Глава XII
8 января 2016 г., 00:37
Мария Роуз вернулась домой, но не собиралась оставаться там. Да и как же иначе, когда ее единственная дочь в такой ужасной ситуации.
На автопилоте собрав необходимые вещи дочери в сумку, женщина вышла из квартиры и повернула ключ в замочной скважине. Спускаясь в лифте, она не была уверена, что точно заперла дверь, но ей было неестественно все равно. Окружающее казалось пустяком, самой ничтожной мелочью, какую только можно представить. Мысли были у постели Эми в палате №11. На глаза снова навернулись слезы, но Мария сморгнула их, не позволяя себе расклеиться. Нельзя, когда ты - единственный человек, который действительно может о ней позаботиться. Пожалуйста, Боже. Я уже осознала свою вину. Это было непростительно, но пожалуйста не отнимай и Эми тоже.
Поздним вечером на дорогах было просторно, и Мария Роуз добралась до больницы довольно-таки быстро. Женщина поздоровалась с девушкой на ресепшене, которая даже не спросила, куда она направляется, так как помнила ее. Мисис Роуз, оказавшись у палаты дочери, взялась за дверную ручку и осторожно потянула за нее. И в следующую же секунду перед ней предстала поистине шокирующая картина, хотя на первый взгляд ничего шокирующего в ней не было. Мария так и замерла в дверях, будто приросла к полу. Эми лежала точно так же, как и тогда, когда ее мать уходила домой, а перед ее постелью стояла девушка, во все глаза рассматривающая пациентку. И это была...
- Эни, - вырвалось из уст женщины. - Господи.
Тихиро обернулась на охрипший от ужаса голос. Происходящее показалось Марии нереальным.
- Эни, - повторила она. Другие слова больше не приходили на ум. Взгляд женщины упал на серебряный кулон рыжеволосой девушки, а в памяти всплыли отрывки сцены: она и ее муж надевают на шеи двух маленьких рыжеволосых девочек кулоны в форме буквы "Э", один золотой, другой серебряный. Малышки в колыбельке для двойняшек улыбаются родителям, одна из них хватает Марию за волосы.
Все вокруг поплыло перед глазами женщины, а на губах непроизвольно появилась странная, неловкая, неуместная, слегка боязливая (и немного... благодарная?) улыбка.
***
Часы показывали 8:00 и на съемочной площадке все были в сборе. Почти все. Наконец, появился Харольд Цварт с кружкой кофе в руках. - Ну все, начинаем, - провозгласил он. - Лили, Джейми... А где Джейми? - недоумевая, спросил режиссер, сев в кресло и подняв взгляд на присутствующих. Все только пожимали плечами. - Он... - вдруг заговорила Коллинз. - Я позвоню ему. Девушка достала телефон из кармана и удалилась. Четыре раза подряд трубку никто не брал, но настойчивости и терпения Лили было не занимать. Наконец на шестой раз Бауэр ответил на звонок. - Где ты черт возьми! - поприветствовала его Лили. - О... Лили. Привет... - Джейми мямлил и жевал слова так, будто его только что разбудили. - Лили-Вилли-Милли... - Тут молодой актер захихикал, словно школьница. Коллинз мгновенно все поняла. - Так. Никуда не выходи, понял? - Ну... - Понял?! - повысив тон, повторила девушка. - Да, - туповато ответил Бауэр. Лили Коллинз сбросила трубку и поспешила вернуться к труппе. - Э... Харольд? - Позвала она режиссера. Цварт встал с кресла и подошел к ней. Его лицо, поначалу выражавшее недовольство и недоумение, сковала тревога. - Что такое, Лили? - Джейми не в состоянии присутствовать сегодня, и... Я должна ехать. Харольд Цварт нахмурился. - Срочно, - добавила Коллинз, одними глазами дав понять, что дело плохо.***
- Чувак, открывай, иначе я выломаю дверь. Энди Конер стоял у двери своего лучшего друга и уговаривал впустить его, но Бауэр как будто не слышал его. Он не сказал ему в ответ ни слова. - Слушай, прекращай... Ладно, хорошо. Как хочешь. Я буду сидеть тут, - парень опустился на пол и сел, подперев дверь спиной. - Буду сидеть тут, пока ты не откроешь. Ответа не последовало. - Слушай, ты знаешь, что нужен ей сейчас. Ты хочешь чтобы Эми стало лучше или нет??? Я не понимаю тебя! Как ты вообще можешь так раскисать. - Терпение Энди лопнуло. - Думаешь, тебе одному плохо? К твоему сведению я тоже не могу уснуть по ночам. Конер замолчал и выдохнул. Затем достал пачку сигарет из кармана и закурил. - Не скажу что переживаю, больше всех, но я правда не спал уже двое суток. Если бы ты открыл мне, ты бы увидел какие у меня под глазами синяки. Тут Энди послышался шорох в квартире друга, и ему почему-то показалось, что Джейми сидит с другой стороны, так же как и он, прислонившись к двери спиной. - Но как бы я ни переживал, - продолжил Конер, - я не могу дать Эми того, что даешь ей ты. Ты ей как брат, а сейчас ей нужны именно родные люди. У вас какая-то ментальная связь, я даже не знаю. - Молодой человек сделал паузу и затянулся. - Я ,если честно, всегда этому завидовал. Вашему духовному родству... Но не важно. Ты меня понял. За дверью послышался вздох и какое-то бульканье, как-будто глотнули из стеклянного сосуда. Вдруг Энди решил изменить своим словам и встал на ноги, небрежно оттряхнув брюки ладонями. - А знаешь, нет. Я не буду тут сидеть. Если не ты, так хоть я буду рядом с Эми. Конер сделал последнюю затяжку и яростно швырнул окурок в лестничный пролет. Джейми Бауэр услышал, как отдаляются шаги друга, бегом спускавшегося по лестнице.***
- Мое имя Тихиро, - вежливо представилась девушка перед ошеломленной, по непонятной причине, женщиной. - Вы... ее мама? Мария Роуз не могла вымолвить ни слова. Голова все еще кружилась, а глаза перебегали с лица Эми, на лицо Тихиро и обратно. - Господи, - выдохнула миссис Роуз и села в кресло у постели. - Господи, спустя столько... - Эм... Извините, что ворвалась. Я палатой ошиблась. - Тихиро почувствовала себя крайне неловко, под пристальным взглядом незнакомки, и отодвинув на второй план то, что привлекло ее внимание во внешности пациентки, поспешила к выходу. - Я пойду. - Стой! - внезапно вскочила Мария. - Не уходи, мне нужно... Останься. Ничего не понимающая Тихиро нахмурилась, но осталась в палате и села на табуретку напротив. Пару минут девушка и женщина молчали. Мария Роуз просто смотрела на девушку, как две капли воды похожую на ее дочь, и молчала прикрыв рот ладонью. А Тихиро, отведя взгляд, старательно разглядывала соринку на полу. Напряженное молчание казалось длилось вечность. - Ты сказала, ошиблась палатой? - наконец, взяв себя в руки и мало помалу отходя от шока, спросила миссис Роуз. - Да. - У тебя здесь кот-то лежит? - Дядя. Он был в этой палате, а сейчас его перевели, вот и ошиблась. - Надо же... - вполголоса проговорила Мария, не отводя взгляда от Тихиро. И снова воцарила тишина, которую разбавляло только шумное дыхание спящей Эми. - Знаете, мне надо найти отца и палату дяди, так что... - не в состоянии больше терпеть этот немногословный разговор, сообщила Тихиро, поднявшись с места. - Я все таки пойду. Простите еще раз. - Твой отец здесь? - округлила глаза Мария. - Должен быть. - Ладно, это ты прости, что задержала так бесцеремонно, - тоже поднялась на ноги Мария. - Просто ты... - Роуз подавилась словами, заглянув в глаза Эни. Это были все те же глаза... Лишь с небольшими складочками у век, выдававшими возраст. Конечно, это были глаза уже далеко не двухлетнего ребенка. - Извини, - проговорила она и вернулась в кресло, отвернувшись к спящей дочери. - Можно вопрос? - внезапно услышала она из за спины. - Да? - не оборачиваясь отозвалась женщина. - Кто такая Эни? Мария ответила не сразу. Напряжение, с каким размышляла над ответом Роуз, ощущалось чуть ли не физически. Наконец она ответила очень просто. - Не думай об этом. Я тоже ошиблась. Тихиро кивнула, поджав губы и вышла из палаты. Ну бывает, видимо обозналась, подумала девушка, не подозревая, что незнакомка говорила совершенно о другой ошибке.***
Когда Лили Коллинз поднялась по лестнице и оказалась у двери своего коллеги Джейми Бауэра, она увидела что дверь в его квартиру приоткрыта. В груди неприятно засвербила тревога. Девушка осторожно толкнула дверь. - Эй? Джеймс ты дома? - подала она голос. - Джейми. Ноги делали неспешные шаги. Лили медленно двигалась в сторону комнаты Джейми. На глаза попалась вешалка и девушка вспомнила ту неловкую ночь. Перед глазами встала ее сумочка, висящая на крючке и аспирин, который так заботливо предлагал ей Бауэр. Коллинз грустно улыбнулась и ей стало немного стыдно за то, что накричала тогда на него. Шатенка заглянула в спальню юноши. Тревога улетучилась. Бауэр сидел у своей кровати на полу вытянув ноги и держа в одной руке бутылку вина. Он был в одних трусах, а рубашка на нем была расстегнута. Лицо помятое и заспанное, волосы сальные и всклокоченные. Парень не отрываясь смотрел в одну точку перед собой, но явно ничего не видел. Не обратил он внимания и на входящую Лили Коллинз. - Привет, - осторожно поздоровалась девушка со слегка вопросительной интонацией. - Можно? Реакции со стороны хозяина дома, тем не менее, не было абсолютно никакой. Тогда Коллинз, бесшумно впорхнув в спальню, села на пол рядом с Джейми и вздохнула, уставившись перед собой. Она не сказала больше ни слова. Спустя несколько секунд юноша повернул к ней голову и приподнял бутылку в предлагающем жесте. Лили заглянула в глаза парню и увидела в их голубизне не небо или море, или лед. Она увидела просто глаза, голубые, потерянные и немного детские, что обдало Лили странным чувством, которое тут же исчезло, не дав девушке понять, что это было. Коллинз протянула руку и, приняв предложение, глотнула терпкий напиток.***
- Я не уберег ее. Я должен был все понять, - в тысячный раз повторял Джейми, а Лили предпочитала просто молчать и слушать все, что бы он ни сказал. Лишь иногда она говорила:"Тише, тише" и "Не надо", когда голос парня вдруг начинал дрожать. Видимо Бауэр так давно не был полностью трезв, что язык отказывался слушаться его и половины сказанного им было почти не разобрать. И, как это обычно бывает, очень некстати зазвонил телефон Лили. Девушка ответила: - Лили! - услышала она радостный голос друга в ответ. - С папой все хорошо. Врачам удалось предотвратить худшее, все сделали вовремя и папу теперь даже снова перевели в обычную палату. Правда в другую, в прежнюю уже кого-то положили... - поток взволнованных речей из уст Стива не прекращался. - Спасибо Стив, - перебила его Лили, - что сообщил. Я рада, что все хорошо. К сожалению, вино, хоть и в небольших колличествах, немного затуманило голову Лили и девушка не могла сейчас в полной мере выразить своей радости. Голос ее оставался спокойным, но Стив все равно почувствовал, что подруга разделяет его восторг. - Ну ладно, я потом еще позвоню, - протараторил он. - Хочу быть рядом, когда отец проснется. - Да, Стив, хорошо, - медленно ответила ему Лили. - Пока. - Пока. Улыбка не сходила с лица Стивена Эйнарсона. Он бодро шагал к палате отца, а в голове роилась туча мыслей. Но ни одна из них не была неприятной. Теперь я смогу все исправить. Исправиться. Я буду там где должен быть и с кем должен. Буду с отцом... Быть может мы даже однажды пустимся втроем в ночные приключения, как фантазировали с дядей Клайвом. А может и не однажды. Последняя мысль заставила юношу широко улыбнуться. Он был готов рассмеяться, ему хотелось захохотать от счастья, но окружающие неправильно бы интерпретировали его поведение. Стив аккуратно, чтобы не шуметь, открыл дверь и вошел в палату отца. Мужчина на койке крепко спал. Сын сел рядом у постели и взял его за руку. - Пап... И внезапно Стива окатило ледяной волной. С тревогой он заметил, что рука отца как-то через чур расслаблена, а ладонь прохладная. - Пап? - повторил он громко, но Калеб не проснулся. Тогда с сотрясающим все его тело страхом Стивен приложил большой палец к запястью отца и не обнаружил пульса.***
По зову племянника, Клайв с молниеносной скоростью прибыл в больницу и нашел Стива, сидящим на полу у дверей операционной. Он сидел чуть ли ни у самой щели дверных створок, словно собака, и ждал. - Стив! Ты чего, пойдем к скаймейке, - протянул руки к племяннику Клайв, но тот равнодушно одернул плечо. Тогда Клайв прислонился к стене неподалеку от Стива. - Уже слишком долго, - пробубнил себе под нос юноша. - Все будет хорошо. - Слишком, дядя. - Где мама? - Тут где-то... Клайв вздохнул. В сердце язвила безнадега, но верить в нее не хотелось. - Нам нужно чего-нибудь. Хотя бы кофе. - Мне не нужно ничего, - прохрипел Стив, но Клайв уже отдалялся по коридору к кофейному автомату, у которого стояла какая-то женщина. Когда Эйнарсон старший подошел ближе, женщина забрала стаканчик с напитком и выпрямившись мельком взглянула на него. Но тут же посмотрела на мужчину снова и округлила глаза. Она знала, что он здесь, и что вероятность встретиться достаточно велика, но все равно ситуация застала ее врасплох. Клайв, хоть и был удивлен, не показал этого внешне. Он лишь мягко улыбнулся от чувства, забытого за столь долгий срок. Почти двадцать лет. Старик ты, дружище, старик. - Здравствуй. Мария.
