Goldensmith

Кажется, намечался дождь. Чимин плотнее закутался в шарф, спрятав в нём нос. Он не ожидал, что придётся ждать на улице полчаса до того, как Чонгук вернётся домой. Но тот задерживался. По рассказам Тэхёна, после ссоры с отцом парень снял себе небольшую квартиру на окраине города и устроился в вечернюю смену в магазин. Пак решил не беспокоить его на рабочем месте, а встретиться уже после. Но, наверное, всё-таки нужно было написать заранее, а не делать сюрприз. Особенно, если вдруг Чон их не любил. Конечно, мысль эта пришла только после того, как он десять минут проторчал на улице и обморозил кончики пальцев. «Пак Чимин, какой же ты дурак». Начало ноября в этом году было промозглым. Но Чим не любил носить зонт, обычно довольствуясь одним капюшоном. Теперь он жалел, что так плохо подготовился. Оставалось надеяться, что всё это не зря, и его простуда будет получена не так бессмысленно. Переступая с ноги на ногу, он развернулся в другую сторону, чтобы походить по дорожке перед домом, и тут же увидел, как на неё завернул Чонгук. Парень резко замер, разглядывая человека перед собой. Даже несколько раз поморгал, будто не веря своим глазам, а затем нахмурился. — Чимин… Было произнесено чуть слышно, но для Пака это прозвучало отчётливо. С явно выраженным отчаянием в голосе. Ему стало не по себе: кажется, это всё-таки была плохая идея подловить Чона у дома, чтобы у него не было вариантов сбежать. Хотелось испариться, но крутящиеся в голове слова Тэхёна мотивировали действовать. Он рискнул сделать шаг навстречу и начать диалог: — Прости, что так неожиданно. Но я хотел тебя увидеть. — Как ты меня нашёл? — прервал его извинение младший. — Тэхён мне сказал, где ты теперь живёшь. — Ну конечно. Тэхён… — Ты не сказал ему, что случилось, — попытался Чимин оправдать Кима – не хватало ещё, чтобы Чон разозлился на друга. — Он думал, что может рассказать. — И ты тоже? — Да, — признался парень, — я думал, ты не хочешь, чтобы он знал. Чонгук болезненно скривился, смотря куда-то в сторону. В его голове явно копошилось много неприятных мыслей. Тишина между ними давила на нервы, поэтому Чим захотел её прогнать. — Послушай, я хотел извиниться перед тобой. Я сожалею, что так вышло. Мой поступок был совершён необдуманно. И… — Ты ведь знаешь, что я окончательно поругался с отцом? — снова перебил его Чонгук. Он смотрел прямо на него. — Да, Тэхён мне рассказал. — Конечно, он это сделал, — невесело усмехнулся Чон. — Отец лишил меня карманных денег, хотя пока ещё оплачивает университет. Но, возможно, в будущем, если я не исправлю положение, он и в этом мне откажет. — Понимаю… — Но я не хочу исправляться. Не так, как он хочет. Чимин был ошарашен. Он не ожидал, что парень возьмёт инициативу в свои руки и сам заговорит на неприятную тему. Более того, его удивило, что, глядя на него, Чонгук не выглядел злым. Наоборот, его взгляд как будто смягчился. Было видно, что он много думал о том, что произошло, и теперь хотел поделиться своими чувствами. Это обнадёживало. — После того раза я часто думал о тебе. Тот поце… — он запнулся. — Твои слова напугали меня. Мне показалось, что ты решил подшутить, узнав мой секрет. — Я бы никогда так с тобой не поступил! — запротестовал Чимин – возможно, даже более агрессивно, чем требовалось. — Как я и говорил тогда, мне хотелось этого на самом деле. Но, чёрт возьми, мне бы не пришло в голову попытался испортить твои отношения с девушкой. Я желал тебе только счастья. И сейчас желаю! Чонгук потупил взгляд. Казалось, он был смущён. Немного подумав, парень тихо произнёс: — Я не хочу, чтобы ты исчезал из моей жизни. Я… — голос его почти сорвался, но Чон попытался взять себя в руки, прежде, чем произнести следующую фразу. — Кажется, ты мне нравишься. — Гуки, — Чим сделал ещё один шаг навстречу, но парень его остановил поднятой ладонью, намекая, что не закончил. — Но я не знаю, как быть, — проговорил он. — Чёрт, мне банально страшно. У меня никогда не было… В смысле, если быть честным, то ты не первый парень, к которому у меня появились подобные чувства. Но я никогда не переходил эту черту, понимаешь? — Да. — Будет слишком много последствий, на которые я пока не готов, — Чонгук нервно облизнул губы. — Однажды отец уже понял, что со мной что-то не так. И после этого моя жизнь пошла под откос. Если это снова повторится, станет намного хуже. К горлу Чимина подступил ком. Он старался держаться и не расплакаться прямо перед парнем. Но с каждой секундой было всё сложнее. Неужели ему опять откажут? — Я уже потерял часть того, что у меня было. И впереди ещё куча вещей, которых меня лишат. Я боюсь, что больше не увижу семью. Не увижу маму. А мне бы хотелось продолжать поддерживать с ней общение. Всё-таки слёзы потекли, но не по лицу Чима, а Чонгука. Он начал утирать их рукавом, пока они не замёрзли неприятной коркой на щеках. — Может, она воспримет это легче? — спросил Чим. — Знаешь, моя мама вначале была категорична, как и отец. Но чуть позже втайне от него со мной встречалась. — Я не хочу, чтобы это проходило в тайне, — запротестовал парень, — я хочу, чтобы было как обычно. — Я понимаю. — Было сложно не прикоснуться утешающе к Чону. И Чимин решил рискнуть подойти ближе и погладить того по спине. К его облегчению, парень не отпрянул. — Но в таких вопросах не может быть всё просто. Видя, что Чонгук не может успокоиться, он захотел сказать что-нибудь ещё, в надежде, что его слова повлияют на состояние молодого человека. — Понимаю, сейчас тебе тяжело. Но ты не можешь постоянно цепляться за отца. Не бойся остаться без поддержки. Я тебе уже говорил и сейчас повторю, что ты не один. Главное, не закрывайся в себе. И с каждым днём будет легче. — Как ты можешь быть уверен в этом, Чимини? Пак умилился этому обращению – да и вопросу. — Потому что я уже прошёл через это. — Я боюсь, что не справлюсь, — признался Чонгук. — Ты уже справляешься. Уже действуешь, разве не понимаешь? — Спасибо, — парень слабо улыбнулся и вдруг сменил тему: — У тебя руки покраснели, ты замёрз? Он прикоснулся к ладоням Чимина и тот от неожиданности вздрогнул. Руки Чона были горячими и, постой они так пару минут, он точно бы отогрелся. Однако просить вслух об этом было страшно. Оттого его удивление было так велико, когда услышал следующие слова: — Может, зайдёшь? У меня нет какао, но я могу приготовить чай. — Конечно, — разум пребывал в оцепенении после прозвучавшего вопроса, но рот произнёс ответ практически сразу. Тэхён не соврал, назвав квартиру Чона маленькой. Кажется, даже у Чимина была больше, хотя он считал её тесной, потому что вечно натыкался на все углы подряд. Протискиваясь в узком коридоре вместе с хозяином, он даже не знал, радоваться или грустить. Эта квартира вынуждала двух человек прижиматься к друг другу, но мог ли он сейчас себе такое позволить? Тут даже не было нормального стола – только кофейный, за которым они кое-как уместились, чтобы выпить горячие напитки. Перед Паком поставили кружу с потёртым изображением какого-то персонажа аниме и со сколом в верхней части. Что явно говорило о том, что ей много лет и, возможно, она была любимой Чонгука, когда он был ещё ребёнком. Видимо, кое-какие памятные вещи он сумел с собой прихватить из дома. Но в квартире всё равно было пустынно: у парня не было подушки и вместо неё он использовал свёрнутое толстое полотенце. А на кухонном столе лежали наборы одноразовых вилок и ложек. Несмотря на такой минимализм, Чимину было комфортно здесь находиться. Квартира была светлая и, приведи Чон её в порядок, она была бы очень уютной. — У тебя тут миленько, — решил поделиться он своими мыслями. — До этого я жил в одной из квартир отца. Но пришлось съехать, — парень оторвался от своего чая. — По сравнению с ней, эта похожа на шкаф. — А мне нравится. Ты всё равно здесь находишься один. Я вот раньше жил в общаге. Чонгук задумался. — Ты говорил, что три года не разговаривал с папой. Как ваши отношения теперь? — Он старается. Уж не знаю, что я ещё могу сделать, чтобы он примирился с моей ориентацией, но пытаюсь сильно его не нервировать. Ему и так сложно осознать. — Но ты больше не живёшь дома. — Да. Но это и к лучшему. Я могу свободно приглашать, кого захочу. И не чувствовать какой-то неловкости из-за того, что родители увидят в моей комнате парня. Хм… Хотя, знаешь, моя мать, думаю, была бы не против познакомиться с моим партнёром. — Не думаю, что когда-нибудь моя мать захочет, — хмыкнул Чонгук. — У неё сердце не выдержит. — Не недооценивай свою маму. Она выносила тебя и брата, — не согласился Чимин и осторожно добавил: — Но, если вдруг тебе захочется увидеть родителей, которые отнесутся к тебе с пониманием, я могу познакомить тебя со своими. Хотя бы с ма. — Я подумаю над этим, — смущённо улыбнулся Чонгук. Они замолчали, не зная, что ещё можно сказать. Чай был уже почти выпит и не было повода задержаться. Чимин хотел бы тут остаться подольше, разузнать больше о жизни Чонгука – как до событий, так и после. Но время было позднее, Чон после работы явно хотел в душ и спать, поэтому Пак решил собираться. У них теперь была возможность узнать друг друга в другие дни. — Мне, наверное, пора, — поднялся он на ноги. Следом встал Чонгук. Он проводил его до входной двери – буквально сделал пять шагов – и помог снять шарф с вешалки. — Я хотел сказать, — начал он, решившись на отчаянную попытку в чём-то признаться прежде, чем Чимин уйдёт. — Что был бы не против… В смысле попробовать с тобой. Но я просто не уверен, что готов сразу на всё… Его лицо приобрело красный оттенок и Пак, предположив, что имеется в виду, остановил его: — Эй. Я не против для начала стать… ну… друзьями. И не собираюсь заставлять тебя против воли что-то делать, или лезть к тебе без твоего желания, — он посмотрел ему в глаза. — Всё будет, как ты захочешь. Согласен? — Да, — Чонгук облегчённо вздохнул. — Спасибо. Он был таким взволнованным, что хотелось рассмеяться. Но Чимин не стал этого делать: мало ли от этого парень ещё больше бы стал нервничать. Вместо этого он осторожно уточнил: — Тогда, до встречи, Гуки? Тот в ответ кивнул. — До встречи, Чимини, — и неожиданно протянул ему ладонь. Пак секунду удивлённо на неё смотрел, затем положил свою сверху. Очень аккуратно Чонгук сжал его пальцы. И от такого нежного прикосновения у Чимина побежали мурашки. В эту минуту он, кажется, наконец-то осознал, что произошло. Ему предложили отношения. Признались в ответных чувствах. И это был Чон Чонгук. Парень, до которого Чимину было как до Луны и обратно. Пешком на черепахах со сбитым навигатором. Он широко улыбнулся, не в силах контролировать свои эмоции, и увидел, как расползается ответная улыбка на лице Чонгука. Смущённая, но искренняя. При виде которой по всему телу растекалось тепло. Чимин чувствовал себя окрылённым. Удивительно, как резко всё изменилось за этот час. Он готов был пробежать марафон. Прокатиться на экстремальных аттракционах, которые так сильно боялся. Да даже встретиться с отцом парня и сказать ему, как тот ошибается, отталкивая от себя сына. Одна надежда, которую даровало пожатие Чона, наделило его жизненной силой. Вместо всех этих безрассудных поступков он дал себе обещание, что сделает всё от него зависящее, чтобы Чонгук никогда не разочаровался в своём выборе.