Что би била если би Балде завалился ка мне в универ

Я как параноик каждую минуту проверял телефон, убрав тот с беззвучного режима, чтобы не дай боже пропустить его ответ. Гаджет я не выпускал из рук, лишь для того, чтобы посмотреть, взглянул ли преподаватель на моё сообщение и собирается ли отвечать на него. К великому сожалению, он не удосужился проверить входящие, поэтому я остался без ответа. Возможно он слишком занят, во что я верю с большим трудом. Бессонные ночи были характерны для каждого студента, различия были лишь в причинах. Конкретно моей была одержимость. Нет, не та, при которой тебя изнутри прожигает адское пламя, не когда тебя привязывают к кровати и тычут крестом, а одержимость человеком. Я начал раздражаться и немного паниковать. Признаю, я жутко стремаюсь его неодобрения. Возможно я не слишком хорош и гожусь лишь для снятия стресса посредством физического насилия.. Эта мысль меня огорчает, но ничего поделать с ней я не могу. Она крепко держится в мозгу, паразитируя на нём, заставляя каждый раз стыдится себя всё больше. Я даже не заметил, что уже на протяжении всего времени просто стою с телефоном в руках, совершенно не двигаясь, но как только осознание постучалось в мою голову, я тут же взял себя за локоть и вжался в стену кухни. Ещё так стоять я не планировал, поэтому решил быстро перейти в другую комнату, которой оказалась спальня. В принципе ничего такая комната, если наконец разгрести эти огромные кучи коробок, которые стоят и пылятся с самого моего въезда, всё ещё ожидая своего часа распаковки. Жаль, конечно, что вместо адекватной постели был жалкий, продавленный матрас, из-за которого каждое утро страдал мой итак уже искривлённый позвоночник, но времени, как такового, у меня не было, даже чтобы банально позаботиться о себе. Я прошёл в комнату и плюхнулся на матрас, больно ударился бером об пол, не расчитав расстояния. Матеря всё на свете, я подполз к своему месту и принялся судорожно проверять все соц сети, включая "Амино" и "Сообщения", в котором я ждал ответа Балди. Вероятно на подсознательном уровне у меня складывалось ощущение, что преподаватель отдаёт своё предпочтение именно классическому обмену сообщениями, а не "новомодным" социальным сетям, поэтому и пробивался именно через него. Я тяжело вздохнул, обращая внимание на недопитую бутылку коньяка, которая ещё с прошлой ночи ждала меня. Она маняще сверкала при свете жёлтой лампы, давая надежду на снятие стресса. Безусловно я знал, что алкоголь это такое же вредное вещество как и наркотик, что привыкание и многочисленные удары по печени не пройдут мне в плюс, но я не хотел избавляться от этого. Терпкий вкус некоторых абсентов мне приходился по душе, а некоторые виды я и на дух не переносил. Но объеденяло все эти напитки в одно-фактически неповторимая способность отделять человека от реальности. Ведь у каждого иногда возникало желание забыться и просто пропустить какой-то момент, ведь я прав? Естественно всё в меру. Злоупотребление никогда ничем хорошим не заканчивалось. От этой мысли я скривился и отвернулся от бутылки, вновь проверяя телефон на наличие сообщений. И о чудо! Я был вне себя от радости, ведь на мой банальный вопрос пришел ответ. Естественно в манере Балди, но всё же я был несказанно рад, что получил хоть крупицу его внимания. Словно камень с души упал. Мне правда стало легче, даже настроение заметно повысило планку. В итоге перед сном я решил позадротить в амино, где частенько переписывался с интересующими меня людьми. Общение в сети давалось мне гораздо легче, чем в живую, поэтому я этим частенько пользовался, чтобы без употребления алкоголя абстрагироваться от внешнего мира. Непринуждённость витала в чате, все расслабленно делились своим впечатлениями от сегодняшнего дня. Некоторые жаловались на плохих учителей,некоторые просто хотели поделится своими переживаниями. Кто-то шутил, кто-то плакал. В целом картина была мирная, из-за чего я полностью расслабился и погрузился в сон, совершенно не реагируя на невыключенный свет. Я открыл глаза, оказавшись в странном месте, которое словно было собрано из разных частей пазла. Как я понял, это была аудитория, которая являлась помесью нашей и других, ранее не виденых мной. Здесь было гораздо просторнее, чем в классических залах, студентов было вдвое, а то и в трое меньше чем обычно. Преподавателя ещё не было. Я торопливо прошёл к своему месту, совершенно не замечая, что ни халата с шапочкой, ни письменных пренадлежностей у меня не было. Буквально через несколько секунд в аудиторию с грохотом ворвался Балди, который громким басом что-то угрожающе кричал, но это было так плохо слышно, что я даже усомнился в качестве своего слуха. Только я перевёл взгляд с учителя, как он появился прямо предо мной. Он при всех начал порицать меня, оскорбляя всевозможными словами и тыкая в грудь, словно я и впрямь настолько провинился. Такой метод часто использовали в недалёких школах, из-за чего я напрягся сильнее, так как школьные преподаватели зачастую перегибали палку, слишком сильно доводя ученика. Я, конечно, себя бы чувствительным не назвал, но громкая ругать безусловно оставляла след на психике, даже на такой расшатаной как у меня. Я, с непониманием в глазах, уставился на учителя, который чуть ли желчью не плевался, скривив свои губы в гримасе отвращения и неописуемой злобы. В один момент картина поменялась. Вот уже я, прижатый к стене, стою считай под Балди, ощущая его холодные пальцы на своей шее. Они слегка придавливали неё, обвивали длинными пальцами, болезненно обжигая кожу. Мне хватило и этого, чтобы моя развратная фантазия стала искать пошлые намёки со стороны учителя, которые безусловно меня заводили, заставляя желать большего. Не в силах больше скрывать желания прикоснуться, я обеими руками вцепился в рукав зелёного свитера, стараясь притянуть поближе к себе, чтобы он уже конкретно сдавил мне шею, зажав кадык, чтобы ничего членораздельного я не смел и пискнуть. Эта попытка оказалась успешной, из-за чего преподаватель оказался почти вплотную ко мне, конкретно впечатав меня в стену, блокируя дыхательные пути. Я разжал уже побелевшие пальцы и обхватил мужчину за талию, прижимая к себе, стараясь продержаться так как можно дольше, но запас кислорода быстро кончался и в глазах начало темнеть, что означало: "твой конец близок" Определённо я был даже рад такому исходу, ведь мёртвым не обязательно посещать учебные заведения. Я как ошпареный подскочил с постели, с широко раскрытыми глазами, судорожно хватая ртом воздух. Это был лишь сон, который намертво врежется в память на этот день, слишком уж ярким он был. Определённо факт того, что контакт с Балди был лишь сном, меня сильно огорчал, но стараясь держать планку хорошего настроения, я подбадривал себя, что всё ещё впереди. Что этот чёрствый преподаватель и впрямь живой, в чём я на секунду усомнился. Боясь увидеть "ничего" на месте моих сообщений, я судорожно начал искать телефон, который вновь валялся в самой дальней части матраса, заставляя меня перебороть свою лень и достать уже этот гаджет. Какое облегчение! Все сообщения были на месте, а значит всё ещё возможно реализовать свои гадкие фантазии. Поскольку отбитости мне не отнимать, я точно решусь на такой шаг. Я расплылся в улыбке и слегка покраснел, вспоминая содержание сна, который безусловно пришёлся мне по душе. Поскольку телефон был в руках, я быстренько проверил время, к которому начнётся пара по анатомии и был весьма удивлён, что сейчас только 7. Я обречённо выдохнул, понимая, что больше не засну и придётся мне развлекать себя самому, всё ещё думая о Балди. Хах, была бы возможность, я бы молился на его фотографию, хоть приверженцом веры и не являюсь. Эта мысль заставила меня улыбнуться и даже в какой-то момент начать чувствовать лютый стыд за свои действия и мысли.. Честно не хотелось думать об этом и начинать искать виноватых, просто лучше замять и перестать портить себе жизнь своими доводами, каждый раз выставляя самого себя виноватым во всех грехах. Я проморгался и начал медленно приходить в себя, крутя головой из стороны в сторону, чтобы как в причудливых детских мультиках вытряхнуть мысли из головы, которые как ядовитые иглы пронизывали мой мозг, отравляя и, тем самым, медленно убивая. Я отложил телефон, который с самого пробуждения не выпускал из рук и отправился в ванну для обычных утренних процедур. Сегодня должен быть особенный день, поэтому я конкретно запарился над внешним видом, чтобы уж точно не опозориться перед важным для меня человеком. Обычно утренний приём пищи я пропускаю, но в этот раз я решил сделать себе хотя бы лёгкий перекус, а не работать на одном только кофе, который уже стал заменять мне воду. Пил его больше из-за вкуса, ведь что ещё требуется от растворимого кофе за 20 рублей? Естественно о бодрости речи и не шло, ведь от кофе у него было только название. Пока завтракал, уже успел посмотреть к какой паре мне переться в универ и придумать какой-никакой план действий. Естественно больше я полагался на интуицию и рандом, ведь всё зависит от его реакции и правильности моих решений, в принятии которых я нередко спешил, из-за чего получал нагоняи. Как любой студент, обычно желающий задобрить злого препода, я решил пройтись до алкомаркета для покупки крепкого абсента, чтобы подарить Балди в знак своей признательности. Я двинулся в прихожку, там накинул лёгкую куртку и обулся, предварительно сунув пакет в карман. ~ Я вышел на улицу, вдыхая холодный воздух полной грудью. Я далеко не любитель уличных тусовок, но иногда выходить в свет было приятно. Картина стояла плачевная, и от того завораживающая. Угрюмые 5-ти этажки ещё кирпичной кладки были побиты, их краска почти вся слезла, отчего улица казалась очень одинокой и убитой. Пара-тройка никому не нужных машин стояла на дороге, собирая на капотах листву и старея механизмом, из-за чего возможность вообще завестись намертво отпадала.. Я всё же принял решение пойти за горячительным подарком, попутно вспоминая, что Балди-большой любитель сладостей, который возможно оценит такой подарок. Да, придётся раскошелиться, но это определённо того стоит. Благо ближайший алкомаркет находился чуть ли не в 10-ти шагах, поэтому особых проблем с покупкой алкоголя не было. К тому же я уже совершеннолетний и могу покупать и такие товары, пусть и под осуждающие взгляды остальных, которые прожигают меня насквозь, оставляя осадок в виде стыда за такое приобретение. Я тихо поздоровался с продавцом и прошёл к отделу с алкоголем, в частности к полкам с вином. Я любил этот напиток и искренне надеялся, что преподаватель окажется таким же ценителем. Поскольку себе вино я брал очень редко, не мог точно сказать какое предпочитаю. На обум я решил взять красное полусладкое с хорошей выдержкой, надеясь, что последний фактор вывезет. Уже на кассе я взял классическую милку и оплатил, находясь под пристальным взглядом какой-то женщины, которой я, видимо, сильно помешал своей алкашкой. Идя домой я уже не зацикливался на красоте природы, просто шёл, провалившись в мысли. Это на словах я герой, которых стоит поискать, а так? Иной раз я совсем забываю про последствия, из-за чего последние быстро наступают и доводят до белого коления, заставляя дрожать всем телом и рыдать от нависшей безысходности. Но я правда надеюсь на лучшее. ~ Уже как час я находился дома и готовился выйти к 4 паре, которая должна была вот-вот начаться. Медлить не хотелось, ведь итак весь этот день я терзал себя мыслями и переживаниями, иной раз кусая губы до крови, боясь столкнуться с Балди лицом к лицу. Я правда хотел произвести на него впечатление, поэтому решил наконец погладить халат. Но это было далеко не всё. Размышляя над возможными исходами, которые у меня постоянно сводились к сексу, я вывел: что под халат лучше надеть что-то более открытое, что можно легко снять и надеть. Почесав голову, я начал копаться в шкафу, желая найти что-нибудь адекватное. В итоге я остановился на простой чёрной футболке, которая гармонично сочеталась и со мной, и с халатом, создавая контраст из чёрного и белого. Взяв все вещи, я поспешно удалился, желая поскорее начать задуманное. В этот раз я в разговоре с охранником не нуждался, поэтому быстро прошёл по пропуску, который оказался в самом непримечательном месте-кармане джинс, которые пылятся на полке уже как две недели, и только сейчас я их снова надел. Сегодня повезло больше и аудитория располагалась в известном мне месте, поэтому без особого труда я её нашёл. Присоединившись к занятиям, я глазами встретил своего кореша, который уже занял своё место и с томным лицом ждал начала. Я быстренько прошёл по ступеням и подсел к парню, начиная вполне обыденный диалог, касающийся учёбы и вечных заёбов от старосты. -"Прикинь, меня опять грозятся декану сдать" , - начал я опять жаловаться другу, чтобы хоть как-то отвлечь себя от собственных мыслей. На что получил незамедлительный ответ в виде подражания, где Серёжа под видом декана бранил рандомного первокурсника, стараясь изо всех сил выдавливать голос, делая его до скрипа костей противным и через чур высокочастотным. Мы начали угарать с этого, как вдруг громкий удар дверей заставил нас заткнуться и повернуть головы в сторону звука. Ничего удивительного, это был Балди, который явно хотел осведомить всех учащихся, что он в аудитории, и теперь издавать звуки было запрещено вовсе. Меня пытал лютый саблазн подойти прямо сейчас и высказать всё, но здравомыслие било тревогу и всевозможными способами пыталось выкинуть ту идею из головы, напрямую говоря мне: "БЛЯТЬ ЕЩЁ РАНО" Я послушно сидел, ожидая начала лекции, перекидывая взгляд то на недавновошедшего преподователя, то на Серёгу, которому было абсолютно плевать на присутствие Балди. Видимо, он ещё не был ознакомлен с его личностью, поэтому и шёл против внегласных правил. Вообще я старался не палиться и лишь изредко поглядывал за учителем, вспоминая фрагменты из сна, которые будоражили меня до самых костей, вызывая приятное ощущение "бабочек" в животе. Вот началась пара. Высокий, широкоплечий мужчина с пленительным голосом отложил бумаги и включил проектор, ознакомляя нас с относительно новой темой, по которой, вероятно, с новой силой попрут зачёты. Чтобы отвлечься от размышлений о предстоящем разговоре, я начал как обычно рисовать в отдельной тетрадке странные мордашки и отрубленные части тела. Обычно я такое постил в приложение "Амино", в котором появлялся чаще всего. Этот случай не стал исключением. Сфотографировав пару более-менее удачных скетчей, я поспешно выложил их в сеть, попутно вклиниваясь в диалог в общем чате, так как там разговор был в самом разгаре. Я совершенно абстрагировался от реальности, видя перед глазами только его. Там всё было намного проще. Хорошая ролевая с сюжетом могла помочь скоротать время. Общение со сверстниками и ребятами помладше так же шло на пользу, давая возможность узнать что-то новое, для чего времени у меня было не так много. Чистого рода забава, которая мне пришлась по душе. Так я просидел минут 30, после чего решил всё же присоединиться к уроку и начать слушать учителя, начиная истекать слюнями от его завораживающего голоса. Я несомненно утрирую, но голос и впрямь потрясающий, волшебный и мягкий. "Наверняка такой же мягкий как и его свитер", - подумал я, мечтательно вздыхая и в открытую пяля на него. Если бы я продолжил обсуждать всю красоту Балди, дошло бы до расхваления жилистых рук, его утончённого слуха, невероятной талии и торса. Безусловно я хотел преподавателя, как никого другого.. После нескольких минут чистого бубнежа я понял, что мне следовало бы вести хоть какие-то записи, иначе я обязательно получу по ебалу и останусь в должниках, а возможно у Балди другие расценки, и я с его характером упаду в самый низ по успеваемости и возможно даже вылечу из института. Я поспешно начал конспектировать, стараясь успевать за всеми. Это было нудно, информация была зачастую слишком сложной для восприятия даже студенту. Нужно было умудриться грамотно расположить её, чтобы запись выглядела чистой и могла читаться, что делалось с великими трудом. Эта лекция вывозила чисто из-за моей любви к учителю, который с невозмутимым выражением лица монотонно зачитывал требуемую информацию. Всё же решено было забить на это дело и просто позалипать в телефоне, попутно чиркая в тетради разнообразные завитки. Немного позже, когда сидение в телефоне наскучило, я с ещё большим интузиазмом начал рисовать. Сначала появлялись простые узоры, которые в школьные годы рисовали все, начиная с "косички" и заканчивая волнами. В дальнейшем это тоже начало приедаться, поэтому я быстро перешёл с узоров на причудливые мордашки, которые показывали разные эмоции. Немного погодя, я начал набирать темп и в итоге наскетчил себя с Балди, которого безжалостно хлещут линейкой. Я немного смутился, но оставил рисунок для лучших времён, чтобы потом по возможности доработать. Тяжёлые вздохи мне ничем не помогут, поэтому я просто лёг на деревянную столешницу, ожидая конца пары. Прошло около 10-ти минут, тогда я услышал, как преподаватель торжественно подводит лекцию к концу, попутно объявляя, что проверка конспектов по его предмету будет, а следовательно если нет конспектов-нет зачётки. Теперь я был более чем уверен, что критерии у него завышенные.. Тогда все поспешно начали собирать сумки, переговариваясь между собой. Они оценивали работу Балди, которую не стали отторгать, хоть и слушать это было тяжело. Я старался делать всё медленно, чтобы мои однокурсники успели выйти и оставили меня с преподавателем наедине. Наконец все покинули аудиторию. Я начал движение в сторону Балди, который усердно что-то писал на распечатке, не замечая стоящего меня. Я, пользуясь моментом, вытащил презент и поставил перед носом учителя, скромно добавив рядом милку . На это он удивлённо вскинул бровь и прожигающе посмотрел мне в глаза, ожидая объяснений. От такого взгляда я начал суетиться и мяться, из-за чего речь превратилась в невнятную кашу, которая раздражала преподавателя не меньше меня. Балди начал постукивать ручкой по столу, показывая всем своим видом, что незамедлительно ждёт оправданий. Наконец я смог собраться с мыслями и выдал такое: "А-э, это вам, мистер Балди. Вы хороший педагог и вы мне определённо нравитесь", - приближаясь к концу, я машинально сбавлял громкость голоса, так как чувствовал, что ничего хорошего из этого не получится. Я взял себя за локоть и смотрел в пол, нервничая и трясясь как лист на ветру. Безумно хотелось убежать, уйти, да даже просто исчезнуть, чтобы не чувствовать себя так глупо и неуверенно. Я не сказал всего, чего хотел, из-за своего страха, который липкой паутиной заматывал мне рот, чтобы я больше не смел говорить.. Я очень хотел, чтобы преподаватель понял мои намерения и я перестал стоять как истукан, ожидая ответной реакции. Я с облегчением выдохнул, когда мужчина принял скромный подарок и сухо поблагодарил. На тот момент этого было достаточно. Я вышел из зала и достал телефон, чтобы написать Серёге о дальнейшем времяпровождении, так как Балди, по всей видимости, очень занят и точно не станет тратить своё золотое время на такого бездаря как я. Ответ от друга пришёл незамедлительно. В нём он подначивал пойти на тусу, отчего я отказался, стараясь максимально вежливо отмазаться. Любителем уж слишком шумных компаний я не был, да и пил только с близкими друзьями дома, чтобы избежать общественного порицания. Не знаю чем я руководствовался, но решил остаться, ожидая невесть чего. Возможно это из-за моей недалёкости, а возможно из-за противоречивых чувств, которые рьяно добивались того, чтобы их услышали. Сказать было сложно, ведь ответа на этот вопрос я сам не знал. Через несколько минут тупого стояния возле двери, послышалось приближающееся шарканье шагов, которые безусловно пренадлежали преподавателю. Я отошёл, чтобы в случае чего мне не попало по морде, и с интузиазмом начал поглядывать на двери. Через пару секунд Балди вышел из аудитории, неся с собой чемоданчик с бумагами и материалом для проведения лекций, так же присутствовал и подарок, который мужчина любезно понёс с собой, что не могло не радовать. Я робко окликнул преподавателя, чтобы тот сбавил темп и выслушал. Меня конкретно так потряхивало, но я окончательно принял решение поговорить с глазу на глаз. Балди остановился и повернул голову, раздражённо выдыхая и хмуря брови, смотря на меня как на говно. На что я попытался легонько улыбнуться, чтобы обстановка была не столь напряжённой. Тут же подбежав к учителю, попросил обсудить с ним важное дело, естественно умолчав какое, дабы сразу не быть посланым в одно очень заманчивое место. На это он лишь вцепился свободной рукой в моё запястье, сжимая так, чтобы дальнейшие движения от меня были невозможными, резким рывком подтянул к себе, слегка согнувшись, чтобы быть со мной на одном уровне, и злобно прошипел мне прямо в лицо, что не желает тратить на меня время. Он точно знал, что его слово будет решающим, и только он в праве делать что вздумается. Решив, что я точно уяснил, тот отбросил меня как плешивого щенка, с такой брезгливостью и раздражением, что я надолго ещё запомню этот взгляд. Я ударился о стену затылком, из-за чего в висках начала пульсировать кровь. Боль распространялась по всей черепной коробке, отдаваясь в шее. Благо удар был не самым сильным, и мне удалось отделаться лёгким шоком. Всё же радости не было предела, ведь я понимал, в тот момент ВСЁ его внимание было на меня, что безусловно льстило. Честно, я старался забыть про те слова и начать попытку заново, игнорируя наростающее раздражение преподавателя. Пока я приходил в себя, Балди уже успел скрыться, но удаляющиеся шаги выдовали его местонахождение. Я поспешно направился к месту, где предположительно находился он, стараясь действовать одновременно быстро и тихо. Мужчина поднимался по лестнице на 3 этаж, где обычно находятся кабинеты преподавателей и деканов, вероятно чтобы продолжить работу, а возможно у кого-то намечалась 5 пара, а я такой секой задерживаю высокопочитаемого преподавателя, который невесть откуда заявился в нашу шарагу и начал строить из себя принцесску, которая определённо приходилась мне по душе, врать не буду. Теперь в душе засело чувство вины, которое разъедало меня изнутри, заставляя чувствовать дискомфорт в горле и гудящую боль в висках, которая с каждой секундой становилась всё напористей. В один момент мне показалось, что сейчас черепная коробка лопнет, тем самым осколками черепа разбив окно и оставив на стенах куски мозга, которые с хлюпающим звуком звонко свалились бы на пол, окрашивая плитку в алый. Определённо эта картина порадовала бы Балди, ведь незадачливый ученик наконец сделал что-то толковое, а именно избавил мир от себя-дегенерата. Я слабо улыбнулся от такой мыслишки, ведь он был бы прав. Я отшатнулся и опёрся на перила, дабы кубарем не скатиться с лестницы, тем самым не оказав услугу мужчине в свитере, которого наверняка заебало моё внимание. Я подождал, пока не стану чувствовать себя лучше и начал тихонько преследовать преподавателя, стараясь дышать как можно реже, чтобы его великолепный слух не распознал, что хитрозадый малец следит за ним. Возможно со стороны это выглядит нелепо, возможно Балди уже знает, что я пытаюсь пробраться к нему. Меня гложила вина, я искренне хотел извинится и, возможно, подмазаться к учителю, чтобы расположить его к себе. Всё же он был явно начитанным, с таким приятно было бы общаться. Его склад ума был для меня недосягаем, этот шикарный мужчина был выше всех на голову в этом плане, что не могло не впечатлить. Оставаясь каким-то невероятным способом ещё незамеченным, я прошёл до самого конца коридора, где предположительно располагался его кабинет. Табличку на дверь ещё не повесили, поэтому она оставалась совершенно пустой,показывая всю красу лакированной поверхности. Я неуверенно постучал прежде чем войти, как бы осведомляя сидящего в нём, что я припёрся. Моему взору открылся небольшой кабинет, в котором царил полный порядок. Возле окна, которое располагалось аккурат передо мной, за столом сидел Балди, согнувшись пополам из-за своего достаточно высокого роста. Он старался игнорировать меня, но я был полностью уверен, что в мыслях он гонит меня прочь. Тихо прикрыв дверь, я поздоровался, разрезая нависшую тишину. Наконец проподаватель поднял глаза и уставился на меня холодным взглядом, всё ещё находясь в согнутом положении. Я был уверен, что он мне вмажет со всей дури, если я продолжу его беспокоить, но мне было правда нужно. Я начал извиняться, что беспокою того, что возможно я дегрод, который не понимает с первого раза Начиная чувствовать ком в горле, я заткнулся, чтобы позорно не продолжать уже тонким, истеричным голоском. Учитель вскинул бровь и выпрямился, продолжая изучать меня глазами. От этого становилось неловко, но к тому же приятно. Всё же на меня обратили внимание, только без ругани и истерик, просто как на человека. Я хотел уж было что-то сказать, но бархатный, глубокий голос мужчины меня остановил: "Что это значит?", - доставая из пакета бутылку, он поставил ту на стол, всё ещё прожигая меня своими глазами. Я начал мяться, пытаясь собрать все свои силы, чтобы ответить что-то внятное, но выдал итак уже известную информацию: "Это подарок" Ох, его выражение лица стоило видеть. Я понял, что сморозил глупость, только тогда, когда он непонимающие забегал зрачками, отодвигаясь от стола. Он достаточно быстро оказался возле меня, стараясь держать дистанцию, я сделал шаг назад и упёрся в стену, лишь для того, чтобы не вызывать дискомфорт у Балди. Ожидая фактически чего угодно, я получил приглашение остаться здесь и обсудить эту тему позже, пока он делает свои дела, перед этим предупредив: "Издашь хоть звук- окажешься размазанным не стене", после чего он по-дружески похлопал по плечу и удалился, не скрывая своей улыбки от удачного запугивания. Он вышел из кабинета, а я вновь почувствовал его одеколон, приятный запах ванили пленил. -Чёрт, он и правда хорош" , - уже в какой раз я повторяю это, ведь преподавателя сложно назвать непривлекательным, даже его запах был волшебным, что уж говорить про внешность и голос, которые я просто боготворил. Я очень нервничал, ноги сами собой подкашивались и предательски дрожали. Стараясь отвлечься, начал перебирать пальцы, считать количество папок скоросшивателей на полках шкафов, разглядывать еле заметные узоры на обоях. Я медленно начал сползать по стене, садясь на пол. Отсутствие стула для меня никак не смущало, мне вполне удобно сидеть и на полу. Что ж говорить, я не прихотлив. Лишь бы он пришёл поскорее. Иногда лучше быть в компании тирана, чем оставаться одному. Я был очень благодарен, когда Балди вскоре пришёл. Проводив его взглядом, я поджал ноги и уже со спокойной душой продолжал сидеть в углу, не желая мешаться. Естественно, когда он всё же нашёл меня, то косо посмотрел, кривя губы, но промолчав сел на место, где и продолжил работу. Я совсем забыл куда дел сумку.. Эта мысль посетила меня только сейчас, а ведь я уже невесть сколько бегаю без неё. Вероятно забыл подобрать, когда учитель отшвырнул меня. От этого воспоминания всё внутри свернулось. Сложно было понять, хороший ли это знак. Не смея покидать кабинет без разрешения, я начал пытаться просчитать дальнейшие шаги, попутно придумывая и другую сюжетную линию, где процесс соития был в самом разгаре. Чувствуя, как краснею, я отвернулся в стену, чтобы ненароком не попасться в таком виде преподавателю, который даже вспоминать обо мне и не думал. С каждой минутой становилось всё скучнее и скучнее. Если бы я не просрал сумку, то мог бы преспокойно сидеть в телефоне, не вякая под руку и не представляя оголённого Балди. Ну вот, очередная пошлая мыслишка посетила меня. Я прекрасно знал, что сидящий за столом мужчина не будет пускать слова на ветер и обязательно пару раз меня ударит за непослушание, но в тот момент мне поистине не хватало общения. Решено было разговаривать в пол голоса, чтобы сильно не бесить преподавателя, ведь с таким хорошим слухом, да ещё и в одной комнате, не услышать меня было бы невозможно. -"А как у вас дела? ", - наивный вопрос наверняка застал его врасплох, но никакой реакции не было. Не получив ответа, я начал снова, ведь возможно Балди просто увлёкся и не услышал его. Повторять вопрос не стал, ставить себя в неловкое положение не хотелось от слова совсем, поэтому начал придумывать что-то другое, такое же простое, чтобы просто начать диалог. -"А вы красивый.. ", -как бы ненароком уже шёпотом, еле двигая губами, начиная истерично перебирать пальцы, сказал это. Я уверен на все сто, что он это услышал, но упорно игнорировал. Но что меня удивило, это раздражённое мычание в ответ, которое адекватных людей ни к чему хорошему не готовило. Уже полностью оборзев, я встал и мелкими шажками начал "незаметно" подходить к столу, сам не зная зачем. Меня совершенно не удивил безупречный порядок и на столе, я лишь сильнее убедился в том, что он ярый перфекционист, которого наверняка будет бесить моя беспорядочность. Незаметить выглядывающую голову было сложно, а игнорировать уж тем более. Я бы понял, если Балди со всей силы кулаком вмазал мне в лицо, чтобы я скрылся и, наконец, исчез нахуй. Он медленно закипал. Я сам знал, на что иду, поэтому виноват буду только я. Всё же учитель поднял на меня свой укоризненный взор и томно вздохнул, расправляя плечи. Когда он вновь выпрямился, я почувствовал волну мурашек, которые хаотично "бегали" по коже. Я машинально отскочил, когда преподаватель отодвинулся и встал, начиная разминать правую руку. Не нужно было объяснять для чего. Он угрожающе медленно шел размерными шагами, а я даже не пытался скрыться. Честно говоря я был в смятении, вроде по логике вещей человек в такой ситуации должен был забиться в угол и визжать от каждого его движения, но этого не происходило. Я лишь встал в ступор, но не смел бежать или пятиться. Балди тяжёлой рукой одним движением впечатал меня в стену, больно давя на грудь, запрещая мне тем самым двигаться или хоть как-то выражать своё сопротивление. Я лишь поднял широко открытые глаза на него, стараясь не выгонять пикантные мысли, чтобы насладится порцией заслуженной боли. Учителю и вправду избиение доставляло большое удовольствие, что можно было распознать по его самодовольной улыбке, которая чем-то даже походила на оскал. Он подошёл уж слишком близко, отчего я мог чувствовать его сбитое, горячее дыхание. Ситуация сама по себе заставляла меня возбудиться, так ещё и факт того, что преподаватель находится непозволительно близко и дышит мне чуть ли не в шею, весьма сексуально давил. Его холодные пальцы потянулись к моей шее, на что я послушно оголил её, давая возможность хорошенько сдавить, чтобы после на ней остались отметины, которые при каждом движении невыносимо болели. Его сильная хватка от неожиданности заставила ноги подкоситься, из-за чего я потерял равновесие и начал сползать вниз, после меня тут же потянули за волосы свободной рукой, чтобы я возвращался в исходное положение. Мои щеки густо покраснели, но я не выронил ни слова, стараясь изо всех сил потакать Балди во всем. Звон в ушах раздавался с нарастающей силой, кислород уже начал заканчиваться, а в глазах потихоньку темнеть. Я вцепился руками в свитер Балди, пытаясь хоть как-то спасти себе жизнь, чтобы позорно не умереть из-за своей тупости. На моё счастье жилистая рука учителя поспешно разжалась. Он всё с той же улыбкой наблюдал за моими жалкими попытками отдышаться, пока я всё ещё держался за верхнюю одежду преподавателя, словно за спасительный круг. Я не успел ещё даже прийти в себя, как моего лица коснулись длинные пальцы, к холоду которых я уже успел привыкнуть. Они заботливо приподняли за подбородок, заставляя быть относительно на уровне с моим мучителем, который с упоением разглядывал шею, на которой красовался багровый след от его руки. Я посмел отвести взгляд в сторону, за что получил грубую пощёчину. Он держал меня за голову, чтобы я не рыпался и хлестал по щекам, заставляя челюсти ныть. Ещё немного и мои глаза вывалятся из орбит, окропя его свитер кровью. Вероятно ему это пришлось бы по душе, о чём думать я не стал. Мои щеки горели не только от смущения, но и от старательных ударов, которые наносились очень быстро, с каждым разом становясь больнее предыдущих. Когда Балди остановился, я сжал его запястье с силой, которую только мог вложить в трясущиеся руки, и вновь приятнул к себе, не желая отпускать того. Его непонимающий взгляд упал на меня, отчего, даже не смотря на него, я чувствовал давление. Я невнятно шептал резкие признания в любви, заявляя о своей последующей покорности. В один момент, не выдержав силы такого напряжения, я расквасился и обнял учителя, крепко сжимая его, стараясь пробыть с ним как можно дольше. Какое-то время мы оба, пребывая в шоке, стояли неподвижно, что мне было на руку. Я прижался со всей нежностью, которую только мог показать, к груди Балди, ощущая мягкий свитер и игнорируя бешеную боль в шее и щеках. Я расслабился и слабо улыбнулся, когда меня в ответ приобняли за плечи. Создалась эдакая иллюзия любви с его стороны, которой я хочу охотно верить. Я аккуратно отпрянул, стараясь не напрашиваться на побои и отошёл к стене, на что он вопросительно вскинул бровь, но ничего не сказал, лишь хмыкнув на это действие. Пока я нерешительно топтался, преподаватель успел занять своё место и облокотиться на стол, массируя виски Резкое желание опять проснуться к его телу побудило меня, вопреки здравому смыслу, вновь сунуться к нему. Я осторожно прошёл к столу, опираясь на столешницу, так как после вздрючки стоять прямо на ногах было сложно, и тихонько коснулся плеча учителя, который к тому времени уже перестал своё действо и просто смотрел в никуда. На моё касание он отреагировал весьма спокойно, не стал дёргаться или быстрыми телодвижениями отпугивать от себя, за что я был весьма благодарен. Стараясь не перегибать палку, я попытался тихонько развернуть его на себя, чтобы с ним было легче взаимодействовать. Искренне желая его и только его, я постарался начать заигрывать, мокро шепча полный бред на ухо, за что получил грубый точкок в грудь. Оставаясь всё таким же приставучим недоумком, я с ещё большим напором старался завлечь Балди, что получалось с большим трудом. В какой-то момент моя рука целенаправленно "соскользнула" к его паху, от чего я покрылся румянцем, но продолжил водить рукой по выступающей поверхности. Мужчина, пытаясь сохранять невозмутимое выражение лица, решил взять ситуацию в свои руки и схватил меня за запястье правой руки, после чего взял под контроль и левую, невольно сжимая их до красноты. Одним движением он подтянул меня к себе, уже усаживая на колени. Я почувствовал его возбуждение, поэтому старался довести того до пика. Бёдрами я начал "невзначай" тереться о ткань джинс, максимально сильно прижимаясь к набухшему члену Балди. Он поспешно отпустил мои руки, давая мне возможность запустить их под его свитер, я щупал его кожу, ласково поглаживая её. Учительские ладони поглаживали мои ляшки, медленно подходя к бёдрам, которые всё ещё старательно выводили круги, чтобы тот раз за разом кротко выдыхал от нарастающего возбуждения. Вдоволь насладившись его великолепным торсом, я высунул руки из под одежды и начал уже по свитеру переходить выше, доходя до груди и остановившись на плечах. Я подтянулся и сомкнулся губами с Балди, который проявил инициативу и с напором начал водить языком, перестав гладить меня, придерживая за голову, чтобы я не оторвался от сочного засоса. Его сладкие губы были лучшим вознаграждением за все некогда пройденые трудности, поэтому я вовсе не возражал, когда тот начал расстёгивать мой халат, не отрываясь от поцелуя. Учитель впечатал меня в стол, уже полностью растегнув халат. Свободной рукой он начал поглаживать мой торс, старательно выврдя узоры пальцем, пересчитывая рёбра, тем самым заставляя меня выгибаться и краснеть. Тонкие ниточки слюны соединяли наши губы даже тогда, когда мы уже перестали целоваться в засос. Балди снял мои руки со своих плечь и сжал запястья, нависая надо мной, он вытянул их вверх, позволяя быть мужчине достаточно близко, чтобы начать страстно целовать ключицы. Я машинально раздвинул ноги, чувствуя его уже вставший член под тканью брюк, позволяя ему терется о внутреннюю сторону моих бёдер, заставляя его прерывисто постанывать от перевозбуждения в перерывах между засосами. Преподаватель оставлял багровые следы по всему моему телу, начиная с ключиц и заканчивая моим животом. Он спускался непозволительно близко, но я не мог сказать ему нет или как-то отстраниться. В один момент я мокро, со сбитым дыханием прошептал ему, что хотел бы отсосать его член, на что Балди разжал мои запястья и перестал сладостно нацеловывать тело, позволяя мне вывернуться и спуститься на пол. Стоя на коленях перед учителем, я начал нежно потирать его голень, плавно переходя к бёдрам, а затем и к его паху. Расстегнув ширинку, я достал больших размеров член, чьи венки сильно набухли, заставляя ствол держатся прямо и быть упругим. Похотливо раскрыв ротик, я взял рельефный член в рот, старательно выводя круги у головки. Я вылизывал ствол, начиная от самых яичек, попутно обводя кончиком языка венки, отчего Балди сладостно постанывал на выдохе, что придавало мне уверенности продолжать дальше. Подрачивая ему, я брал по самые гланды, стараясь подавить рвотный рефлекс, чтобы довести мужчину до пика наслаждения. Я ощутил, как его рука собирает мои волосы и хватает их, натягивая мой рот на ствол, заходя всё глубже в горло. В один момент он, с характерным звуком, отставил от члена и поспешно встал, чтобы уже самому начать натягивать меня. Мои и без того потрёпаные щёки ощутили грубые толчки в их внутреннюю сторону, из-за чего я мычал от боли, стараясь не сильно мешать учителю, который с силой тянул меня за волосы, чтобы зайти по самое горло. Чувствуя предстоящий оргазм, он с хлюпанием вытащил пенис, начиная дрочить у меня над головой, чтобы после обильно кончить на лицо, чему я был рад. Взяв инициативу в свои руки, я поспешно начал мастурбировать ему сам, раскрыв рот в ожидании камшота. Долго ждать не пришлось и семя обрывисто закапало мне на язык и лицо. Я протёр глаза и принялся обсасывать пенис учителя, чтобы собрать с него всю сперму, послушно проглатывая горьковатую субстанцию. После удачной зачистки, он своей рукой начал вытирать семя с моего лица, заталкивая пальцы в рот, чтобы я их послушно облизал. Горячий момент продолжался до тех пор, пока моё лицо не стало относительно чистым, после чего меня сильным рывком потянули к себе. Снова оказавшись на коленях преподавателя, смущённо выдохнул, стараясь восстановить сердцебиение. Я почувствовал, как его пальцы расстёгивают ширинку моих джинс, на что отреагировал поддавшись вперёд, предоставляя возможность снять с меня штаны. Балди снял с меня нижнее белье, оставив только белый халатик, который ничего толком не прикрывал, но дополнял мой образ. Его требовательные пальцы вновь проникли в мой рот, водя из стороны в сторону, чтобы собрать достаточное количество слюней, после чего этой же рукой начал усердно мастурбировать мне. С уст доносились вздохи и постанывания, которые оглашали, что мне и правда нравится процесс и я желаю большего. Я чувствовал его влажный член, который тёрся о внутреннюю часть моего бедра, поэтому услужливо раздвинул ноги, обхватив ими талию преподавателя, который уже опять впечатал меня в стол, готовясь войти в анал. Я быстро среагировал и слёзно попросил использовать хотя бы смазку, на что он хмыкнул и достал из кармана заготовленный презерватив. Учитель вскрыл пачку и моей рукой начал натягивать на пенис презерватив, попутно выдавливая на него смазку. Я послушно растирал её, пока ловкие пальцы мужчины смазывали мой анал. Отказать ему я не смел, поэтому мне оставалось только прикусить губу и сжимать ствол Балди, который грубыми точками проникал в меня. Попутно с этим я подрачивал себе, слушая его грязные слова о том, как он неистово будет драть меня раз за разом. Что все сучки, на подобие меня, будут наказаны его рельефным членом. В ответ на это я лишь постанывал и жмурил глаза, прижимаясь к нему ещё сильнее. Обрывистые просьбы: жёстче и на подобие того, были им услышаны, поэтому он с новой силой ебал меня, заставляя до побеления костяшек сжать его свитер. Определённо запах ванили будет ассоциироваться с ним..