On a leash

      Джонатана разбудил шум в ванной. Это что, Флавия? Так рано утром? Он был совсем не готов вставать за несколько часов до завтрака. Девушка впервые проснулась раньше него. Удивительно. Пока Флавия старалась очень тихо собрать свою постель, вампир скрипучим спросонья голосом выдал всего два слова – "стакан воды". Девушка недолго думала, тут же набрала воды и принесла вампиру. Он усмехнулся и развернулся к ней лицом, всё ещё медлительный ото сна.       – Не мне, глупая. Выпей стакан воды. Давай, чтобы я видел.       Джонатан проследил, чтобы девушка допила воду, и посмотрел на часы. Завтрак только через три часа.       – Ещё рано, – констатировал он. – Иди сюда.       Вампир похлопал по месту рядом с ним на кровати. Флавия нахмурилась, но с места не сдвинулась. Обычно на кровать её не пускали. Может, она что-то не так поняла?       – Малыш, если я сказал "иди сюда", значит можно, – устало произнёс вампир. Он не собирался вставать ещё пару часов уж точно. – Ложись.       Стоило девушке осторожно перелезть через ноги вампира, как он взял её в охапку и прижал спиной к себе. Он был холодный, будто только что с улицы. Мужчина накрыл Флавию одеялом и крепче прижал к себе. Нечего его будить ни свет ни заря.       Флавии снился хозяин. Она не видела его, но ярко ощущала его присутствие. Он был непозволительно близко. Прямо за её спиной. Его пальцы лёгким движением сместили лямку пижамы с её белого плеча. Она чувствовала его дыхание на своём плече, его губы...       Девушка сделала резкий вдох, и всё пропало. Она дотронулась плеча. На нём не было лямки.       – Доброе утро, Флавия.       Девушка накинула лямку на её положенное место и развернулась. Вампир действительно лежал позади неё. Ей приснилось? Или нет?       – Прости, если напугал. Не нужно было тебя трогать.       Флавия села. Перед ней только что извинялся вампир. Её хозяин. За то, что разбудил. Поразительно, насколько у него отличается настроение от вчерашнего. Она коснулась плеча.       – Доброе утро, хозяин. Если вы голодны, то я готова, – она робко коснулась шеи.       Он улыбнулся и сел повыше, откинувшись на изголовье кровати.       – Нет, детка. Я вчера уже пил твою кровь.       – А я слышала, что вампирам нужна живая кровь каждый день, – она подсела поближе.       – Да что ты? – он вскинул брови. – И кто тебе это сказал?       – Принцесса Энора, сэр.       – Принцесса суëт нос не в своё дело, – тяжело вздохнул Джонатан.       – Хозяин, ну пожалуйста. Чуть-чуть. Вы с утра никогда у меня кровь не пили, а может это зря?       Подобное поведение было нехарактерно для девчонки. Но может ей действительно больше не больно, и она хочет загладить вину за вчерашнее?       – Ладно. Но только из руки.       Флавия заулыбалась и протянула хозяину руку. После таких мучительных снов, которые ей снились, это был просто подарок с самого утра, то, что надо! Она до сих пор слабо понимала, как так легко получилось уговорить вампира на утренний укус.       Однако укус в руку оказался мало того, что совершенно не вдохновляющим, как бывали укусы раньше, так ещё и неприятным. Хорошо, что произошло всё быстро.       – Флавия? Ты что-то мне хочешь сказать?       Девушка нахмурилась, посмотрела на новые крохотные шрамы на левой руке и отрицательно помотала головой. Странно. Почему не сработало?       – А мне кажется, хочешь.       Под его пронзительным взглядом она скорее могла расплавиться, чем скрыть что-то.       – От укуса в руку ощущения... не те, – растерянно проронила девушка.       – Ах вот оно что... Кто-то распробовал укусы в шею? – вампир притянул её к себе и тихо посмеялся. Его смех был снисходительным и будто покровительственным. Флавия была рада, что сидит к нему спиной и не видит его глаз. От этого его тона у неё всё сжалось внутри, будто её поймали за чём-то постыдным. Он обхватил её за талию и опустил голову на уровень её плеча. – Надо же, а я думал, что ты должна быть постарше. Такая кроха и уже сама просит её кусать. Подумать только.       Он будто нарочно шептал все эти слова ей в оголённое плечо. Девушка сглотнула. Ей было трудно сфокусировать взгляд. Отвечать она и не думала.       – Флавия, детка, ты помнишь, что никому другому нельзя тебя кусать? – он дождался, когда девушка по обыкновению кивнëт. – Вот умница. И если тебе вдруг сильно захочется, чтобы тебя укусили, проси меня. Договорились?       Флавия быстро кивнула ещё несколько раз. Вчера ей сильно хотелось. И если бы было нужно, она бы без труда попросила хозяина укусить её. Хотя было в этом что-то... Что-то такое неправильное. Просить вампира укусить её? Звучит не очень-то жизнеутверждающе.       – Вот и славно, – вампир потрепал её по плечу. – Теперь иди одевайся, скоро пойдём на завтрак.       Завтрак больше не пугал девушку обилием еды. Она успела сильно проголодаться, однако ей, конечно, хотелось бы сладкого. Интересно, её хозяин разрешит ей шоколад, если она попросит? Флавия подняла глаза на Найджела. У него всегда есть шоколад. Как бы его так попросить...       – Энора просто хотела выгулять питомца на поводке, что в этом плохого?       Джонатан был очень недоволен вчерашней ситуацией и отчитывал друга будто Антуана.       – Что плохого? Например то, что мою Флавию вчера напоили вином, нет?       – Ты пьешь? – удивлённо воззрился на неё Найджел. – М-да, Флавия, я был о тебе лучшего мнения.       – Её Энора напоила, – тон Джонатана был не самым доброжелательным, так что Флавия решила довольствоваться фруктами и не встревать в разговор со своими хотелками.       – Да, это похоже на неё, – усмехнулся Найджел и перекинул свою косу за спину. – Получается, она и тебя вчера напоила, я так подозреваю, м?       Джонатан поджал губы. Ему не было смешно.       – Найджел, я попросил тебя об одной услуге, а в итоге у меня кровь разбавленная.       – Друг, так у тебя сегодня выходной, что в этом плохого? – Найджел ответил на пару сообщений и, не отрываясь от телефона, спросил девушку. – Флавия, вот тебе понравилось?       Девушка растерялась. О чем он? О вине, его вкусе? О том, как принцесса подносила бокал к её губам? О самым сладком укусе за её жизнь?       – Понял, вопрос некорректный, – ухмыльнулся вампир и многозначительно посмотрел на друга.       – Я думаю, что это Селеста надоумила принцессу меня разозлить, – Джонатан мастерски переводил тему.       – Не, – спокойно ответил Найджел, запивая недостающую букву "т" крепким кофе. – Эта выходка вполне в духе Эноры, уверяю. Сестра тут не при чем.       – Я в любом случае хочу навестить её сегодня. Нужно поговорить.       Найджел поднял на него глаза, ободряюще похлопал по плечу и пожелал удачи.

***

      – Селеста.       – Джонатан.       Вместо приветствия они оглядели друг друга с головы до ног, будто в поисках изъянов. Оба потерпели неудачу.       – Есть разговор, – Джонатан облокотился о дверной косяк, сложив руки на груди. – Пустишь?       – Как будто у меня есть выбор, – улыбнулась рыжая уголками губ и пропустила нежданного гостя в свои покои.       Мужчина встал у стены, по левую руку от кресла хозяйки комнаты. Он не собирался сидеть с ней на одном уровне. Селеста со вздохом заняла место в кресле и закинула ногу на ногу.       – И что же тебя привело, дорогой друг? Не уж-то проблемы с пунктами сбора крови, и тебе нужна помощь?       Из-под чёрного шёлка её халата показалось белое колено. Подол заструился, обнажая левую ногу до самого бедра.       – Никаких проблем, можешь не волноваться, – мужчина закатал рукава рубашки, обнажая татуировки. – Пришёл уточнить, какое вино ты пьëшь.       Селеста игриво рассмеялась.       – Неужели ты зовёшь меня на свидание?       – Ты же знаешь, красотка, если нас и ждут свидания, то тюремные.       Ей нравилось дразнить его. Селеста сняла заколку, распустив свои ярко-рыжие волосы. Они беззвучно рассыпались по плечам халата.       – Тогда я предпочту красное, как моя помада, и сухое, как твои руки, – вампирша встала и взяла его ладонь в свои руки. – Джонатан, тебе столько лет, а ты не слышал никогда о креме для рук? Серьёзно?       – Я так и знал, что это была ты, – он перехватил её запястье, подтянув её к себе, стремительно сокращая расстояние между ними. – Зачем ты напоила моего питомца?       – Я? – местоимение вышло на выдохе. – Помилуй, Джонатан, я лишь задала ей пару вопросов. Это принцесса дала ей попробовать вина.       Ему понадобилась секунда, чтобы поменяться с ней местами. Селеста будто не замечала его рук по обе стороны от неё, не замечала, каким дьявольским огнём он пытался испепелить еë, смотря на неё сверху вниз. А может лишь делала вид. Ей нравилось проверять его на прочность, наблюдать, как он пытается сдержаться, как трясутся его руки от злости. Однажды она его сломает. Как ломала раньше.       – Сегодня о помиловании можешь забыть, дорогая Селеста, – он провёл большим пальцем по её нижней губе, растирая чёткие линии аккуратно накрашенных губ. – Не хочешь рассказать мне, о чём ты спрашивала моего питомца?       – Ммм, – она задумчиво подняла глаза к потолку, будто с трудом вспоминая прошлый вечер. – Да так, знаешь, мелочи.       Рука Джонатана переместилась на шею вампирши. Она гордо смотрела ему в глаза столько, насколько хватило воздуха. Он отпустил её только тогда, когда увидел искру настоящих эмоций в её глазах. Ему бы хотелось видеть, как она будет отбиваться, как начнёт паниковать, но боялся переборщить. Тело не слушалось, но Селеста была гордой, она не падёт перед ним на пол. Вампирша упала обратно в кресло, и Джонатан ждал, пока та восстановит дыхание, чтобы продолжить разговор.       – Когда-нибудь я точно тебя придушу, – устало произнёс он, усаживаясь на её кровать. Вообще он не имел привычки беспардонно садиться на чужие постели, но в этой спальне о таких мелочах он предпочитал не беспокоиться. Совершенно невозможно оставаться галантным, когда рядом язвит рыжая ведьма.       – В таком случае в следующий раз я бы предпочла несколько другие условия.       – Кто сказал, что ты диктуешь условия?       Вампирша бросила на него обиженный взгляд и как ни в чëм не бывало поправила причёску. Даже в таком состоянии её волновал внешний вид.       – Ладно, если хочешь знать, я хотела узнать одно имя. Но оказалось, что твоя девчонка даже читать не умеет. Нет с неё никакого толку...       Вампирша достала сигареты с прикроватного столика и предложила одну гостю. Он не отказался.       – Предвосхищаю твой вопрос. Я думала обойтись без тебя, – она села рядом с мужчиной и окинула его взглядом. – Учитывая, какой ты нервный в последнее время. Да и дело это не моё, а королевы. Думала решить вопрос тихо, ну знаешь, девочками.       Джонатан по обыкновению зажёг ей сигарету, хотя её собственная зажигалка лежала на столике неподалёку. Дань привычке.       – Почему тогда королева не обратилась ко мне напрямую?       Селеста насмешливо ухмыльнулась и медленно затянулась едким дымом.       – Ещё раз. Ты слишком нервный в последнее время. Да и носишься со своей девчонкой...       – А то ты не знаешь, отчего я так с ней ношусь, Селеста, – строго перебил её Джонатан. – Или тебе припомнить?       – Да перестань! – вампирша будто пыталась сократить между ними всякое расстояние, будто из-за него он так сердился и отказывался её понять. Селеста закинула на него ногу и погладила по плечу. – Прошло столько лет! И я тебе обещаю, не притронусь я к твоей девчонке, можешь не паниковать так.       – Кажется, я это уже слышал сотни лет назад. И где оказался мой питомец, Селеста?       Ей хотелось верить, что вопрос риторический. Но он посмотрел ей прямо в глаза, явно ожидая ответа. Вампирша нервно выдохнула, ей такие разговоры были совсем не по душе. Даже по прошествии стольких лет, он всё ещё поприкал её этим случаем.       – В могиле.       – В могиле, – вторил он серым эхом.       Джонатан молча курил. Селеста не хотела защищаться. Это был её промах, она не оценила, как важна была ему человеческая девчонка. Подумать только, один человек испортил их отношения на долгие сотни лет. Удивительно, что Джонатан до сих пор зол. Ему бы разобраться с этим вопросом.       – Джон, послушай, – Селеста потушила сигарету и подала ему пепельницу. – Я уже давно поняла свою ошибку, не стоило тогда срываться на твоей девчонке. И сейчас я бы так не поступила, потому что ещё шестьсот лет твоего игнора я вынесу с трудом, – поразмымлив, она добавила. – Вынесу, конечно, но с трудом и без удовольствия.       – Ты так говоришь, потому что не знаешь, как попросить помощи.       Селеста проглотила все восемь колких ответов, что пришли ей на ум, прикрыла глаза всего на секунду и постаралась спокойно продолжить разговор.       – По-твоему я настолько эгоистична?       – Ох нет, дорогая моя, не настолько. Ты намного хуже.       Джонатан поймал её за запястье за секунду до пощёчины. Идеальная маска вампирши треснула от таких обвинений, и она сорвалась. Селеста была зла — на него за этот выпад, и на себя за несдержанность. Обычно ей было не просто вывести из себя. И видно было, что вампир упивался её поражением. Таким крохотным, но поражением.       – Тише, – он притянул её к себе и прошептал на ухо. – Приходи, когда научишься просить о помощи. Я помогу.       Она слышала, как он улыбается. Чувствовала, как он заправил прядь волос ей за ухо. Ей хотелось вонзится в него – ногтями, клыками, поцелуями. И самое ужасное, что он это прекрасно понимал. Сволочь.       Они слишком хорошо знали уязвимости друг друга. Знали, куда уколоть. Знали, куда целовать. И с этими знаниями тяжело оставаться врагами по этажу.       – Сейчас ты не в состоянии вести разговор. Приходи ко мне, когда будешь готова.       Они не прощались. Никогда не прощались.