Он не монстр

      Ivan Torrent – Wars of Faith       Холодный от наступившей ночи порыв ветра мягко взъерошил чёрные волосы, окровавленные пальцы дёрнулись, брови искривились и раздался сиплый от боли стон. Натан вяло задвигался, медленно приходя в себя, крепче сжимая между пальцами скользкое от крови древко стрелы, наконечник которой словно раздирает всё внутри с каждым новым тяжёлым вздохом, приносящим больше боли. Зрение крайне медленно фокусируется, расплываясь и являя то кромешную темноту, то будто бы искры от костра. И без того неровно стучащее сердце ускоряет движения от накрывшего охотника беспокойства за Дени.       Натаниэль приподнимает голову, бросая взгляд туда, где были кусты, но видит только неровную землю и ямы, оставленные вырванными корнями. Он крутит головой, замечая поваленные деревья и кустарники, а после замирает взглядом на двух обугленных до неузнаваемости трупах, находящихся в метрах трёх друг от друга, порыв ветра доносит до обоняния их неприятный запах, навевающий тошноту. Натан опускает голову, скривившись и задержав на минуту дыхание, за которую успевает с трудом сесть и ощутить рукой какую-то неровность. Он присматривается и понимает, что его рука находится рядом со следом лапы, да ещё и такого размера, что парень сумеет поместиться в нём, если притянет ноги к груди. До его заторможенного болью сознания доходит всё произошедшее, выстраивая в уме цепочку из того, что он запомнил до потери сознания и увидел сейчас.       – Дени… – сипит он, продолжая смотреть на след драконьей лапы, пытаясь встать, но по итогу остаётся сидеть.       Натаниэль дотягивается до рюкзака, стягивает с его верха накидку Дана, не ставшего надевать её этим утром, и вытаскивает из кармана верёвку. Он отрывает кусок ткани и сжимает зубы, быстрым движением вытянув стрелу. Кровь из открытой пульсирующей раны потекла по животу, впитываясь в ткань разорванной майки и кусок от накидки, который Натан прижал, а следом примотал верёвкой, крепко стянув её вокруг себя. Хрип и сипение раздаются из приоткрытого рта, руки закидывают рюкзак на плечи, а после сжимаются в кулаки. Сила воли и адреналин с волнением придают сил встать на ноги и сделать пробный шаг, прежде чем замереть и ещё раз предельно внимательно осмотреться. Натаниэль всматривается в лесной полумрак, заметив ещё один след, где некогда были кусты, и несколько кусочков недогоревшей одежды Даниэля. Задирает голову и сразу цепляется глазами за обломанные верхушки деревьев в том же направлении, куда они двигались. В той стороне его поселение.       «Дени всё-таки сумел принять свою первую ипостась, защищаясь он сжёг Азата и Джихада, был недалеко от меня, оставив след, а после улетел. Но почему в направлении к Стромхолу, а не к горам?»       Натан снова выстраивает в голове цепочку, задумчиво хмурится, не понимая последнего, и быстро меняется в лице, сообразив возможную причину направления дракона. От этой мысли его охватывает страх, ставший сильнее волнения. Он срывается с места, быстро идя в намеченном направлении. Его стремительно охватывает паника и безысходность от понимания, что как бы быстро он не шёл, преодолеть оставшееся расстояние, да к тому же будучи раненым, он никак не сможет быстрее дракона. Дени окажется в поселении намного раньше него и может погибнуть от рук оставшихся там охотников, которые и стали его целью, заставляя лететь не домой, а к людям, желая мести. Натаниэль сообразил, что причина такого его решения в произошедшем совсем недавно. Малыш довольно явно недолюбливал охотников, а думая, что от рук этих двух мерзавцев погиб и он, ослеплённый горем отправился мстить, желая истребить если не всех их, то хотя бы тех охотников, что будут в Стромхоле.       Натаниэль накрывает ладонью живот, весь низ тела сковывает болью, на которую он практически не обращает внимания. Все его мысли о Даниэле, он не может оставить его, даже зная, что может уже не успеть застать того живым. Дышать тяжело из-за раны, а быстрая ходьба, переходящая в бег, только сильнее сжимает лёгкие, болящие и горящие от отсутствия привычного количества кислорода. Его шатает, голова идёт кругом, но он упрямо продолжает путь, хватаясь за деревья, смотря ввысь и перед собой, ища ещё хоть какие-нибудь следы возлюбленного. В глаза бросились ещё две обломанные верхушки крон, а до слуха едва донёсся такой знакомый драконий вой, в котором слышится тоска. Судя по степени его приглушённости, Дан на полпути к Стромхолу, в то время как сам Натан лишь в начале пути. Он бы попытался закричать, но понимает, что каким бы хорошим слухом не обладал оборотень, он не услышит его зова с такого расстояния. Охотник хватается за ствол, громко хрипя, дрожа и еле держась на ногах, тело призывает сдаться и опуститься на землю, а разум желает покоя, но парень собирает все свои силы и имеющееся в нём упрямство и сдвигается с места.       Натан резко поворачивает голову, услышав сквозь свои шаги и сиплое дыхание шорох с левой стороны. Он присматривается и замечает движения, из-за широкого ствола показываются сначала руки, прижатые к коре, а следом – девичье лицо. Дриада взирает на него настороженным взглядом, внимательно осматривая лицо, ставшее из смуглого более бледным, окровавленные пальцы и примотанную ткань, понемногу пропитывающуюся кровью. Охотник в очередной раз узнаёт её. Сегодня она наблюдала за ними и привлекла внимание его Дени, помахавшего ей. А когда-то она помогла ему сбежать и была удостоена злым взглядом и тоном Натана. Девушка видела всё произошедшее до этого, переживая за дракона и даже немного за самого Натаниэля, злясь на то, как охотники использовали своё численное превосходство против него. Он облизывает губы, ощутив чёткий привкус крови. Разворачивается и делает к дриаде первый шаг, заметив это, она шустро прячется, а парень подаёт голос:       – Пожалуйста, помоги, – мольба в его голосе останавливает её, девушка медленно показывается на его глаза. – Это же ты помогла Дану сбежать от меня когда-то?       Она смотрит ему в глаза и коротко кивает.       – Я слышал, что у дриад есть что-то, что позволяет оказаться в любом из мест за секунду, – он понемногу приближается к ней, не разрывая зрительный контакт. – Если это правда, то молю тебя, помоги, мне нужна эта вещь.       Дриада хмурится, смотря на него снизу вверх, недовольная последними его словами. Люди всегда так и норовили заполучить этот артефакт и не стыдились при этом марать руки в их крови. Она качает головой и частично сливается с деревом, а когда почти проникает в него, Натаниэль падает на колени, заговорив:       – Умоляю. Охотники, оставшиеся в поселении, убьют его, – девушка замирает, прислушиваясь и наблюдая за его эмоциональным состоянием. – Ты помогла ему тогда, пожалуйста, помоги мне сейчас спасти его, – он с отчаянием смотрит на неё, бормоча. – Я люблю его. Даниэль погибнет, ведомый жаждой отмщения, я могу остановить его, но не успею добраться своими силами.       Дриада раздумывает пару секунд, вздыхает и выходит из дерева. Присев на корточки напротив Натана, она протягивает руку и на ладони появляется деревянный кулон. Ствол и ветви дерева вписаны в круг, овитый тонкой сухой лианой. Натаниэль осторожно забирает его, чувствуя его лёгкость, и переводит взгляд на девушку.       «Крепко сожми его и подумай о том месте, где хочешь оказаться», – раздаётся в его голове приятный женский голос.       Натан благодарит её, счастливо улыбнувшись, и собирается с силами, чтобы подняться. Он приваливается к дереву, сжимает в ладони кулон до лёгкой боли в пальцах и, закрыв глаза, представляет Стромхол, в ту же секунду исчезая с того места, где стоял и появляясь у первых домов со стороны леса. В голове помутилось, а до заложенных ушей словно сквозь глубину под водой доносятся крики, треск и рёв. Натаниэль распахивает глаза, в зрачках которых отразились полыхающие дома и несколько людей, чью одежду охватило пламя. Народ в панике метается между строений, пытаясь найти укрытие и крича, когда путь преграждает выпущенное драконом пламя. Даниэль кружит над домами, его крылья издают хлопок при новом сильном взмахе, а рёв и рычание стихают, только когда он выпускает новую струю пламени. Его карие глаза находят нужную цель в виде двух выбежавших охотников, тут же выпустивших в него стрелы, отлетевшие от каменной шкуры груди. Он зависает в воздухе и сжигает их, чувствуя секундное благоговение от расправы, после начав искать остальных, попутно поджигая дома.       Натаниэль сдвигается с места, он бежит за ним, не сводя глаз с летящего дракона. Вбирает в лёгкие воздух, ощутив острую боль, и почти закричав, падает на землю, сбитый другим парнем. Не успевает он толком опомниться, как его быстро поднимают на ноги, а над ухом раздаётся радостный голос:       – Я знал, что ты выживешь, засранец, – И’ван сжимает его в крепких объятиях, но услышав болезненный сдавленный стон, отстраняется и опускает глаза. – Это тебя он так? – кивает он на дракона, Натан качнул головой.       – Прощальный подарок от Джихада и Азата, – тянет уголок губ в улыбке, сжав плечо друга, слегка навалившись на него и добавив, посмотрев вверх. – Помоги привлечь его внимание.       – Из ума выжил, хочешь чтобы он тебя поджарил? – хмурится, приобнимая его за плечи.       – Он меня не тронет, – с твёрдой уверенностью заявляет, серьёзно уставившись в глаза друга. – Он здесь, потому что мстит за якобы мою смерть. Нужно, чтобы он меня заметил, только так можно спасти то, что осталось от поселения.       И’ван, хмурясь, качает головой, сомневаясь в затее друга и половине его слов, но решает оставить всё на потом, согласно кивнув. Натаниэль задорно улыбается, несмотря на дрожь и слабость устремившись вперёд, скинув рюкзак и громко, насколько возможно в его состоянии, крича:       – Даниэль! – он смотрит на выпускающего пламя дракона, приложив руки по бокам рта, пытаясь сделать свой зов громче. – Дени, я здесь!       Но тот не слышит его. Дракона ослепил и оглушил его собственный гнев с горем. Он не видит ничего кроме отблеска металлического оружия и их обладателей, сжигая одного за другим, чувствуя ненадолго облегчение, на миг приглушающее горе.       Натан быстро осматривается, пытаясь найти место, откуда его будет лучше всего видно и слышно. Приметив более-менее целую крышу, он направляется к дому, но не доходит до него, увидев ещё одного охотника, натягивающего сразу три стрелы на тетиве, целясь в крыло Дана. Зло прищурившись, он одним быстрым движением сбивает мужчину с ног, не позволив ранить своего возлюбленного. Охотник кричит на него и быстро поднимается, замахнувшись кулаком, но во второй раз его сбивает с ног уже удар И’вана. Он улыбается другу и кивком указывает на ещё двух появившихся мужчин. Блеск металлического лука одного из них привлёк внимание дракона, развернувшегося и собравшегося выпустить пламя. Но вместо него раздался болезненный рёв из пасти, когда стрела попала в основание плеча, где чешуя не настолько твёрдая, оставив порез. Ноздри дракона раздуются от злости, и огненная струя всё-таки настигает охотника, почти мгновенно испепелившая его. Натаниэль и И’ван сбивают второго мужчину с ног, после чего Натан со стоном наклоняется и хватает с земли свой упавший лук, поняв, как сможет привлечь внимание любимого. Если он не может дозваться до него, тогда будет рисковать другим образом.       Крикнув другу, чтобы как можно дальше отошёл от него, Натан вытаскивает стрелу и натягивает тетиву, специально повернув лук так, чтобы сталь заметно блеснула. Дракон увидел это краем глаза. Сделав круг, он уставился на оружие в руках парня и устремился в его сторону. Дан сокращает между ними расстояние, Натаниэль резко отбрасывает оружие и расставляет руки в стороны, не сводя с него глаз, видя, как из приоткрывающейся пасти вылетают искры. Взгляд дракона меняется в то мгновение, когда в груди появляется более сильный жар, и он почти выпускает пламя. Натан не меняет положения, лишь упав на колени от слабости, он зажмуривается, когда дракон больше сокращает расстояние. Тот сильнее снижается, издав жалобное урчание, в низком полёте меняя форму за оставшиеся полминуты до столкновения с охотником. Тот крепче зажмурился и в ту же секунду ощутил, как талию обвили руки, в торс вжались, а подбородок утонул в мягчайших кудрях. До ушей сквозь треск горящих домов и людского шума донеслось громкое сопение и всхлип. Натаниэль улыбается и соединяет расставленные руки, вжав в себя теснее хрупкое обнажённое тело, зарывшись лицом в пружинистых волосах, а после поцеловав в них. Дени задирает голову, всматриваясь в его лицо, в каких-то четырёх сантиметрах от своего. Приглаживает двумя руками чёрные растрепавшиеся запылённые волосы, смотря с неверием, и снова вжимается в широкий торс, крепко цепляясь за свою пару и потираясь щекой о его плечо.       И’ван поражённо таращится на паренька, пытаясь переварить то, как дракон стал этим малышом, теперь понимая, что имел в виду его друг. Натан поднимает взгляд и видит четырёх приближающихся, последних из оставшихся в поселении и выживших в бойне, охотника. Он мягко и быстро задвигает Дана за спину, пряча его и выхватывая из-за пояса кинжал, предупреждающе-воинственно смотря на остановившихся мужчин, направляющих оружие на оборотня. И’ван быстро сокращает расстояние, встав между ними и другом, закрывая его собой и качая головой, призывая охотников опустить луки, но слышит в ответ злобные причитания. Дени рычит, крепче обвивая руками грудь Натана, настороженно и зло выглядывая из-за его широкого плеча. Натаниэль пытается сфокусировать взгляд, но не может, чувствуя, как слабость и усталость наваливаются с непомерной силой. Он медленно отключается из-за уже достаточно большой потери крови. Даниэль опускает на него взгляд, ощутив, как он обмяк в его руках и навалился сначала на него, а после начал наклоняться набок. Оборотень, не сумев удержать его тело, упал вместе с ним, а после быстро сев на колени и нависнув над парнем, хватается за его щёки и всматривается в бледное лицо.       И’ван оборачивается, с беспокойством смотря на друга, в свете горящих домов видя, как кусок ткани и верёвка уже почти не впитывают кровь, насквозь пропитавшись ею. Дени жалобно мычит и невнятно бормочет, касаясь его волос, сжимая плечи и прижимаясь к груди, слыша слабые удары сердца. Его бледные пальцы окрашиваются кровью, стоило ему коснуться ткани на животе. Трое мужчин ниже опустили оружие, наблюдая за метаниями на вид безобидного мальчика, минутами ранее почти полностью сжёгшего их поселение. Один продолжает целиться в него и всё-таки отпускает стрелу, которую чудом успел отбить кинжалом И’ван, после этого метнув его и попав мужчине в плечо, заоравшего от боли. Он громко приказывает всем оставаться на месте и бросить оружие, но те вновь начинают спорить с ним, крича, что нужно добить чудовище, пока оно в этой слабой ипостаси. И’ван не отступает, надёжно закрывая собой друга и оборотня, слыша его приятный, тихий и слишком жалобный голос:       – Боги смилуйтесь, – Дени жмётся к Натану, чьё тело стремительно покидает жизнь, за которую он цепляется из последних сил. – Пожалуйста, не забирайте его.       Горькие слёзы впитываются в тонкую ткань майки и падают на лицо охотника, когда дракон приподнимается и прижимается своим лбом к чужому, смотря на опущенные веки.       – Вы ведь даруете нам одну пару на всю жизнь, – бормочет сквозь всхлипы, запуская пальцы в густые угольно-чёрные волосы и закрывая глаза. – Я без него уже не смогу… Не обрекайте на муки, что будут нестерпимее, чем когда-то у вашего любимого первенца.       Солёные капли сползают по щеке Натаниэля, достигая пореза и окрашиваясь в красный. Рану начинает жечь соль слёз и вместе с этим та начинает слабо светиться и затягиваться. Дан продолжает плакать, цепляясь за него, а его слёзы продолжают сползать по смуглым щекам и скулам, частично впитываясь в кожу и принося исцеляющий эффект. Порез на щеке полностью затянулся, оставив от себя лишь кровавый мокрый след, а кусок от накидки скрывает свечение затягивающейся раны. Сквозь злые голоса охотников, слабый стон Натана смог услышать только Даниэль, замерший и почти сразу отстранившийся, уставившись на его лицо сквозь пелену слёз, шмыгая носом. Натаниэль медленно открывает глаза, сразу сталкиваясь с любимыми синими глазами. Он запускает пальцы в мягкие кудри и улыбается, когда малыш принимается покрывать поцелуями его лицо, радостно улыбаясь и невнятно лепеча. Их движения привлекли внимание охотников и И’вана, обернувшегося, заметив их поражённые взгляды.       Натаниэль с лёгкостью садится и поднимается на ноги, держа Дени за руку, полностью спрятавшегося за ним, что только кудри макушки видны над широким плечом. Натан отступает с ним к рюкзаку, стягивает с него накидку и закутывает в неё Дана, направляя в сторону охотников руку с кинжалом, смотря таким взглядом, что никто не решается устремиться в их сторону. Никто кроме И’вана. Перед этим подобравшего его лук и стрелу, и прикрывающего парней, позволяя им более спокойно отступить в сторону дома Натана.       – Тебе нельзя здесь оставаться, – быстро проговаривает И’ван, бросив взгляд за плечо.       – Знаю, я для них теперь такой же предатель, каким меня назвали Джихад с Азатом, – чуть зло тянет ему в ответ и спокойнее добавляет. – Но покинуть Стромхол сейчас я не смогу, мне нужен отдых, – Натан смотрит на Дана, улыбнувшись ему, и переводит взгляд на друга, говоря. – Не знаю как, но, кажется, рана затянулась. Отдохну и если нас не убьют до утра, завтра отправлюсь с ним к горам.       – Значит, сегодня я буду стоять на страже у твоего дома, и если кто-нибудь вздумает сунуться – я дам знать, – непреклонно смотрит на него И’ван, остановившись у двери дома.       Натаниэль благодарно улыбается ему и пропускает вперёд Даниэля, заходя следом и закрывая дверь. Как только он разворачивается, тонкие ручонки крепко обвивают его талию, а в ключицы вжимается лоб.       – Я думал они убили тебя и чуть не умер сам, когда ты ослаб в моих объятиях, – бормочет, теснее прижимаясь к нему.       Дени поднимает голову и замирает, стоило губам Натана прижаться к его лбу. Тот прижимает ладонь к затылку, зарывшись пальцами в светлых кудряшках, припав новым поцелуем к пухлым губам. Дракон засопел, вцепившись пальцами в его бока, двигая губами и покорно понемногу отступая вглубь дома. Натаниэль приобнимает его за талию, не спеша подталкивая в сторону душа, медленно целуя, мягко сминая нежные губы и поглаживая его затылок. Он развязывает верёвку, упавшую к ногам вместе с окровавленной тканью, снимает жилетку и тянет вверх майку, буквально на секунду оторвавшись от манящих губ, начавших по чуть-чуть алеть, становясь ещё чувствительнее. Порванная снизу накидка падает позади Дана, Натан переступает свои свалившиеся штаны и встаёт вместе с ним в таз, потянув за шнурок душа. Чуть тёплые струйки потекли по всё сильнее намокающим волосам и коже, смывая всю грязь и кровь, вода под ногами становится всё темнее. Охотник мягко с нежностью наглаживает бока оборотня, гладит по спине и щекам, позволяя тому между поцелуями вдохнуть немного воздуха.       Он с осторожным нажимом проводит руками по его волосам, отжав те от влаги, и тянет Дени за пределы таза. Неторопливо водит полотенцем по миниатюрному хрупкому телу, избавляя светлую кожу от влаги, предварительно обтерев его волосы. За это время его тело обсохло самостоятельно. Натаниэль подхватывает его одной рукой под бёдра, обвив второй талию, неся свою драгоценную ношу в другую комнату. Даниэль мило улыбается, путаясь пальцами во влажных чёрных волосах, глядя в голубые глаза. Натан целует его скулы, небольшой подбородок и нос-бусинку, слыша довольное драконье урчание. Он осторожно мягко опускается с ним на кровать, смотря в синие глаза с такой нежностью, что внутри Дана всё приятно сжалось и затрепетало. Он сам тянется к его тонким губам, обвивая чуть влажную шею и плечи, пройдясь по ним кончиками пальцев, замерев ими на тонких смуглых скулах.       Натан сжимает одно из его запястий, целует бледные пальцы и костяшки, наклоняется и касается губами шеи. Молочного оттенка кожа мягкая и непередаваемо гладкая. Он зацеловывает его хрупкие плечи, пройдясь от их верха почти до локтей, с осторожностью коснувшись пореза, оставленного наконечником стрелы. Касается ключиц и центра груди, почувствовав губами ускоренное биение двух сердец. Дени закрыл глаза, отдаваясь новым необычным ощущениям, интуитивно двигая руками по крепкому телу своей пары. Он сопит и поджимает губы, почти неощутимо сжимает зубами центр нижней, опустив ладонь на тёмную макушку и дёрнувшись от ощущения влажного сжимания вокруг соска. Мокрые следы поцелуев хаотично спускаются к животу, бокам, сдвигаются на выпирающие косточки начала бёдер и их внутреннюю сторону. Уже такое привычное ощущение появляется в животе, становясь сильнее от мягких касаний губ и тёплых рук. Пухлые губки раскрылись и изо рта вырвался стон, от которого Дан встрепенулся и отполз от Натана, взволнованно посмотрев на него.       – Не бойся, – мягко тянет охотник, приподнимаясь к нему повыше.       – Я странно себя чувствую, – лепечет ему в ответ, прижав ладони к животу, – здесь что-то опять сжимается, только сильнее прошлых разов, – он недовольно хмурится. – И мне не нравится этот непонятный звук, который так и рвётся наружу от твоих действий.       – Это значит, что тебе хорошо, – Натаниэль ближе наклоняется к нему, подцепив пальцами подбородок и, погладив его сбоку, тихо проговаривает в его губы. – А звуки, что ты издаёшь, вещают мне, что я всё делаю правильно, что тебе приятно, – он коротко целует его и шепчет. – Не бойся того, что чувствуешь, дай этому выход и станет только приятнее.       Даниэль опускает глаза на его губы, наклоняется и сжимает верхнюю, Натан улыбается и, не отпуская его подбородок, углубляет поцелуй, проходясь своим языком по его, не спеша сплетаясь с ним и мягко хозяйничая в чужом рту. Дан цепляется за его спину, нахмурившись от охватывающих ощущений, пугаясь их, но не отстраняясь, а как посоветовал Натаниэль, дав этому выход. Его новый стон утопает в поцелуе, создав лёгкую приятную вибрацию на языке и нёбе обоих. Короткие ногти царапнули смуглую спину и загривок, а сам паренёк заёрзал и двинул бёдрами, начав чувствовать жар, не понимая его возникновения. Это очередная странность для него, над которой не хочется думать, мозг и тело сосредоточились на приятных касаниях и ощущениях. Ладони Натана оглаживают его бока от рёбер до талии, переходя на бёдра, одна гладит под коленом и от него спускается к ягодице. Дракон подаётся касанию, чувствуя тепло ладони и подушечек пальцев, подставляя шею и плечи любящим ласковым поцелуям. Натаниэль заглядывает в его глаза, целует в лоб и тянется за нужным пузырьком. Оборотень мило повёл носом, учуяв приятный аромат эфирного масла, заинтересованно смотря на пузырёк и его содержимое, осторожно вылитое на тонкие пальцы.       Натан соединяет их лбы, смотря в глаза, удобно устроившись и опустив руку между ног Дени. Он не дёргается, почувствовав скольжение пальцев между ягодиц, только едва приопускает веки, смотря в голубые глаза, следящие за его реакцией. Пальцы мягко обводят и надавливают на сфинктер, расслабляя мышцы перед осторожным проникновением. Даниэль сжимает его бицепс от нового ощущения, странного, но вовсе не неприятного или болезненного. Он прислушивается к оглаживающим его внутри движениям, касаясь кончиком своего носа Натаново. Тот не спешит, осторожно и достаточно нежно подготавливая возлюбленного к следующему этапу, следя за его мимикой, прислушиваясь к сопению и движениям, мягко двигая рукой, проникнув в нежное нутро вторым пальцем. Жаркие стенки обволакивают пальцы, немного сопротивляясь некоторым движениям и расслабляясь от других, сбивающих дыхание паренька, ёрзающего и тихонько постанывающего, продолжая наминать бицепс Натана, держа вторую руку на своём животе. Охотник проникает пальцами глубже и проходится подушечками по бугорку, ощутив, как оборотень в этот момент дёрнулся и достаточно громко простонал, прижавшись к нему. И’ван, находящийся на улице, оглянулся на дверь дома позади, услышав этот звук.       – Ты смотри, недавно ещё умирал и уже на мальчонку полез, – он ухмыляется и бормоча отходит чуть дальше от дома. – А я уже начал переживать, что он в евнухи решил податься.       Натан довольно смотрит на прижимающегося к нему Дени, медленно вытягивая пальцы. Он проводит ладонью по члену, растерев по нему масло и естественную смазку, устраиваясь ещё удобнее и приставляя головку к растянутому входу. Мягко придерживая Дана за талию, он толкается, понемногу входя и не сводя глаз с лица парня, видя, как пушистые брови свелись под влажными кудрями чёлки от совсем лёгкой боли, ушедшей, когда Натаниэль вошёл наполовину. Он приостановился на полминуты, погладив бок, за который придерживал его, наклонился и, припав к губам, одним плавным движением вошёл до конца, услышав в ответ шумный выдох. Дени упирается коленями ему в бока, обнимая за широкие плечи, двигая губами и головой, неумело, но так мило отвечая на поцелуй, позволяющий ему максимально расслабиться. Натан приобнимает его одной рукой и немного отводит бёдра, прежде чем толкнуться обратно. Даниэль коротко стонет ему в губы, пустив по ним вибрацию и прогнувшись от приятных ощущений. Он не совсем осознанно ведёт бёдрами, призывая этим парня к действиям, повторяющим движения, мягко неторопливо толкаясь в него, оставляя поцелуи на розовеющих щеках и алеющих губах, вместе со следами на бледных хрупких плечах. Покачивания его бёдер приобретают больше силы и резкости, он крепче жмёт к себе постанывающего, невнятно бормочущего паренька. Дан подаётся ему навстречу, крепче цепляясь за его плечи. Тела тесно соединяются, бледная кожа скользит о смуглую, взмокнув от пота, а голоса сливаются воедино на самом пике удовольствия, в порыве которого ноготки оборотня оставили алые царапины на широкой спине. Натан бережно обнимает его, не желая выпускать из объятий, целуя и нежничая.       – Я не знаю, как это называется, но хочу повторения, – бормочет ему в губы Даниэль.       Охотник тихо смеётся и перекатывается с ним набок, продолжая ласкать и бормотать:       – Как дракон ты не менее прекрасен и такой большой, – гладит его по голове и щеке.       – Самки вырастают до такого размера, а я всё ещё расту, – заявляет с улыбкой, потираясь щекой о его руку и сплетаясь с ним ногами, – так что буду ещё больше и величественнее.       – Мне это не так и важно, что действительно меня волнует – то, что ты рядом со мной, что я успел, и ты остался цел и почти невредим, – невесомо касается пореза на его плече и любяще шепчет. – Я люблю тебя, Дени.       – Ты моя пара, мой единственный, – шепчет ему в ответ, – и я тоже люблю тебя.       Натан улыбается и целует его, после устраивая удобнее в своих объятиях, устало выдохнув. Сегодня был волнующий день, и он надеется, чтобы завтрашний был хоть немного спокойней.