Он не монстр

      Музыка: Ivan Torrent – Moonriser       День спустя.       Даниэль улыбается, с осторожностью запустив пальцы в густые угольно-чёрные волосы охотника. Он слегка приподнимается и наклоняется достаточно близко, чтобы учуять исходящий от него запах, вызывающий теплоту и будоражащий его нутро. Нотки пыли, стали, едва уловимого мускуса и личный человеческий аромат Натана по-особому греет и успокаивает душу дракона. Дени зарылся кончиком носа в чуточку жёстких волосах, крайне неторопливо двигаясь и замирая, когда нос уткнулся в тёплую смуглую кожу высокого лба. От этого парня так и исходит тепло, его кожа словно парующая перед дождём земля, этот жар удушливый и в то же время слишком приятный. Оборотень соединяет их лбы и кончики носов, глядя на закрытые глаза и ощущая уже такие привычные чувства, до сих пор до конца не ясные ему, но слишком необходимые. Дан давно понял, что уже не сможет спокойно обходиться без этих чувств, дополняющих что-то внутри него и заполняющих пустоту. Даже его драконья сущность тянется к этому человеку, принимая его и желая. Страх больше не сковывает его и нет той настороженности из-за его предположения. Этот красивый молодой мужчина всё-таки оказался его парой. Охотник – единственный дракона, уму не постижимо, но Даниэля это больше не волнует.       Он смотрит со спокойным мягким прищуром, наклоняя голову и осторожно касаясь чужих губ спящего парня своими, вспоминая первый поцелуй. Пусть он и юн, ещё многого не знает и попросту не понимает, но немного об отношениях осведомлён благодаря Заре, общаясь с ней и на эти темы. Дан знает, что такое поцелуй и на какие типы он делится в зависимости от отношений людей и нелюди. Их поцелуй тем вечером был похож на тот, что дарят друг другу влюблённые или просто желающие друг друга люди. То, что он делает сейчас, схоже с первым. Даниэль влюблён и осознанно и желанно целует спящего, как он в очередной раз думает, Натаниэля. Тот был разбужен касаниями Дени, водящего носом и щекочущего дыханием его кожу. Натан изо всех сил сдерживался, чтобы не расплыться в улыбке, а сейчас разрывается между желанием в ответ смять до невозможного пухленькие желанные губы и крепко, но бережно обнять за тонкую талию. В груди трепещет от чувств, которые он больше не подавляет с того вечера, третий день всецело отдавая себя любви к милому маленькому оборотню.       Натаниэль всё-таки не сдержался и поцеловал в ответ, как только ощутил, что малыш отстранился на полсантиметра. Он потянулся вперёд за его губами и, вжавшись в них, так удачно приоткрыл глаза, успев увидеть удивлённый взгляд и то, как и без того румяные щёки за миг заалели. Даниэль инстинктивно задвигал губами, неумело отвечая на поцелуй и падая в глубину голубых глаз. Пальцы Натана нырнули в пшеничные кудри недалеко от прохладного уха Дана, мимолётно коснувшись его края. Парнишка резко отклоняется, почувствовав очередную странность внизу живота и ниже него. Дени подскакивает на ноги и опять шустро прячется за ближайшим деревом, высовывая из-за него красную мордашку. Натаниэль тихо смеётся, в этот раз не сдержавшись и вновь умилившись с этой привычки своего возлюбленного. Дракон с момента их встречи постоянно прячется за деревьями, словно ствол может защитить его или придаёт какой-то уверенности, охотник не уверен ни в чём из этого, а спрашивать сейчас как-то не хочется. Он удостаивает мальчонку таким тёплым нежным взглядом, что тот крепче вцепляется в стол и прячет за ним лицо, расплывшись в улыбке, закусив губу и задрожав.       Дени вжался щекой в жёсткую шершавую кору, а тихое драконье клокотание раздалось в глубине его груди от охвативших его чувств. Со вчерашнего дня он в полной мере убедился, что тянется к охотнику чувствуя в нём свою пару. Но так и не понял – его странные чувства связаны с этой же причиной? Это то же чувство, что люди испытывают к своей второй половине? Если да, то он ничуть не боится и не злится, а ощущает в основном лёгкость и нестерпимую нежность с желанием вылить её на объект своей любви. Хочется жаться к своей человеческой паре и позволить снова соединиться их губам, с удобством устроившись на крепком торсе в кольце сильных рук. Даниэль трётся щекой о кору, неприятные ощущения слегка приводят в более ясные мысли и чувства, отогнав то странное ощущение внизу живота, не отпускающее даже вдали от охотника, видимо из-за недавних мыслей, продолжающих подкреплять то ощущение. Дракон выходит из-за дерева и устраивается напротив парня, забрав предложенный завтрак и железную кружку с водой, охладившей кожу. Трапеза проходит в молчании и бросании друг на друга взглядов, половина которых вызывает у них почти незаметные улыбки.       Натану льстит и радует то, что вчера утром он застал этого кроху под своим боком, мило сопящим в его плечо. Он думал, что тот сбежит, получив свободу, но Дени этого и не планировал, и то, что он решился остаться, помогло разобраться в себе. Теперь он уверен, что идёт нога в ногу со своей парой, пусть и не совсем такой, которую он когда-то представлял. А вчера оборотень сумел ещё и довериться своему единственному, убедившись, что тот полностью на его стороне и защитит в случае необходимости. Этот парень хороший человек, хотя и не казался Дану таковым изначально. Он придерживался мнения, что все охотники одинаковые, но ошибся насчёт этого – Натаниэль другой, он лучше тех, которых оборотень успел повстречать. Пообщавшись с ним, понаблюдав и узнав его получше, Даниэль сравнил Натана с людьми горного народа: уважающий других существ, добросердечный и действительно берущий от земли лишь столько, сколько ему необходимо для жизни. Его избранник, данный ему Богами, хороший, что не может не греть душу оборотня и давать понимание того, что без этого человека он уже не сможет жить спокойно.       – Почему ты не можешь сменить ипостась? – донёсся до его ушей голос его пары, Дени повернул к нему голову и поймал взгляд любимых глаз. – Ты впервые стал человеком?       – Да. Я предполагаю это связано с тем, что магия слишком слаба. При падении её хватило для того чтобы я принял этот облик, а вот чтобы снова стать драконом – нет. Магию по моим венам перегоняет драконье сердце. Но оказавшись в этом теле у меня активнее заработало человеческое, которое не способно усиливать магию и этим не позволяет мне стать драконом.       – У тебя два сердца? – удивлённо бросает взгляд на его грудь Натаниэль.       – Да, а что, люди не знают об этом? – склоняет голову и видит отрицательный кивок, спокойно добавляет. – Ну теперь узнают, если ты скажешь.       – И не собираюсь, – твёрдым тоном уверяет, – ни мой народ, ни другие не достойны этого знать. – Натан с любопытством смотрит на него. – Но раз у тебя два сердца, ты продолжишь жить с одним, если тебя ранят в одно из них? Можешь не отвечать, я не настаиваю.       Дан бы возмутился от подобного вопроса в начале их общения, но сейчас всего лишь спокойно пожимает плечами, потому что и сам не уверен, продолжит ли жить с одним сердцем.       – Люди издавна охотились на моих собратьев немалыми группами, но ты отправился один по мою душу, – продолжает он их непринуждённый разговор. – Ты настолько самоуверенный?       – Нет, мне просто особо нечего терять, и ты уже знаешь об этом, – мельком смотрит в его синие глаза, Дени кивнул и продолжил слушать. – Вторая причина в том, что другие охотники меня не жалуют и насмехаются из-за моей меткости. Поэтому я и пошёл один в поход, чтобы добыть твою голову и этим заработать себе славу и покой.       – Я ничуть не удивлён и даже не злюсь, – честно говорит и бормочет оборотень. – Возможно, причина в моих непонятных чувствах.       Натаниэль снова повернул к нему голову, заинтересованный последней фразой, понимая, что может иметь в виду малыш. По его поведению он ещё пару дней назад начал понимать, что его чувства взаимны, но Даниэль не понимает или не знает названия своих чувств.       – Из-за некоторых твоих действий и близкого присутствия, у меня здесь происходит что-то странное, – он прижал одну ладонь к животу, – а тут бьётся быстрее, – вторую ладонь Дан опустил на грудь и немного нахмурился причитая. – Мне это не нравится и нравится одновременно.       – Ты чувствуешь почти всё то же самое, что и я к тебе, – подаёт голос охотник.       – Ты знаешь, как это называется? – оборотень резко повернул к нему голову, уставившись с надеждой, что сейчас сможет убедиться в предположенном названии своего чувства.       – Это симптомы любви, – отвечает с улыбкой Натаниэль. – Говорят, что когда человек влюбляется, его тело подобным образом реагирует на объект его чувств и вожделения.       – Да кто в тебя тут влюбился? – встрепенулся мальчик, состроив непонимающий вид, а после задрав голову, высказывается, чувствуя своё ускоренное сердцебиение. – А даже если и так, то я не отличаюсь от своих собратьев – мой отбор пары не менее суров.       – Ты хоть и освободил меня, – всплескивает он больше не связанными руками, – и закрыл вчера от повстречавшихся разбойников, но при этом зачем-то продолжаешь вести в своё поселение, вместо того чтобы повернуть в сторону моего дома.       – Я больше не планирую убивать тебя, у меня отныне другие планы, – взгляд и тон Натана ещё больше ускорили пульс взволнованного дракона. – Мне нужно пополнить запасы, а сделать это можно только в моём доме. После этого я сразу же помогу тебе вернуться домой.       – Откуда мне взять доверие и быть уверенным, что ты не лжёшь? – смотрит на него с пытливым прищуром, хотя и так уже всецело доверяет и верит ему.       – Разве похоже, что я обманываю тебя? – останавливается и спокойно смотрит в его глаза, Дени сглотнул и качнул головой, отвернувшись, а Натан продолжил путь. – В Стромхоле осталось достаточно охотников, поэтому когда прибудем, держись подле меня и лучше ничего не говори.       Дракон кивает и отводит глаза, прижав обе ладони к груди, ощущая, как о рёбра в унисон ударяются два сердца, а тело так и норовит охватить приятная дрожь. Хочется привалиться к боку охотника, а ещё не упрямиться как минутой ранее и честно признаться в своих чувствах. Дени понял, что они испытывают одно и то же, убедившись в этом из наблюдений и разговора, и его это слишком радует. Человеческая и звериная сущности испытывают ликование и обе тянутся к парню с такой силой, что Даниэлю трудно противиться. Он сдаётся и тихонько сокращает расстояние, а после как бы прилипает своим боком к чужому горячему, вызвав удивление и улыбку у Натана. Он осторожно опускает ладонь на кудрявую макушку, боясь спугнуть настрой малыша, но тот от прикосновения только сильнее навалился на него и еле слышно по-драконьи заурчал. Внутри стало приятно и спокойно, и Дени ненадолго прикрыл глаза от этого сладкого ощущения.       Атмосфера сегодняшнего дня не менее спокойная и приятная вчерашней. Но Натаниэль полностью не расслабляется, не может. После вчерашней встречи с троицей разбойников он крайне внимателен и чувствует беспокойство. Половина охотников Стромхола рыщут по лесу в поисках его возлюбленного и то, что за прошедшие дни они не набрели ни на одну из групп – чистое везение. До поселения ещё полтора дня пути, и они могут в любую секунду набрести на охотников, тогда нужно будет немедля спрятать Дени от греха подальше.       С такими мыслями для охотника проходит часть их пути, мягко перебирающего пружинистые волосы Дана и иногда поглаживающего его плечи и спину. Тот разомлевал, тихо говоря с ним, ещё немного узнавая и одаривая друг друга улыбками. Обед также проходил за размеренной беседой. Даниэль, на взгляд Натана, мило краснел и смущённо тупил взгляд в землю от некоторых его взглядов и слов, да и вполне охотно позволял заключать себя в объятия, самолично устраиваясь ближе к охотнику. В пути тот краем глаза заметил, как малыш кому-то помахал и увидел знакомую дриаду, а на щеках Дени – милейшие ямочки, успев погладить одну из них, после чего паренёк надул смущённо щёки, вызвав улыбку у Натана.       Сумерки начали понемногу накрывать Швартсхол, солнце всё слабее светит сквозь кроны, понемногу ухудшая видимость пути. Но благодаря своей настороженности и внимательности даже в этом свете Натаниэль сумел рассмотреть вдалеке две идущие в их направлении фигуры. Прищурив глаза и кое-как рассмотрев их, он резко поменялся в лице и быстро стал осматриваться, обеспокоив своим поведением Даниэля. Натан быстро подвёл его к присмотренным достаточно густым кустам и толкнул за них, заставив устроиться на коленях, и достаточно тихо проговорил:       – Спрячься и не издавай ни звука, пока не позову, – он приглаживает его волосы и спешит выйти из-за кустов.       Как только он отходит достаточно далеко и поправляет рюкзак, делая спокойный вид, привлёкшие его внимание фигуры оказываются достаточно близко, увидев его.       – Азат, Джихад, вот так встреча, – с лёгким наигранным удивлением смотрит он на них поочерёдно и любопытствует. – Всё ещё охотитесь на дракона?       – Да, шли по его и твоему следу, – пристально осматривает его Азат, насторожив своими последними словами. – Ты словно скрывался, что мы столько никак не могли выйти на тебя, – он прищуривается, всматриваясь в глаза Натана. – Где голова чудища, малец, покажешь её?       – Я не настолько глуп, чтобы в одиночку идти на дракона, – фыркнув, он тянет уголок губ в улыбке и указывает большим пальцем на меховые шкурки. – Я охочусь здесь на зайцев.       Натан не перестаёт улыбаться, скрывая своё волнение и стараясь не смотреть назад, дабы не привлекать внимания к кустам. Он уповает на удачу, желая, чтобы эти двое продолжили путь, но охотники переглядываются и явно не собираются уходить, а судя по сказанному, они намеренно давно шли за ним, каким-то образом предположив, что он вышел на след дракона и убил его.       – Не ври, Натаниэль, ты и в этом не лучший, – насмешливо смотрит Азат и заводит руку за спину. – Узнаёшь? – показывает ему стрелу. – Я нашёл её на дне реки, на берегу которой ствол дерева с землёй были в крови и явно не твоей, судя по твоему целому активному виду. Но что ещё было интересно, там присутствовали две пары следов. С кем ты отправился на охоту?       – Как я уже сказал, я здесь один и охочусь на мелкую дичь, – спокойно твёрдо отвечает, глянув каждому в глаза, отведя взор от своей стрелы. Натан разводит руки, качнув головой, равнодушно добавив. – А дракона ни то что не видел, а даже не слышал.       – Твоё упрямство всегда всех только раздражает, – морщится Джихад, опустив руку на рукоять кинжала. – Отдай голову монстра, тогда сможешь вернуться в Стромхол целёхоньким.       – Я всегда знал, что вы не лучше покойного Джексона, – презрительно взирает на них Натаниэль, твёрдо отчеканивая. – Но говорю правду, а даже если бы и врал, то свою добычу ни за что бы не отдал, тем более таким наглецам и отпетым мерзавцам, подобным вам.       – Значит по-хорошему не хочешь, жаль, ты казался умнее, – вздохнув, Азат прокручивает между пальцами его стрелу, глядя на неё. – Ты же знаешь, что никто в жизни не поверит, что ты, неудачник, в одиночку прикончил монстра, а вот если его голову принесём мы…       – Он не монстр и находится далеко отсюда, – злость отразилась в его глазах, и Натан проговорил это толком не подумав. – Хотите его голову, тогда придётся продолжить поиски.       – Он? А говорил, что не встречал дракона, – вмиг прищуривается Азат, зацепившись за его слова, а Натан понял, какую допустил ошибку. – Защищаешь чудовище? Ха, я даже не удивлён.       – Эта тварь убила нашего товарища и разоряла пастухов, а ты относишься к нему с такой привычной тебе добротой, чёртов мелкий неудачник! – презренно тянет Джихад, сокращая между ними расстояние. – Ты знаешь, что предателей в наших кругах не любят, и тем более как с ними поступают.       Натаниэль хватается за кинжал за поясом, но Джихад наносит удар быстрее, задев своим оружием его щеку, оставив тонкий длинный парез. Натан замахивается на него и в порыве завязавшегося рукопашного боя они оба падают на землю. Звуки борьбы, громкого дыхания и вскриков заполняют округу, только сильнее пугая и волнуя прячущегося Дана. Он неотрывно взирает на происходящее сквозь просветы листвы кустарников, ниже прижимаясь к земле и дрожа от беспокойства за свою пару, желая помочь. Но понимание того, что в этой ипостаси он слишком слаб и не сможет дать отпор никому из охотников, пришпиливает его к земле, удерживая в укрытии и заставляя всё сильнее бессильно сжимать кулаки, упираясь ими в землю.       Натаниэль не сводит глаз с противника и держит его как можно дальше от кустов, уклоняясь и нанося удары. Джихад крупнее и опытнее в таком бою, он наносит удар за ударом, практически не позволяя Натану бить в ответ, всё сильнее загоняя и утомляя его. В очередной раз сбив парня с ног, он быстро поднимает его, заблокировав руки в захвате со спины, схватив за плечи и кивнув до этого наблюдающему напарнику. Азат направляется к ним, вертя между пальцев стрелу, мельком смотрит на её алое оперение и в глаза пытающегося вырваться Натана. Он зло хмурится, кривя окровавленными губами, резко раскрывшимися от болезненного выдоха, когда наконечник его стрелы пробил два слоя ткани, глубоко войдя в живот. Азат ухмыляется, смотря на то, как у того бравада сошла на нет, с губ сорвался стон, а над ухом раздался смешок. Джихад отшвыривает его на землю, подняв облако пыли. Натаниэль хватается за древко, по которому потекла тёплая кровь, сипя и хрипя при дыхании. Он медленно отползает от охотников, пачкая пальцы второй руки в земле, смотрит на кусты перед собой и, увидев синие глаза, наполняющиеся слезами, беззвучно шепчет: «Беги», и безжизненно замирает спустя пару секунд.       – Нужно обыскать тут всё. Мало ли, может у него всё-таки была голова монстра, и он успел её спрятать, – отводит от тела Натана взгляд Азат и кивает напарнику. – Осмотри те кусты.       Даниэль затрясся сильнее, не моргая смотря сквозь просветы листвы на свою пару и чувствуя, как в груди что-то болезненно оборвалось и похолодело. По его щекам стекают горячие слёзы, сердца с силой до боли ударяются о рёбра, а синяя радужка плавно меняет цвет, от зрачка темнея и становясь тёмно-карей. С каждым ударом сердец в груди разрастается пламя и в одно мгновение вырывается из неё, охватывая хрупкое тело, сжигая вещи до тлеющих кусочков, летающих в воздухе, и изменяя его форму. Земля задрожала и раздался оглушительный рёв, приковавший охотников к земле. Дракон взмахнул крыльями с такой силой, что кусты под его лапами, до этого укрывающие его, как и пару деревьев – вырвало с корнем.       – Назад! – раздался голос Джихада, схватившего своё оружие. – Загоняй его!       Дракон, ослеплённый гневом и горем, внимательно следит за ними и даже не старается уклоняться от стрел, отлетающих и ломающихся о его каменную чешую. Зародившееся пламя вырывается из пасти, сжигая первого мужчину, а спустя минуту настигает и второго, пытавшегося сбежать. От тлеющих обугленных тел исходит запах палёной плоти, а сталь луков и кинжалов раскалилась до красна. Даниэль низко рычит, его ноздри раздуются, а из могучей груди доносится жалобное клокотание, как только его карие глаза перевели взор на Натаниэля. Дан в один шаг подходит ближе и низко склоняет голову, с предельной осторожностью утыкаясь носом в волосы, встрепенувшиеся от его выдоха. Он легонько толкает носом его в плечо и не получает никакого отклика от бездыханного тела. Жалобно урча, прижавшись на секунду щекой к его боку, дракон издаёт такой оглушительный рёв, что птицы взлетают в небо, его крылья распахнулись и оторвали его от земли, поднимая в высь, он ломает кроны и всё быстрее уносится вперёд.