Я хочу с тобой

Если бы Минхо сказали, что она до одиннадцатого класса останется девственницей, то Ли бы лишь пожала плечами и согласилась. А что в этом такого? Ну не было у тебя секса, ну не проткнул тебя член, не потеряется же от этого смысл жизни, ты не станешь чувствовать себя плохо. Так думала девушка до десятого класса, пока не стала активно трогать себя за свою пизденку. Хо боялась засунуть в себя что-то большее, чем два пальца, но уже от них ей было хорошо, внутри мягких, горячих и склизких стеночек девушка нашла комочек нервов, который помогал ей кончать. Она растягивала свою попку, стимулируя свой возбужденный клитор. Объектом ее обожания стал плюшевый медведь, которому она садилась на морду и объезжала крупными мясистыми бедрами. Прохладный нос игрушки на немного заходил лоно и, когда никого не было дома, Минхо не сдерживала свой голос. Она кричала от удовольствия, ее конча была на плюшевой морде, она слизывала ее охотно, давясь своим вкусом и запахом, пытаясь высосать из плюша все свои соки и кончу. Сегодня Минхо после школы пришла уставшей и вялой, после восьми часов в школе хочется наконец-то остаться одной и посвятить время себе. Она снимает обувь на ходу и бросает рядом рюкзак, ей хочется поскорее удовлетворить себя рукой, чтобы словить кайф от чувства оргазма. Она идет в свою комнату в школьной форме: белой выглаженной блузке, синей юбке немного выше колена и чёрных капроновых колготках. Уже на входе в свою комнату она трогает свои сиськи через плотную ткань; они начали расти еще в пятом классе. Всем девочкам на зависть у Ли была самая большая грудь, которая при беге тряслась, и вот как мальчишкам на это не глазеть? Они наверняка потом надрачивая свои члены дома, представляли, как Хо дрочит ими их член. Минхо никогда не делали комплименты про ее тело, лишь смеялись, но она понимала — они просто завидовали и были для нее не того уровня. Мягкая постель принимает пухленькое тело, ее руки уже спустились на ляжки, она их сжимает и закатывает глаза, рвано выдыхая. Боже, она готова кончить лишь от того, как представляет, что эти касания ей дарит мужчина. Она подушечками пальцев проходится по капрону, жмуря глаза до белых снежинок в мраке. Ли поднимается с кровати, подходит к своему столу, свою промежность к углу стола приставляет и трется, все еще массируя свою грудь. Хо стонет несдержанно, ускоряя темп, из ее пизденки течет как из ведра. Минхо залезает на стол, садится на корточки, раздвигая ноги, девушка стучит по капрону между ног. Двумя руками она разрывает колготки в области паха, этот звук рвущихся маленьких нитей вызывает у нее табун мурашек. Ее трусики промокли, прохлада от сквозняка проходится по ткани нижнего белья, Ли вздыхает от неожиданности. Отодвинув кромку свои трусиков, она ладонью собирает соки, которые были на ее промежности и половых губах, сразу засовывая четыре пальца себе в рот. Она наслаждается своим вкусом, стонет несдержанно, фаланги дальше засовывает, давится ими, но лижет и лижет, пока на ладонях не остаётся лишь ее слюна. За вынутыми изо рта пальцами потянулась линия слюны, Ли ее прервала мгновенно, облизав свои губы. Ее рука оказывается на клиторе и начинает стимулировать комок с нервами. Девушка скулит из-за удовольствия, опирается о стену, через блузку резко и грубо трогает себя за грудь. Эти незабываемые зверские чувства, которые в ней проснулись, реализуются ею с помощью стонов, потому что все слова улетучились из юного разума. Ли представляет, что к ней пристает их учитель по английскому Кристофер Бан Чан. Этот горячий австралийский мачо давно пробудил в ней желание. Его сильные руки, грубые черты лица, которые отличаются от его добродушного характера и самой милой улыбкой, что видела Минхо. Она представляет, что эти грубые руки, что каждый день занимаются в спортзале, сейчас лапают ее грудь, что учитель сжимает клитор бедной школьницы-девственницы. Хо скулит в реальности, переставая осознавать, где она находиться. Девушка представляет, как учитель шепчет ей всякие грязные слова на английском, как он достаёт свой огромный двадцати пяти сантиметровый член (по мнению Ли у него не меньше!) и мастурбирует, пока лижет киску своей ученице. Ради приличия (в своей же фантазии) Минхо сопротивляется, говорит, что это неправильно, но блаженно прикрывает глаза, когда в реальности жмурится, чувствуя, насколько ее клитор стал твердым и увеличился немного в размерах. Комок нервов пульсирует в ее руках, она почти кончила, но девушка слышит звук открывающийся в квартиру двери. Распахнув глаза, она бежит к своей кровати, ложится под одеяло и разблокировав телефон, начинает читать новости в интернете как ни в чем не бывало. *** Сынмин возвращается из школы позже своей новой ≪подруги≫ Минхо из кружка по волейболу. Стоило ему переехать в другой район, как его мама уже обзавелась подругами. Одной из маминых подруг стала мама его одноклассницы Минхо. Девушка стервозная, но до чертиков красивая. Киму она в каком-то смысле нравится, но ее кандидатуру в качестве своей будущей пассии он ее не рассматривает. А может и рассматривает. Он сам не знает. Киму настолько осточертели отношения и секс за два года, что с этого года он помешался на учебе. На девушек внимания не обращает, отшивает их. Он пытается это сделать как можно мягче, однако получается в женских глазах слишком унизительно. И что унизительного в фразе: ≪Прости, мы друг другу не подходим, потому что у тебя слишком большой нос.≫? До сих пор на него льются злые взгляды от той ученицы. Год уже Ким живет с семьей Ли. Девушка и ее мать живут без отца, поэтому женщины, как подруги, взяли себе комнату, а детям отдали вторую. Поселить в одном помещении двух подростков, у которых играют гормоны и желание размножаться увеличивается до размеров галактики, не самая лучшая и гениальная идея, но мам это не смутило вообще. Дети побунтовали месяц да стихли. Подходя к квартире, Сынмин слышит странные звуки за дверью. Он прикладывает ухо и слышит женские стоны, что просят не останавливаться. Кто-то из женской половины привел в дом… мужчину? Кима передергивает от этой мысли. Сейчас в его глазах лишь растерянность. Что делать? Он мечется по лестничной площадке, нервно постукивая ногой, кровь стоит на одном месте. А вдруг его мама нашла нового ухажера? Что будет, если они съедут? Сынмин не выдержит еще одной перестановки и переезда в своей жизни. Так больно терять близких тебе людей, когда ты уже привык, когда тебе хорошо. Ким решает открывать дверь, кто бы там не был. Вновь подойдя к двери он слышит женские стоны и скулеж, но вставляет ключ в замок и вертит специально громко, чтобы услышали. Его и правда услышали. Стоны прекратились сразу. *** Школьник открывает дверь, заходит в квартиру, видя в коридоре рюкзак Минхо и ее уличную обувь, ничью постороннюю обувь он не замечает, хотя просмотрел коврик раза три. Он направляется в комнату к однокласснице, захватив ее рюкзак. — Привет. — говорит Сынмин глухо с комом в горле, сразу откашливая его. — Привет. — пищит неловко девушка, натягивая одеяло побольше. Она молится, чтобы Ким ее не слышал и не заподозрил в дрочке, это так неловко. — Ты ела? — спрашивает парень, оставляя рюкзак девушки на столе, где она только что была. Минхо молится всем богам, чтобы там не осталось ее выделений или хотя бы, чтобы он их не заметил. — Ты пролила что-то? — Блять. — Нет. — отвечает она на первый вопрос, но надеется, что Ким это просто оставит на столе, не спрашивая и не выясняя. Сынмин пальцем собирает жидкость до стола. Она горячая, вязкая, он подносит ее к носу и громко вдыхает пару раз, но это не помогает, подниму он решает лизнуть, чтобы понять, что это. Кислое, горькое, солоноватое. Он облизывает губы, пытаясь у себя в памяти откопать, где встречал этот вкус. Как до него доходит, то Ким вытирает субстанцию о сухую часть стола, обернувшись на девушку, что сгорает от стыда и прячется в подушку, идет на свою часть комнаты, сложив рюкзак и возвращаясь к Ли. Девушке теперь стыдно ему в глаза посмотреть, а говорить уж тем более. — Послушай, — начинает Ким. — все мы мастурбируем, в этом нет ничего такого. Просто постарайся в следующий раз быть более тихой и… — он посмотрел на стол. — незаметной. Минхо кричит в матрас, трясется в истерике. Боже, как же ей стыдно. Даже сквозь Землю ей провалиться не поможет. — Родителям я, естественно, не расскажу. Просто… — он потерялся в своей мысли, точнее в том, что хотел до нее донести. — Просто пойми, что самоудовлетворение процесс слишком интимный, чтобы орать так, что тебя на лестнице слышно. Да, прикольно показывать, что тебе очень хорошо, но все же. Минхо, — парень хочет дотронуться до ее плеча, но от него отворачиваются. — слушай, если тебе легче, то просто забудем эту ситуацию. Из-под подушки слышно тихое ≪Угу≫, Сынмин улыбается, вставая с кровати. — Пойдем на кухню, я тебе поесть приготовлю. Ли сначала отказывается, но позже, выйдя из состояния возбужденности от ситуации, вылезает из-под подушки и идет на кухню, забыв про колготки.