Глава первая ( 84 – 647 )
15 декабря 2022 г., 20:17
Мысли о существование за пределами европейского континента так называемого Океана или Атласскокого моря, которое позже превратится в Атлантический океан существовали на протяжении долгого времени и эта тема стала особенно популярной когда после завершения завоевания Британии в 837 году Ab Urbe Condita ( 84 год н.э. ) при Гнее Юлии Агриколе открылись новые возможности для предпринимателей, строителей и потребителей. Популярная легенда о том, что римские корабли не могли плавать по океану, возникла в основном из сочетания морских и религиозных суеверий, поскольку когда-то считалось, что Океан – это бесконечное море, окружающее известную землю, которая впоследствии станет Европой, Азией и Африкой.
Римские корабли не были первыми парусными судами, но они были значительно больше большинства других кораблей того времени. Большие океанские суда римского производства впервые позволили перевозить предметы оптом через открытое море и одним из первых и по воле судьбы наиболее известный из римлян с которого во многом и началась дальнейшая история был бизнесмен римского происхождения, родившийся в Испании, который откликался на имя Луций Децим. Он родился и вырос в городе Италика ( недалеко от Севильи, Испания ) в римской провинции Испания-Бетика и происходил из хорошо известной, богатой и аристократической семьи преторианского ранга.
Услышав рассказы о богатстве и землях с сильными рабами в морях к северу от Британии, он решил исследовать их с экипажами опытных римских моряков и легионеров. Эти исследования привели их к тому, что впоследствии стало великим полуостровом Скандинавия, населённого уже известными тогда пиратами, которые каждое лето спускались с севера, чтобы опустошать побережья Германии и Кимврии ( Дания ), доходя вплоть до Бельгии. Благодаря этому событию римляне назвали их бореанари ( северяне ). Римляне плыли до тех пор, пока не нашли деревню Бореанари с большим количеством скота и рабов. Луций Децим решил предпринять грабеж, и все ценное было изъято, а зернохранилища опустошены до последней унции продовольствия. Римляне были поражены тем, что эти поселения были настолько беззащитны и имели такое большое население, поскольку они распространяли истории об уязвимости и возможности иметь дело с рабством.
Бореанари были отмечены сильным сходством с германией из-за чего вскоре местных мужчин стали использовать в качестве: гладиаторов; гребцов на торговых судах; шахтеров; полевых рабочих. Женщины, с другой стороны, были предназначены для домашней работы или той работы, которая не требовала большой силы: прислуги, сексуальных рабынь или смотрительниц. Вторая экспедиция исследовала побережье, пока, наконец, по воле судьбы, они не достигли Исландии, которая в то время носила название Фригерра и которую вскоре начали постепенно колонизировать, когда промысел моржей и китов взлетел до небес, став первыми объектами интенсивной охоты за их бивнями, сравнимыми со слоновой костью и которые могли достигать метра в длину.
К 873 году Ab Urbe Condita ( 120 год н.э ) ситуация с охотой привела к началу экспедиций, которые достигли так называемых Септентрионов ( Гренландия ), которые стали считаться золотой жилой, учитывая количество обитающих там стад моржей, что позволяло расширить доступ к слоновой кости. Сложные климатические и ледовые условия Арктики создавали большие проблемы для колонизации Септентриона, но ситуация с людьми была иной: первые поселенцы состояли из солдат, моряков, бореанаров и британских рабов вокруг римских поселений, Септентрионес находился под римским контролем. де-факто различных групп инуитов, но римляне будут поддерживать претензии на все Септентрионы. Рыболовецкие экспедиции продолжались до тех пор, пока в 905 году Ab Urbe Condita ( 152 год н.э ) не произошло одно крайне важное стечение событий, когда капитан одного из прошедших дальше на запад торговых кораблей Ауло Флаво увидел землю.
Это был остров, который Флаво окрестил как Терранова. К вечеру Авлус Флаво сойдет на берег вместе с экипажем, который будет вооружен кожаными доспехами ( более дешевыми и удобными, чем классические доспехи легионеров из-за холодных климатических условий Септентриона ), а также гладиусами ( древнеримский короткий солдатский меч, носился у правого бедра военнослужащего рядового состава ) и скутой ( щиты во множественном числе ). Через несколько дней после того как они высадились и когда они узнали землю, плодородие, количество деревьев, наличие питьевой воды и т.д, они вступили в контакт с коренными жителями, которые были впечатлены, увидев людей с металлическим оружием и огромными лодками.
Когда Авл Флавий вернулся к цивилизации, у него был план использовать этот далёкий остров ( Ньюфаундленд ) как место, где он мог бы поживиться с помощью своих матросов. Однако после того как один из его матросов напившись в портовой таверне рассказал о том, что далеко на западе за холодным Септентрионом есть плодородная и бесснежная земля с варварами, которые не следуют законам из Рима было уже поздно что-то исправить и хотя этот моряк в конечном итоге был схвачен своими товарищами и после избиения на следующий день его выбросили связанным за борт в открытом море, нельзя было избежать того, что по крайней мере дюжина человек услышали и задумались над тем, что он рассказал и новость или скорее слухи или байки о плодородной земле на западе в конечном итоге распространилась.
К 908 году Ab urbe condita ( 155 год н.э ) Римской империей правил император Тит Элий Адриан Антонин Пий. Император, которому было трудно стоять прямо без корсета. Он дошел до того, что грыз сухой хлеб, чтобы набраться сил бодрствовать во время утренних приемов, но именно новость о Terra Nova, найденной поселенцами с самой северной территории, заставила его проявить интерес и решила послать чиновников, чтобы проверить эти слухи, избегая возможной басни, подобной той, что рассказывают о Британии, которая изображает последнюю как таинственную страну, полную богатств, таких как золото и драгоценные камни с плодородными землями.
Командовал императорской свитой Квинт Фабий Марчелло. Фабий отплыл из Галлии в Септентрионес, где позже заставил Авла Флавия возглавить флот. За прошедшее время десятки экипажей пытались достичь земли под названием Терра Нова, но мало кому это удалось, поскольку большинство из них в конечном итоге попадали в кораблекрушения, вызванного китами, которые очищали себя с помощью кораблей, блуждающих ледников или штормов. К счастью, Авлу удалось добраться до места. Марчелло осуществлял обмен малоценными предметами с коренными жителями и интересовался информацией, чтобы затем продолжить исследование того места, где они нашли пролив между континентом и Терра Новой, через который он вошел в юго-западном направлении, получив доступ к внутренней части залива Тита Элиуса, где он исследовал многочисленные острова и архипелаги и где у Марчелло прошла первая из двух кратких встреч с коренными народами, в ходе которых они осуществляли некоторый коммерческий обмен информацией о продуктах питания и в ходе которых Марчелло заложил основы того, что стало бы верой в римлян как в племя, превосходящее в технологиях, войне и лидерстве, хотя и с разными религиозными убеждениями.
Его третья встреча с туземцами произошла на берегу залива Гаспе с группой туземцев, склонных к воинственности, где он водрузил знамя с золотым орлом претендуя таким образом на владение этой территорией от имени Рима. Возвращение Марцелла в Рим в сопровождении двух "принцепсов Варваров" ( которые согласились отправиться вместе с римлянами при условии, что они вернутся с товарами для торговли ) сопровождалось смертью Марка Гавия Максима, одного из самых доверенных советников Антонина, который в остальном служил Марку Аврелию, племяннику императора.
Новости, принесенные Марцеллом, означали, что вскоре начнутся приготовления к отправке новых разведывательных экспедиций. Каледония из-за своего положения вскоре была умиротворена в течение двух лет, поскольку пиктское прибрежное пиратство представляло проблему для судоходства. Китобойный промысел и охота на моржей продолжались до такой степени, что все больше римских кораблей узнавали о существование и вскоре удачно достигали Терра-Новы, где они построили временные поселения, чтобы можно было отдыхать и не всегда находиться на кораблях или в простых палатках, однако вскоре после смерти Антонина Пия римский орел увидел, что жители Терра-Новы враждебны Риму, поскольку они совершили чудовищное преступление.
Квинт Фабий Марчелло был убит варварами, когда один из его сопровождающих попытался переспать с дочерью одного из самых важных воинов племени¹. После произошедшего нескольким выжившим удалось сбежать и вернуться на свои корабли, прежде чем сообщить новости о судьбе своих сограждан. Это событие произошло в 918 году ab urbe condita ( 165 год н.э ), что совпало с войной с Парфией. Из-за этого все рыболовные экспедиции должны были оснащены большим количеством оружия и остального военного обмундирования ( доспехов ) для возможности участия в бою в случае необходимости и чтобы противостоять туземцам, которые с каноэ пытались напасть на приближающихся римлян. Между тем так называемый захват Терра-Новы закончился тем, что коалиция кораблей со своими экипажами захватила Терра-Нову ( Ньюфаундленд ), где экипажи закончили тем, что вырезали местное мужское население и забрали женщин в рабство. В то время как Терра-Нова в конечном итоге превратилась в полунезависимую колонию, где увеличился промысел моржей.
Из-за ситуации с туземцами нового света Император решил не обращать на это внимания, сделав территорию, расположенную за океаном в том, что для них было пределом известного мира, землей великой тайны, и некоторые из них отказывались верить, что она вообще существует. Вместо этого они сосредоточились на экспедициях против Скандинавии, где в итоге нажились на тысячах рабов-бореанари, которых использовали на полях, в шахтах, на боевых аренах или даже в борделях, но это ничего не дало, если не заложило основы для большей устойчивости к холодному климату севера, что было бы полезно в будущем.
Ситуация оставалась относительно безоблачной, и римляне, за исключением жителей Британии, точно не знали о Терра Нова, пока 17 марта 933 года Ab urbe condita ( 180 г. н.э ) в Кастре ( военном лагере ) близ города Сирмиум в Паннонии Марк Аврелий не умер в возрасте пятидесяти восьми лет. Марку наследовал его сын Коммод, которого он назначил цезарем в 166 году и с которым он правил совместно с 177 года. Марк Аврелий Коммод Антонин рассчитывал не только на славу, которую его отец заслужил до самой смерти. Коммод хотел править как бог-император и управлять еще большей территорией, как если бы он был новым Юлием Цезарем. Хотя он знал, что не сможет приобрести это в Риме, он, не теряя времени, осуществил свою мечту в другом месте.
Стремясь к абсолютной власти, Коммод увидел простой путь. Если бы он завоевал территорию для империи, тогда он мог бы сделать то, что делали некоторые из его предшественников, взяв землю в качестве своего собственного ager privatus ( частная земля ). Без сомнения, так же, как Египет имел этот статус с тех пор, как Октавиан Август занял его в первые дни, но его место в империи и статус его народа как cives Romane будут препятствиями для его целей по достижению абсолютной власти. Поэтому он решил использовать почти забытого Марцелла и его храбрецов в качестве Casus Balli. Ибо смерть римского посла и гражданина считалась нападением на самого императора, которое не могло остаться без ответа, что давало императору повод перед римским сенатом.
Коммод планировал кампанию с 936 года Ab urbe condita ( 183 год ) по 938 года Ab urbe condita ( 185 год н.э ), после чего он предпринял четырнадцатимесячное путешествие, в котором он оплачивал расходы и пополнял запасы; Британия, Фригерра ( Исландия ), Септентрионес ( Гренландия ), пока, наконец, не достиг Терра Нова. Главный пункт высадки находился на побережье так называемого Кебека, недалеко от залива с большой рекой. Сопротивление туземцев возглавляла коалиция племен, которой удалось собрать пятьдесят тысяч воинов. Битва продолжалась два дня, прежде чем была окончательно одержана победа и было взято большое количество пленных, в том числе вожди племен и их сыновья.
Наконец, в 946 году Ab urbe condita дошла весть о том, что последний рекс Террановис был покорен. Развернутые генералы получили, по беспрецедентному решению Коммода, совместный триумф за этот успех. Хотя генералы сражались под покровительством императора и только генерал, сражающийся под его покровительством, мог претендовать на победу, молодой Коммод заверил сенат в своей конституционности. Хотя этот триумф был явно неконституционным, никто не возражал против желания императора почтить память пяти генералов. Отправившись в Терра-Нова в последний раз, молодой император вернулся в Рим в компании победителей, заняв почетное место в своем великом триумфальном торжестве.
Завоевания римлян были движущей силой великого переселения племен, подобного которому никогда не было на западном континенте. Более миллиона человек со своими племенами направлялись на запад, спасаясь от римлян, и медленно исчезали из виду за пределами Рима. Аннексия этой территории значительно расширила империю. Возможно, от первоначального населения осталось менее пятисот тысяч человек, покинутых великим переселением народов и оставленных в живых легионами, пронесшимися по земле. Эти племена будут представлять постоянную угрозу для вновь прибывших римских поселенцев, мотивированных империей, нападая на их караваны и поместья, но не осмеливаясь нападать на какие-либо coloniae ( запланированные государственные города ), защищённые высокими каменными стенами и солдатами. С так называемыми "дикарями" повсюду территория стала рассматриваться как своего рода четкая граница, обозначаемая старым термином limites Terranovis ( границы Терра Новы ). Несмотря на опасности, римляне стремились заселить эти дикие земли, ежегодно тысячами покидая Европу.
Ещё до прибытия поселенцев сенат постановил, что все завоеванные земли являются ager publicus ( общественная земля ), государственным владением, начиная с 946 года Ab urbe condita ( 193 год н.э ). Земля, находящаяся в государственной собственности, может быть передана гражданам и ветеранам или обрабатываться сотрудниками сената. Даже завоевание Галлии Юлием Цезарем не принесло такого большого количества общественных земель, как это приобретение. Более того, это было более полезно, чем галльская граница, поскольку там практически не было коренного населения. Другим принятым законом было обещание, что у каждого уходящего в отставку легионера будет выбор: большой участок сельской земли или дом в одной из новых колоний в Терра-Нова. Но поскольку год пяти императоров подходит к концу, этот указ обеспечит постоянный приток закаленных в боях поселенцев, создавая сильное местное население для поддержания контроля над этим регионом. Однако обстоятельства могут измениться, так что срок действия закона истечет через столетие, что позволит избежать возможного непопулярного в будущем решения об отмене этого закона.
Отставные солдаты могли не только управлять свободно кочующими племенами и нецивилизованной местностью, но и были надежным населением для новой территории, которое обеспечило бы лояльность всего населения. Некоторые, вероятно, проведут свои последние годы в качестве вспомогательной охраны колоний, в то время как другие найдут работу по охране караванов торговцев. К 953 году Ab urbe condita ( 200 г. н.э ) в Терра-Нове проживало более трехсот тысяч ветеранов, смешавшихся с таким же количеством граждан, которые пришли по собственной инициативе или устроились на работу в государственные шахты, кузницы или лесопилки. Чтобы мотивировать поселенцев, сенат предложил гражданам сопровождение в любую часть новой земли, где они могли бы заниматься различными общественными объектами по эксплуатации природных ресурсов.
Важным изменением стало то, что Terra Nova была переименована в Элизиум, в честь рая, который ждет тех, кто живет праведной жизнью. Никогда прежде империя не знала такого богатого источника древесины, олова, меди, серебра, золота и свинца. Элизиум был девственным регионом, полным животных для охоты, покрытым лесами для вырубки и усеянным конкрециями для добычи полезных ископаемых. Сначала поселенцы эксплуатировали только поверхностные рудные жилы, но по мере того как географические исследования продвигались всё дальше, римляне основали наземные шахты и, в конечном счете, дрейфовые шахты, чтобы получить доступ к подземным конкрециям, обнаруженным геодезистами. Рим привнес на новую землю весь спектр своих технологий и знаний, пускай и немного медленными темпами по мере развития местной инфраструктуры.
Одним из главных приоритетов сената было строительство дорог общего пользования. К сожалению, тогда ещё не было понятно к каким местам в конечном итоге потребуется подъезд по дороге, поскольку городам ещё только предстояло вырасти. Так что до поры до времени сенат довольствовался тем, что прокладывал простые пути, проложенные легионами. В отличие от viae publicae в цивилизованном мире, эти дороги петляли вокруг, а не через естественные препятствия, и были неровными, а не искусно вырезанными каменными дорожками, но несмотря на этот недостаток, Элизиум уже был готов стать новой промышленной провинцией Римской империи. Однако главным недостатком новой территории была трудность обработки и посадки сельскохозяйственных угодий на жесткой почве северного Элизиума, не считая его удаленности. Кроме того, любая ферма, созданная гражданином на Элизиуме, должна была быть основана на сильно заросшей деревьями земле ( лес ) из-за чего чтобы подготовить почву к приему отечественного зерна требовалась обширная вспашка. К счастью, римские фермеры в Британии имели опыт работы с такими же трудными почвами, и их тяжелые орудия могли быть использованы для колонизации новой территории.
Некоторые незначительные претензии были услышаны от граждан на границах, и некоторые даже были удовлетворены, но почти каждый квадратный километр Элизиума принадлежал государству. Каждому уходящему в отставку легионеру был предоставлен выбор между домом в колониальном городе Элизиум ( Colonia Elysium ) или виллой на большом участке земли в пустыне Элизиум ( наряду с другими вариантами земли или единовременной выплатой в серебряных денариях ). Элизиум был достаточно велик, чтобы сенат продолжал проводить в жизнь эту политику, после чего большая часть земли была передана или продана как ager privatus ( частная земля ) или обозначена как ограниченная лесная зона для устойчивых поставок древесины. В конце концов почти треть Элизиума была устойчиво заготовлена на древесину, в то время как остальная часть нового региона состояла из колониальных городов или частных деревень для граждан, которые зарабатывали на жизнь собственным трудом работая на лесоповальных и деревозаготовительных мастерских, различных шахтах или чаще всего разрабатывая и обрабатывая уже подготовленные сельскохозяйственные угодья и фермы.
Элизиум в ту эпоху описывался для римского гражданина как "ненадежная, но прибыльная земля". Ходили слухи как о больших удачах, так и о великих бедствиях, обрушившихся на колонистов и эта репутация породила новый стиль литературы и театра в форме пограничных сказок: рассказов о трудностях и успехах вымышленных и исторических поселенцев. В одной известной пьесе рассказывалась история скромного актера, который отправился работать в шахты Элизиума только для того, чтобы наткнуться на золотую жилу; жадный центурион узнал о богатстве актёра в маленькой колонии, а затем преследовал этого человека со всей имеющейся у него силой.
Более узнаваемой чертой жизни на границе была испускаемая от туземных племен угроза набегов и хотя большинство местных племен были изгнаны во время великого переселения народов, более ста тысяч человек остались и пережили чистку, когда легионы пронеслись по землям, предшествовавшим гражданскому заселению. Из-за плохого владения латынью и отсутствия надежды на присоединение к колониям эти племенные связи продолжали существовать на государственных землях. Более узнаваемой чертой пограничной жизни была угроза бандитов и набегов. Хотя большинство местных племен были изгнаны во время великого переселения народов, более ста тысяч остались и пережили чистку, когда легионы пронеслись по землям, предшествовавшим гражданскому заселению. Из-за плохого владения латынью и отсутствия надежды на присоединение к колониям эти племенные связи продолжали существовать на общественных землях Элизиума в течение многих лет. Многие из этих людей испытывали общую враждебность к римлянам и часто вступали в драки с гражданами, работавшими на их плантациях, шахтах или виллах, а также с торговцами, путешествовавшими по, проложенным через их бывшие территории, дорогам.
Несмотря на некоторые трудности, это был захватывающий период в римской истории. Тысячи граждан начали новую жизнь в новой провинции, часто приезжая с бесплатной землей или щедрой субсидией от государства. Несмотря на то, что торговцы и переселиашиеся туда колонисты время от времени теряли караваны, Рим получал огромную выгоду от государственных шахт, плантаций, лесопилок, штамповочных мастерских и других промышленных объектов. Прибыль росла только по мере того, как уровень инфраструктуры, доступной в регионе, был расширен благодаря действиям Сената и Цезаря. К 1053 году Ab urbe condita ( 300 г. н.э ) население Элизиума составляло около восьмисот тысяч человек, с городами Колония Аугуста Элизиум ( Квебек ), Колония Криспина Аугуста ( Монреаль ), Колония Септимия Северус ( Бостон ), Колония Ленапе ( Нью-Йорк ), Колония Пемпотут ( Олбани, Нью-Йорк ).
К сожалению, империя столкнулась с проблемами в связи с разделением Римской империи в 1039 году Ab urbe condita ( 286 г. н.э ), которое привело к тому, что Элизиум перешел под управление Западной Римской империи, а приход к власти Константина I и его прохристианская политика привели к тому, что многие римляне, верующие в старые ценности mos maiorum, которые указывали на набор правил и предписаний, которые римский гражданин, приверженный традициям, должен уважать, отправились в Элизиум, привело к тому что многие римляне отправились в Элизиум и что в конечном счете способствовало приходу к власти христиан в Риме. Самым ранним населением Элизиума были рыбацкие деревни или фермерские общины на более плодородных землях вдоль рек. Каменистая почва Элизиума на этих территориях была не такой плодородной, как в Испании, Галлии и тем более в Египте, но земля давала богатые ресурсы, в том числе древесину, за которую ее ценили. Древесина также была ресурсом, который можно было экспортировать в Британию или другие регионы, где ощущалась нехватка древесины. Кроме того, охота на диких животных давала мех для торговли и пищу для стола.
Но по мере того, как в Европе нарастал хаос, в Элизиуме наступали победы и процветание, когда экспедиции храбрых и отважных римских исследователей отправлялись в неизвестность, многие из них сопровождались своими центурионами или даже когортами, как в случае с ветераном и отставным центурионом Марком Аквилой, который наживался на том, что возглавлял экспедиции по захвату рабов, часто совершая зимние набеги против родных деревень и поселков, путешествуя на санках, грубых снегоступах и даже на коньках по замерзшим рекам. Когорта Аквилы была одной из немногих сил, способных действовать в негостеприимном регионе, несмотря на суровые зимние условия и гористую местность. Дошло до того, что за одну зиму они продали в общей сложности тысячу мужчин, две тысячи пятьсот женщин и пятьсот мальчиков и девочек.
Кризис, с которым столкнулась империя, сопровождался постоянными войнами на границах с германскими народами, которые, казалось, бежали от какой-то восточной угрозы, в то время как внутри она постоянно переживала гражданские войны, придворные интриги и узурпации. Наряду с религиозной политикой они разжигали внутренние конфликты, что еще больше стимулировало исход на новую территорию. Эти события и череда императоров, которые только и делали, что растрачивали императорскую казну. Это произошло в период, известный как великие нашествия варваров, когда целые варварские племена, такие как франки, вандалы, аланы и вестготы, пересекли Рейн или Дунай и поселились на более безопасных и плодородных землях на территории империи.
Именно в этот период Элизиум начал развивать так называемую "Gloria ex amore Imperium" ( "Слава и любовь Империи" ): идеологию, в которой все равны и все должны служить Империи. Голодным и жаждущим будут предоставлены еда и вода, но ожидается, что они также ответят тем же, когда придёт время. Любая жертва ценится, но также и ожидаема. Одновременно с восстановлением культа древнеримских богов, таких как Юпитер, Минерва и Марс, был создан Великий Храм Нептуна на острове Абегвейт ( остров принца Эдуарда ).
К сожалению, именно в начале 4-го века, когда Империя разорвала контакт с Элизиумом, Британия подверглась растущему давлению со стороны нападений варваров, которые привели к исчезновению имперских слоев военного правления. Гражданское управление, администрация и правосудие перешли к муниципальным властям, и постепенно появились местные военачальники, поскольку конфликты разрушили и ослабили военно-морской потенциал и прервали связь с Элизиумом, когда рыболовецкие общины во Фригерре ( Исландия ) и Септентрионесе ( Гренландия ) погибли или ушли в Элизиум.
С падением линий связи Элизиум, население которого в 1208 году Ab urbe condita ( 455 год н.э. ) составляло один миллион жителей и в три раза больше рабов. Правительство Элизиума решило применить систему, в которой ключевым элементом для поступления в правительство была военная служба. Cursus Honorum ( курс чести ) — это название, под которым последовательный порядок государственных должностей, как политических, так и военных, которые римлянин из хорошей семьи должен был занять и завершить, был известен как в Римской республике, так и в Римской империи на протяжении всей своей жизни для того, чтобы подняться по римской социальной лестнице. Первоначально только патриции ( члены избранных семей римского происхождения ) могли следовать cursus honorum, но постепенно он был выпущен по мере расширения Римской империи. Но в связи с нарушением связи с Римом было принято решение о его замене. Cursus honorum был обязательным условием для службы в армии не менее десяти лет. Эта служба могла быть завершена службой в кавалерии ( всадниках ) или службой под командованием генерала, который был другом семьи солдата, однако римляне из самых могущественных семей могли по своему выбору стать военными трибунами.
Элизиум не терял времени даром, выбирая своих правителей, императором которых был родственник императорской семьи по имени: Кезон Юлий Цезарь происходивший от того же Коммода, с которым были избраны первые два консула Публий Корнелий Сципион и Гай Фурий Пацил. Оба из которых принадлежали к роду Сципионов и Фурий, двум старейшим и благороднейшим патрицианским домам. Публий Корнелий Сципион был политиком, который утверждал, что происходит от самого Сципиона Африканского и Азиатика; братья и продавцы Замы и Магнезии отдельно соответственно. Сципион вместе с Пацилом и большей частью недавно созданного сената Элизиума, работающего по образу римского, решили установить город колония Аугуста Элизиум в качестве столицы, согласовав название Колония Аугуста Элизиум с Августой Элизиум.
Элизиум столкнулся с проблемами, которые сводились лишь к возвеличиванию древнеримских ценностей, одновременно пытаясь повысить уровень жизни за счёт улучшения таких областей, как наука, сельское хозяйство и юриспруденция. За предыдущие десятилетия Элизиум пострадал от серии эпидемий. Угроза чумы нависла над империей сейчас с большей опасностью, чем когда-либо и стремясь укрепить Элизиум против этого иллюзорного врага, император построил Медицинскую академию Галены как центр исцеления и исследований в городе Колония Септимия Севера. Созданная для облегчения изучения человеческого тела и его болезней, эта академия, названная в честь философской школы Галена, состояла из четырех соединенных между собой зданий: библиотеки медицинских текстов, клиники для ухода за пациентами, операционной и кабинета для его медицинского персонала. В центре академии на Септимии Северус можно было увидеть новую башню, которая помогала бы людям найти помощь в случае необходимости. После начала подготовки к строительству академии начался сбор всех доступных копий медицинских текстов, быстро заполнив её полки большинством известных работ по медицине. Эта большая часть литературы была бы необходима для многих целей академии, в частности, для её роли в обучении начинающих врачей лучшим методам и верованиям того времени. Никогда прежде в истории студент-медик не мог найти столько медицинских знаний своей культуры в одном месте. Ученики были близко знакомы с этими текстами, поскольку им часто поручали копировать их для врачей в других местах, как для собственного обучения, так и для распространения эллинистических практик в академических кругах по всему Новому свету. Помимо того, что эта огромная библиотека была педагогическим благом, она оказала огромное влияние на эволюцию медицинской философии, вызвав изменения в общепринятых медицинских доктринах.
Следуя модели академии, врачи расширили свой галенарий - название, которое вскоре закрепилось за такого рода комплексными центрами научной медицины, - отдельными отделениями для хирургии и карантина ( старая практика улучшилась ), а также библиотекой книг из корпуса Гиппократа и Галеника. Всеобъемлющий справочник по болезням был далеко не единственным вкладом в медицинскую практику - фактически, его исследования и труды были крупнейшим достижением в эллинистической медицине со времен даже Галена. К этому времени опытный врач уже может предложить пациенту диету или упражнения ( известные под общим названием regiminae ) или назначить слабительные, слабительные, рвотные, наркотические, отхаркивающие, мази, пластыри и другие лечебные или паллиативные меры ( известные под общим названием medicinae ). Кроме того, искусство хирургии ( хирургии ) уже имело долгую историю, в основном для пациентов с травмами и для пациентов, "нуждающихся" в кровопускании или трепанации. В какой-то степени задача не только раскрыть механизмы, лежащие в основе известных методов лечения или терапии, но и расширить медицинский инструментарий врача, была выполнена.
Возможно, его самым эффективным вкладом было то, что он уделял особое внимание гигиене и стерилизации, следуя своей теории инфекции. При заболеваниях полости рта он предписывал чистку зубов щеткой и пастой, даже советуя здоровым пациентам предотвращать её возникновение, придерживаясь регулярного режима чистки зубов ( с дополнительным преимуществом, как он говорит, "более приятного и здорового рта" ). Для операций концентрированный уксус долгое время использовался для стерилизации оборудования и перевязки ран, но было предписано более широкое использование дезинфицирующего средства для очистки инструментов хирургов и предотвращения контакта пациентов с инфекционными веществами ( исходя из его представления о том, как люди заражаются болезнями ). Из послевоенного опыта врачи узнали, что контакт с мертвыми или больными распространяет некоторые болезни и что даже здоровые врачи без очищения могут вызвать болезнь у пациентов. Для этих целей уксус останется предпочтительным дезинфицирующим средством.
По мере того как процветала медицинская наука, математические науки также процветали благодаря созданию многочисленных устройств. Для развлечения там был эолипиль, который показывал, как огонь может производить "ветер" из воды, и ветроколесо, первое устройство, позволяющее напрямую использовать силу ветра в природе. Для решения конкретных задач был изобретен вытесняющий насос, используемый в качестве пожарной машины; системы шкивов для кулис в театре; шприц для быстрого введения жидкостей в тело пациента; и источник, работающий от гидростатического накопления энергии, как в водонапорной башне. В то время как эти технические диковинки были популярны в некоторых храмах, их практическое испльзование было принято по всему миру Элизиума. В частности, пожарные машины с насосным приводом становились незаменимыми для гражданских служб в крупных городах, особенно после того, как знаменитый пожар оставил без крова триста человек.
Но в то время медицина и наука совершенствовались и адаптировались. Армия, состоящая из легионов, была отчаянно необходима. С возрождением старых обычаев и ценностей то же самое произошло и со старыми военными стилями, но с усовершенствованиями. Среди них было стремя, одно из последних технологических достижений, достигнутых римлянами от рук готов после Адрианополя. С большим количеством безработной молодежи мелких фермеров, шахтеров и желающих безземельных людей начали составлять основу Елисейских легионов. Менее чем за год Елисейская империя насчитывала десять легионов общей численностью шестьдесят тысяч человек, распределяя по шесть тысяч легионеров на каждый легион.
С потерей связей с Европой и возвышением Елисейской империи латифундии ( гасиенды ) приобретали все большее значение в сельскохозяйственном производстве и по мере того как сенаторы и всадники захватывали все более процветающие сельскохозяйственные угодья, не говоря уже о тех, которые приобретались fundi patrimonials ( императорскими поместьями ), число безработных плебеев в городах росло. Перемещенные фермеры были серьезной проблемой для финансов государства, и против этой угрозы в 1213 году Ab Urbe Condita ( 460 г. н.э ) в условиях урбанизации император, предположительно по приказу Сципиона, принял программу по передаче всей земли, которая не обрабатывалась, частным лицам с гарантированным землевладением и освобождение от уплаты налогов на десять лет. Эта радикальная политика была распространена на всю Империю, увеличив производство продовольствия в результате его упадка, поскольку земля была заброшена или бывшие арендаторы умерли по разным причинам. Позже эта политика была расширена за счёт покупки земли у основных землевладельцев, а затем сдачи ее в аренду колониям, чтобы они могли обрабатывать ее так, как если бы она была их собственной. Миллионы добытых динариев были потрачены на эту программу с 1215 по 1217 год Ab Urbe Condita ( 462-464 гг. н.э ), что привело к значительному расширению императорского поместья и повышению эффективности сельскохозяйственных угодий, и большая часть этих покупок была сделана недалеко от самого Августа Элизиум.
Император подчеркивал важность землевладельческого крестьянства, создавая прецедент, который продолжат его преемники. Его стратегия покупки поместий и сдачи их в аренду только крестьянам имела большое преимущество в том, что он избегал перепродажи ферм знати, поскольку император с меньшей вероятностью согласился бы на требования патрициев, чем плебс. Позже механические косилки были приобретены для колонистов, которые не могли себе их позволить. Восстановление населения шло полным ходом при Кезоне, по мере того как города оправлялись от эпидемий и внедряли более совершенную медицинскую систему. Хотя численность городского населения еще не достигла своего критического уровня, оно все еще сталкивается с нехваткой продовольствия в своих городах.
Походы за стену стали частым занятием для гарнизонов вдоль границы - как от скуки, так и по долгу службы. Разведывая леса, уорнинг мог добраться до лимесов ( пограничных укреплений ) вовремя, чтобы сосредоточить силы до появления врага. Конечно, насколько мог судить Легион, рядом с лаймами не было врагов, и большинство взаимодействий с чужаками состояло из запугивания местных племен. В последующие годы легионеров часто посылали в качестве сопровождения картографов, постепенно создавая точную картину того, что лежало за пределами известного мира. Тем временем Classis ( военно-морской флот ) предпринял картографические экспедиции, спускающиеся по суше по большому полуострову, в то время как флот спустился по реке Borealis Augustus ( река Святого Лаврентия ), чтобы исследовать окрестности великого озера, латинизированного как Ontariorius.
В отличие от того, что кто-то может подумать. В Элизиуме не было рабовладельческого общества, где рабы происходили исключительно из одной расы или происхождения. Рабство в Элизиуме так же, как в Риме с легендарным основателем Ромулом, дающим римским родителям право продавать своих собственных детей в рабство. В двенадцати таблицах, старейшем правовом кодексе Рима, есть краткие упоминания о рабстве, но в целом это привело к тому, что римлянин рождался свободным человеком, но в силу различных обстоятельств мог в конечном итоге стать рабом либо из-за долгов, военного поражения, либо из-за его захвата или участия в пиратстве. Исследовательские экспедиции дали возможность варварским племенам заняться работорговлей, где их пленников продавали на пограничных постах оптовым торговцам, которые позже отвечали за обучение их латинскому языку и тому, какую работу им следует выполнять.
К началу 1253 года Ab urbe condita ( 500 г. н.э ) Элизиум уже был разведан морскими экспедициями вдоль побережья с помощью Oceanus Atlanticus. Они достигли архипелага, который впоследствии стал известен как Куба, но не стал заниматься колонизацией из-за его расстояния в 1740 римских миль ( 2573,46 километров ). С другой стороны, была найдена широкая и могучая река под названием Магнум, которая была сравнима с Рейном в Европе или Нилом в Египте, хотя технологические возможности местных жителей были хорошим предвидением для дипломатов, их враждебность привела к тому, что большинство попыток дипломатии заканчивались обнаженными мечами и натянутыми луками. Из-за сложившейся ситуации внук Кезона, Гай Юлий Цезарь Август, с новой силой совершал набеги на племена. Используя три легиона и легата, знающего местные условия, Август, не теряя времени, занялся поиском решения этой постоянной проблемы ( хотя Август не присутствовал на протяжении всего конфликта ).
Его стратегия была столь же безжалостной, сколь и эффективной. В условиях кочевых племен, вовлеченных в эндемическое насилие, Август выбрал несколько изолированных деревень недалеко от реки Ленапе ( Гудзон ) и систематически окружал их, убивая все их население. В другие деревни региона были отправлены гонцы, предупреждающие об уничтожении этих деревень "теми же племенами, которые нападали и убивали римских легионеров", и предлагающие помощь Элизиума против его грабящих соседей. Эти слухи поляризовали людей по отношению к Риму; те, кто предпочел проигнорировать это появление римской помощи, вооружились для более организованного конфликта. В результате на первый план вышли местные враги римского владычества, и ассимиляция региона, охватывающего реку Ленапе, Патавомек ( Потомак ), Оолиханна ( Аллегейни ), ускорилась.
Партизанская тактика местных врагов затянула войну, поскольку Август выбрал медленную и осторожную стратегию, а не позволил партизанам диктовать, когда и где будут вестись сражения, и отговорил императора от прямого завоевания региона. По мере заключения договоров с невоюющими племенами и применения воюющими сторонами тактики выжженной земли, подтверждавшей официальную версию, завоевание постепенно разворачивалось в пользу Августа. Вскоре была объявлена новая провинция, и армии приветствовали Августа как Ленапуса, увеличив его имя до Гая Октавия Цезаря Августа Ленапуса.
Во время войны флот Океануса был значительно расширен, и морская торговля поощрялась как средство обеспечения легионов продовольствием в условиях нехватки местных припасов. Этот рост числа кораблей в регионе сильно ударил по казне, тем более что кампания приносила мало источников дохода, но поддерживалась богатством от рудников Августа на севере. После завоевания Ленапе Август посвятил много времени ассимиляции и благоустройству провинции. Получив контроль над территорией, Август использовал идею римских богов в пропаганде, подчеркивая единство под властью своих богов-покровителей и свое место в римском пантеоне. Статуи богини - красивой фигуры, напоминающей богиню Минерву и носящей шлем центуриона, - все чаще появлялись по всей провинции. Во многих случаях изображался как гордый мужчина или женщина в сопровождении волка или римского легионера в контексте сотрудничества, подчеркивая выгодные отношения с Римом.
Центром общественных работ был город Чивитас-Мохок ( Филадельфия ). Курии Могавка была оказана помощь в строительстве галенария и храмов Диву Юпитеру и другим римским божествам. Больница и ее персонал принесли римскую медицину на новую территорию, положив начало педагогической линии, которая в течение следующего столетия распространилась на другие города территории. Чтобы помочь удержать Ленапе, было построено шоссе протяженностью 540 километров от Септимии Северус ( Бостон ) до Чивитас Мохок. Как только дорога будет завершена, армии смогут без особых усилий перемещаться на север и юг по новой дороге, что позволит более гибко размещать войска в этой дикой местности. В течение следующих лет новая территория подвергалась все большей романизации по мере того, как ее население интегрировалось с остальной частью империи. Ленапе все больше и больше сотрудничало с другими провинциями и стало незаменимым источником пшеницы и кукурузы. На протяжении всех кампаний и сражений ядро армии составлял легион. Когда этот корпус сражался на подходящей местности он был практически непобедимым подразделением и возглавлялся прилежным командиром. Однако у легиона был ряд важных недостатков, среди которых выделялся недостаток легкой пехоты и лучников. Эта ситуация была неустойчивой в долгосрочной перспективе, так что, когда сражения закончились, император позволил воинам индоктринированных племен и лояльным Элизиуму создать ряд подразделений, которые внесли свой вклад в армию, специализированную пехоту и лучников, набранных из числа неграждан Империи - или за ее пределами - и использование которого, будучи его меньшим размером, было более гибким, чем у легионов. В то же время это способствовало тому, что племена потеряли чувство национального характера, и только название напоминало о происхождении, что было мотивировано, когда племена получили римское гражданство после двадцати лет верной службы, обычно предоставляя вспомогательные войска.
Вначале ядро вспомогательных войск состояло из воинов из враждующих племен. Вербовка была очень похожа на вербовку легионеров, она проводилась среди неграждан Империи, и которые обладали особыми навыками, которые интересовали армию. Офицеры по набору персонала собирали их в назначенных районах, где им давали рекогносцировку или испытательный срок, и они также должны были продемонстрировать свои качества лучников, пращников и т.д. Отобранные становились новобранцами, им давали виатикум или деньги на поездку, чтобы они присоединились к своему подразделению.
В 1295 году Ab urbe condita ( 542 г. н.э. ) цезарь Август во время посещения города Монс-Региус ( Монреаль ). Здоровье Августа ухудшилось в месяцы, непосредственно предшествовавшие его смерти, и он предпринял значительные приготовления для плавного перехода власти. Болезнь Августа выдвинула вопрос о престолонаследии на передний план политических и общественных дел. Чтобы обеспечить стабильность, ему нужно было назначить наследника своего уникального положения в обществе и правительстве. Это должно было быть достигнуто небольшими, недраматичными и прогрессивными способами, которые не вызывали бы у сенаторов опасений деспотической диктатуры. Если кто-то собирался добиться власти, он должен был заслужить ее своими собственными публично доказанными заслугами.
Это был Луций Юлий. 14 мая 542 года цезарь Луций начал свое правление с того, что ничего не делал.
Так после краткого инаугурационного фестиваля в Augusta Elysium он распустил сенат на один день и удалился в Domus Augustana на острове Бахус ( Иль д'Орлеан ). На следующий день сенаторы получили от него послание, в котором предписывалось прекратить все произвольные расходы, сохранив только те услуги, которые необходимы для населения ( например, обеспечение армии и больниц ). Туманное упоминание о чем-то неприятном, если они откажутся, предостерегло сенаторов и чиновников от игнорирования его требований к нему. Получив от своего отца стабильное финансовое положение, молодому Луцию Юлию нужно было только избегать крупных глупостей, и его могли запомнить как хорошего императора. Однако на самых маленьких сыновей возлагались большие надежды. Общеизвестность его публикаций по натурфилософии и стоицизму привела сенаторов к выводу, что он придерживался того же мнения, что и римский и мператор Марк Аврелий. Они были правы не только с точки зрения идеалов Иудекса, но и с точки зрения его подобной империи ужасов по поводу захвата курульного трона.
В качестве своей первой публичной акции Луций объявил о масштабных налоговых реформах по всей империи. Подушный налог, который Кезон ввел для граждан, был отменен для плебеев и облегчен для патрициев; внутренние пошлины на доставку товаров из национальных портов были отменены, но тарифы на торговые товары из других провинций были увеличены более чем в два раза, чтобы уменьшить падение доходов; и было введено более дюжины других изменений, в целом уменьшающих количество существующие налоги, но увеличивающие бремя других. В течение получаса новый император сократил доходы государства на треть ( примерно до 5% ВВП ).
Уточнив эти изменения, Луций объявил об объединении казначейства сената и императорской семьи, объединив их в один счет, известный как Fiscus, принадлежащий императору, но совместно используемый с сенатом, что позволяет императору открыто ограничивать финансирование магистратов или самого сената, когда он сочтёт это необходимым. Используя этот контроль, Луций поддерживал бы почти полный баланс расходов на протяжении всего своего правления, не перерасходуя и не тратя деньги слишком экономно. Поскольку налогообложение становилось все более изощренным, Луций использовал ресурсы казны для улучшения других аспектов империи. По его мнению, слабостью нынешней системы управления был дисбаланс богатства между провинциями, который он смягчил, внедрив в последнюю сферу новейший метод налогообложения ( уменьшив вероятность злоупотребления сбором налогов ). Для этой цели Луций хотел создать сильные торговые и административные центры за пределами столицы.
По мере роста числа граждан за пределами Элизиума Августа возрастал спрос на большее количество судов римского права для разрешения уголовных и гражданских споров между гражданами ( перегринам ( иностранцам ) разрешалось разрешать свои частные споры, но они подчинялись определенным государственным законам ). В Элизиуме Августе судебная процедура подпадала под юрисдикцию преторов, высших магистратов, которые следили за законом наряду с императорами. Для обычных дел частного права судья будет предложен обвинением и разрешен обвиняемым из списка лицензированных судей, который коллективно ведется преторами. В случае публичных правонарушений ( преступлений, опасных для общества ) претор будет выполнять функции председательствующего iudex ( судьи ). За последние десятилетия магистраты Элизиума постепенно признали различные области преступлений, которые угрожали обществу, что побудило к учреждению специальных магистратов для рассмотрения уголовных дел в каждой области. Претор Урбанус издал Вечный эдикт, согласно которому уголовные законы оставались в силе по усмотрению правящего императора, так что ранее установленное гражданское право могло быть изменено или расширено императором. Претор Перегринус, который выступал арбитром в публичных конфликтах между перегринами ( свободнорожденными негражданами ) и цивами ( гражданами ) Претор Фискус, который выступал арбитром между государственными счетами ( fiscus ) и частными гражданами. Претор Репетундей, который председательствовал в судах по делам о вымогательстве при рассмотрении исков против коррумпированных магистратов или губернаторов. Претор Амбитус, который председательствовал в судах по избирательному праву, таких как дела о взяточничестве в сенате. Величество претор, председательствовавший в судах по делам о государственной измене. Претор Пекулатус, председательствовавший в судах по делам о хищениях. Претор семьи, председательствовавший в судах по делам о супружеской измене. Претор Фальсум, который председательствовал в судах по делам о лжесвидетельстве, например, по делам о лжесвидетельстве в суде. Претор Сакрилегий, председательствовавший в судах по делам о святотатстве. Претор Фидеикомиссии, председательствовавший в судах по делам о наследовании. Претор Тутела, председательствовавший в судах по вопросам опеки и попечительства. Претор сикариев и Венефициев, председательствовавший в судах по делам об убийствах. Претор Фуртус, который председательствовал в судах по делам о воровстве, по искам о краже или незаконном использовании арендованных товаров. Претор Дамнатий, председательствовавший в судах по делам о диффамации Претор Манципатус, который председательствовал в судах по делам рабов, например, по делам о жестоком обращении со своим рабом. Претор Обератус, председательствовавший в судах по делам должников. Претор Мошеннический, который председательствовал в судах по делам о мошенничестве, таких как дела о нарушении деловых контрактов.
Претор конкретной юрисдикции не только председательствовал в высшем суде по соответствующим обвинениям, но и решал, каким судьям разрешено председательствовать в менее публичных делах о подобных преступлениях. Эти списки принадлежали исключительно высшим судебным органам, проживающим в городе Августа Элизиум.
В других провинциях губернатор выступал в качестве главного судьи, председательствуя в высшем провинциальном суде. Хотя коррупция в провинциальных судах того времени не была столь свирепой, как во времена Республики, благодетели и враги губернаторов получали соответствующее особое отношение в государственном суде. В результате богатые и влиятельные граждане имели свободу выиграть судебный процесс против самих себя всякий раз, когда более слабые граждане выступали против их незаконной деятельности. Чтобы уменьшить коррупцию и создать больше публичных судов, Луций дал Сенату полномочия назначать провинциального претора в каждом городе с населением более 40 тысяч человек. Этот офис будет нести ответственность за составление списка судей для назначенного им города и председательствовать в делах, которые он сочтет опасными для общественной безопасности. Губернаторы провинций потеряли полномочия быть судьями в суде общей юрисдикции, что наложило новый отпечаток на их региональные полномочия. Восемнадцать преторов в Augusta Elysium были признаны курульными преторами, чтобы отличать их власть от власти провинциальных преторов, символизируемой их курульными тронами. С указом lex juridica generalis Elysium в городах стали назначаться исполняющие обязанности провинциальных преторов.
Когда он заболел лихорадкой 19 марта 1335 года Ab urbe condita ( 582 год н.э. ) после сорока лет правления, Луций Юлий оставил более сильную и объединенную империю, получившую прозвище "Иудекс". При его правлении римское право медленно распространялось в провинциях, ускоренное присутствием преторов и созданием колоний. Границы были расположены напротив труднопроходимых естественных барьеров, таких как горы или реки, и многие участки были защищены обширными системами укреплений. Те немногие бреши в этом национальном укрытии были надежно защищены присутствием близлежащих легионов и местных вспомогательных сил.
Что касается внутренних дел, валюты были сильными, а налоги эффективными, но не репрессивными ( хотя последнее изменится через несколько десятилетий, когда к власти придут менее добросовестные режимы ). В государственную казну поступали предсказуемые доходы за счет налогов и государственных земель, в то время как население могло ожидать разумно последовательных требований благодаря информации, полученной в результате переписи населения. Вся территория Элизиум Империум была испещрена магистралями, усеяна колониями и окружена стенами. Многие граждане в то время с полным основанием полагали, что Рим не последует примеру других народов, сравнивая ее преемственность с историей Греческой империи. Империя была слишком большой и взаимосвязанной, чтобы легко переносить внешние угрозы, и слишком процветающей, а также престижной, чтобы ее внутренние нации захотели уйти, если только это не было вызвано какой-то серией бедствий или идеологическими стимулами.
Преемником Иудекса стал Аппий Юлий Сапиенс. Юдекс заботливо воспитывал мальчика, посвящая большую часть своих усилий обучению его риторике, политике, юриспруденции, этике и природоведению. Наблюдая за поведением других людей, особенно после того, как он вступил в Сенат в качестве сына императора, Аппий пришел к твердому выводу, что многие влиятельные люди не способны управлять делами сложного государства, и он решил ввести систему сдержек и противовесов. это защитило бы Элизиум от будущей некомпетентности.
В качестве своего первого действия Сапиенс объявил, что размер officium ( штата ) центрального правительства будет ограничен, поскольку магистраты, императоры и Сенат увеличили число своих бухгалтеров, помощников, слуг, писцов и других помощников до чрезмерных размеров, чтобы облегчить их бремя. Некоторые сенаторы нанимали своих собственных помощников, но в системе, полностью лишенной организации, были сотни государственных служащих, получавших государственную зарплату. Согласно новому указу, будут установлены максимальные и минимальные ограничения на количество помощников каждого типа, и конкретные границы такого рода будут установлены для конкретных магистратур. Эти ограничения оказались намного ниже прежних цифр, что побудило одного храброго сенатора возразить императору, что им придется работать гораздо усерднее, когда так мало людей будут делегировать задачи. Прежде чем продолжить свою речь, Сапиенс просто ответил: "Sic" ( "именно так" ).
В качестве другой меры Sapiens создал больше магистратур для сенаторов, чтобы компенсировать слабину, вызванную сокращением государственного персонала. Ни магистратам, ни обычным сенаторам не платили за их услуги Элизиуму, благо государством управлял аристократический класс, поэтому было дешевле возложить обязанности на сенаторов, чем нанимать им помощников. Заменив apparitores ( государственных служащих ) на magistrati ( магистратов ), император эффективно снизил нагрузку на казну, делегировав больше задач сенату.
Сапиенс назначил одного из своих ближайших сторонников, Гая Корнелия Сципиона, магистром финансов ( хозяином кошелька ), новой магистратурой, обладающей абсолютной властью над квесторами и ответственной за анализ записей государственных расходов для информирования Сената о финансовых решениях. Другой компаньон, Кезон Анний Лонг, был назначен Про-принцепсом, новой магистратурой, предназначенной для непосредственной консультативной должности рядом с принцепсом. Поскольку на практике император обладал почти абсолютной властью, Сапиенс считал, что наличие человека, который был вторым после императора, почти, но не совсем, в качестве соправителя, смягчит качества абсолютного монарха, предоставив ему советника, которому император не мог сделать законный выговор по любой причине. Пропринцепс обладал неприкосновенностью цензора, но имел право действовать от имени гражданского принцепса. Самое главное, Сапиенс видел в Пропринцепсе близкого советника для себя и будущих императоров, поскольку Пропринцепс был более свободен высказывать свое мнение.
Хотя император не мог сделать выговор его Proprinceps, его поведение было во власти цензоров, и любое из его исполнительных решений могло быть отменено императором, независимо от задержки с ответом императора. Более того, после смерти императора Пропринцепс также терял свой пост и становился уязвимым для осуждения со стороны следующего императора. В любом случае, Сапиенс создал две высшие магистратуры для сенаторов и значительно расширил полномочия сената, предоставив сенаторам право избирать каждого будущего магистра финансов и пропринцепса. Конечно, первый гражданин оставил за собой право отменить большинство этих назначений ( за исключением пропринцепса ).
Для сенаторов были созданы другие должности поменьше, охватывающие административные задачи по управлению городом Элизиум Августа и надзору за деятельностью губернаторов провинций, фискальные задачи по надзору за монетными дворами и регистрации налоговой информации, а также юридические задачи по аудиту album iudicum ( список лицензированных судей ) и заслушиванию петиции простолюдинов в сенат. В целом новый император попытался оживить сенат, расширив его обязанности и полномочия.
Чтобы обеспечить участие сенаторов, Sapiens ввел огромные штрафы для сенаторов ( и других государственных служащих ), которые не справились со своими обязанностями. Например, сенатору грозил штраф в размере трёх тысяч динариев, если он пропускал собрания сенаторов в течение двух недель подряд, если только у него не было особых обязанностей, удерживающих его за пределами столицы, или если он не находился в личном отпуске ( на что сенаторы имели право ). Это ограничение резко отличало правление Фаустилона от более ранних периодов, когда большинство сенаторов были согласны вообще избегать сената, а кворум стал почти чуждым понятием. Фискаторам ( сборщикам налогов ) и цензорам ( переписчикам ) также грозили штрафы за конкретные нарушения своих обязанностей, но штрафы были более скромными²
Членство в этом Concilium Civium ( совете граждан ) составляло дополнительную обязанность для нескольких магистратов - как на старых, так и на новых должностях. Официальных заседаний Консилиума не было. Вместо этого участие означало, что магистрат должен был быть доступен, когда первый гражданин обращался к нему за советом, и должен был информировать императора о вопросах, входящих в его компетенцию. После создания Консилиум состоял из десяти магистратов: Proprinceps, Magister Fiscalis, городского претора, Magister Officiorum ( начальник штаба ), Praefectus Argentarius ( надзиратель банков ), Praefectus Tabularius ( главный архивариус ), Praefectus Annonae ( надзиратель за провизией ), Praefectus Memoriae ( надзиратель по связям с общественностью ), магистр корректоров ( магистр надзирателей ) и магистр милитум ( магистр солдат ). Некоторые из этих должностей не имели прецедентов в более ранних постоянных должностях, но напоминали временные должности, которые предыдущие императоры предоставляли своим избранным спутникам.
Благодаря своей беспрецедентной реорганизации правительства Сапиенс заслужил безграничное уважение сенаторов, что привело к тому, что многие в сенате и народе Рима называли его по прозвищу Сапиенс, что значит мудрый.
Путешествуя в качестве принца, Сапиенс заметил, насколько чрезмерными были viae ( дороги ) империи. На тысячах километров дорог практически не было движения, в то время как более интенсивно проходимые маршруты пришли в негодность. Придя к власти, он сформировал комитет по проектированию новой сети межпровинциальных магистралей, охватывающих весь Империум. К 1340 году детальные планы системы были завершены, и император уже начал ежегодно направлять 80 миллионов динариев в банки для возможных расходов на строительство новых автомагистралей, предвидя, что проект потребует огромных затрат.
Базилика была построена недалеко от окраины города Августа Элизиум, чтобы служить офисом главного комиссара дорог общего пользования ( legatus viarum publicarum ), постоянной новой должности, на которую возложены обязанности по найму кураторов ( комиссаров ) и редемпторов ( подрядчиков ) для обслуживания viae publicae ( дорог общего пользования ). Эту должность мог занять любой патриций в качестве необязательного этапа своей cursus honorum ( политической карьеры ).
В целом, новая сеть имперских автомобильных дорог оптимизированы расходы на содержание дорог общего пользования и значительно сокращено время в пути по основным торговым и коммуникационным маршрутам - более плотная и практичная система общественного транспорта. Эта система автомобильных дорог была самым грандиозным строительным проектом Нового света, требующим больше материалов, чем Великая китайская стена, и обслуживающим более широкую территорию, чем любая существующая сеть дорог. Преимущества этого улучшения заключались в следующем:
1) более быстрая мобилизация войск к границам и внутренним кризисам
2) более быстрая связь за счет перестановки станций для государственной почтовой системы
3) снижение транспортных расходов для торговцев, переписчиков и сборщиков налогов
4) большая мобильность для граждан или ученых, которые хотят и могут путешествовать по империи
В целом, эта система обеспечивала большую связь между городами империи и сокращала политическую дистанцию между Августой Элизиумом и его более отдаленными провинциями. К 1345 году Ab urbe condita было собрано достаточно информации, чтобы создать систему оценки уровней городского развития, позволяющую правительству оценивать поселения по требованиям, превышающим то, что было необходимо для простого функционирования города. Среди факторов оценки города были показатели на душу населения: приток воды, отток сточных вод, количество банков и больниц, доступность продовольствия и даже богатство. Как правило, при оценке также учитывались такие факторы, как плотность населения, безопасность дорожного движения и чистота. Поселения, которые не могли достичь рекомендуемых стандартов по своему размеру и составу, потеряли право даже называться urbs ( город ) и облагались дополнительным налогом на своих жителей, а затем, в конечном итоге, повторным персональным штрафом для своих муниципальных руководителей.
В то время в империи существовало четыре типа поселений: vicus ( гарнизонный город без официального признания ); municipium ( существующее поселение, переданное империи ); civitas ( планируемый город, спроектированный государством ); и colonia ( планируемый город, построенный государством для отставных солдат, магистратов и чиновников ).
Согласно правилам Sapiens, vicus parvus стал указывать на самый низкий статус поселения, кроме oppidum ( деревня ), который относился к поселению примитивных иностранцев. Оппидум не подчинялся законам, регулирующим и оценивающим поселения в империи, и продолжал бы управляться по любой процедуре, применяемой местными жителями.
Как только население викуса превысит восемь тысяч человек, у него будет десять лет, чтобы построить свой собственный амфитеатр и форум, избрать свой собственный городской сенат и поддерживать свой улицы на определенном уровне чистоты, прежде чем налагать штрафы и дополнительные налоги. Успешное улучшение обеспечило бы викусу статус муниципального образования. Ожидалось, что даже поселения, в которых проживают в основном неграждане, будут соответствовать этим стандартам, если они ранее были признаны vici parvi. Существовали строгие правила относительно того, что считать форумом или амфитеатром, а также относительно того, как управлять городским сенатом. Аналогичным образом, первоначальные стандарты, которым нужно было соответствовать, чтобы стать vicus parvus, в первую очередь включали наличие дорог, не менее ста человек, приличный рынок и какой-то путь к дорогам общего пользования без необходимости ехать по бездорожью через лес или какой-то каньон. Поскольку быть vicus parvus давало скромные налоговые льготы, жителям небольших поселений было предложено сотрудничать в улучшении своего дома. Это пошло на пользу переписчикам и сборщикам налогов, поскольку такие поселения стали более доступными.
Действительно, попытка охватить переписью все население империи выявила ряд незамеченных проблем. Даже пятьдесят лет спустя все еще оставалось много регионов, которые не были регулярно охвачены переписчиками, даже некоторые деревни или поместья граждан Элизиума. В то время как новые жители постоянно обнаруживались и регистрировались, цензиторы, посещающие известные поселения, также сообщали в Augusta Elysium о необходимости строительства мостов вблизи небольших городов, большего количества девертикул по всей сельской местности, более организованных рынков и лучшего доступа к пресной воде. Колодцы оставались наиболее распространенным средством доступа к пресной воде, но Сапиенс предписал, чтобы муниципалитет нуждался в обслуживании акведуков, как только его население превысит 25 тысяч человек. По тому же закону муниципалитету с акведуком требовалось не менее двух амфор ( 62,74 литра ) вместимости для воды на одного жителя города ( очевидно, со значительной погрешностью ).
При населении свыше 80 тысяч человек у муниципалитета будет десять лет, чтобы улучшить свои дороги с помощью дренажа; построить галенарий, банк, почтовое отделение, цензориум, терму, казармы, общественный фонтан и общественную конюшню вместимостью не менее пяти дюжин лошадей; увеличить его общественный форум; создать местные пожарные службы и иметь доступ по крайней мере к четырем амфорам ( 125,47 литров ) вместимости воды на человека через его акведуки, в противном случае они будут подвергнуты определенным штрафам и более высоким налогам. Городской сенат получит временную лицензию на взимание налогов со своих граждан сверх обычных налогов, чтобы финансировать эти строительные проекты. Успешное соблюдение этих правил предоставит муниципалитету статус urbs ( города ) и стипендию в размере одного денария на жителя, а также два денария на гражданина ( в дополнение к финансированию жилья ). Эти средства могут быть использованы по усмотрению городского сената для поддержания его статуса городского округа и для найма необходимого военного гарнизона из одного вспомогательного солдата на тысячу жителей. Все города такого размера имели дополнительный доход от уборных ( общественных уборных ), благодаря их прибыльной почти монополии на несвежую мочу; термы ( общественные бани ); и другие мелкие услуги, предоставляемые исключительно муниципальным правительством.
Как только численность городского населения превысит 240 тысяч человек, его можно будет назвать большим городским населением с достаточными усилиями. Хотя городов такого размера было немного, Сапиенс хотел гарантировать особое отношение к крупнейшим городам империи даже после своей смерти. Таким образом, его правила требовали, чтобы город такого размера достиг нескольких целей, прежде чем будут отменены штрафы и налоги:
1) обладать по крайней мере четырёх километровыми клоаками ( канализационными коллекторами ), Большим храмом, посвященным римским богам, специальным рынком рабов, центральным банком, цистерной с объемом воды не менее 910,2 миллионов литров и небольшим каструмом ( фортом ) для размещения войск.
2) выставьте для его защиты не менее четырёхсот вспомогательных солдат
3) ежедневная пропускная способность не менее восьми амфор ( 250,94 литров ) воды на человека по его акведукам
4) доступ к via princepesque либо напрямую, либо через via consularis
5) создать коллегию quisquillia comparata ( общественные уборщики улиц ) для организации услуг по уборке в городе
6) постройте памятник, прославляющий империю, который соответствует стандартам главного комиссара городских правил.
Хотя класс был важен для поселения, в регулировании мест проживания были и другие категории. Самыми строгими из всех были те правила, которые регулировали дизайн coloniae и incolatia ( регулярное поселение ). Прилагаемое изображение дает точное представление о том, что требуется для колонии муниципального уровня. В целом ожидалось, что уровень жизни в колониях будет выше, поскольку все свободное население состояло из граждан. Существовало два основных типа колоний: колония моения представляла собой поселение, построенное сразу со стеной, бетонным фундаментом и удобствами, встроенными в улицы. Эти города были исключительно высокого качества, с надлежащим дренажем и доступом к водопроводам, несмотря на то, что обычно в них проживало менее десяти тысяч граждан и их семей. Другим типом была colonia probata. Классифицированные так же, как и первоначальное муниципальное значение термина civitas, эти колонии строились постепенно в соответствии с тщательным дизайном и должны были служить городскими опорными пунктами для колонизации новых территорий ( военная колония имела аналогичную функцию, но была построена для выхода на пенсию публичных персон ).
Для контроля за соблюдением этих правил сенат учредил должность legatus regulae urbanae ( главный уполномоченный по городским правилам ), в задачу которого входит направление специальных уполномоченных для оценки кандидатов на более высокие или более низкие уровни поселений и проведение некоторых оценок самостоятельно. Не ставя под угрозу особый статус граждан, эти правила повысили уровень жизни как для иностранцев, так и для граждан, установив определенный минимум для многих людей, живущих под властью Элизиума ( стоит упомянуть, что более трех четвертей людей не жили нигде более густонаселенным, чем небольшая деревня ).
Позиция сапиенсов в отношении перегрини ( иностранцев ) была печально известна в сенате, где неграждане рассматривались либо как источник дани, либо как незначительное неудобство. При его правлении аннона - бесплатный хлебный паек для городской бедноты города Августа Элизиум - была распространена на город Ленапе, добавив еще один крупный ежегодный расход к расходам на содержание империи. Тем не менее, сенат пользовался низкой долей военных расходов из и без того высоких государственных доходов, что было необычно для государства в этот период времени ( большинство королей тратили большую часть своего состояния на военные дела ). За этот период население одной только империи приблизилось к трём миллионам граждан, распределенных по колониям в других провинциях. По данным переписи населения. С момента создания первых государственных больниц ( galenariae ) империя неуклонно продвигалась к более регулируемой и финансируемой государством системе здравоохранения. Совсем недавно, в 1350 году Ab urbe condita, Caesar Sapiens объявил вне закона практику любой формы медицины людьми без записи о сдаче федеральных экзаменов в течение нескольких лет в медицинской академии. Поскольку многие врачи практиковали за пределами государственных больниц, надлежащее соблюдение этого правила было практически невозможно. С этой целью Сапиенс построил больницы по всей империи и первоначально принял меры, чтобы побудить врачей практиковать в них.
В конце своего правления Сапиенс полностью запретил частную медицину, заставив врачей либо становиться частными врачами, нанятыми одним клиентом, либо работать на зарплату в больнице. Заработная плата врачей варьировалась в зависимости от ранга и находилась на усмотрении архиатруса ( главного врача ), который руководил всеми сотрудниками вверенной ему больницы. Для сената была создана должность магистра архиаторума ( главного хирурга или магистра главных целителей ). В его задачи входило назначать медицинских руководителей из числа врачей и следить за их соблюдением медицинских стандартов Элизиума. В целом, архиатр мог рассчитывать зарабатывать более тридцати тысяч динариев в год, в то время как средний врач работал за десятую часть этой суммы. Возможность получить достаточное признание, чтобы называться архиатром, помогла мотивировать поведение, которое привело к хорошей репутации.
Со временем должность главного врача стала третьим путем к началу политической карьеры, альтернативой юридической практике и военной службе. Репутация и богатство этих врачей помещали их в класс всадников ( ordo equester ), где они имели право начать политическую карьеру в сенате.
Важность регулирования деятельности врачей была очевидна любому, кто жил в то время. Даже в шестом веке врач мог эффективно угрожать отказом от лечения, если его пациент не согласится на предложенную цену, по сути, вымогая деньги у богатых клиентов. Еще в третьем веке некоторые врачи зарабатывали на этой практике десятки миллионов динариев, и ситуация едва улучшилась из-за конкуренции с больницами во времена правления Сапиенса. Его предшественник предпринял некоторую попытку решить эту проблему, установив максимальные цены на медицинские услуги, предлагаемые всеми врачами, но отсутствие надзора сделало существование этих законов лишь номинальным эффектом.
Заботясь об общественном здоровье, Caesar Sapiens принял законы, направленные на повышение гигиенических стандартов в термах ( общественных банях ). Хотя баня была одним из наиболее эффективных способов для среднестатистического гражданина оставаться чистым, эти сооружения часто представляли собой выгребные ямы с неоднократно использованной водой, грязными принадлежностями для купания и зараженной плиткой на полу. Эта ситуация изменилась по мере того, как правила Sapiens были введены в действие во всех колониях и муниципалитетах Элизиума. Чтобы облегчить их реализацию, в законах указывалось, что каждую ночь бассейны должны были осушаться, а полы, стены и скамейки очищались концентрированным уксусом, прежде чем за ними следили при подготовке к следующему дню. Известно, что уксус предотвращает воздействие миазмов ( загрязненного воздуха ), которые скапливаются вокруг застоявшейся воды, открытых ран и мертвых тел, поэтому он был естественным выбором для очищающих ванн. Между тем, стригила и другие инструменты для ухода, доступные в банях ( не каждый мог позволить себе иметь собственные банные принадлежности ), должны были быть вымыты в уксусе, прежде чем разрешать другим посетителям пользоваться ими. В Элизиуме Августа рабы выполняли этот вид уборки для терм.
Эти правила изменили общественное купание и стали крупным шагом вперед в области гигиены. Ванны раньше были обычным средством распространения туберкулеза и часто вызывали гангрену или грибковые инфекции, но теперь они могут действительно способствовать общественному здравоохранению. Элизиум пришел бы выразить большую гордость за состояние своих ванн и важность этих удобств в их повседневной жизни.
Каким бы стойким ни был Сапиенс, у этого человека была эмоциональная сторона - слабость к своей семье. Когда умерла его жена Ливия, он был потрясен до глубины души. Он редко покидал свой дворец, и известие о завершении его дорожной программы не доставило ему никакого удовольствия. Многие из его обязанностей были возложены на его Пропринцепсы.
Обеспокоенные сенаторы забеспокоились еще больше, когда был замечен законопроект о строительстве мавзолея за пределами Монс-Региуса. Они узнали, что император пожелал быть похороненным вместе со своими потомками - его единственный тщеславный проект за пятьдесят лет правления. 5 сентября 1385 года Ab urbe condita ( 632 года н.э ) ни его семья, ни рабы не видели его все утро. Им не потребовалось много времени, чтобы найти его в своей постели, мирно скончавшимся ночью и его наследник, Марк Юлий Аврелий, вступил в должность на следующей неделе.
Когда Марк Юлий Аврелий пришел к власти в 1385 году Ab urbe condita ( 632 году н.э ), империя находилась в хорошем положении. Хотя его упадок в ближайшие десятилетия не будет серьезным, Элизиум не восстановится до тех пор, пока экспансионизм не будет разжигаться иностранным вторжением. Среди цивилизаций своего времени на Новом континенте Элизиум обладал определенными уникальными технологиями, либо римского дизайна, либо унаследованными от греческой или финикийской цивилизации.
В сельском хозяйстве Элизиум долгое время использовал механическую жатку, которая отделяла ценные колосья зерна от остальной части растения, когда быки толкали их по полю. Это устройство экономило огромное количество рабочей силы для фермеров, поддерживая высокий уровень урбанизации, которым пользовалась империя. За последние четыре столетия в его конструкцию были внесены лишь незначительные изменения, и мало что было сделано для улучшения функций жнеца.
Для помола зерна в Элизиуме активно использовались водяные мельницы, обеспечивающие большую производительность, чем мельницы, работающие на животных, используемые в других культурах. Уникальное применение водяных колес заключалось в турбине, питаемой от акведука, что давало доступ к мощности водяной мельницы в любом месте, питаемом от акведука. Водяные колеса использовались при создании лесопилок для быстрой резки дерева или мрамора, в то время как другие можно было найти рядом с шахтами для дробления камня на массивных штамповочных заводах. Чтобы создать резервуары для питания акведуков, Элизиум построил множество гравитационных плотин по всей провинции Ностра, Нова Норикум и Ленапе. Плотины Элизиума входят в число других чудес инженерной мысли, наряду с понтами ( мостами ), акве ( акведуками ) и виае ( дорогами ). Бетон произвел революцию в строительстве плотин в первом веке, но еще более выдающимся было постепенное внедрение использования плотин в качестве источника энергии. Одним из применений этой технологии была плотина Майлинг, но другим, получившим еще более широкое распространение, был подъем воды на более высокую высоту. Для этого процесса вода будет проходить через турбину в плотине, приводя в действие механизмы, которые поднимают различную воду до более высокой начальной точки для подачи в акведук. Если бы акведук доставлял воду с более высокой начальной высоты, то для турбин по всей его длине оставалось бы больше энергии. В некотором смысле, это самый ранний случай передачи энергии от электростанции ( плотины ) к объекту ( мельнице ), который использовал энергию в другом месте.
Акведуки были необходимы не только для размола зерна и питания городов; они также снабжали водой шахты. Проточная вода имела много применений в шахте: сметала почву, обнажая жилы в коренных породах, удаляла пустую породу с места добычи и закаляла горячие породы, которые нагревались при разжигании огня. Когда воду нужно было удалить из низкорасположенного места, для подъема жидкости на большую высоту использовались архимедовы винты. К сожалению, в отличие от плотины, винты в шахтах не могли приводиться в действие водой, так как это сводило бы на нет цель подъема одного водоема за счёт опускания другого тела большего веса на тот же уровень.
Используя эти инновационные технологии, Элизиум произвел революцию в энергетике человека. Большинство аграрных культур имели широкий доступ к власти в масштабе лошадей или быков, превосходя те культуры, которые были ограничены доступной рабочей силой. Элизиум имел более широкий доступ к воде как источнику энергии, чем любой другой народ в то время. Через свои акведуки Элизиум мог бы передавать энергию для использования или хранения в других местах, что позволило бы развивать промышленность в беспрецедентных масштабах. Между энергией животных и энергией пара это беспрецедентное использование энергии воды стало промежуточным звеном для развивающегося общества и дало Элизиуму самую высокую мощность на человека, чем любая другая цивилизация с большим отрывом.
Что касается строительства, в Элизиуме был кран с гусеничным колесом, который увеличивал непрямую грузоподъемность одного человека с пятидесяти килограммов, используя бревна и пандусы, примерно до трёх тонн прямого подъема. Переоценить преимущества этой технологии сложно, но достаточно сказать, что обширные и быстрые строительные возможности империи в немалой степени обязаны этому устройству. Для перемещения, а не для подъема тяжелых грузов, в Элизиуме использовали лебедку, тяговая способность которой соответствовала грузоподъемности крана.
Все разновидности машин римского производства были усовершенствованы за счёт широкого использования передовых механизмов для передачи силы из одного направления в другое или для увеличения силы за счет свободы передвижения. Среди этих устройств были кривошип, гидравлический поршень, шкив, силовой насос, клапан, винт, шестерня, цепная передача, турбина, клин, шарнир, рычаг и деревянный шарикоподшипник. Все устройства, кроме последнего, получили широкое распространение и использовались в некоторых из самых сложных машин, какие только можно себе представить, с небольшими ограничениями на то, как Elysium мог их использовать. В то время как краны и мельницы были двумя типами машин, использующих эти механизмы, существовали также механическая жатка, стационарная пожарная машина, фонтан, ветряное колесо, дифференциальная передача, гипокауст, паровая игрушка, гидравлический орган, душ и ряд военных двигателей.
Элизиум имел полное практическое представление о том, как функционирует их механизм, но никто не сформулировал общих принципов работы, не имея представления о силах, энергии и работе. Эти концепции постепенно возникли бы в инженерии Элизиума, из более примитивного понимания принудительного движения Аристотеля и механической геометрии Архимеда и Героя. Фактически, геометрия механики является более прямым предшественником векторов силы и современной динамики движения, чем аристотелевская механика, в которой все еще отсутствует количественный и объяснительный учет движения ( который не возникнет в течение нескольких столетий ).
Военные двигатели, спроектированные в соответствии с римскими механиками, были очень сложными устройствами, которые превосходили все, что использовалось другими цивилизациями. Конечно, в Элизиуме все еще использовались традиционные тараны, онагры и осадные башни, но даже они были по масштабам выше современных. Например, осадная башня Элизиума могла быть построена высотой до двадцати пяти метров и была покрыта железными пластинами, чтобы отражать вражеские снаряды, с внутренней баллистой в качестве башни для ответного огня. Технически баллиста была классом осадных орудий, а не одним конкретным устройством, и все они имели характерное сходство с арбалетом.
Самые большие баллисты были арбалетоподобными машинами, в три раза превышающими человеческий рост и способными стрелять 78-килограммовыми снарядами на большие расстояния. Они редко использовались Легионом, но были разрушительны, когда применялись к врагам. Более распространенным был манубаллиста, ручной или навесной арбалет, используемый для снайперской стрельбы с точностью до пятисот метров. Ужасающая точность этого оружия описана в отчетах о войне Ленапе, где атаки пехоты были остановлены путем уничтожения ведущих лошадей еще до того, как какая-либо армия оказалась в пределах досягаемости традиционного оружия. Для маневренности Elysium использовала carrobalista, которую можно было быстро развернуть на поле с тележки, обеспечивая высокую гибкость на огневых позициях.
Пожалуй, самым страшным из всех осадных орудий был полиболос. Используя цепной привод, приводимый в действие лебедкой, это устройство полуавтоматически подготавливало следующий выстрел менее чем за шесть секунд, обеспечивая высокую скорострельность. Всего десять таких артиллерийских орудий, размещенных на холме и стреляющих по массированной армии, могут легко уничтожить сотни вражеских солдат за считанные минуты - время между тем, как враг войдет в зону их досягаемости, и вступлением в бой с армией Элизиума. Когда используется несколько сотен таких орудий, как в битве при реке Мохок, вся вражеская линия может быть прорвана, открывая их для прямой атаки кавалерии Элизиума или тяжелой пехоты легионеров. Этот ход был лишь одной из смертоносных тактик легиона, который использовал передовые осадные орудия.
В целом, инженерное дело было неотъемлемой частью вооруженных сил. Легион мог построить километры стен, мостов, дамб, туннелей, троп или фортов в течение нескольких дней, находясь в движении. Поскольку у каждого легионера была своя лопата, а у каждой когорты была своя передвижная печь для обжига кирпича, весь легион из 5200 человек мог одновременно участвовать в строительных работах, что позволяло выполнять такие невероятные инженерные работы за короткий период. В качестве дополнительного преимущества легионеров можно было привлекать к общественным работам, когда требовалось больше труда. У них были точные навыки, дисциплина и физическая сила, которые создавали идеальных строителей и облегчали масштабные проекты.
Хотя все эти технологии уже использовались в рассматриваемый период, они упоминаются здесь в качестве краткого изложения и введения к некоторым современным разработкам. В 1400 году Ab urbe condita ( 647 году н.э ) Аврелий приказал переделать весь дом Августа, чтобы разместить гипокауст по всему дворцу и расширить канализацию для частной ванны и частного туалета, доступного изнутри дворца. Последнее произошло от конструкций, использовавшихся в большинстве домов Септимии, где располагалась самая совершенная клоака ( канализационная система ) в империи. По сути, теперь у императора было одно из самых комфортабельных жилищ в его империи, с удобствами, сравнимыми с современными удобствами в области личной гигиены и центрального отопления.
В то же время сенат осуществлял свои вновь обретенные полномочия, избрав нового магистра финансов. По его указанию сенат заказал строительство более ста водяных колес в ключевых точках, которые он определил. В шахтах провинции Хиберниас существовала потребность в новых штамповочных и лесопильных заводах, в то время как в Ленапе требовалось больше водяных мельниц для работы на растущих поставках зерна. Одна водяная мельница была даже построена прямо в городе Августа Элизиум, рядом с одним из городских акведуков. Эти мельницы были построены и эксплуатировались сенатом, обеспечивая новые источники дохода для правительства.
Со времен Великого Переселения народов Вероанс Люпус-Рубрум из народа Повхатан собрал десятки тысяч туземцев, которые он намеревался использовать для завоевания Ленапе и многого другого. Приближаясь к Ленапе, Люпус-Рубрум дразнил Элизиумов из-за пределов досягаемости их оружия, пытаясь спровоцировать их на более справедливое открытое сражение. После нескольких дней этого дела в 1395 году Ab urbe condita один отважный лучник Элизиума спустился со стены на закате солнца и выпустил стрелу в живот этого надоедливого племенного вождя. Разъяренная этим фронтом, армия Люпуса-Рубрума бросилась в направлении лучника, случайно оставив облако пыли и подняв грязь над своим лидером. Лучника не только благополучно подняли на стену, но и отговорили туземцев от продолжения атаки с минимальными потерями с обеих сторон, и Люпус-Рубрум умер четыре дня спустя от инфицированной раны.
После потери своего лидера племена погрузились в хаос, но им удалось избрать нового лидера без особого кровопролития. Объединившись под предводительством Вероэнса Дента-Люпуса из племени поухатан, которые объединили свои силы с остатками свободных алгонкинских народов, образовав значительную армию численностью около ста тысяч человек. Какое-то время Дента-Люпус выжидал подходящего момента, вооружая свой народ для будущей войны и используя ту армию, которая у него была, чтобы сдержать другие враждебные ему племена. По всей империи начали циркулировать слухи о том, что это варварская страна обладает силами, равными сотне легионов, а реальность этого вопроса была скрыта сотнями километров густых лесов и другими враждебными к Элизиуму племенами.
Примечания:
1) это же надо было до такого додуматься.
2) слово "фискатор" стало использоваться политиками для отличия сборщиков налогов от счетов казначейства, а именно фискус.
