Forever yours

Latrante uno cane latrat statium et alter canis.* латинский афоризм

Удар в живот был не то чтобы очень болезненным, скорее неожиданным, и выбил из него весь воздух. Дерек шарахнулся в сторону, полуобращаясь, уставился красными глазами на спокойного, как скала, Стайлза. Тот пару секунд сверлил его взглядом в ответ, а потом, с выражением обреченного спокойствия на лице и игнорируя свою наготу, сел на корточки и принялся перебирать лохмотья, оставшиеся от одежды. Более-менее пригодными к носке остались лишь джинсы, но и их следовало основательно подлатать. Дерек осторожно выдохнул, выпрямился. Стайлз тут же покосился на него, но не более. — Ты в порядке? Стилински раздраженно ухмыльнулся. — Гениально. Вот правда, гениальный в своей тупости вопрос, не находишь? – Стайлз прыжком встал на ноги, встряхнул тряпки, некогда бывшие джинсами, приложил к себе, прикидывая, насколько катастрофично их состояние. Напряженное пыхтение Дерека заставило его все-таки объяснить. – Да, да, физически я в порядке. Благодаря гребаным волчьим бонусам уже где-то минут через пятнадцать я был как новенький. Вот только нужно запомнить, знаешь, - тут он щелкнул пальцами, будто поставил восклицательный знак, - что поворачиваться задницей к альфе – один из тех просчетов, которые караются анально. — Тебя нужно было удержать, - Дерек старался не выглядеть оправдывающимся. — Удержать? Оригинальный ты выбрал способ, молодец, возьми сахарную косточку, - Стайлз резко перевел взгляд с джинс на него, словно плетью хлестнул. – Откровенно говоря, я сейчас разрываюсь сейчас между двумя желаниями: въебать тебе со всей дури, или все-таки поблагодарить. Только поэтому, Хейл, я все еще относительно спокоен. Дерек недоуменно нахмурился, скрестил руки на груди. Стилински и правда был раздражен, но не более, и это абсолютно сбивало с толку. Сам бы он… наверное, устроил кровавую баню, и уж точно не обошелся легким пинком. А Стайлз, тем временем, натянул джинсы и, прилаживая разорванный рукав водолазки вместо ремня, продолжил речь. — Хотя нет, знаешь, спасибо я скажу Питеру. От всего сердца ему лапу пожму. Все-таки, именно он удерживал моих ребят, пока я тут… развлекался. И именно за это ты и получишь по роже. А еще за то, что никогда меня не слушаешь и мозгами не пользуешься, иначе бы давно уже понял, что я в состоянии себя контролировать! К концу фразы подросток сорвался на крик и тут же оборвал себя, сверкнул терракотовой радужкой и успокоился. Непослушные концы рукава поддались-таки, и джинсы перестали сползать. Стайлз сделал пару шагов, подпрыгнул, проверяя как они сидят. Подозрительно долгое молчание Дерека напрягало, поэтому он все же заставил себя повернуться. Хейл выглядел… ошарашенным? Это вызвало новую волну раздражения. — Слушай ты… - в горле заклокотал рык, и в этот раз Стилински не торопился успокаиваться. – Кем бы ты меня не считал, но я тоже в состоянии найти свой якорь, ясно, дебил?! Дерек только открыл рот, чтобы… что? Он и сам не знал, последние сутки доказали, что Стайлз-оборотень чрезвычайно взрывоопасен, а учитывая все те косяки альфы… Так что где-то глубоко в душе он был безумно благодарен Питеру, так вовремя подавшему голос. — Ребятки, вы, конечно, можете еще поворковать, но у меня тут пара расстроенных взрослых и толпа неуравновешенных подростков наверху! Пусть я тебе не нравлюсь, Стайлз, но это не повод избавляться от меня таким жестоким способом! Стайлз криво усмехнулся, как-то болезненно, так, что Дереку захотелось наплевать на все размолвки и спрятать подальше, защитить. Вот только ему и представлять не надо было того, как Стайлз бы отреагировал на подобное самоуправство. Тот же прикрыл лаза, качнулся с пятки на носок, словно метроном, ищущий равновесие: вперед, замер, назад, замер. Кивнул сам себе и открыл глаза. Вот таким собранным Дерек видел его не раз, в их самые опасные дни. Но свидетелем самого ритуала, мгновения перевоплощения, ему быть не доводилось. Хейл был так заворожен случившимся, что, когда Стилински бодро зашагал наверх, он пошел за ним как ребенок за Гамельнским крысоловом. — Стайлз! – стоило парню только появиться в дверном проеме, как Стилински старший, который еще секунду назад что-то настойчиво выговаривал Питеру, оттолкнул его, стоявшего на пути, и сжал сына в объятиях. Тот несколько сдавленно крякнул, неловко похлопал отца по спине. Сейчас они словно поменялись местами: Стайлз обычно точно так же вис на отце, стоило только получить тревожные вести о жертвах среди полицейских. Он позволил себе еще пару секунд и отстранился, вернее, заставил себя отступить. Питер подавился подготовленной издевкой, когда заметил, как мелко дрожали руки Стайлза, как он зажмурился на мгновение, сдерживая непрошенные слезы. Хейл просто опустил голову, а потом и вовсе отвернулся. Отчасти признал свою долю вины в пережитом обоими Стилински, отчасти не осмеливался в то, что сейчас между отцом и сыном, даже взглядом. Стоявший неподалеку, у стены, Крис понимающе хмыкнул, но продолжал смотреть. Теперь это касалось и его. Джон отпускал сына с трудом, и все никак не мог заставить себя убрать руки, так, придерживая за предплечья, отстранил, осмотрел. Стайлз опустил голову: чувство стыда пробежалось вверх по хребту мерзкой дрожью, а по щекам – краской. На свою беду именно в этот момент из подвала высунулся Дерек. С глухим утробным рокотом шериф двинулся к нему, и только непосредственная близость позволила Стайлзу помешать отцу устроить кровавое пиршество из одного определенного альфы. — Папа. Пап, стой. Папа-папа-папа, успокойся слышишь? — Ублюдок… - у шерифа полезли клыки и когти, особенно когда Дерек имел неосторожность сверкнуть радужкой в ответ. – Своими руками… — Хейл, конечно, ублюдок, - как-то даже спокойно согласился Стайлз, проигнорировав наигранно-возмущенный вздох Питера, - но он альфа. – Джон требовательно уставился на сына. – Слушай, чуть позже я тебе выдам еще с десяток причин, но давай пока ограничимся здравым смыслом? Он сильнее. Реально, пап. — Ну и ладно, - шериф сверкнул голубой радужкой, шумно выдохнул, перевел взгляд с Дерека на сына. – Я просто потом займу у Криса пушку побольше и пристрелю этого мудака. Стайлз задумался, поджал губы и убрал руки. Он принял этот ответ. Отойдя на пару шагов, подросток наконец-таки огляделся. Крис поймал его взгляд, едва заметно склонил голову, приветствуя. От того, как чуть дрогнули уголки губ Стайлза в намеке на улыбку, в груди Арджента словно надулся огромный горяче-бархатный шар, который, казалось, вот-вот взломает изнутри ребра. Охотник неуклюже потер это место ладонью, не вполне понимая, что же творится, но то, как склонил набок голову Стайлз и, неловко поведя плечами, обернулся Джон… Повинуясь чему-то более глубинному, чем знания, желания или потребности, Крис словно бы даже неохотно с виду, отлип от стены, подошел к ним. Как-то нервно вздрогнув, Стайлз рванулся с места, судорожно вцепился в синюю хлопковую ткань рубашки, судя по запаху, одолженной Крису Питером. Мужчина накрыл его руки своими, бережно сжимая подрагивающие пальцы. — Мистер Арджент… - а вот голос почему-то все такой же бедный на эмоции. — Крис, - Стайлз приоткрыл рот в немом вопросе. – Я теперь все-таки твоя бета, Стайлз. Стайлз кивнул, одновременно понимая, принимая и благодаря. Опустил руки. Отступил. Кроме их троих в комнате до сих пор почему-то были только Дерек и Питер, Эллисон даже слышно не было. Хотя нет, все-же едва различимое, но Стайлз слышал ее тихое дыхание, словно… она спала где-то на втором этаже. Из подвала донесся неясный шум, загрохотали шаги на лестнице. Стайлз обернулся: Дерек едва успел отойти от двери, как наверх вылетел Денни, сразу же бросившийся к своим, повис на однокласснике. Стайлз сдавленно охнул, неумело похлопал друга по спине. Махилани вцепился только крепче, едва не душа. Хохотнул Питер. — Ох уж эти первые щенячьи чувства… Айзек, поднявшийся вместе с Денни, но так и застывший рядом с Дереком, малопонятно хмыкнул. Он помнил, как его тянуло к альфе сразу после обращения, и помнил, каким неприятным, словно болезненный щелчок по мокрому волчьему носу, было чувство пренебрежения, что он получил в ответ… Эрика так же тянулась к Дереку, а потом и к нему, но плохой пример, увы, заразителен. То, что происходило сейчас… довольное умиротворение Стайлза, растерянная полуулыбка Арджента, крепкая ладонь шерифа на плече Денни… безоговорочная поддержка. Может, у них так из-за едва ли не одновременного обращения? Да нет… его отношения с Эрикой как контраргумент против. — Прости, - пробормотал Денни «сползая» со Стайлза и заливаясь краской. — Да ладно, - широкая улыбка в ответ. – Всем известно: Стайлз любит обнимашки. — Стайлз – обнимашковый монстр, - пробормотал Джон, и резко захлопнул рот, когда сын болезненно вскинулся. «Стайлз – обнимашковый монстр!» … и словно эхом - хрустальный смех… Крис уже рассказал ему об участи Лалли. Распахнулась входная дверь – в дом вошли Скотт и Эрика. Судя по всему, они устроили пешую прогулку. Прежде, чем Скотт открыл рот, Стайлз заговорил с Крисом. — Нам пора? — Вы никуда не поедете, - тут же рыкнул Дерек, на что оскалился Джон. — А ты рискни остановить… Денни вжал голову в плечи, Скотт и Эрика замерли на пороге, Айзек нерешительно переступил с ноги на ногу. Но, до того, как что-то случилось, Крис успокаивающе коснулся локтя шерифа. — Мы это обсуждали, Джон. Стайлз, мы же вряд ли потянем против Баттлера в одиночку? Стайлз пожал плечами: «все может быть»… И в разговор вступил Питер. — У меня есть лофт, довольно просторный, в промышленной части города. Предлагаю обосноваться там обеим стаям, хотя бы на время опасности. — Я не собираюсь терпеть этого подонка рядом с моим сыном! – снова вызверился шериф. — Папа, нас переловят по одному, - Стайлз смотрел прямо, понимая, что только он сможет успокоить и убедить отца, заставить прислушаться к голосу разума. – А ты, - он повернулся к Дереку, - не провоцируй. Сердце подростка билось спокойно, даже слишком для данной ситуации, а прямой жесткий взгляд, совсем, кажется, не подходящий ему, словно говорил: «Один проступок… одно только твое слово, Дерек, и даже ты начнешь платить по счетам». У Питера, случайно перехватившего этот взгляд, аж скулы свело от восхищения: непокорный, несломленный, непревзойденный. В каждом слове подтекст, в каждом действии – констатация факта. И ни капли не комично. Нет. Обжигает злостью, адреналином, угрозой. Секунда – и вцепится в глотку. Сам. По-видимому, Дерек пришел к тому же выводу, так как просто промолчал, отступил. — Что ж, - Стайлз довольно осклабился, хлопнул Денни по плечу, - тогда перейдем к распределению обязанностей? — Пойду, разбужу Эллисон, - вздохнул Крис, и направился на второй этаж.