Помнят только мертвые деревья

Окончание Полуночного Бала оказалось довольно ярким – высокие кострища прямо на каменных плитах бального зала воздымались до потолка, языки пламени радостно плясали в такт музыке, черти, ведьмы, фавны, кикиморы и полуптицы, наги, оборотни – все с весельем кружились вокруг подрагивающих ярких костров, захлебываясь в хохоте и громко крича. Вахтанг, поддавшись всеобщему веселью, поддался на чары девицы – полуптицы, лихо закручивал ее, пританцовывая под ритмичную музыку барабанов. Елизарова тоже отрывалась, где-то в толпе тои дело слышался ее счастливый смех. Машка утащился Григория на своеобразный танцпол, и теперь тоже кружилась в собственном танце. Илая приютилась возле Ледума, используя его недовольный взгляд как щит. Желающие пригласить ее на танец напарывались на мрачное выражение лица, почерневшие от злости глаза и оперативно ретировались прочь. Стехан тоже прятался рядом – парень притащил откуда-то стул, посадил на него девушку и замер статуей самому себе. Через некоторое время Ледума сменил Вахтанг – молодой мужчина стоял с не менее недовольным лицом, чем его друг. Остальных подростков тоже выцепили и собрали в общую кучку – чтобы никто не потерялся. Все дружно тихо радовались тишине – прошедшая ночь оказалась слишком наполнена эмоциями и множеством телодвижений. Беловолосый мужчина подошел незаметно – р-раз, и вот он уже рядом с детьми, о чем-то общается с Амоком, а рядом его внимательно слушает Адриан. Стасия сперва начала стрелять глазками, но после честно плюнула – сил осталось очень мало, подростки почти засыпали стоя, хотя Марк и Якоб, похоже, уже спали, правда, с открытыми глазами – склонив головы друг к другу, пустым взглядом смотря куда-то вперед и не шевелясь. Анхтар заметил ее переменившееся решение и теперь украдкой кидал на нее взгляды. Старшая нечисть посмеивалась на такое – столь замотанные ребята вызывали умиление даже в их темных и мрачных сердцах. - На постр-роение встать! – Ледум явно был доволен результатом разговора – их диалог никто не смог расслышать, и теперь мужчина светился от довольства. Ребята с тяжкими вздохами сползли со своих сидений и, пошатываясь, встали кучкой. Мужчина на такое пренебрежение приказом растянул рот в еще большей ухмылке. Недовольно сопя, подростки оформились в какое-то подобие строя. Круто развернувшись на каблуках, и бросив небрежное «За мной!», Ледум широкими шагами направился к той самой лестнице, с которой они все спускались при входе в зал. Вся прочая нечисть тоже разбредалась – кто-то улетал, кто-то исчезал в цветных вспышках своей магии, а кто-то, как и ребята, полз вверх по широким ступеням. - Ща доберемся до лагеря и спатеньки…уоааа… - Машка еле переставляла ноги, ее почти на руках тащил Шутяк. Стасия тоже периодически растекалась на двух друзьях-акробатах - Сперва вас всех ожидает до-олгая нотация о том, куда можно ходить, а куда нет. – отрезал мужчина, не оборачиваясь. – А после часовая лекция о том, откуда берутся правила и что такое Устав. И почему их нужно соблюдать. Ребята только и смогли застонать – понимание полной задницы, в которую они угодили, когда решили совершить свою несанкционированную вылазку на несчастный Ведьмин остров. - Я больше никогда не поддамся уговорам этих придурка, - Якоб устало потер переносицу, его темные кудри упали на лоб в художественном беспорядке. Стехан тихо фыркнул, но вслух ничего не произнес. - А вы у меня больше никуда и не пойдете. – Ледум остановился, обернувшись к ползшей за ним стенающей компании подростков. – Будете безвылазно сидеть в стенах лагеря и много чего зубрить. Верховные в раздумьях, заблокировать вашу пробужденную кровь или оставить. Так что будете учиться работать со своими силами на учебном полигоне. Вахтанг на такой спич нахмурился – в лагере, полном неуравновешенных подростков появится группа индивидуумов, которые могут и проклясть, и обезобразить, и, даже убить при чрезмерных эмоциях… Молодой мужчина внутренне поморщился – головной боли только добавилось. Дети притихли – переваривание информации о том, что их сверхспособности имеют место быть и на большой земле, сильно радовали. Дальнейший путь прошел в молчании и пыхтении – сил оставалось все меньше и меньше, крышесносная ночь на балу нечисти вытянула много энергии, а особенно этому поспособствовал бой с Хранительницей, которая решила избавиться от оков силы и тела – захватив тело Мейер и возжелавшей отправиться в крупный тур по всей планете и иже с ней. - Мейер, отрабатывай общий упадок, - беловолосый хмыкнул, когда они вышли на воздух, покинув столь гостеприимные пещеры с огромным каменным залом. Машка пропищала что-то вроде «Теперь еще и вниз топать?!», парни подобрались – помимо собственных тушек на них были еще и прекрасные девы, правда замотанные вусмерть и теперь едва шевелящиеся. - Не-ет, наша новоиспеченная хранительница нас перенесет к лагерю, верно я говорю? – мужчина криво улыбнулся, в упор смотря на замершую девушку. Сделав глубокий вдох, Илая провела руками в воздухе, материализовав на ладонях уже знакомый всем здоровый талмуд прошлой ведьмы. Закрыв глаза, начала шептать заклинание себе под нос, сосредоточенно нахмурившись. Порывы ветра вокруг их компании начали стихать, будто старались не попасть на занятый пятачок земли. Громада острова под ними мелко завибрировала, с другого края острова в воздух поднялись вороньи стайки. Вспышка от Мейер заставила всех рефлектно закрыть глаза, а когда все проморгались, то оказалось, что они находятся на дорожке, что вела к их корпусу. Мейер бессильно опустила руки, книга темным дымом растворилась. Хранительница покачнулась, но ее успел подхватить Громов. Чешуя на лице едва была заметна, узор выглядел как тонко выполненная татуировка под змеиную кожу. - Переборщила с контролем пространства, - заявил Ледум, но глаз от отключившейся девицы не отводил. Взгляд был задумчивым и даже слегка удивленным – сопля зеленая, только разобравшись с неожиданным подселенцем, смогла переправить их группу к защищенному корпусу без каких-либо побочных эффектов помимо кратковременного ослепления. Вахтанг же смотрел с уважением – на тонком плане и он, и тем более Ледум, были тяжеловатыми спутниками – вожатый даже ожидал, что их выкинет где-то на середине пути, дабы избавиться от утяжелителей. - Так, дорогие мои подопечные! По койкам! – молодой мужчина решительно взял бразды правления в свои руки, предостерегающе посмотрев на старшего. Ледум глазами обозначил, что потребует объяснений, после чего развернулся и отправился по своим делам. Под конвоем вожатого Громов донес Мейер до её комнаты, где осторожно устроила на ее постели, а затем тихо отправился в свою комнату. Подростки разбрелись по своим местам, бессильно попадав на кроватях. Завтрашний день обещал им много нового.