Солнце, огонь и храм

      Фенька прислал анабиозные капсулы и видео, где запечатлены последние часы каждого члена экипажа — чтобы было видно, что никто из них не предатель, разве что некоторые идиоты и уёбки.        Студентов даже не стали выводить из анабиоза, а остальных допрашивали, конечно. С пытками, с наркотиками, совершенно безжалостно. Правда, Феньке тут нечего предъявить, это не нарушение договора — судить их собираются за преступную халатность, и за причинение вреда имуществу родины, короче, за угробленный корабль и экспедицию вообще, а не за измену.       Особенно злостно допрашивали капитана, хотя сцену допроса Фенька не отправлял. Но капитан всё равно рассказал им всё. И главное — капитан сказал, что он действительно видел Феньку ещё там и тогда, и ещё тогда Фенька и компания зачем-то шли к кораблю. Вывод из этого был ожидаемый: все эти появления Феньки не случайны, а роль Феньки во всём этом совершенно неясна.       Сложный случай оказался со мной. Я, безусловно, изменник родины и предатель (не могу поспорить, так и есть), но фактически я им стал после того, как меня уже признали уккенским изменником и предателем, что автоматически влечёт за собой лишение гражданства, как оказалось. А согласно официальным документам я вообще умер. Отменять мне статью, заново давать гражданство и возвращать меня к жизни они не захотели, так что кто я такой теперь, решаю только я.        Родителей моих всё-таки вызвали на допрос. Родители клялись, что сын обычный, хороший, никогда ничего, всегда хотел добра, это наверно Фенька меня перехитрил. Ну, помурыжили и отпустили, пока что в самом деле не репрессируют.       Поговорил с родителями. Родители очень рады что я жив, до безумия за меня боятся, считают меня наивным, а Феньку опасным, и так ничего и не поняли, зачем я это делаю. Кажется, если я приду к ним в квартиру, они наругают меня за то что я не носил тёплые кальсоны в котловане и посадят есть уху пожирнее, а то совсем исхудал.