Добровольная ссылка

-Ваш покорный слуга ожидает аудиенции с вами, моя королева, — с издёвкой прошипел голос с кровати Падме во тьме, — не откажите мне в такой маленькой услуге. Падме поначалу пробил холодный пот, она подумала, что если Скин решит напасть, то ей уже не хватит сил отбиться. Но затем она взяла себя в руки, и позволила телу расслабиться, решив, что будет лучше играть на его поле. -На аудиенцию, обычно, записываются заранее, — глаза отчаянно старались привыкнуть к темноте, Падме понимала, что пока, у её собеседника все преимущества, но её голос звучал уверенно, — сейчас я не готова вас принять, отложим встречу на завтра. Внезапно она почувствовала лёгкий ветерок, и её собеседник уже стоял совсем близко к ней, она всем телом ощущала его присутствие рядом. От него пахло травой, землёй и потом. -Конечно, как скажите, моя королева. — А затем он наклонился прямо к её уху, и его горячее дыхание запустило по её коже волну неприятных мурашек — Не думай, что ты всесильна, — его губы дотронулись до её кожи на ухе, и прежде чем Падме неприязненно отшатнулась, Скин прошептал, — но я думаю, мы подружимся. Шагов Скина уже не было слышно за импровизируемой дверью жилища, а Падме чувствовала, как будто её осквернили или оставили на ней чёрную метку. Выругавшись, она пообещала держать себя с ним на максимально возможной дистанции и пресекать любые попытки к контакту. Затем, без сил упав на кровать, она забылась глубоким сном. Следующие три дня пролетели незаметно. Сменялись дежурства, готовилась и поглощалась еда, делались перевязки раны на ноге, которая выглядела всё лучше и лучше, а так же проводились собрания в одном из жилищ, на которые Падме пока не приглашали. Скин никак себя не проявлял, и делал вид, что между ними ничего не было, что, в принципе, всех устраивало. На четвёртый день, ближе к полудню, в лагерь вернулась Вэлл после суточной отлучки, и, судя по её суровому выражению лица, она принесла с собой какие-то не очень радостные новости. -Наш друг не смог прибыть к нам лично, — присев на пень возле костровища, и принявшись что-то искать в своей сумке, недовольным голосом начала она, — но он передал нам голозапись, из которой мы сможем узнать общее положение дел. И, нет, я его ещё не смотрела. Все присутствующие оживились и расселись возле Вэлл, которая жестом пригласила Падме присоединиться. Нажав на кнопку, и положив деку с инфокристаллом на стол, Вэлл сильнее сдвинула брови и приготовилась смотреть и слушать. Появившееся изображение человека в имперской форме немного рябило, но со звуком проблем не было. -Приветствую вас, друзья, — человек из голозаписи выглядел уставшим и взволнованным, — у нас на гарнизоне не всё спокойно, и я не смог прибыть к вам лично. Но оставить вас без порции свежих новостей не имею права. Власть и порядки Империи продолжают разрастаться по всей Галактике, поднимаются налоги, принимаются античеловеческие законы, строятся новые тюрьмы. — Падме окинула присутствующих взглядом. Вэлл продолжала хмуриться, её взгляд был сосредоточенным и суровым, Немик выглядел как школьник на уроке по истории, глаза его светились, а рот был даже немного приоткрыт, Синта, хоть и старалась не показывать свои эмоции, нервно теребила край своего передника и во все глаза смотрела голозапись. — Но самую отъявленную жестокость проявляет правая рука Императора, человек в доспехах, имя которого Дарт Вейдер. — На этих словах Падме непроизвольно резко выпрямилась, и в голове пронеслась мысль, что она бы предпочла не слышать продолжение истории, да вот ноги как будто вросли в землю — Он беспощаден и как будто лишён всех человеческих чувств, — на смену человеку в имперской форме пришла другая голозапись. На ней человек в доспехах безжалостно разрубает световым мечом всех существ, которые встречаются у него на пути и даже не оказывают открытого сопротивления. Его движения отточены, резки и выверены, он надвигался, как смерч, уничтожая всё на своём пути, не зная пощады и сострадания. Сама его фигура вызывала страх, а его несокрушимость и жестокость передавались даже через запись. Зрелище было настолько пугающим и отвратительным, что все разом отпрянули от деки, а Синта прижала ко рту ладонь. Изображение сменилось, и теперь перед ними снова был человек, который записал для них эти новости, — Император посылает его во все уголки Галактики для подавления мятежей. Поговаривают, что он был послан на Дальние рубежи для уничтожения целых народов, восставших против нового порядка. У нас на гарнизоне тоже неспокойно, и генерал даже мне не рассказывает, что случилось, — лицо человека в записи нахмурилось, а руки скрестились на груди, — что-то происходит, генерал очень взволнован, он сам не свой. Им был отдан приказ, чтобы истребители днём и ночью кого-то искали на планете, и приоритет у этой задачи даже выше, чем охрана гарнизона. Ходят слухи, что этот человек очень важен для самого Вейдера. Уж не знаю, кто это…- он развёл руками и печально вздохнул, — но мы тут в боевой готовности, и обещать вам встречу в скором времени не смогу. Боюсь, как бы вся наша затея не сдвинулась на неопределённое время. — Внезапно человек напрягся и посмотрел куда-то в сторону. — Всё, мне пора. Буду держать вас в курсе. Надеюсь, у вас всё хорошо, и я оставил вместе и инфокристаллом бокс с медикаментами. Удачи. Изображение исчезло, но все присутствующие ещё несколько секунд сидели и пытались всё осмыслить, прийти в себя. Вэлл опомнилась раньше всех и позвала присутствующих (кроме Падме), собраться на экстренное обсуждение. -Мира, обещаю, что в следующий раз ты уже будешь задействована в обсуждении вместе со всеми, — Вэлл попыталась улыбнуться, но затем снова нахмурилась и последовала в жилище за остальными. А до Падме эти слова доходили, как через туман. Перед её глазами был человек в чёрной броне, отнимающих жизни у невинных существ. И она вспомнила своё видение в хижине господина Харрингтона, где мужчина излучал тьму, которая исходила из него мощными потоками, заражая чернотой всё, к чему он прикасался. _______ Звук тяжёлых шагов заставил Падме сфокусировать взгляд и сосредоточиться. В тот момент, когда в спальне раздался звук громкого тяжёлого механического дыхания, женщина всё ещё убеждала себя, что это продолжение её сна. Махнув рукой Дорме, и дождавшись её быстрого ухода, фигура приблизилась к Падме и странный звук механического баса прорезал воздух в спальне: -Падме, как ты? Она постаралась осмыслить услышанное и даже ответить, но в голове как будто было гнездо с дикими пчёлами, которые громко жужжали наперебой. Столько хотелось сказать, рассказать, спросить, ударить, обнять, поплакать… Но изо рта лишь вырвался хриплый кашель. -Падме, тебе нехорошо? Дать воды? Женщина закивала головой и жестом указала на стакан возле кровати. Тот плавно поднялся и мягко опустился к ней в руки. Пытаясь унять дрожь в теле, пальцы изо всех сил сжали стакан, а глаза избегали смотреть на собеседника. -Падме, прости, у меня мало времени. Я хотел убедиться, что ты пришла в себя, что с тобой всё в порядке. Как захочешь поговорить… Свяжись со мной, для тебя я всегда на связи. Теперь. Маска не может выражать эмоций, а механический голос передавать чувства. Падме всё-таки подняла глаза, и не увидела никого. Она было протянула руку, чтобы почувствовать хотя бы что-то, и через долю секунды её руки коснулась холодная чёрная перчатка. В ней это не вызвало никакого отклика, как будто она дотронулась до чего-то неживого. А ей так хотелось почувствовать человеческое тепло, заглянуть в родные голубые глаза, увидеть эмоции, прижаться и согреться, ведь ей так холодно. Жестом она попросила снять перчатку, сама не зная, зачем. Собеседник помедлил, но просьбу выполнил. Её тонкие дрожащие пальцы коснулись холодного протеза, осторожными движениями прошлись по фалангам пальцев и обхватили ладонь. Снова никаких чувств. Разъединив руки, и со вздохом откинувшись на подушки, женщина обратила взор к окну и слабо прошептала одними губами на выдохе: -Энакин. Фигура вздрогнула, и, надев перчатку, быстро вышла из спальни. Когда Падме перестала слышать шум от дыхания посетителя, она что есть сил зажмурила глаза, но не заплакала. Она научиться жить в новой реальности, научиться обходиться без тепла и попробует считывать эмоции с маски. Так, день за днём Падме делала успехи: стала вставать с кровати, ходить по апартаментам, есть в столовой и разговаривать с Дорме. Муж больше не приходил, а она не спешила выходить на связь, но Дорме говорила, что он запрашивал отчёт о её состоянии ежедневно. А она сама не знала, что находилось больше в плачевном состоянии: её физическое или душевное здоровье. Если по первому делались значительные успехи благодаря витаминам, БАДам, капельницам и правильному питанию, то второе, душевное здоровье, пока сильно хромало, но чтобы не крутить одни и те же мысли по кругу, Падме начала читать и иногда даже обращаться к арт-терапии (рисовала, в процессе выплёскивая всю боль и страхи на бумагу). И вот, когда Падме стала даже дома выбирать и надевать свои любимые платья, и просить заплести ей причёски, на её комлинк поступило короткое сообщение: -Переезжай ко мне на корабль, развеешься.