Живи назло.

Лис, оставив Оби в покое, и перестав волноваться на счет собственной жизни, снова принялся обсуждать с Чертом что-то мальчику мало понятное, но, судя по всему, достаточно важное. - Так ты поможешь, или мне еще кого-то просить? - Лис, я тебе сотый раз повторяю – это опасно. Ты его просто убьешь! - Никто еще от этого не умирал. - Лис, ты придурок. - Ну прошлый же пережил. И довольно сносно. - Ты хочешь в три раза больше вкатить. Ты головой думаешь? - Аккуратнее на поворотах. – В голосе Лиса звякнуло раздражение. – Лишнего не надо. - Да плевать! В общем… тебе я помогать не собираюсь. Но пойду. Может ему хоть чем-то смогу помочь. - Бога ради. Мне не жалко. Волка попрошу. - Он не станет тебе помогать. - Ой, да будет тебе. Я, пожалуй совершил ошибку, рассказав тебе все. Ему я просто кое-что не скажу. - Я скажу. - А, ну в таком случае… Оби. - Чего? – Мальчик с максимально недовольным выражением лица оторвался от еды, оборачиваясь к наставнику. - Если Черт сегодня заговорит с Волком, я убью кое-кого. - Серьезно? Это в наш договор не входило. - У нас был договор? – Лис поднялся, направляясь к вошедшему в помещение Волку. - Воистину лис. – Мальчик отставил пустую тарелку в сторону, собираясь уходить. - Оби. – Черт все еще сидел за столом, задумчиво глядя на окружающих. - Ась? - Ты знаешь, что такое опиум? - Знаю. Редкостная дрянь, вот что это. – Забирая сумку, отмахнулся мальчик. - Откуда ты знаешь? - Случалось, врач заставлял принимать в качестве обезболивающего. - И? - Не сработало. То есть сработало, но ненадолго, и с отвратительными последствиями. - В смысле? - Ты видел реакцию на алкоголь. Там примерно так же, только хуже. К чему эти вопросы? - Лис хочет сделать тебя неуязвимым к ядам. - И опиум – тоже яд. - Да, ты правильно понял. - Ага… что-то он не совсем логично работает. Начинать, наверное стоило с пауков, змей, насекомых, но никак не с гемолитиков и наркотиков. В кого он хочет меня превратить? - Он? Он просто садист. - Да уж… - Почему ты так цепляешься за жизнь чужого человека? Подумал бы лучше о себе. Что тебе до… - Ты, видимо, ни о ком, кроме себя, не думаешь… - Оби снова отодвинул стул от стола, и сел. - Почему ты так решил? – Черта, похоже, эта фраза никак не задела. - Тогда ты бы меня понял. - Ну так расскажи, может, пойму. - Ладно. За всю мою жизнь я не встречал ни одного человека, который не причинил бы мне боли. Даже малейшей. Да, кто-то этого не очень-то хотел, но… делали. Так или иначе. И вот недавно, среди тех, кого отобрал Лис, я подружился с одним пареньком… он вообще никому накостылять не мог. Всех ему жалко было. И меня в том числе. В итоге я его защищал. А на отборе я почти смог спасти ему жизнь. Не успел убить только одного. – Оби скрестил руки на груди, отводя взгляд. - Себя? – Тихо озвучил догадку мужчина. - Себя. – Отрешенно подтвердил мальчик. - Что случилось? Лис его убил? - Нет. Он сам себя убил. До этого он познакомил меня со своей мамой. Лис убьет ее, если я… сделаю что-то, что ему не понравится. - Мда… И если ты его убьешь, то она тоже умрет. - Так и есть. Так что я терплю. Просто терплю. - Ты намного сильнее, чем я думал. - Ладно… пойду. Пока. Оби слез со стула, и пошел к стоявшему у двери Лису. Мужчина снова шел куда-то молча. Волк шел немного поодаль, но не отставая. - Старик. - Чего? - Если ты меня угробишь, я ведь не буду виноват? - Догадался? Или Черт рассказал? - Догадывался, до того, как он рассказал. - И почему не сопротивляешься? - Во-первых, сам за это получу, во-вторых, это минус для нее. - Ты начинаешь правильно мыслить. Это радует. - Насколько смертельно то, что ты хочешь провернуть? - Если не решишь продолжить, что я вряд ли тебе позволю, это вообще не опасно. - А учитывая мою резистентность? - Как с алкоголем? - Именно. - Сдохнуть не должен. - Радуют твои прогнозы. - Умолкни. - Долго нам еще? - Нет. Остановившись в одному ему известном переулке, Лис открыл скрипучую деревянную дверь, пропуская Оби вперед. В помещении было темно и достаточно тепло. Когда глаза привыкли к полутьме, Оби увидел небольшую комнату, в центре которой находилась огромная стеклянная колба, примерно полметра в диаметре и метр в высоту. Судя по лежавшей рядом металлической крышке с трубкой, именно туда и запихивали учеников, которым предстояло «привыкнуть» к яду. - Слушай, Лис, и никто не пытался разбить? - Это закаленное стекло. Его так просто не разобьешь. К тому же не успеешь. - Слушай, и многие после ваших стали зависимыми? - Да нет. Мы завязываем реакцию организма на опиум, и боль. Мозг без контроля сознания привыкает на такое состояние реагировать агрессивно, и на четвертый-пятый раз они уже бесятся, а не засыпают. - Ясно. - Тут еще важно момент поймать. - Я тебя услышал. Кто-то еще присоединится к нашему цирку уродов? - Нет. Давай, полезай в кузовок. Подсадить? - Убери грабли. – Оби отмахнулся, легко запрыгивая в емкость, и усаживаясь на пол. Стук металлической крышки, и тихое шуршание спичек. За Лисом он не наблюдал – готовился к боли. Однако вместо нее он почувствовал сильнейшую сонливость. Его будто придавило чем-то тяжелым и мягким. Из состояния полусна вывел стук по стеклу снаружи. - Засыпаешь? – Лис противно улыбался, и был так же противно громок. - Отвали. – Оби встряхнулся, чувствуя, как медленно теряет контроль над телом. Поле зрения сужалось, будто он медленно падал в кромешную тьму. - Смотри, замедлился. К эфемерной пустоте внутри добавилась тяжесть в голове, и звон в ушах. Трясло. Оби чувствовал, что задыхается. Дышать было тяжело. Хотелось кричать. Снова проснулась боль в голове. Тело не слушалось, будто жило своей жизнью. Оби снова почувствовал, как по лицу течет что-то теплое. Во рту появился металлический привкус. Проведя по губам тыльной стороной ладони, он увидел на ней кровь. - Эй, ты живой? – На этот раз докопаться решил Волк. - Я еще дышу. – Снова отмахнулся мальчик. Что угодно, лишь бы его не трогали. Лишь бы Лис не начинал его тормошить, и требовать каких-то телодвижений. Резью стянуло живот. Потянуло кашлять. Дышать стало совсем трудно. Когда на дно колбы уже закапала кровь, Волк аккуратно дернул Лиса. - Ты не переборщил? - Нет, для него в самый раз. - Тогда почему он не вырубается? - Ну… не знаю, какая разница. Эй, шкет! Вытащить тебя? Оби отрицательно покачал головой. На речь ни сил ни возможности уже не было. Голос Лиса, доносящийся как из колодца, уже почти не нес в себе никакого смысла. Он почти не понимал услышанного. Боль разливалась по телу волнами, лишая возможности мыслить, двигаться, дышать. Сдавливающие тело спазмы уже казались не такой уж значительной вещью на фоне всего состояния в целом. Спустя несколько минут Оби почувствовал, что кто-то схватил за шкирку, выдергивая на воздух. Все происходило опять будто издалека, не с ним. Как будто он был маленькой песчинкой в огромной бутылке, которую трясли и пытались сломать, разбить. Чтобы вынырнуть наружу из собственного сознания, и отбиться от Лиса, понадобилось выжать из себя колоссальные усилия и остатки энергии. Отшатнувшись подальше от мужчины, Оби попытался увидеть хоть что-то сквозь закрывшую глаза пелену. - Лис, ты все-таки переборщил. - Нет. Раз может даже вырваться – нет. Уворачиваться от атак сил не было. Поэтому когда Лис воткнул между ребер что-то трудноидентифицируемое, Оби просто в ответ выхватил из ножен нож, одним взмахом вспарывая плечо бьющей руки. Ему уже было наплевать на боль. Наплевать на изумление на лице Лиса. Наплевать на трясущиеся руки, и избитое болью тело. Второй замах ножом тоже стал бы успешной атакой, если бы Лис не оттолкнул мальчика, уходя от удара. Еще несколько подобных атак не возымели иного результата. Лис бил, Оби спокойно принимал удар, успешно и эффективно атакуя в ответ. Наконец Лис отошел в сторону, оставляя мальчика в покое. Оби стоял, не двигаясь, неотрывно следя за Лисом. Только когда он вышел, мальчик больше рухнул, чем сел на пол. Скрип двери тут же привлек внимание, заставив подобраться, через силу готовясь обороняться. На пороге стоял Волк. Оби медленно, и явно с трудом поднялся, глядя исподлобья. Волк сделал несколько шагов к нему, но мальчик зеркально повторил его действия, только отходя назад. - Ты как? Оби почти не понимал, что мужчина хочет сказать. В голове звенело, разум сдавило чувство опасности, мозг почти отключился от боли. Хотелось закрыть глаза, и больше никогда их не открывать. Он видел сквозь кровавую пелену, что Волк что-то сказал, но не смог разобрать, что. Хотя спустя несколько секунд, он решил, что это и не важно. - Отвали. Вместо того, чтобы уйти, Волк сделал еще несколько шагов вперед. Оби снова выхватил нож, демонстрируя противнику улыбку, больше похожую на звериный оскал. - Я тебя не боюсь. Отвали. Мужчина медленно присел на корточки, показывая парню пустые руки. Оби немного успокоился, не в силах размышлять, и делать выводы. То, что Волк пытается его успокоить, как взбесившуюся лошадь, он даже не понял. На автомате вернув нож в ножны, он снова отступил, избегая контакта. Прошло около получаса, прежде чем сознание стало возвращаться. Сквозь стук крови в ушах уже получалось различать звуки. - Оби. – Волк, сидевший на полу в нескольких метрах от мальчика, на отклик уже не надеялся. - Чего тебе? – Голос хрипел и не слушался. - Как ты? - Как будто меня порвали на мелкие кусочки, потом собрали на клей обратно, и прибили гвоздиком душу. - Идти сможешь? - А есть выбор? - Могу помочь. - Ага. Дотащишь до двери и сгрузишь на Лиса. Извини, но видеть его не хочу, хотя бы ближайшие сутки. - Почему ты так думаешь? - Охота тебе возиться. - Ладно тебе. Лис тебе уже ничего не сделает. Да к тому же, ты нехило его покоцал. Он тебя не дотащит. - В чем проблема оставить меня тут? - Нельзя. Знаешь ли, ты не единственный, кто сегодня должен был оказаться в этой бутылке. - Ясно. – Оби медленно поднялся, с трудом держа равновесие. – Пошли… Волк аккуратно подошел ближе, останавливаясь в нерешительности. Однако когда Оби завалился вперед, теряя равновесие, выбора не осталось – аккуратно перехватил за шкирку, и поднял в воздух, перехватив под мышки. - Твое стремление казаться сильнее, чем есть на самом деле, вызывает восхищение и уважение, но то, что ты смог столько продержаться в сознании уже похвально. Обещаю не отдавать тебя Лису, пока не придешь в себя. - В последнее время я постоянно попадаю в ситуации, в которых мне нужна помощь. Это немного обидно. - О, так ты уже думать можешь… ладно, пошли. - Сумку не забудь… Дальнейший путь до гостиничного номера Оби не запомнил – мутило, темнело в глазах, и болело абсолютно все. А когда пришел в себя, был уже в номере. Лежал на койке с обработанными ранами. Лис сидел в кресле перед камином. Наскоро оценив свою готовность уворачиваться, и состояние в целом, Оби сел на матрасе, свешивая ноги с кровати. Ничего не произошло. Лис не двинулся, даже не покосился на мальчика. Решив, что произошло что-то из рук вон, он осторожно встал, попутно отмечая, что тело контролируется с трудом. Ребра, плечо, болели привычно – к ранам он давно привык. А вот скрутившая всё в районе диафрагмы боль заставляла сомневаться – сможет ли он вообще увернуться в случае чего. О боли в голове не хотелось даже думать – она давила ободом, будто сдавливая. Оби решил не думать, что же Лис сделал с его головой, раз она не прекращает болеть до сих пор. Вместо этого он аккуратно подкрался к мужчине, не без труда держа равновесие. Присев в кресло напротив, мальчик изумленно нахмурился. Лис, похоже, просто спал. Не найдя лучшего решения, Оби быстро махнул в его сторону более мобильной рукой, создавая легкий сквознячок. Реакция поражала – мужчина неуловимым движением махнул навстречу ножом, не успев даже открыть глаз. Оби, едва успев отдернуть руку достаточно далеко, решил больше так не экспериментировать. Лис медленно открыл глаза, ничего не говоря. Спустя несколько минут Оби кивнул подавая голос: - Это что за инсталляция? - В смысле? - Что «в смысле»? - Я не такой умный, как ты. - Ах, вот оно что. – Оби вспомнил когда-то услышанную у учителей Тео шутку, и невольно усмехнулся. - Да уж, можешь погарцевать на останках моей гордости. – Лис явно понял его улыбку неправильно. - При чем тут твоя гордость? – Оби склонил голову набок, пытаясь уловить в лице собеседника хоть какие-то эмоции. – Просто вспомнил кое-что. - И что же? - Инсталляция – это когда сначала срут под дверь, а потом стучат, а перформанс – наоборот. - Хм. – Лис ухмыльнулся, давя смешок. – Смешно. - Ты прям веселишься. - Тяжело ржать с проткнутой диафрагмой. - Придурок, ты куда залез, пока я в отключке был? - В твое личное пространство. - А, ясно. – Оби обратил внимание на то, что все это время наставник сидел сгорбившись, сложив руки крест-накрест. – Показывай, пока не помер. - Ты себя видел? Себе сперва помоги. - Напоминаю – если ты сдохнешь, кое-кто принудительно отправится следом. Я этого не хочу. - Ладно. – Лис неохотно убрал руки, отрывая от живота махровое полотенце, наполовину пропитанное кровью, и сразу бросая его в огонь. Оби чуть поморщился, увидев довольно внушительную рану под солнечным сплетением. - Уже могу тебя обрадовать – это поверхностный порез, органы не задеты. - С чего ты взял? - Не вижу твой желудок. - А… - А еще ты бы уже задохнулся, если бы диафрагма была повреждена. - Понятно. Звучит отвратительно. - Что отвратительно – так это мое самочувствие благодаря кое-кому. А тебя просто заштопать надо. – Отмахнулся мальчик. – Сиди не дергайся, я сейчас приду. - Эй. - Чего тебе? Помирать собрался? Не смотря на то, что рана не особо глубокая, кровью истечь это тебе не помешает. - Ты сам-то как? - О, ничего себе! Это что, беспокойство? Ты, наконец, понял, что я не бессмертен? - Перестань. - Что перестань? Мне уже возмущаться нельзя по поводу твоего свинского отношения? - Прости. Я и правда переборщил. Оби, уже добравшийся до двери, резко остановился, и уставился на Лиса с настолько недоверчивым выражением лица, что казалось, ему только что сказали, что все его мучения были никому не нужны, и не имели никакого смысла. - Что ты так смотришь? – Мужчина отвернулся, глядя в огонь. В выражении его лица прослеживалась усталость и недовольство. Оби снова черепашьим шагом пополз к камину, и непозволительно близко склонившись к наставнику, внимательно уставился ему в глаза. - Старик, ты либо пьян, либо из ума выжил. – Наигранно обеспокоился мальчик. – Это не нормальное поведение для тебя. Если ты сей час же не попытаешься меня убить, я решу, что тебя подменили. - Дурень ты, Оби. - У меня нет ни малейшего повода тебе верить. Ты ведь это понимаешь? - Да, а еще я понимаю, что сам виноват. - Так, ладно, я пожалуй все-таки пойду… пойду, иначе у меня мозг закипит. - Иди-иди. Оби снова направился к двери, чутко прислушиваясь к шорохам за спиной. Выйдя, он показательно потопал на одном месте, постепенно затихая. Спустя несколько минут за дверью послышались шаги, и тихий голос Волка. - Придурок. - Чего ты хочешь? Он чуть желудок с легкими не выплюнул. По моей вине. И крыша съехала, хорошо что временно. - Перестань пытаться его убить. Он не будет слушаться из-за страха. У него отсутствует чувство опасности и самосохранения. Он отбитый на голову, хорошо, что ему не наплевать на окружающих. - Да уж… - Начни уже с ним заниматься как нормальный наставник, раз отпустить на все четыре не хочешь. - Еще чего, отпустить четыреста пятьдесят золотых. Я мог себе пару лошадей купить. - Замолкни. И не забывай покупать ему еду. Или хотя бы давай ему денег. Следи, чтобы он не помер тихо. Ты вообще забыл, что такое нормальное общение с людьми? - Ладно-ладно, я понял… Оби тихо скользнул дальше по коридору, к лестнице. Происходящее повергло в шок, однако он даже не задумывался на счет того, чтобы верить. Все это больше походило на хорошо спланированный розыгрыш. В холле за стойкой снова была Кора. Она поднялась, услышав шаги, а увидев медленно спускающегося по лестнице мальчика, тихо охнула. Оби моментально отреагировал на звук. - Что, что выпало? Печень? Почки? Сердце? – Картинно хватаясь за правый бок, спину, и грудь, затараторил он, округляя глаза. Заметив, что шутку на очень-то оценили, он успокаивающе улыбнулся. – Что за реакция, Кора? Я же не из мертвых восстал. - Я думала, Лис тебя убил… - Ну, как видите, я жив, и чувствую себя сносно! Не так-то просто меня убить. - Ты себя не видел три дня назад. - А что было три дня назад? - Тебя Волк занес еле живого. Кровь изо всех щелей, ты бредил, как сумасшедший, и кидался на Лиса, хотя стоять не мог. Падал ежеминутно. Я правда подумала, что это конец. - Вот оно что…Понятно. Это я три дня провалялся? - Да. Волк Лиса чуть не убил. Не знаю, чего это он, не смотри на меня так удивленно, но они очень сильно поругались вчера вечером. - Ясно. Ладно, это суета, а мне нужен тазик воды, желательно но необязательно теплой, и бинты, если есть. А то там старик сидит порезанный, и меня тоже хорошо бы перевязать. Заодно гляну, чего там эти гении медицины налечили. - Хорошо, сейчас принесу. Ты пока иди наверх. Заодно зайди в соседний номер к Волку, скажи, чтоб помог вам там. А то у меня такое ощущение, что либо Лис тебя убьет, либо ты его. - Ладно-ладно. Я пошел… Подняться по лестнице было сложнее, чем спуститься на первый этаж, в итоге уже в середине коридора его догнала Кора, еще в начале коридора позвав Волка. Тот выглянул из-за двери, и, очевидно, поняв все без слов, вышел, открыв соседнюю дверь. Оби вошел первым, не обращая внимания на возню за спиной, и сразу направился к своей сумке. Достав все необходимое, и кое-как держа это в руках, он направился к стоявшему в углу столу. - Старик, иди сюда. Лис не ответил. Поднялся с кресла, и пошел к мальчику. Кора шустро обогнала его, ставя тазик на стол рядом с тем, что Оби достал из своей сумки. Решив сперва обработать рану Лиса, мальчик не глядя указал ему на стоявший возле стола стул, разводя в воде марганцовку. Лис, сев, недоверчиво покосился на растворяющиеся в воде кристаллы: - Ты меня жалеть не будешь… - Жалеть – не буду. Не суди окружающих по собственным поступкам. Мучать людей для собственного удовлетворения – не по моей части. Если растворить в воде марганцовку, она уже не жжет, зато обеззараживает и воду, и рану, если этой водой обработать. Так что не бзди. Рубашку сними лучше, чем трындеть без остановки. Лис замолк, стягивая рубашку, и косясь на Волка, стоявшего у двери. Оби быстро, но аккуратно обработал рану, и оставив Лиса обезболиваться, принялся смешивать ингредиенты для мази. Заштопав, наложив мазь, и забинтовав, он бесцеремонно спихнул наставника со стула. Обнаружив, что его раны зашиты достаточно сносно, Оби ограничился обработкой и перевязкой. Надев рубашку из смены одежды, он обернулся к безмолвно сидящему у камина Лису: - Что у нас сегодня? - А что? - Хочу уйти ненадолго. - Куда? - У меня не может быть личных дел? - Скажешь, куда – отпущу. - Хочу показать матери Кира его могилу. – Безэмоционально отмахнулся Оби, принимаясь отбирать листья для отвара. – Куда я от тебя денусь? В случае, если решу ее защищать – ты меня просто убьешь. - Иди. Я вечером на заказ иду… смотри по состоянию – идешь, нет. - Пойду. Кто ж еще твой зад прикроет. – Защищать Лиса особо желания не было, он помнил, что будет, если наставник умрет. - Тогда к шести возвращайся. Мы сразу после заката выходим. - Ладно. - Лис. – Волк смотрел на него с плохо скрываемым недовольством. - Чего? Я его даже отпустил куда он хотел! – Возмущенно отмахнулся мужчина. - Напомнить, сколько он в отключке провалялся? - А… Оби. - Чего? – Мальчик едва успел перехватить летевший в него маленький мешочек. – Я уж думал, вернулся прежний Лис. - Не встречал случаев нападения деньгами. Пожрать себе купи. - Хорошо. Если я вдруг нечаянно опоздаю, в какую сторону идете? – Окончательно обнаглев, уже у двери спросил мальчик. - Ты не опоздаешь. - Понял. – Усмехнувшись, Оби выскользнул из комнаты, и направляясь на первый этаж. Чувствовал он себя уже более сносно, после лекарств уже так не мутило, и удалось даже поесть без последствий для организма. Возвращаться к лабиринту ему категорически не хотелось, но пересилив себя, он все-таки пошел. Мать Кира встретила его радушно, но в дом заходить он не стал. Молча кивнул на приветствие, жестом приглашая выйти. Удивительно, но она поняла мальчика без слов. Вышла, набросив на плечи большой платок, и остановилась перед калиткой. - Снова выглидишь очинь плоха… - Это сейчас не важно. Пойдемте. - Он тибя атпустил? - До вечера. Успеем туда и обратно. - Харашо. Шли молча, Оби даже не замечал, как метры дороги превращаются в километры, минуты собираются десятками. Не прошло и получаса, как перед глазами уже выросла серая каменная стена лабиринта. Оби решил, что будет лучше обойти его. Наконец, спустя два поворота вдоль стены, он увидел знакомое развесистое дерево, большой серый камень. Подойдя к небольшому холмику, на котором уже начинала расти пушистая лесная трава, он опустился на колени, касаясь пальцами холодного камня. - Привет, Кир… Женщина тихими, неуверенными шагами подошла с другой стороны холмика, неверяще глядя на неровные буквы на камне. - Здесь… правда лежит он? - Да. – Эмоции стерлись, исчезли. Осталась только боль, бившаяся внутри вместе с сердцем. – Сам закапывал. – Это было жестоко. Такое матерям не говорят. Она сдавленно прошептала что-то на своем, закрыв лицо руками. Оби понимал, что она чувствует. Встав, он подошел к севшей на землю женщине, он аккуратно обнял ее за плечи. Он понимал, что ее боль сильнее. Понимал, что дети не должны умирать раньше родителей. Самому легче от этого не становилось, но первый приступ боли и тоски он уже пережил. Теперь оставалось только посочувствовать чужим страданиям.