моя младшая сестра

на улице стоит невыносимая жара, спасает только небольшой прохладный ветер, который своевременно теребит мои волосы. кир опоздает, ведь уже наступило назначенное время встречи. я в футболке и легких штанах, но все равно очень душно. не очень мне нравится эта часть лета, самый разгар. с зимы время пролетело ахуеть как быстро, оглянуться и не успел, как пришла пора сдачи экзаменов и выпускного. сейчас же все это уже позади, экзамены все сданы, причем с первого раза, а выпускной пройден. странно, но пока мне совсем не грустно с того, что в школу я больше не вернусь и не буду сидеть с никитой за одной партой, постоянно списывая у него дз. может, слишком рано еще скучать по этому, не знаю. уверен, окончание учебы на наши отношения с лучшим другом никак не повлияет, будем общаться так же, только встречаться реже. в принципе, мне плевать на то, что почти все экзы сданы только на проходной. как и думал, никуда поступать не буду. даже сочувствую тем ученикам, которых видел на сдаче у школы. все так волновались, некоторые плакали, а мне похуй было. в начале десятого класса мы с энгелем договаривались, мол, результаты вместе смотреть будем в одиннадцатом, но что-то не срослось и выпало так, что смотрел я их с курседом. причем каждый раз совпадало, все четыре предмета. ну и рад же я был, когда узнал резы. почувствовал такое облегчение, никогда не забуду. прошло уже минут семь, а кира так и нет. тишка от жары к телу прилипать начинает, блять. он там че, в пробку попал? оглядываюсь вокруг и понимаю, что не так скоро сюда вернусь. знакомый подъезд и улица, провел тут всю свою сознательную жизнь. район хороший, но дом уже довольно старый. штукатурка со стен давно слезла, а под окнами первого этажа виднеется побелка. пора что-то менять в своей жизни. без понятия, к чему приведут эти перемены, но надеюсь, к хорошему исходу. железная дверь пиликает, оповещая о её открытии изнутри. когда человек из подъезда выходит, я быстрым шагом приближаюсь и придерживаю ее, после проходя внутрь. внутри прохладно, от перемены температуры по коже приятная дрожь проходит. поднимаюсь на свой этаж и дергаю ручку. удивительно, но дверь была открыта. может, отец или маша забыли закрыть. снимаю кроссовки и прохожу в почти пустую комнату, заполненную лишь некоторыми вещами: коробкой и сумкой с портфелем. собрал лишь все необходимое, остальное лень было. так и перевозить удобнее будет. мебель осталась, но теперь тут как-то пусто, словно чужая квартира. странно. курсед спонтанно предложил переехать еще в начале весны. я тогда засомневался, ибо в отношениях мы не столь долго и время не совсем удобное. решили повременить и отложить до лета. сейчас июль, мы только на прошлой неделе смогли найти подходящий нам вариант. смотреть ездил он, без меня. я занят тогда был, поэтому доверился его вкусам. курсед потом сказал, что все заебись, а договор уже подписан. отцу сообщил все сразу же, думаю, он все понимает. против не был, наоборот, сказал гордится мной и моей самостоятельностью. очень надеюсь, что ему не будет тут одиноко без меня. может, решит съехаться со своей девушкой наконец, а то мне казалось, будто им что-то мешало. маша очевидно остается, но от нее уже намного меньше проблем. после того, как она встречаться с тем кириллом начала, ее вообще будто подменили. мы даже иногда словами перекидываемся без какой-либо агрессии. мейби, ей просто нужно было больше времени, чтобы смириться со смертью матери и своей новой жизнью. в коридоре слышится хлопок входной двери и шелест пакетов. выглядываю из комнаты и вижу папу, который свою ветровку снимает и вешает на крючок. — привет, пап. — говорю я, и тот сначала вздрагивает от неожиданности, но после с улыбкой на меня приветливо смотрит. — привет, серег. ты за вещами уже приехал? один или с кириллом? берет пакеты и проходит на кухню, а я следую за ним. — да не кирилл он. кир его зовут, кир. — усмехаюсь и отец делает тоже самое в ответ, походу, троллит, — я жду его вот, он на машине приехать должен. мы вещи возьмем и сразу в новую квартиру поедем. кир свои уже туда перевез, только мои остались. отец разбирает то, что купил ранее и задумывается. после вздыхает и направляет свой взор на меня. — вы же вместе, я правильно понимаю? — спрашивает аккуратно, пытаясь дать понять, что все в порядке. в груди на момент все сжимается и становится немного страшно. я знал, что он когда-нибудь спросит, хотел сам рассказать, но боялся. боялся разочаровать, сделать что-то не так и оттягивал момент. сейчас же не знаю, что делать. нет, меня не осудят, но все равно боязнь есть. рефлексивно направляю свой взор вниз, прямо к паркету и молчу. отца это ни капли не смутило, и он просто продолжил шелестеть пакетом. — все нормально, можешь не волноваться. — ко мне подходит и за плечо берет, — я давно это понял, просто захотел убедиться. мне главное, чтобы ты счастлив был, а с кем не важно. да и твой кир-кирилл вроде нормальный парень. опускает руку и замирает, но потом отходит от меня и чайник ставит. — спасибо. все, что смог из себя выдавить. я очень рад, что теперь между нами нет секретов. рад и тому, как он отреагировал. сердце ноет от того, какой же хороший мой отец. другие бы возможно осудили своих детей, а он принимает таким, каков я есть. через пару минут чайник закипает, и в этот момент слышится звон домофона. папа мигом встает и идет в коридор, словно ждал кого-то. я же надеюсь, что это курсед наконец-то явился. слишком долго его уже нет, многое пропустил. возвращается и, подойдя к столу, достает три кружки, после наливая в две чай, а в одну себе кофе. — кто пришел? — да это маша, она в парикмахерскую сегодня собиралась. — отвечает на мой вопрос и ставит рядом кружку. блять, где кир, нахуй? он там жив вообще? минут двадцать прошло с момента, как он тут должен быть. долбаеб. из кармана телефон достаю и захожу в диалог.

123

ты где

заебал

14:02 PM.

ответа сразу не последовало, поэтому я кладу телефон рядом с чашкой, чтобы видеть уведомления. входная дверь хлопает, и через несколько минут на кухню заходит моя сестра. улыбается и рядом со мной садится. она, видимо, имидж сменить решила, ведь теперь, вместо ее родного цвета и длинных волос, красовалось синее каре. странный выбор, я до этого мог ее представить с любой прической, но точно не такой. ну, если честно, ей идёт. выглядит, как какая-то красивая стримерша, которая зарабатывает деньги с влюбленных в нее ебланов. она вообще не похожа на себя в последнее время, вся такая добрая ходит, счастливая, будто больше не ненавидит всех людей на планете. — тебе идет. — произношу неуверенно, не привык делать комплименты тем, кого раньше убить готов был. она смешок издает и, улыбаясь, на меня смотрит. — спасибо, мне тоже так кажется. заправляет волосы за ухо, уводя взгляд вглубь кухни. не помню, в какой конкретно момент я перестал испытывать к ней ярую ненависть. может, это из-за того, что в последние полгода чаще у курседа оставался и видел ее реже, а когда домой приходил, она и не доебывала никак. сейчас понимаю то, что она и правда изменилась, пусть и изменений внешне меньше, чем внутренних. наверное, на нее так кирилл этот повлиял, они ведь вместе до сих пор, а может, сама что-то осознала. это не так важно. главное, что все налаживается. теперь и не страшно папу одного тут с ней оставлять. — маш, ты чай то бери, я для тебя сделал. отец пододвигает кружку, сестра головой кивает и берет ее в руки. — слушайте… — сомневаясь произносит и немного задумывается над дальнейшими словами, — вы меня, наверное, извините… я может груба была как-то. хотя, нет. я точно была груба и вела себя отвратительно по отношению к вам. честно, я без понятия почему, но у меня отвращение было какое-то, да и свыкнуться с потерей мамы не могла. она ведь не рассказывала ничего о вас, прям вообще ничего. про папу только то, что он нас бросил, а про тебя, сереж, ни слова не слышала. вы для меня все это время казались чужими, плохими людьми, фальшивыми. я не знаю, почему мне так казалось, но сейчас все по-другому, вроде. мне от вас не противно, наоборот, очень стыдно за свое поведение и все такое. простите. нервничает, отпивает немного чая, а затем перебирает пальцы на руках. я не знаю, что отвечать. зла на нее почти не осталось, уже плевать как-то. не люблю говорить на такие темы и поддерживать не умею. конечно, я прощаю. ей ведь все это время, наверное, тяжелее было, чем нам с отцом. как же все это сложно, нужно было попытаться ее там к какому-то психологу отвести. вот только у отца не было на это времени, а мне просто похуй было. ну и пиздец. папа, видимо, понял, что от меня первым ответа не дождется и решает взять все в свои руки. — ну чего ты, машенька. мы на тебя зла не держим, да, сереж? все понимаем, можешь не извиняться. главное ведь, что сейчас все хорошо. ты счастлива, значит, и я в норме. — произносит все тихо, как бы боясь спугнуть. — ага, все нормально. — поддерживаю слова отца и немного улыбаюсь. — спасибо вам. рада, что вы меня поняли. дальше диалог клеился нелегко, с натяжкой. поговорили о некоторых темах, не приближаясь к той, которая связана с неприятными событиями. моя сестра оказалась неплохим собеседником, хоть и чувствовалась ее оставшаяся замкнутость. она точно не плохой человек, просто со своими травмами и загонами. может, я тоже был виноват в наших с ней взаимоотношениях. а ведь если бы не маша, то я хуй с киром бы познакомился. и правда, все благодаря ей. никогда бы не мог подумать, что все будет так как сейчас. хорошие отношения с сестрой, хорошие отношения с киром и наконец-то стабильная жизнь. я и забыл, что курседу писал. сейчас еще больше событий произошло, о которых мне хочется ему рассказать. даже хорошо, что он непунктуален, ибо так бы мне пришлось пропустить такое признание своей сестры. yeioeowetrqiqreo БЛЯТЬ Я ПРОСПАЛ ну хыхы ты же не обижаешься ща подъеду) 14:24 PM. я на месте. а ты на месте? 14:39 PM. выходи блять 14:44 PM. мне в тачке жарко ( и на улице жарко 14:46 PM. хуесос 14:50 PM. сам проспал, а теперь еще пиздит что-то. подумаешь, двадцать минут подождал, не сдох же. — мне пора, меня ждут. из-за стола встаю и пустую кружку рефлексивно к раковине ставлю. — давай, сереж. удачи вам. звонить не забывай, да и в гости заходи. — говорит отец и подмигивает. — а ты куда? — маша интересуется, ведь ничего и не знает. некоторые моменты мне все же стоит упустить. — переезжаю. знаешь там, самостоятельная взрослая жизнь и все такое. вещи перевезти нужно, меня ждут. — а, понятно. удачи. киваю и направляюсь в комнату. там меня ждут заготовленные вещи, всего лишь одна большая сумка, портфель и коробка. все-таки хорошо, что дохуя всего не покупаю, ебатни меньше. закидываю портфель на плечо. в одну руку беру сумку, а в другую аккуратно коробку. не очень удобно, но сойдет. идти не так долго, всего из подъезда выйти. — блять… — под нос себе говорю и смотрю на пингвина, лежащего на кровати, — бро, ну и куда тебя совать, нахуй. кладу коробку на кровать, а на нее игрушку. встаю и к коридору направляюсь, на выходе из комнату задеваю рукой дверь и коробка падает. — да я ебал. нагибаюсь, чтобы поднять упавшее и слышу спереди женский голос. — тебе помочь, может? маша пингвина подбирает и усмехается с моего злого лица. — не надо, я сам справлюсь. не думаю, что она будет рада увидеть на улице ее бывшего и понимать, что он в компании ее брата. — вижу, как справляешься. у тебя все упадет, пока ты по лестнице спускаться будешь. давай я коробку понесу хотя бы, ну или его, — направляет свой взор на плюшевую игрушку, — мне не сложно. — да правда, не нужно. — боже, да не волнуйся ты. пошли. берет коробку, протягивает мне пингвина и после направляется к двери. открывает ее, давая мне пройти. пиздец доебистая. приятно, конечно, что она так охотно хочет мне помочь, но себе дороже. натянуто улыбаюсь и мы спускаемся вниз. весело сейчас будет. выходим из подъезда, к машине направляясь. ей как-то вообще похуй, хотя по-любому же помнит, чья тачка. курсед увидел подходящие силуэты, поэтому открыл дверь, а после вышел. одет в свою плюшевую толстовку и штаны, а сам пиздел, что жарко. конечно жарко, на улице под тридцать градусов. с округленными глазами пялит и молчит, я тоже молчу, лишь маша посмеивается от всей этой ситуации. кир вздыхает и улыбку натягивает. — прив, маша. ты решила имидж сменить? нормально выглядит, красотка. — слова будто вытягивает и глупо подмигивает. ну и еблан. — спасибо, кир. ты имидж не сменил, зато, вижу, сменил вкусы на девушек… — отшучивается маша и на нас поглядывает, до сих пор держа коробку в руках. — ну да, мы ебемся. вопросы? откашливаюсь на такое заявление. как же заебал он со своими шутками не к месту, блять. дурак ебанный. — вопросов нет. знаешь, ничего против не имею. — к нему подходит и вручает содержимое из рук, — ладненько, я пойду. пока, сереж. тебе тоже прощай. ручкой машет и направляется обратно к подъезду, после и вовсе пропадает из виду. курсед кладет мои вещи на задние сиденья и садится обратно за руль. я же открываю дверь и укладываюсь на переднее рядом, сразу открывая окно, ибо слишком уж душно. заводит машину и выезжает со двора. ехать не долго, минут пятнадцать от силы. — че это было? — спрашивает без какой-либо агрессии, скорее из забавы и внимательно за дорогой следит. да, он то уж точно не ожидал такого поворота. ну, произошло бы это несколько месяцев назад, то он бы точно знатно ахуел, а сейчас мы и позабыли о существовании маши. так сказать, осталась хуевым воспоминанием. — да вот, помирились, походу, прикинь? не думал, что это будет так легко и сильных эмоций у меня это не вызовет. пиздец короче. — ну потому что похуй на нее уже, нас ниче не связывает. хотя, рад, что у вас теперь все норм, это должно было когда-нибудь случиться. — на секунду посматривает в водительское зеркальце и улыбается, замечая мой взгляд на себе, — хата ахуенная, кстати. тебе по-любому понравится, она в жизни еще лучше, чем на фото. улыбаюсь и головой на окно машины ложусь, засматриваясь на мелькающие здания. кир едет медленно, ибо машин перед нами многовато. чувствую себя сейчас очень… умиротворённо? кажется, что все происходит так, как надо, и все ошибки позади. одна история, связанная с моей сестрой и ее парнем закончилась и теперь подходит новая, которая уже никак не будет пересекаться с машей. теперь все по-другому. теперь я счастлив. — бля, даже не верится… — сквозь повисшую тишину проговаривает курсед, когда на светофоре останавливается. — во что именно? усмехаюсь при своем же вопросе и мельком на него смотрю. кажется, я и сам знаю ответ. понимаю, о чем речь, ведь наши мысли сейчас идентичны. тот поворачивается ко мне и рукой тянется к моим волосам, а после быстрыми движениями теребит их и обратно к рулю примыкает. — не верится в то, что вся хуйня закончилась. твои экзамены, выпускной, недопонимания. это все, будто сон сопливый, который вот-вот кончится и настанет глубокая тьма. ну, я к тому иду, что счастлив очень быть с тобой. любить и получать это же в ответ, понимаешь? — тараторит и немного руль сжимает. волнуется. в ответ, неожиданно для себя, посмеиваться начинаю, но, заметив взволнованный взгляд рядом сидящего, хмыкнул и замолчал. — прости, ты просто так странно все это говоришь, что мне смешно стало. конечно же, я тебя понимаю. и тоже очень счастлив, уверен, все будет хорошо, можешь не волноваться. тот кивает. заворачивает к незнакомой мне многоэтажке и неспеша паркует машину. далее из нее выходит и заднюю дверь открывает, доставая после этого оттуда мои вещи. видимо, приехали. выхожу и перехватываю у него сумку, не нести же ему все самому. — вон тот подъезд наш, второй, — пальцем указывает на подъездную дверь по правую сторону, — дубликат ключей дома, не забудь сказать, чтобы я их достал. под одной рукой коробку держит, а в другой несильно сжимает пингвина. вместе направляемся к подъезду. тот связку ключей достает и, найдя нужный, прикладывает к домофону, открывая проход. квартира на десятом этаже находится. после нескольких минут в лифте, оказываемся у нужной нам двери. открывает ее и вперед пропускает. прохожу в довольно просторный коридор, параллельно обувь снимая. как и на фотографиях в объявлении, все было сделано в светлых, сероватых тонах. нам не хотелось подыскивать темную хату, ибо всю жизнь оба в такой обстановке жили. решили сменить ее и сейчас ни капли не жалеем. у никиты дома всегда чувствовал себя спокойно, на это влияла как раз обстановка. при теплых цветах она приятная. если правильно обустроим квартиру, то и жить приятнее будет. курсед разувается, после этого направляясь в дальнюю комнату, я же следую за ним. не разбираюсь еще, где тут что, а кир тут уже был. курсед открывает дверь, взору представляется уютная спальня с одной большой кроватью. на стене висит телевизор, а возле окна стоит компьютерный стол, где уже находилась аппаратура кира. у окон висят серые шторы, к которым чуть прикасается полка, висящая по левую сторону стены. на ней аккуратно поставлены подарки, которые ранее дарили парню. его любимая фигурка от кусакабе стоит на самой середине, маленький инвокер ручной работы от энгеля и даже трек на стекле от рейза, стоящий в самом углу. тут и правда уютно, хочется здесь остаться. немного улыбаюсь от осознания, что теперь это мой дом. мой и моего любимого человека. сумку кладу на пол возле стола, портфель приземляется туда же. курседов смотрит за мной, приближается и укладывает коробку рядом с остальными вещами. игрушку кладет рядом со своей на тумбочку около кровати. — тупа мы. — говорит и указывает пальцем на розовую свинку с голубым пингвином, лежащими рядом. — да, мы. — тебе тут нравится? — слышится вопрос с его уст, — мне вот пиздец как. — от радости усмехается и плюхается на кровать, расправляя руки в разные стороны. следую его примеру и ложусь рядом, направляя взгляд в потолок. — мне тоже тут очень нравится. я ничего кроме коридора и спальни пока не видел, но уже доволен. голову на меня поворачивает. я, чувствуя его пронзительный взгляд, делаю так же в ответ. улыбается, руку к моему лицу тянет, а после заправляет мешающую прядь волос за ухо. убирает руку куда-то вниз и на ощупь пытается мою найти. навстречу ему иду и касаюсь его ладони. кир наши пальцы переплетает и легонько сжимает в замок. этот момент показался для меня особенно интимным, никаких пошлостей, но словно этим он хотел мне что-то показать, сделать так, чтобы я прочувствовал. у него это получилось и сердце на секунду сжимается, начиная стучать в несколько раз быстрее. — никогда не любил разбрасываться какими-то такими словами, но… я правда очень рад тому, что ты у меня есть. кажется, за эти полгода, проведенные с тобой, я почувствовал себя счастливее, чем за всю свою жизнь. вот без пиздежа, серьезно. — вслед за своими словами немного сильнее сжимает пальцы, затем рукавом толстовки закрывает чуть покрасневшее лицо. на эти слова чуть нервно хмыкаю и свободной рукой приобнимаю его за шею, прижимаясь после этого чуть ближе. обычно мы не говорим друг другу что-то подобное. во-первых, все и так знаем, а во-вторых, оба не привыкли к такому. понимаю, что, раз сейчас он мне это говорит, то чувства внутри будто съедают его, выходя наружу. — я, как и ты, тоже очень этому рад. все хуевое уже давно позади, теперь настало время только лучшему для нас времени. ты — самое дорогое, что у меня есть. я буду стараться не делать хуйню и не попортить то, что мы имеем, как я случайно поступил когда-то. теперь мне удалось начать полностью тебе доверять, возможно, даже больше, чем никите. в ахуе, да? тот в ответ немного судорожно выдыхает мне в шею и довольно издает смешок. — спасибо за эти слова, мне очень приятно. я тебя люблю, очень и очень сильно. прям задушить готов от любви, поэтому осторожнее. от его слов немного посмеиваюсь и глаза закрываю, задумываясь о чем-то своем. так мы молча и лежали, иногда немного меняя позы, но не отпуская руки. не знаю сколько, может, минут десять, а может, час. первым отпрянул я, поправляя волосы так, чтобы хоть немного скрыть свой румянец на пол ебла. спину выпрямляю и, стараясь выровнять дыхание, делаю глубокий вдох и выдох. затем, как ни в чем не бывало, встаю с кровати, направляясь к столу. — что ж, поможешь разобрать вещи? — да, конечно. — спокойно отвечает курсед и следует за мной.