The fading hope of love

Последующий чуть ли не месяц проходил смутно, скучно. Парень недели две просидел дома за просмотрами какого то сериала, поедая всякие печеньки и батончики, найденные дома. Ведь он болел, и в один из таких дней, когда он уже почти выздоровел Антону приспичило покурить... Он бредёт в коридор для того что бы взять полупустую пачку. Уже достав коробочку он чуть подпрыгивает от резкого звука ключа в двери. Денис. Он пришел чуть раньше обычного, и это юношу не радовало. Быстро сориентировась он пытается впихнуть сигареты туда же откуда взял , но отчим замечает эти быстрые и странные движения рук, ещё даже не перейдя порог. — Ну привет, - хмурится мужчина внимательно осматривая парня, - куда собрался? — Просто прогуляться, но я не на долго, - врёт парень, что бы хоть как то отмазаться он снимает куртку с крючка и неспеша натягивает ее на себя — А что ты там так упорно прячешь от меня? — Ничего, - слишком резко и взволновано отвечает юноша, когда до новой куртки дотрагивается отчим, а после сует свои мерзкие руки в карманы . Антона охватывает серьезная паника, ноги в миг становятся ватными, и не подвижными, в голове крутится слишком много мыслей о том, что с ним могут сделать прямо сейчас. — Ты чё, куришь гандон!? - излишне строго рычит мужчина, сжимая пачку в руке. Ноги наконец могут двигаться, а мысли наконец собираются воедино, он медленно пятиться назад, пока мамин хахаль снимает с себя верхнюю одежду, а затем ремень. - тебе всего семнадцать, упырок, - все так же тараторит он,замахиваясь на Антона. Первый удар. Самый болезненный. В челюсть. Второй удар. Чуть более неприятный, ногой в живот... Антон чуть обработав открытые раны просто завалился на кровать, с большим желанием сигануть с окна. Обычно в таких ситуациях его спасали сигареты, но сейчас из за них же их забрал озлобленный мужик. Да, Шастун предпочитает его называть так, если без матов. Было ужасно больно. Но больше даже морально чем физически. Он просто не понимал чем заслужил такое отношение к себе. Чем он так провинился? Было непонятно, почему например вот Диму родители любят, ценят, а с Антоном вот так. Детская обида переполняла всего парня и внутри и снаружи, но помимо этого он корил себя ещё и за слезы. Ему было безумно стыдно за себя. Он так и уснул в раздумьях беспокойным сном .

***

Утром следующего дня Шастун собирался вообще не идти в школу, не хотелось. И так новенький, который в школе появился недавно из-за того что болел, так а если кто то заметит так он вообще станет главной причиной насмешок и издевательств. Но все равно желание развеяться было чуть больше. Поэтому нехотя поднявшись с кровати с ужасной болью везде он достал тональник и принялся замазывать "творение" отчима. Антон уже давно покупал тональные крема и консилеры, что бы исправлять ситуацию хотя бы на лице. С горем пополам, еле как оговорившись от похода до школы вместе он зашёл в теплое здание, медленно снимая ветровку постепенно согреваясь. Первым уроком стоял русский, но кабинет как на зло был закрыт, поэтому пришлось ютиться на подоконнике, том самом, где его в прошлый раз встретил учитель. И то ли совпадение, то ли ещё что то - из кабинета выходит историк . — Доброе утро Тош, чего сидишь тут? - ласково говорит учитель, подходя к парню. — В кабинете ещё занятие идёт, не могу зайти парка что , - чуть грустно отвечает юноша, сильнее закутываясь в объёмную толстовку. — Тебе холодно? Может в кабинет пойдём, там теплее чем здесь , - обеспокоено проговариет преподаватель смотря прямо в глаза ученику — А можно? - наивно спрашивает Антон, все так же сжимаясь под одеждой — Ну конечно, если бы нельзя было - я бы не предложил, - вновь отвечает Арсений на заданный вопрос, махая рукой, да бы показывая что он может пройти, и Антон послушно плетется за ним — Чай будешь? На это ученик лишь кивает, продолжая закутываться в толстовку, так как ему все ещё было холодно, несмотря на то что в кабинете действительно было намного теплее чем в коридоре. — Черный с сахаром? В ответ снова короткий кивок. Антон залипает на то как сильные руки учителя мастерски кладут сахар, кидают пакетики по кружкам и наливают кипяток почти до краев. А после ставят кружку на стол, доставая пару батончиков из тумбочки — Любишь карамельные? — Обожаю! - несдерживается парень Учитель кидает шоколадку, а Антон ловит и с радостью распаковывает начиная медленно жевать, наслаждаясь приятным вкусом. Это заставляет Арсения непроизвольно улыбнуться. Шастун запивает откусаный батончик горячем чаем, и наконец ему становится чуть теплее. — Ммммм, - простанывает парень из-за невероятного вкуса чая, – Что за чай? — Хм, вот, - учитель показывает коробку из под чая " Tess" в пирамидках, с карамелью, боже, а этот мужчина знает как меня уломать, – Нравится? — Очень, он прекрасен, - ученик наконец перестает жаться, ему наконец то тепло, но не только телу, а и в душе стало будто чуточку теплее, чем минутой ранее — Рад, как сестра поживает? - с неподдельным интересом спрашивает то — Хорошо, сегодня в садик еле как встала, она вообще у нас сова, спать готова... Не спрашивайте как, но Антону удалось прогулять русский. Вместе с Арсением за столь увлекательным разговором они пропустили звонок мимо ушей, у учителя все равно было окно, поэтому ученики в класс не заходили . И они так и просидели весь урок вместе за кружкой чая и интересными разговорами. Честно? Они бы наверное и дальше вместе сидели, если бы не толпа школьников зашедших в кабинет истории. — Ооой, погоди ка, ты специально меня заговорил что бы урок прогулять, а, Антошка? — Неа, Арсений Сергеевич, я правда не знаю как так вышло, извините за то что отвлёк — Да ты чего, я ж шучу , заходи ко мне когда захочешь, я всегда буду рад видеть тебя, кстати вот тебе на дорожку так сказать, - и он достал небольшую шоколадку с карамельным топингом, — Какой урок то хоть был? — Русский — Ну тогда ладно, отмажу тебя, так уж и быть , беги, на второй хоть не опоз... - голос прервал звонок, - хотя ладно, удачи тебе, Антош — Спасибо огромное! - на последок чуть прикривает парень , и уходит на биологию. Зайдя в кабинет он располагается на парте позади друзей, выкладывая ручку и тетрадь на стол. Друзья же почти синхронно повернулись и уставились на юношу, пока учитель что то начал записывать на доске, но Пнтону же вновь становится очень холодно, и неожиданно появляется резкая слабость , а ребята же начинают свой допрос — Ты поэтому не хотел с нами идти, что ко второму припереться? И даже нам ведь ничего не сказал, - с нарочной грустью начинает Сережа — Ага Шаст, где ты был? - продолжает уже Дима. Если честно отвечать сейчас на эти допоты не хотелось совсем, но напор на него был уж очень большой, по крайней мере так казалось, и он раскололся — Да я к первому пришёл, просто у Арсения Сергеевича был, мы чай пили И тут лица друзей будто онимели — Ты нам точно ничего не хочешь сказать? — А что говорить то, мы просто пили чай и разговаривали, а ещё на выходных кстати вместе гуляли, - почему то ему захотелось просто сразить на подвал друзей , их реакция была бесценна. Они уже схлопатали несколько замечаний, но им было все равно, они просто старались востоновить хронологию событий и переварить эта кашу в голове . — И когда ты собирался нам про это рассказать? — Ребят, да отвалите вы уже, и так бошка болит, и вы тут со своими допросами. — Может в медпункт? И Антон только отрицательно промычал, голова заболела ещё сильнее чем минутой ранее и начала кружится. Но в остальном все было в порядке, как считал сам Антон. Работать на уроке было невозможно, она болела так, будто её одновременно били несколькими молотками. В конце концов, за два урока до конца учебного дня он не выдержал и пошёл к медсестре. Что, что но Шастун явно не ожидал что сложнее всего будет подняться со стула. Выглядело это очень комично, но ему сейчас вообще было не весело. Голова раскалывалась и пульсировала, а ноги были ватными . В один момент в глазах все поплыло, а после заменилось на чёрное полотно. Проснулся он уже в белом помещении , и оглядевшись понял что находится в этом противном медпункте. А сам наверное всё-таки сон пропал из за сладкого голоса, нашептывающего милые и успокоительные слова, от которых на душе и в прямь становилось теплее, и это говорил..Арсений Сергеевич? Ещё спустя минутки две парень окончательно пришел в чувства, и по спине неожиданно пробежали мурашки , из-за того что ее же сейчас равномерно гладили обеспокоено рассматривая лицо юниши. Глаза распахнулись , учитель все так же ровно гладил Антона по спине и о чем то беседовал с молодой девушкой в белом халате. Сейчас все было таким же мутным и расплывчатым как до этого, и от этого становилось немного страшно. Голоса все так же были неясными, но разобрать пару фраз Шастуну все же удалось. "— Ну да, вероят.... переутомл......голод..". "— А....все буд.... хорошо?". " — Да, коне...набр..ться сил..и поесть..". Из всего этого можно было составить диалог, но сейчас было немного не до этого. Далее он впринцепи и не пытался вслушиваться, а просто прикрыл глаза, начал думать и вспоминать. Так, погодите то есть я сейчас на коленках у Арсения Сергеевича? - пришлось чуть приоткрыть глаза, что бы ещё раз осмотреться. Антон резко подскочил начиная снова осматриваеть помещение, он и в правду лежал на коленях у своего преподавателя, и это его не радовало. От стыла почему то хотелось просто провалиться или исчезнуть, но над ухом раздался почти спокойный голос. — Антош, ты как? — Я? Хорошо, наверное... — Как чувствуешь себя? Устал, хочешь спать? - будто пропуская предыдущие слова, уже действительно заволновавшись спрашивает учитель. — Все хорошо, я пойду, можно? — Нет, Антош, ты чего? Ты только что упал в обморок, недавно кровь из носа, твои друзья мне сейчас рассказывают что у тебя часто голова болит, и ты считаешь это нормальным? - ласково спрашивает историк, без какого либо намёка на злость или крик. — Ой, извините пожалуйста, за то что от уроков вас отвлёк, и за... — Да за что ты извиняешься, милый мой, у тебя точно все в порядке, до дома доедешь? — Надеюсь что да — Неее, так не пойдет, мне нужен точный ответ, сможешь до дома сам добраться — Нуу да, нужно только у Димы денег взять на такси — Может я тебя довезу тогда? Я вроде даже адрес помню, - преподаватель слегка поднял уголки губ и чуть отстранился от мальчика — Да нет, не стоит — А мне кажется что стоит, выглядишь не очень — Спасибо за комплимент, Арсений Сергеевич — Антош, я серьезно , тебе может к врачу? От этих слов у Антона будто глаза на лоб полезли, и он слишком резко отказался. Спасибо, не надо такого счастья. — Тогда собирайся, хотя нет, стой! Не хватало ещё того что бы ты по дороге тут умер, - и они вместе вышли из пункта и пошли в сторону раздевалок, а по пути Антон попросил кого нибудь из друзей собрать рюкзак и принести. Ходить все ещё было тяжеловато, а перед глазами все ещё всё плыло, сами же глаза постепенно начинали щипать из-за линз В машине они ехали в тишине, нарушаемой лишь беглыми вопросами от Арсения, и направлениями Шастуна до своего дома. Уже выходя из автомобиля Антон судорожно копался по карманам в поисках ключей, но чееееерт везение опять было на его стороне — Ну чего ты там, все в порядке? — Ага, в полном, я где то ключи потерял, чувствую меня так опизд... Ой, - юношу слишком быстро накрыла и злость, и растерянность, и ненависть и гнев на самого себя, что не выругаться сейчас было просто нереально — Всмысле, Антош ты не шутишь сейчас, это ведь серьезно, - хмуро говорил мужчина не отводя от него взгляд, а после жестом показал что он может обратно сесть в машину Глаза снова начало щипать, а в уголках собирались слезы от безысходности — А дома нету никого? — Нет, Мама на работе, отчим опять бухает где то по любому, а Сонька в садике, - ну вот опять эта искренность поперла, ну и зачем сказал это? — Чего прости? — Извините, не хотел нагружать вас своими проблемами, - он попытался сделать максимально спокойный голос, но получалось это конечно смутно. Не захотев действительно продолжать разговор, да впринцепи говорить хоть что то Антон вновь покинул автомобиль учителя, и на обеспокоеное " А что ты будешь делать?" Он лишь крикнул, — Девушке позвоню, у нее есть ключи от моей хаты. На деле ключей конечно же не было, и парень правда не знал что теперь делать, ведь телефон и рюкзак он оставил в машине. А ведь паршивое чувство боли все так же осталось, и в добавок от противной безысходности глаза наполнялись слезами, сильно сбивая линзы, от которых сейчас и так было несладко.

***

Наконец он дошел до дома своего друга Димы, дорога была не долгой конечно, но из-за температуры, про которую мальчишка ещё и не знал это было сделать крайне тяжело. Тяжёлая дверь открылась, и на пороге стоял Позов — О, какими судьбами? - он что то искал на тумбочке, находящейся прямо позади, но когда взгляд все же пришлось перевести на незваного гостя, от удивления у него почти открылся рот, — Шастик ты чего? - выглядел он и в правду не очень, да что там-отвратительно : размазанный тональник, за которым был виден не очень то симпатичный синяк, ещё теплые дорожки от слез на розоватых, замёрзших щеках, красные глаза, большие синяки под глазами да и просто больной вид, — Боже мой, заходи скорее. И он лишь проводил того до своей спальни где он почти упал и уснул. Когда Позов приложил руку ко лбу уже спящего друга, его рука чуть ли не зажглась. Ситуация мягко говоря херовая, а что делать? Лишь спросить у последнего человека с которым его друг общался, что бы узнать хоть немного. Димка. 16:13 Здравствуйте Арсений Сергеевич, вы случайно не знаете что произошло у Антона? Арсений Сергеевич. 16:16 Здравствуй Дим, а что с ним такое? Димка. 16:17 Ну он сейчас пришел ко мне, с очень нехорошим видом и не слово не сказав еле дошел до кровати и лёг спать. Арсений Сергеевич. 16:17 Дим, я правда не знаю, он сказал что потерял ключи, а после вышел из машины крикнув что у его девушки есть ключи от квартиры. Как он сейчас? Димка. 16:18 И вы его так просто отпустили ?? Вы не шутите сейчас? Арсений Сергеевич. 16.19 Да, ступил, но когда вышел его уже не было, а потом обратно заходя я увидел его телефон и портфель у себя на заднем сидении. Димка. 16.19 Кошмааар, он сейчас спит, надеюсь что выспеться, бедолага Арсений Сергеевич. 16:20 Блин Дим, прости, но держи меня в курсе дела, отпишешься потом как он, и что с ним, хорошо? Димка. 16:21 Хорошо.

***

Прошла целая ночь. Антон так не разу и не просыпался, уж настолько все было не хорошо . Но он постоянно ворочался в постели сминая простыню и сдавленно мычал. На улице пошёл мелкий, но долгий дождь, который уже через час после своего начала начал тарабанить по отливу, создавая громкий и не всегда приятный звук. На утро Шастун один раз проснулся от звука будильника, но друг успокоил его и уложил обратно спать. Поэтому полностью проснулся он только в одинадцать часов утра. Все тело болело, будто его всю ночь колотили деревянными палками. Глаза тоже жутко болели - засыпать с линзами было не лучшей идеей, хотя тогда идей вообще не было . Антон ещё долго пытался сориентироваться в своем место нахождении, но воспоминания как минимум о утре дали четкое понятие - он у Димы. Ну да, без линз и с жуткой болью наверное тяжеловато обходится, но он справился. Ещё минут пятнадцать ушло на поиски мобильного телефона, но тогда он вспомнил и события произошедшие раннее. Все - полное осознание и стыд настигли юношу полностью. Он пришел с отвратительным видом домой к другу и ни слова не сказав лег спать у него на кровати. А до этого он буквально послал учителя, просто немного иным образом. Было стыдно. Ужасно стыдно.