звучит! Тёмный мог и дочь пожирателя, - засмеялся Ал. – Звучит громко, – улыбнулся Эрик. – Только вот в чью пользу? - Только…. Выходит, наш факультет теперь на особом контроле? - усмехнулся Ал. – Это неудивительно, – вздохнул Эрик. – Даром, что ли, Вэнс из министерства к нам в школу перебралась? Не удивлюсь, если и Макгонагалл вызвали и пропесочили "за все хорошее". - А что там за история с отцом Грейвз? - спросил Ал. – Темное дело, – махнул рукой Эрик. – Я и сам толком ничего не знаю. – Кстати, что здесь такого? У кого из наших родственники не Пожиратели? У Адри? У Моники? У Дерека и Лоры? Неясно, Почему именно мать Грейвз так помнят. Не отец ведь, говорят, там воду мутит. Мать! - А отец, говорят, бежал из Азкабана, - нахмурился Эрик. - Или что-то вроде того. – Но кто не бежал? – повёл плечами Ал. - Да не так и много, - ответил Эрик. - Удрать не просто, хоть дементоры больше его не охраняют. – Посыл вроде понятен. "Мы итак проявили к вам милосердие", – с лёгкой усмешкой продекламировал Ал. – Будьте благодарны. А то... - А представь, - хмыкнул Альбус, - Маринище назначат старостой Гриффиндора. Баллы с тебя снимать будет… - Опять… - Эрик сокрушенно поднял глаза. – Не опять, а снова.... За хорошее поведение баллы может и добавлять..... Конечно – если ей дадут такую функцию. - Смотри вот.... Построит тебя Марина Гриффиндорская, - Альбус шуточно улыбнулся краешками губ. - Уизли пост старосты отдадут, - махнул рукой Эрик. - Ладно, я тут от Река письмо получил.... - Да я тоже. Наша помощь нужна, - заметил деловито Ал. - Можем прямо сейчас и заняться. - То – есть? - не понял Эрик. - Прямо здесь, в лесу? - Прямо здесь, - невозмутимо ответил Альбус. Затем достал из рюкзака небольшую металлическую и повертел ее в руках, глядя, как солнечные лучи играют на желтоватом железе. Потом, посмотрев на траву, что-то прошипел. Эрик догадывался, что сейчас произойдет, но решил взять себя в руки. Через несколько мгновений листья зашевелились и на руки его друга вползла темно-серая гадюка с узором. Ал что-то приговаривал, гладя ее словно кошку. Затем змея послушно подползла к чаше и открыла рот, обнажив два огромных клыка и мелкие зубы. Альбус поднес чашу к ее рту и положил палец ей на головку. - Знаешь, они уникальные животные, змеи. Царственные, - спокойно сказал другу Альбус. - Да я вижу, - Эрик держался напряженно. - На них, например, Imperio вообще не действует. Со змеями можно только договориться. Через несколько минут Ал взял гадюку в руки и погладил ее. Затем, открыв рюкзак и достал банку с оглушенными лягушками. Благодарная змая погладила его хвостом и радостно вгрызлась в добычу. - Так вот ты зачем их половил утром... - изумился Эрик. - А как же! Просишь у змейки услугу - изволь поблагодарить, - ответил Ал. - Кстати, ты знаешь, что слово змея это табуированное название? Изначальное название змеи было "василисса", принцесса. Потому-то царь змей - василиск. Через пару минут он снова позвал гадюкку - на этот раз черную и повторил процедуру. В конце концов черная лента тоже получила свою лягушку и с удовольствием поползла к валявшемуся неподалеку бревну. - А почему они кусаются? - спросил Эрик. - Потому что чувствуют в ребе угрозу, - пожал плечами Ал. - Если бы ты с ними гоаорил, ты бы сам удивился, насколько они Добрые и милые. – Я бы рад, – вздохнул Эрик. – Но для всех остальных Это язык без алфавита. - Кстати…. - Ал задумчиво посмотрел в окно. - А откуда у тетя такая книга? - ⁠Да отец купил, - бросил Эрик. - Мне лет шесть было, он их ловил буквально. – Тогда время было такое, что иногда выбрасывали редкие книжки, - отозвался Эрик. - Ну а году в тринадцатом гайки подзакрутили. – И всё это время просто наблюдали? - Мерлин знает. Там какой-то период послабления был, - прищурился его друг, словно что-то вспоминая. - Отец и закупал поскорее. – Мой отец говорил, Александрина Бэрк много крови попортила. Не тогда ли? - Не знаю. Об этом молчат. Эрик подошёл к окну. И посмотрел на дробные солнечные блики. - Знаешь, в детстве мне казалось, что мы живем в стране, где и проблем-то нет. Войны давно кончились всякие. Ну а потом…. - А ты обратил внимание, кто автор? - спросил Альбус. - Антуан Леже. - ⁠Француз? - ⁠Именнно. Книжка-то переводная! - А, может, наш француз? У нас ведь есть люди с французскими фамилиями, но давно англичане… - задумчиво сказал Эрик. - ⁠Не выйдет, - покачал головой Ал. - Он Антуан, а не Энтони, как у нас. – Тогда что получается? Французы пишут про нашу внутреннюю политику? – Выходит, свободно писать могут только иностранцы, - вздохнул Ал. – И дамы вроде Пикеринг не рвали с ними контракт? - Полуается, в какой-то момент наши зевали и пропускали такие книжки, - пожал плечами Ал. – Вариант: какой-то клан в министерстве боролся с другим. – Системе нужен враг, – закурил Эрик. - Ты же знаешь: у нас без клановых разборок никуда… - засмеялся Альбус. - ⁠Эрик открыл окно, и теплый воздух забежал в комнату, обдав ее июльским жаром.

***

Яркий летний луч играл на поляне, плавно переходящую в сосновый бор. Иглы сосен казались желтоватыми на фоне солнечной игры. Шишки уже начали поспевать, и Ал знал, какой аромат они дают после летнего дождя. А бедняга Гринграсс этого не увидит… удивительно, но человек начинает ценить жизненные пустяки, лишь когда их потеряет. Ал снова посмотрел в окно. Лето выдалось сухим, и лужи уже полностью высохли. Засыхала и грязь. В такие дни лужи и грязь казались сказкой, но достаточно всего одного дождя, чтобы она воскресла. И тогда уже засуха будет казаться чем-то невозможным. «Что есть, то есть, к чего нет, того нет», - вспомнил Ал вроде наивную ныне заповедь Парменида. Дерек Яксли не стал откладывать дело в долгий ящик, а приехал в гости на следущий день. Альбус обрадовался, заметив, как его взрослый друг легко выпрыгнул их камина и осмотрелся. Нотты, похожи, были заранее осведомлены о его приезде – эльфийка Брэкки быстро приняла у гостя дорожную сумку и навела глянец на ботинки. - Молодцы… ну и молодцы… - сказал он с легким восхищением, глядя на колбу со змеиным ядом. - Столько его не купишь и в Лютном переулке. - А знаешь, как его зовут Уизли? Дрян-аллея! - весело добавил Альбус. Дерек фыркнул. - Какой морализм! Дрян-аллея! Какие слова… - не удержался он от мирза. - Тогда, Уизли, вы там первые гости, - засмеялся Эрик. - Да я уж представил это гостевание. Поттер и Уизли пошли искать где бар! - ответил со смехом Дерек. - Уизли, кажись, не пойдёт. Он без памяти все ещё, - отозвался Альбус - Что это? - Дерек прищурился, глядя на книжный шкаф. - «Биографии героев войны»? - Ну да… - чуть замялся Нотт. - Отец купил для министерства. - Это как так? - Рек поднял тёмные брови. - А так. Придут, обыски делать, а в шкафу биографии героев. Оооо! - Не оооо, а Огого! - улыбнулся Алтбус. -Дерек не выдержал и рассмеялся. - Все это мертвечина, - заметил Рек - Их пишет, - выпустил он новое табачное облако, - группа служащих в отделе. – То- есть все эти биографии фальшивые? - Да по большей части, - устало заметил Рек. - Вот биография нашего нового министра Уизли. Выросла в семье маглов, пошла в Хогвартс, выучив наизусть все учебника. Ничего не бросилось в глаза? - Где она стольно галлеонов на книги взяла? - удивился Ал. – И как она училась в присутствии маглов? - А вообще, Уизли мне по душе, - затянулся Рек. - Для нас она отличный монстр, ребята, - подмигнул он. – Точно, – улыбнулся Эрик. – Она напасть, мы защищаемся. - Нет, не в этом дело. Вы знаете историю? В России в восемьдесят пятом году к власти пришёл новый правитель. В стране все было неплохо, но он захотел провести кучу реформ. Ну, скучно стало. И пошло-поехало, то Перестройка, то ускорение, то новое мышление. Вся история страны не такая и неправильная. Сегодня репрессии, завтра гласность… через шесть лет страна развалилась! – Слишком много хорошо это тоже плохо, – пожал плечами Эрик. – И народ просто устал. – Да не только! Он стал чушь городить, - Дерек закурил новую сигарету. - сначала сказал «мы за мир и разоружение», но прогнал всю старую гвардию. Привёл новых людей. Потом сказал: «Надо ускоряться». Потом вместо разоружения начал вооружение и зубы показывать. Потом сказал: все, что было до него, это неправильно. – Ну и кто его станет слушать? – поднял брови Ал. - Русские пишут, что в первые два гола народ его обожал. До этого у них каждый год умирали правители-старики. А тут пришёл молодой, яркий, за реформы. Все думали: будет примерно как сейчас, только намного лучше. – Как и у Грейнджер, – оживился Эрик. – Только хотел спросить: «Никого не напоминает?» - подмигнул Дерек. – Только всё это работает только первые месяцы и годы. Потом привыкнут, и начнется критика, – бросил Ал. - Он вроде ввёл неконтролируемую демократию? - спросил Эрик. - ⁠ Да если бы! Сначала этот министр начал борьбу с пьянством, потом с нетрудовыми доходами, потом с коррупцией, то пить репрессии. Потом сказал, что больницы и травмпункты плохие. Потом сказал, что все не так, и ввел демократию и гласность. – Эмоции всегда враг истины, – слегка улыбнулся Альбус. - Потом продажу сахара ограничил, потом талоны на товары ввёл. Через три года народ его ненавидел уже. А потом одурел и разделил свою же партию на платформы. - А это как? - спросил Эрик. - ⁠А так. Есть решение, но мы можешь быть на другой платформе и не признавать его. - Вот и Грейнджер пойдёт по пути этого министра, - сказал Ал. – Нам же лучше, – ответил Эрик - Кстати, он часами выступал перед народом и объяснял, что все хорошо. Вот это что? - спросил Рек. - ⁠Школьный пиджак, - не понял Эрик. - ⁠О! А в России тогда вдруг пропала школьная форма. Ни за какие деньги не купить. А министр говорит, что все правильно, все хорошо. – А что все же с Роном случилось? - с интересом спросил Ал, забавно вытянув шею. - С Уизли? А говорят... Его свои же и долбанули... - неожиданно серьезно сказал Рек - А, говорят, наши, - фыркнул Эрик. - Да какие там наши, - махнул рукой гость. - Помните, в мае писали в газетах про какой-то аукцион животных в Африке? Рональд Биллиус решил туда залезть зачем, то ли что-то стащить, то ли что-то ухватить ночью, то ли выдать себя за вольного торговца, а его и саданули. - И до сих пор в себя прийти не может? - удивился Эрик. - Гм.... - Рек отошел к книжному шкафу, а затем быстро наколдовал пепельницу в форме коричневого ботинка. - А может, - закурил он, - они и не хотят, чтобы у него восстановилась память? Мерлин знает, что он там помнит? - с удовольствием выпустил Рек дым. – И Грейнджер не хочет? – поднял брови Ал. – Кстати она не очень – то похожа на скорбящую вдову. - Мало ли, что он там знает или видел... - многозначительно заметил Рек. - Сейчас, - продолжал Рек, - не знаешь, где безопаснее: в камере, Мунго или на воле. – В камере хоть не трогает никто, – вздохнул Эрик. – Ещё и кормят бесплатно. И дементоров убрали. – Кстати, про камеру. А про дело Гринграсса ты тоже знаешь? – бросил Эрик. – Да, – тихо сказал Рек. – Но удивлен. – Чему там, – вздохнул Эрик. – Ей волю дай, всю страну пересажает. – Да на всю страну ей и камер не хватит, – тянул сигарету Рек. – Она хочет не этого. Она ждёт исчезновения каждой индивидуальности. Уравнять весь труд. Когда все станут только править и критиковать друг друга, но ничего не предпринимать. А что? Это же творческие поправки. Друзья помолчали. Затем Дерек прищурился и посмотрел в окно на летние солнечные блики. - А что с Гринграссом? - Эрик тоже не спеша закурил. - Ему ничего нельзя помочь? - Боюсь, что нет, - рассеянно вздохнул Яксли. - Я не говорю "нет" вообще, я говорю "сейчас нет". - Прямо совсем совсем никак? - вздохнул Нотт. - Ну, а как мы ему поможем? Организуем побег - так они репрессии могут начать. Даже с вас. - Что? Он уже виноват и в похищении Биллиуса? - фыркнул Ал. Эрик расхохотался. Несмотря на трудности, такое название ему, похоже, показалось очень веселым. - Может, останешься на ужин? - бросил Эрик. За ужином мистер и миссис Нотт подробно расспрашивали Дерека о его новой работе. Дерек охотно ответил, что сейчас он работает старшим менеджером в агентстве "Эльф-трубочист". По его словам, здесь можно было взять в аренду эльфа-домовика для того, чтобы он прочистил дымоход. Офис располагался в Лютном переулке, рядом с выходом в Косой переулок. - Сама Грейнджер? - уточнила миссис Нотт. - Нет, одна противная особа Айви Уоррингтон, - ответил Дерек, с удовольствием уплетая яичницу. - А кто она, эта Уоррингтон? - спросил Эрик. - ⁠Девмца из аппарата Пикеринг. Она ее продвигает, - фыркнул Дерек. - Я тоже что-то вспоминаю из детства… - задумчиво сказал Альбус. - Уоррингтоны. Сестры, кажется, были. - Точно так, - охотно отозвался Дерек. - История там темная и интересная. – А чем интересная? – спросил Эрик - Их было две сёстры: Вмнфред и Айви. Старшая и младшая. У них были отец магл и мать-волшебница, - начал Дерек. - Их было две близняшки - Винфред и Айла. Они поступали вместе с Кассандрой в восьмом году. С Айви проблем не было. А вот Винфред отец почему-то не хотел пускать в Хогвартс. – Неужели подозревали, что сквиб? – отпила чай миссис Нотт. - Не совсем. Отец боялся ее неконтролируемого выброса магии, - с интересом добавил Дерек. - Перед школой у них был конфликт. Винфред испаряла школьный чемодан Айви. . – Нормально, – в голоск Эрика мелькнуло удивление. - Айви очнулась, но напрочь забыла сестру. И приобрела удивительную способность исчезать. Она делала это, даже когда не собиралась. - От простого «Эванеско»? - удивился Альбус. - История темная, Ал, - подтвердил Дерек. - Но и «Эванеско» на людях используют очень редко. Никто не знает, как это влияет на психику. – А она... здорова? – чуть робко спросил Эрик. – Не уверен. - Дальше был знаменитый скандал. Первого сентября, - Дерек взглядом подвинул вазочку с клубничным джемом, - Айви пропала на церемонии сортировки. - А я помню этот скандал, - нахмурился мистер Нотт. - Хорошо помню. Эту девочку нашли в Выручай комнате. Айви заблудилась, когда бродила по замку в поисках чего-то, что не могла вспомнить. Она была уверена, что за ней следят, и в конце концов появилась дверь в Выручай комнату. В школе ввели комендантский час. Ее наши ребята из Райвенкло. Затем допросили мисс Кассандру Воул. - А Кассандру за что? - спросил Эрик. - Макгонагаллл на церемонии распределив сказала, что в школе прячется опасный упырь. По дорога в свой колледж мисс Влад шутила, что Айвм утащил упырь. Ее сразу допросили; что, мол, ей известно об этом. – Впечатление, что с Айви намерено раздувают скандал, – раздумчиво ответил Альбус. – "Вот как мы стоим за горе павших и милосердных". - И ничего не нашли? - насторожилась миссис Нотт. - Увы - никого, дорогая, - ответил ее муж. - Гм… Винфред стала лучшей подругой нашей Кассандры, а Айви пошла в Аврорат. В аппарат Пикеринг, - заметил Дерек. - Кстати, это же в их времена было дело NOTME? - сверкнул очками мистер Нотт. - Помню я это дельце, ох как помню! - Так с него все и началось! - улыбнулся Дерек. - Айви была ещё не Третьем курсе, когда на неё положили глаз в Аврорате. - А что это за дело? - спросил Ал. - Я тоже что-то такое о нем помню. - А! Это Ночной орден фокусов и магических выставок. Он был основан учениками школы во главе с некой Эллиот Эверс, - охотно пояснил мистер Нотт. - Они демонстрировали магию в общественных местах, кажется чуть ли не при маглах. Сначала на них не обращали внимание. Но в две тысячи десятом году министерство обвинило их в травле маглов. - Тем более, что весной одиннадцатого года была вторая осада Хогвартса, - добавил Дерек. - Напали дементоры. Министерство обвинило в этом NOTME и после сражения арестовали пятерых его членов. - Конец битве положил мистер Поттер, - Алу показалось, что в словах мистера Нотта мелькнула нотка ехидства. - Он вызвал патронус света, положивший конец битве. - А причём тут эта организация? - спросил Эрик. - Дементоры мотались по стране уже сами. - А! С этого все и началось. Пять членов общества стояли рядом. Их и посадили, - вздохнул Дерек. - А причём тут Айви…. - спросил было Эрик, но Яксли предотвратил его вопрос. - Она якобы оказала какие-то услуги Аврорату. Они и взяли ее в в оборот. - Шантаж или Империо. И пойдет как миленькая, если хочет жить спокойно, - вздохнула миссис Нотт. - Дорогая, есть версия, что саму эту организацию и создало министерство как штатных провокаторов. А потом надуло их в последнюю минуту, - горько вздохнул мистер Нотт. - Министерство само создаёт Новых Пожирателей? - спросил Ал. - Точнее, псевдопожирателей, - кивнул хозяин дома. - В те годы, или друзья, подобные организации росли как грибы. Они позволяли развязать террор, обвинив в этом бывших Пожирателей. Или и того лучше: убрать их руками неугодного чиновника. - Например, Бруствера? - спросил Ал. Дерек и миссис Нотт переглянулись. - А почему бы и нет? - спокойно ответил мистер Нотт. - Что мы знаем об убийстве Бруствера? Его убил маньяк - недобитый Пожиратель и погиб сам. Его никто даже не допрашивал. - Говорят, среди чудовище, напавших тогда на школу был и Василис, - заметил Дерек. - ⁠Василиск? - изумился Ал, - Разве его не одолел мой отец? - ⁠хм… Одного Василиска - да, - заметил мистер Нотт. - Но ведь это был не единственный Василиск! - Так василиски сущем ведь до сих пор? - изумился Ал. - ⁠Возможно. В конце девятнадцатого века был целый скандал с заводчиком василисков в Уэльсе. Тогда министерство не разрешило ему торговать такими опасными зверями. - Так был василиск? - спросил Эрик. - ⁠Этого точно никто не знает, - вздохнул Яксли. - Одни говорят, что был, другие, что не был. Министерство тогда крепко подтирало память. Альбус задумался. Это было слишком невероятно, что василиск может быть еще где-то жив, но вместе с тем он чувствовал неясное возбуждение. Какая-то новая мысль рождалась в его голове. Перед глазами плыли неясные своды какого-то помещения, где мелькали некие подобия змеиных статуй. Ему казалось, будто он бывал здесь, хотя где и когда, точно сказать не мог.

***

Альбус вынырнул из зеркала. Дух, его Дух мелькал в зазеркалье, словно утягивая его с сбой. Это была странная длинная комната, освещенная тусклым салатовым светом. Ал оглянулся. Вдоль стен виднелись странные статуи изображавшие змей, возле которых капала, а кое-где и журчала вода. Дух улыбался, показывая ему на странную статую. Альбус видел расплывшиеся бесформенные очертания его лица. - Где мы... - спросил Ал. - Ты знаешь, - спокойно ответил Дух. - Я не... - опешил Альбус. - Ты знаешь, - повторил призрак. - Просто ты не имеешь смелости признаться себе в этом. - Я должен.... - Молодец! - холодно ответил Дух. - Молодец! Ты верно понимаешь. Ты должен совершить.... - Что? - Открыть статую и вернуть себя! - Я? - Альбусу казалось все происходящее бессмыслицей, но он привык к фантасмагорическим снам и почти перестал обращать на них внимание. - Это сон.... - пробормотал Ал, глядя на матовое очертание загадочной комнаты. - Сон... - Пока - да, - спокойно ответил Дух. - Но не далек тот час, когда ты проснешься. И тогда.... - Мы встретимся? - догадался Альбус, мучаясь от боли. - Конечно. Причем здесь. Здесь начнется идея Лорда Эйспера. - Здесь... Я не.... - боль снова сдавила голову и Ал закричал. ... А затем взмахнул рукой. Он сидел на кровати, размахивая во сне рукой. Голова в самом деле болела, но боль убегала прочь, словно какое-то существо, уходя, забирало ее с собой. Альбус оглянулся. Августовское утро казалось очень светлым, хотя в свете уже появлялось что-то матовое. Было седьмое августа. Вся его семья уехала в Нору, и Ал, к своему удовольствию, снова был дома один. Коричера не было: отец всегда увозил его летом в Нору. Быстро умывшись, Альбус сделал себе несколько бутербродов с маслом и мёдом. Как вса же прекрасно, когда дома тихо! Солнечный свет за окном закрывала небольшая набегавшая тучка, придавая лучам матовый отсвет. Подумав немного, Ал решил сходить в дом Блэков. "Что я буду там делать?" - спросил себя Ал. "Какая разница. Что нибудь", - меланхолично ответил он сам себе. Ал вздрогнул. Год назад его поход в дом Блэков завершился жуткой историей. Сейчас ему казалось, что все это было давним и бессвязным сном. Однако Альбус поежился. Он еще не мог точно сказать, завершилась ли та история или нет. Можно было аппарировать на площадь Гриммо, но Альбус решил воспользоваться камином. Так было легче попасть в дом Блэков, да и показываться лишний раз на площади Гриммо ему не хотелось. Единственным препятствием было заколдованность каминных решеток, но Ал давно выудил из отца пароль. Бросив щепоть пороха а камин, Ал после завтрака помчался вперед по тоннелю мимо каминных решеток. Альбус уже хорошо знал часть дома Блэков - то небольшое крыло, которое было открыто. Два крыла были закрыты магической защитой, да он пока и не пытался туда проникнуть. Сегодня Ал решил для интереса посмотреть комнату Регулуса Блэка - бывшего хозяина Кричера, в честь которого он его и называл. Сюда Альбуса влекло любопытство. Альбус осторожно узнал у отца, что комната Регулуса Блэка выходила на лестничную площадку. Вторая дверь, выходящая на лестничную площадку. Было темно и, прошептав "Люмос", Ал заметил маленькую табличку с царапинами. Табличка выглядела эффектно, надпись на ней была аккуратно выведена от руки: "Не входить без ясно выраженного разрешения Регулуса Арктуруса Блэка". Несколько мгновений Ал рассматривал табличку, а затем прочитал ее еще раз. И еще. Странная мысль не покидала его. Попробовал бы он дома повесить подобную табличку у себя на двери! Мать объявила бы ему такой бойкот, что через пару тройку дней сам прибежал бы извиняться. Если, конечно, хотел бы, что бы ему хоть кто-то сказал хоть слово, а мать за глаза, но громко не назвала бы "неблагодарной свиньей". "Да уж, выкормила сыночка себе на шею... Видал, какие таблички вешает? - Ехидно сказала бы мать. - Без его великого разрешения мы не имеем право сюда входить? Какие амбиции! А жрешь-то за наш счет!" Дальше... Мать с ядом говорила бы ему перед обедом и ужином: "Вы позволяете пригласить вас на прием пищи? Или нужно особое приглашение?" "Ох и свин вырос", - громко сказала бы она отцу. Альбус протер очки. Отец говорил ему, что у Блэков была очень строгая семья, в которой нельзя даже нарушить в мелочах холодный чинный этикет. Но... оказывается, что в этой семье можно было спокойно повесить подобную табличку, и это воспринималось как норма. Оказывается, здесь ценили легкий юмор, и никто не попрекал Регулуса за то, что он посмел повестить такую табличку у себя. И, видимо, никто не объявил ему бойкот, раз табличка продолжала висеть на месте. Альбус осторожно приоткрыл дверь. "Что еще окажется неправдой?" - спросил он сам себя с легкой иронией. Альбус рассеянно посмотрел на стенку. "Даже удивительно, как далеко мы уже ушли от понимания, что такое такт и манеры, - подумал он. - Мы сделали из понятия этикета приказ "Назад ни шагу". А это не так. Этикет не мешает человеку ни шутить, ни улыбаться, ни высмеивать друг друга". "Да и где, собственно, больше свободы: в доме Блэков, где можно легко повестить табличку не входить в мою комнату без разрешения или в нашем, где лучше не пытаться и закинуться ее повесить? Но в таком случае, что такое свобода?" - подумал он, гладя на полированный письменный стол. Ему попалась на глаза обрамленная фотография, с которой улыбались и махали руками члены хогвартской команды по квиддичу. Он подошел к ней поближе и увидел на груди каждого игрока изображение змея: слизеринцы. Кто из них был Регулусом, он не знал. Да и был ли здесь Регулус? Вполне возможно, что он хранил эту фотографию просто так. Например, в честь любимой команды К удивлению Альбуса ящики были вывернуты и уже поросли паутиной. Кто и зачем это сделал, Ал не знал, но, вероятно, в них лежало что-то важное и ценное. Кое-где валялись пожелтевшие гусиные перья, потрепанные учебники и разбитый пузырек чернил, засохшие остатки которых покрывали содержимое одного из ящиков. Равнодушно убрав палочкой паутину со шкафа, Ал задумался. Его почему-то немного растрогали гусиные перья. Что если бы он сам родился и вырос в этом доме? У него была бы своя комната. Свои перья. Возможно, браться и сестры. Наверное, они ладили бы больше, чем Альбус с его родными боратом и сестрой. Это было странно, но здесь Ал ощущал себя гораздо уютнее, чем дома. Ал представил себе августовский день. Он тихо сидел бы в комнате, читал книгу и готовил перья. Сестра прислала бы ему палочкой сообщение, что хочет зайти к нему. Пошевелив палочкой, он направил бы искры в соседние комнаты, означавшие согласие. Сестра вошла бы к нему, и они вдвоём, улыбнувшись, стали бы что-то обсуждать… например, вчерашнюю книгу или…. Ал мотнул головой. Возможно, впрочем, все это было бы не так. Альбус меланхолично улыбнулся, подумав, что стоило бы взглянуть на портрет той девушки. Где-то верху скрипнул под, и Ал насторожился. Неужели в доме был кто-то ещё? Скрип повторился. Подумав с минуту, Ао вышел из комнаты и пошёл по коридору. Альбус снова остановился у портрета девушки, восседавшей с бокалом на троне. Ее зеленовато-голубые глаза смотрела на него с портрета и чему-то смеялась, словно хозяйка хотела подарить ему, Альбусу Поттеру, свою радость и счастье. Такая страшная сияющая красота! Девушка в тунике вытянула вперёд изящные ножки, точно была совершенной античной богиней, празднующей победу. Ее присутствие словно дарило радость, и Ал не мог оторваться от неё. - Мистер Поттер? - услышал он сзади знакомый голос. Резко повернувшись, Ал не сдержал радостной улыбки. Перед ним стоял знакомый грузный человек в костюме. Очки по-прежнему придавали ему нечто старомодное, из того мира, где были старые гравюры и расцветал дом Блэков. - Мистер Булстроуд? - обрадовался он. - Он самый, мой друг. Вы все же нашли ее? - Указал гость на портрет девушки. - Кто… она? - с замиранием сердца спросил Ал. - Ее зовут Мария. Мария Амфитрита Блэк, - кивнул толстяк. - Она невероятно красивая! - запальчиво сказал Ал. - Конечно, - спокойно отозвался Булстроуд. - Сын всегда найдёт свою мать. И мама для него лучшая женщина на Земле…. - Мать? - Альбус сделал вид, что удивляется, хотя внутренний голос шептал ему, что так и должно быть. Он снова посмотрел на портрет, затем немного растеряно перевёл взгляд на биржевика. - Вам не кажется странным, мой друг, что с Джинневрой Молли Уизли у вас было слишком несовместимое мировоззрение для матери и свна? - спросил Булстроуд. Альбус потупился в пол. - Кричер служит только мне… - прошептал он. - Кричер служит последнему из рода Блэков, - кивнул Булстроуд. - Кричер зовёт меня «мастер Регулус»… - пробормотал парень. - Правильно, ибо ваша матушка изволила вас так назвать: Регулус Кастор Блэк. Кричер обращается к вам верно. - Я не Алтбус Северус Поттер? - прошептал Ал. - Нет, - покачал головой Булстроуд. - Ранней весной две тысячи шестого года у Джинневры Поттер была прерванная беременность. Точнее, выкидыш. Это было кошмаром. Поттер обьявил всем, что скоро у него родится сын, которого он назовёт Альбус Северус в честь двух директоров. - Алтбус Поттер умер? - спросил потрясённый Ал. - Даже не родился, - спокойно отозвался Булстроуд. - Но у Гарри Поттера была любовница Мария Блэк. Тринадцатого июня 2006 года она родила сына и назвала его Регулусом. «Твоя мать говорила: «Да, да, и твоя позиция очень даже неправильная», - вспомнил Альбус слова отца. Тогда его удивило, что мать никогда не говорила таких слов. - Мария Блэк пережила операцию. Иметь детей ей было опасно, но она решила сохранить сына. К сожалению, на следующий день она умерла. «Временами ты очень похож на неё», - вспомнил он слова отца. Тогда они гуляли вместе по осеннему Хогвартсу. Было низкое осеннее солнце и синева. И ещё была зелёная трава. Тот день он не забудет никогда в своей жизни. - Ваш отец сознался во всем Джиневре Поттер. И они решили оформить вас как Альбуса Северуса Поттера - Но как? - изумился Алтбус. - Довольно хитрой процедурой, - подтвердил его собеседник. - Через знакомых врачей он быстро положил ее в больницу и оформил как рождение Альбуса Северска Поттера. - А вы? - А я…. - Я имел ввиду… как вы это узнали? От врача? - Нет…. Я навещал вашу матушку и пообещал присматривать за ее сыном, - кивнул Булстроуд. - Неужели это правда? - Опешил Альбус. - Да… - Раздался скрипучий голос. - Кричер все слышал и рад, что мастер Регулус узнал… - Кричер? - Ал был изумлён, увидев здесь домашнего эльфа. - Но… разве ты не в Норе? - Мастер Регулус позвал Кричера… и он здесь….. - усмехнулся Кричер. - Но как? Мерлин, да… Ал понял, что вспомнил о Кричере в комнате Регулуса. А это часть магии эльфов. Если хозяин вспомнит о нем в своём доме, то он должен прийти. - В этом доме я увидел боггарта перед школой… - прищурился Альбус. - Шляпу, пророчащую… - Нет нет, сэр, это был не боггарт, - хрипло сказал Кричер. - Его наколдовала госпожа Уизли, чтобы напугать вас и отвадить от Слизерина. - Гермиона? - Ал почувствовал прилив ярости. Неужели все то, что он пережил в тот августовский день, было всего лишь спектаклем? - Да, сэр. Министр отвратных грязнокровок, - скривился Кричер. - Подлый министр, замышляющий преследование чистокровных волшебников… - Кричер, почему ты не сказал мне об этом? - Альбус старался говорить спокойно, изо всех сил подавляя тревогу и ярость. - Кричер узнал об этом только прошлым летом, подслушав разговор вашего отца с грязнокровкой Грейнджер, - понуро ответил эльф. - Тогда мистер Поттер взял с Кричера слово не говорить об этом…. Кричера ничего не оставалось делать. Если мастер Регулус прикажет, Кричер накажет себя, Кричер возьмёт на себя вину гнусных…. - Не надо… - Ответил Альбус. - Скажи, Кричер, как скоро тебя хватятся в Норе? - Кричер должен вернуться к вечеру, сэр… Мастер Регулус может спать спокойно… - ответил Кричер. - Тогда… Я хотел бы кое-что узнать об этом доме. Доме… мамы… - задумался Ал. - Идем, я вам охотно покажу, - отозвался мистер Булстроуд