Либерман

Ночь оказалась кошмарной, и утром я почувствовала всю разбитость. Я даже думала, чтобы остаться в номере и отоспаться, но желание почувствовать порыв ветра, ударяющего по лицу, во время заезда было намного сильнее. Артакова проснулась и не спешила убирать руку с моего бедра, а лишь провела по нему легонько пальцем, отчего мое терпение лопнуло. Я перехватила ее кисть и грубо скинула. — Я же знаю, что ты хочешь, но сдерживаешься. — Нет, Полин, мне безразличны все твои неудачные попытки последних суток, — сказала я, а подумала: «Ну и дура ты, Артакова». — Я пойду в ванную, а ты за это время покинь мой номер, спасибо. Не став дожидаться ответа, я прошла в ванну и закрыла за собой дверь. Надежда на то, что я буду услышана, не умирала. Мне слишком сложно находиться с этой девушкой в одном помещение и наедине: она делает вид, что ничего не было, а я помню, с кем она провела ночь. Я ни в коем случае не считаю, что она должна сидеть ждать только меня и хранить воображаемую верность, но сам факт, что это было сделано в отместку мне за все хорошее, что я для неё сделала, очень ранит мое сердце. Если она не уйдёт, пока я принимаю ванну, то я не выдержу и вытолкну ее из номера. Я набрала Еве по видеосвязи и пожаловалась на происходящее. Конечно, наверное, было бы лучше позвонить ей, когда я одета, а не лежу голая в ванной, но что она там ещё не видела? — Знаешь, а я соскучилась по тебе. — Я тоже. Но рекомендую отдыхать, наслаждаться горным воздухом, кататься на лыжах! — сказала Цишевская. — А, кстати, Марк приехал? — Да, ещё вчера, но я выпроводила его в соседний номер из-за Артаковой, обнимающей туалет. — Я вообще-то все слышу, — крикнула девушка из соседней комнаты. — А подслушивать нехорошо. — я закатила глаза, и Ева засмеялась. — Приезжай к нам. — Малышка, я понимаю, но нужно чуть-чуть соскучиться друг по другу, чтобы потом был сногсшибательный секс! — Ева подмигнула. — Я побежала работать. Люблю тебя. — И я тебя люблю, напишу вечером. Я отключилась от звонка, отложила телефон на безопасное расстояние и встала под горячую воду. В голове был вихрь мыслей про Полину, но лучше я обсужу это с психологом, чем займусь самокопанием и по итогу доведу себя. Вода приятно обволакивала мое тело и частично обжигала кожу, заставляя меня забыться. Когда я вышла из ванной, то я не заметила обувь и куртку девушки и даже обрадовалась. Боже, да, она ушла к себе и у меня есть личное пространство! А затем я зашла в комнату и увидела, как она стоит одетая на балконе и закатила глаза. — Артакова, что в моей фразе «покинуть номер, пока я в ванной» непонятно? — Давай поговорим, — боже, да ты с ума сошла? — Хорошо, зайди в номер и закрой дверь. Мне холодно. — Извините, Анна Алексеевна. Она зашла в номер, присела на кресло, а я начала собираться. Быстро высушив голову, и надев термобелье, я села к ученице. — Ты с «этой» вместе? — Слушай, Полин, а что изменится от ответа? — я посмотрела прямо в глаза. — Мы не будем с тобой целоваться, ходить за ручку и проводить время вместе. Независимо от того, вместе мы с «этой» или не вместе. В первую очередь, я твой учитель, а ты моя ученица. Так было, есть и будет ещё 1,5 года. — Ответишь на вопрос про будущее? — Оно могло быть, пока ты не переспала с другим мне в отместку. — я слабо улыбнулась. — Дело даже не в том, что ты с кем-то занимаешься сексом, а в том, что ты не поговорила со мной о целях встречи с Евой, а поехала заниматься псевдо-местью и потом набралась смелости сидеть на моей кухне и делать вид, что все прекрасно. Мне просто интересно: а чего ты ожидала? — Я не думала. — Это я давно поняла, — я взяла ее за руку. — Я прошу тебя: оставь все эти попытки, занимайся своей личной жизнью, потому что я не смогу тебе простить это. По крайней мере точно не сейчас. — Полина тяжело вдохнула и поднялась с кресла. Она молча покинула номер, не задавая лишних вопросов, а может это и к лучшему. За завтраком Артакова и ее компания меня раздражали. Их смех и разговоры доносились на весь ресторан, и люди не раз делали им замечание. — Ты чего, Анчоус? — Да эта несносная девка не давала мне спать всю ночь, а потом ранним утром устроила разговор по душам. Теперь она полна энергии, снимает тупые видео и делает фотки для инстаграма, а я мечтаю уже лечь спать. — Вы что, сексом занимались? — Рудинштейн подмигнул. — С ума сошёл? — я была поражена до глубины души. — Она на меня закидывали то ноги, то руки, то на ухо сопела. А потом про будущее заговорила. Могло ли оно у нас быть? Идиотка совсем? — Анна Алексеевна, доброе утро, — подошла к нам Карина Михайловна. — Не против, если я подсяду к Вам с Вашим молодым человеком? — Конечно, присаживайтесь. Марк усмехнулся и уткнулся в тарелку с яичницей. А директриса пыталась поддержать разговор, тем самым отвлекая меня от соседнего стола, где раздаётся звонкий смех безбашенной девчонки, которая так сильно ранила мое сердце. Наша поездка включала в себя не только посещение прекрасных трасс на Розе Хутор, но и возможность отправиться в Архыз, который находился в паре часов от Сочи. Для меня это была очередная попытка бегства от Артаковой, а для остальных ребят, кто уверенно чувствовал себя на склонах, новые впечатления. Места были ограничены, поэтому помимо нас с Марком, ехало ещё пять человек. Мы уже должны были отъехать от перрона, как в поезд ворвалась Полина. Боже, только не это! Хоть дорога до Архыза и займёт всего лишь час, но я уже вижу, что это будет час мучительного напряжения. — Анна Алексеевна, — она подошла к нашему ряду. — я еду с Вами. — нет, дорогая, ты едешь в горы. — А Карина Михайловна в курсе? — Конечно, — улыбнувшись, она села позади нас. Ну понятно, это какой-то очередной ее план. Ближе к концу пути, Артакова разговорилась со своими одноклассниками, которые очень интересовались, как она не боится ехать на очередную высоту, раз организм так реагирует. Полина пыталась уйти от этой темы своими изворотливыми ответами, да и понимала, что я могу услышать то, что не нужно. Спешу огорчить, я уже сложила два плюс два. Виды за окном вызывали только восторг, поэтому я старалась сделать как можно больше фото, чтобы потом пересматривать и чувствовать эту атмосферу. Мне всегда казалось, что я люблю больше пляж и море, но теперь горы похитили мое сердце. В них была сила и умиротворение. Вторую половину дня мы планировали потратить на заселение, а затем отправиться на прогулку. Говорят, что тут очень много красивых мест. Жаль, что об этом пришлось забыть, как только мы начали решать, кто с кем будет жить. Так вышло, что все ребята распределились по парам, а Полина осталась одна. Странно, что ее друзья не поехали с ней. Неужели Марк снова должен будет снять себе отдельный номер, а я провести ещё одну ночь с Артаковой? — Ничего не хочу слышать, — мы вошли в номер. — правда, это уже слишком. Вся эта ситуация. Ты ведёшь себя как маньячка, и я начинаю тебя бояться. — я сделала шаг назад от неё, а потом удалилась в ванную. Я не ожидала, что она воспримет мои слова всерьёз и, действительно, больше ничего не скажет. Ладно, побудем в тишине. Переодевшись, я дождалась Полину из душа, и мы вместе отправились на ужин. После того, как наша мини группа была в сборе, мы отправились в ближайший парк. Я почувствовала себя как в детстве. Мы с Марком были на одной волне с учениками, поэтому я и не заметила, как пролетело время. И лишь Полина вела себя максимально отстранённо. Она вообще ни с кем не общалась, проведя весь вечер с кислым лицом. А на что эта девчонка рассчитывала? Я попросила Марка проводить Полину до номера, а сама зашла проверить всех ребят и пожелать спокойной ночи. Потом я отзвонилась Карине Михайловне, доложив об обстановке. Все живы и на том спасибо. Подойдя к своей двери, я приложила ключ, и мой взгляд сразу упал на письмо, которое лежало прямо на входе. На нем виднелось «моей А.». Я открыла конверт с огромным любопытством: «Жду тебя в обсерватории». И что это? Кто меня ещё ждёт? Надеюсь, что это не Полина. Хотя на ее почерк совсем не похоже. Стоп, а где Артакова? Я проверила весь номер, но никого не оказалось. — Так, Марк, где Полина? — я сразу набрала друга. — Как где? В номере, как ты и сказала. — Ее здесь нет! — Вот какая… нет, ну вы правда очень похожи. — Сейчас не время для шуток, я отвечаю здесь за каждого человека! — Да куда она могла уйти от тебя? — Не знаю, но это все меня уже достало. Вся эта поездка только и крутится вокруг неё. А сейчас мне вообще кто-то записку подбросил, что ждёт в обсерватории. — Так может это она? — Нет, почерк не ее. — ну почему я все время переживаю за неё? Так никаких нервов не хватит. Схватив куртку, я выбежала на улицу. Я уточнила на ресепшене местоположение обсерватории и какое счастье, что она находилась в десяти минут езды. Вглядываясь в мелькающие переулки, мои руки затряслись и по ощущениям я была в шаге от панической атаки. Добравшись до входа в помещение, мне открылся в прямом смысле сказочный обзор на темное небо, которое было так красиво подсвечено звёздами. Я сделала пару шагов вперёд и увидела Артакову, которая сидела на полу, обхватив ноги. — Зачем ты все это делаешь? — я села рядом, снимая шарф. — Меня тянет к тебе, разве не видно? — Тянет так же, как и к Герману? — Ты думаешь, что я никогда не думала о том, что могло быть, если бы я так не поступила тогда? — тяжело вздохнув, она повернулась ко мне. — Вы очень красивая, Анна Алексеевна. — Я так и не поняла, мы на «вы» или на «ты»? — слабо улыбнувшись, ответила я. — Какая уже разница? Давайте просто посмотрим на звёзды, не думая ни о чем. — Если бы все было так просто, Полин. — А в нашей ситуации и не могло быть просто. — после этого мы обе замолчали. — Я знаю, что ты пришла на трассу, учитывая, что не переносишь высоту. Слышала твой разговор и смогла сделать очевидные выводы. Артакова накрыла мою руку своей ладонью, а затем перевела взгляд наверх. Не знаю, можно ли это было назвать свиданием, но со стороны оно, наверное, являлось таковым. Первый раз за все время нахождения здесь Полина не пыталась вывести меня на какие-то эмоции своими поступками, а просто молчала и смотрела на звёзды. Знаете, если с человеком есть хоть небольшая связь, то и молчать с ним будет комфортно. По дороге в отель Полина почти уснула на моем плече. Ее сонный вид вызывал лишь умиление. Не хочется говорить об этом, но мне кажется, что я дала небольшую слабину. Хотя по сути ничего страшного ещё не произошло. Жаль, что момент перемирия продлился недолго. Перешагнув порог номера, у меня зазвонил телефон и, конечно же, это была Цишевская. — Привет, Анют. — я не стала мозолить глаза Полине и вышла на балкон. — Ну как ты там? — Я хочу домой, ты не представляешь, как я устала от этого отдыха. — Сейчас бы тебе не помешал массаж, а ещё лучше секс, чтобы снять напряжение. — Ева точно была в настроении. — Даже не страшно признавать, насколько же ты права. — Я бы сейчас сняла с тебя все лишнее, поцеловала в шею. — Лучше не заводи меня, иначе… — я повернулась в сторону окна и увидела, что Полина начала раздеваться. Она сразу заметила, что я ее вижу и теперь все ее движения были будто в замедленной съемке. — Иначе что? — не хочу признавать, но все мое внимание было направлено на Артакову. Надеюсь, что ей хватит мозгов не снимать свой топ. — Алло? Ань, ты жива? — Прости, я отвлеклась. — назовём это так. — Какие планы на завтра? Снова горы? И что вы там не видели, лучше бы поехали в тепло. — Ещё не видела тебя на мне, — сорвалось из моих уст. Господи, эта девочка свела меня с ума. Закусив губу, я наблюдала, как она стоит в одном нижнем белье. — Осталось совсем немного, потерпи. — да, терпение мне бы сейчас не повредило. — Я пойду спать, наверное, завтра напишу. — завершив вызов, я вернулась в эпицентр событий. Пройдя оценивающим взглядом по телу Артаковой, я подошла к ней вплотную. Думаю, она решила, что я так заигрываю, но я лишь потянулась к чемодану, который находился прямо за ней. Победно усмехнувшись, я так резко дёрнула молнию, что Полина явно напряглась. Я почувствовала ее тяжёлое дыхание на моей шее. Так и хотелось вжать ее в стену, чтобы она вообще пожалела, что начала эти игры со мной. Но я лишь забрала свою пижаму с авокадо и закрылась в ванной комнате. Если она снова решит приставать ко мне во сне, то я даю слово, что скину ее на пол. Выключив лампу, я легла на кровать. Артакова ждала хоть какого-то комментария от меня, но я молча перевернулась на другой бок, подтягивая к себе одеяло. — Ты какая-то заведённая. Твоя старуха обломала секс по телефону? — может сработает прикинуться спящей? — Если ты ещё раз назовёшь ее «старухой», то я сброшу тебя с горы. — Это что, угроза? — Это предупреждение. — Ну вот, я же говорю заведённая. — Полин, если тебе скучно, то позвони своим друзьям, но только оставь меня в покое. — Анна Алексеевна, Вы такая секси, когда злитесь. — я почувствовала ее руку на талии. Буквально закипев от злости, я крепко сжала ее запястье и повернулась к ней лицом. — Чтобы я ещё раз тебя куда-то взяла… — Возьми, и не один раз. — закатив глаза, я оттолкнула ее и снова легла на другой бок. Я не помню, как смогла уснуть после такого, но утром я также рвала и метала. Меня бесило даже то, что она дышит рядом. Просто убейте меня, я больше не могу. Встретившись за завтраком с Марком, я поделилась этой захватывающей историей, которая случилась вчерашней ночью. — Слушай, ну твоя Артакова влезет куда угодно даже без смазки. — Марк! — Что? Она даже смогла добиться того, чтобы жить с тобой в одном номере. Это заслуживает уважения. — Только я уже хочу на гору забраться от ее бушующих гормонов. — Кстати, где она? — В номере. Я сказала, что если она поедет кататься с нами, то сегодня же вылетит обратно в Москву. — Марк залился смехом. — Знаешь, мне не смешно. Она же опять блевать будет, я не хочу это видеть, иначе нагнусь рядом. И почему чем больше я пытаюсь отдалиться от неё, тем сильнее она притягивается? Это какая-то карма? Я, конечно, часто в жизни принимала неверные решения, но, по-моему, в этой поездке расплатилась сполна. Поэтому, когда мы возвращались обратно в «Розу Хутор», я почти плакала от счастья. Тут ещё и Марк вызывался организовать нам трансфер. Говорит: «Есть у меня один знакомый, сейчас я возьму минивэн напрокат». Я только обрадовалась. Но если суммировать события прошлых дней, то очевидно, что все не могло пройти гладко. Проехав несколько часов, у нас пробило колесо. — Марк, ты сказал, что у тебя все схвачено! Что мы теперь будем делать? Боже, мы же ещё и с детьми. Меня уволят! — Тихо, Анчоус, без паники. Я сейчас разберусь. Мальчики вышли помогать Марку, а я стояла, оперившись на багажник, думая о вечном. — Сейчас бы покурить, — послышалось сбоку. — И не говори. — повернувшись, я увидела Полину. — Господи, Артакова! — Что? Я просто озвучила Ваши мысли. — Если бы ты знала, что в моих мыслях, то вообще бы не подошла ко мне. — глаза в глаза и она садится обратно в машину. Не прошло и года, как Марк смог поменять колесо, и мы продолжили свой путь. Хоть я и решила завязать с алкоголем, но сейчас бы не отказалась от чего-нибудь покрепче. Эту поездку я точно запомню на всю жизнь.