Вечер бала

Гоголь упорно стремился сделать свой жест как можно ярче, это липкое желание что уже не оторвать, а конкретно произвести первое впечатление, которое озарило бы блистательным обаянием, чтобы метко удержать внимание писателя на своей харизме, заставляя заинтересоваться в себе так же как и он сам к собеседнику, пусть в этом и не было необходимости, тёмноволосый сделал первый шаг для разговора, пока сам юноша стоял как вкопанный, может из-за этого хотелось замять недавнее волной обаяния, но что-то совершенно не выходило, наигранность, а свой же голос звучал как чей-то чужой, поборов неприязнь к незнакомому лику взявшему контроль, тому кто говорил за него, гетерохромик криво продолжал натягивать улыбку, больше всего на свете не хотелось показаться холодным, от чего и получалось ложное и не скрытое лицемерие, вся игра и репетиции у зеркала фальшивки, на виду у аметистовых глаз это всё не работает. Но стоило только уловить в них интерес, как все эти пугающие сценарии, уже случившееся в голове у Гоголя в случае оплошности оставили от себя только неприятные, блёклые лужи. Наверное стоит бросить эту затею, взять роль всегда успеется, тем более блондину, сейчас так комфортно действовать спонтанно, без идеи, тона и того каким ты должен показаться сегодня, вести жизнь как будто она фильм, наблюдать за своим телом с интересом зрителя решившего скрасить свой вечер поганой комедией, что длится мучительно долго и почти не развивается, без музыки на фоне так скучно и всё однотипно, не будь, Николай Васильевич, пленником нудной сатиры, выключил передачу навсегда, да что там, выдернул телевизор и выбросил к другому всеми забытому хламу, но увы, а это возможно лишь образно, пора воспользоваться воображением и выключить манитор, хотя, было бы уже успехом переключиться на новое. Но что с собой принесёт новое? Изменится он, чувство как будто изменится всё, а вдруг предложение своего присутствуя действительно скрасит вечер, поменять взгляд, иль идти потакать пресным компашкам, в пространстве что ожидает в себя таких же вычурных, как и оно само гостей, ну уж нет, когда появилась альтернатива в неё хочется вцепится мёртвой хваткой, но даже дышать рядом с такой "альтернативой" тяжело, не то что хватать. На раздумия уйдёт вечность, гораздо меньше времени дано на действия, упустить момент было бы дикостью, наконец белобрысый полностью расслабился, он всё ещё не чувствовал себя в своём теле, но более поддавался ситуации, не переваривая каждую реплику словно вчитываясь в сборник того что никогда не понимал, ну и жуёшь ты любое высказывание по несколько раз, только вот бестолку, потом на едине всё само вернётся, зачем придавать этому ценности, когда новая возможность совсем рядом пожимает плечами в жесте "почему бы и нет" и поворачивается намереваясь идти в том же направлении куда недавно делись два профиля. Похож на призрака, отдалённо так тем более нереален, может подобный красавец, лишь плод его воображения, погодите-ка, красавец? Ну если уж на то пошло брюнет действительно произведение искусства, из него уж точно бы вышел не плохой натурщик, с такой музой художник приобрёл бы славу на многие века. - Хей! Куда же вы идёте? Были на всё согласны, а в итоге растворяетесь как утренний туман! - Нет я лишь проверил как на вас работает уход, обычно когда дети капризничают родители используют такой приём. - С педагогом спорить себе дороже, но не забыли ли вы, много уважаемый "профессор", мы почти одного возраста! Хах Гоголь укоротил расстояние между ними и шёл уже шаг за шагом около, пока собеседник не остановился. - С одной стороны верно, с другой вы не правы, но тут смотря какая сторона больше нравится, на какой остаться желаете? - Желаю оставить стороны в стороне и пойти прогуляться! Брюнет убрал прядь за ухо и приподнял бровь. - Так зачем же вы приехали, если даже внутрь не войдёте, невежливо, ой как невежливо. - Да и пусть, ну придём мы, постоим и поминай как звали, мне лично нет интереса, вижу вам тоже! - Вы смелеете по минутам? Или за компанию в грязь лицом уже не страшно? Гоголь немного замялся от такого замечания, всё же его перепады наверное со стороны смотрелись странно, ну пусть уж лучше чудак, чем просто белый лист без идей, с красным карандашом на щеках, шокировать народ всегда интригующе. - А разве я не прав? Сейчас я прав как никогда! Двое пропали неуспев явиться, так ещё мало кто поступал, думал и того меньше, невежда с идеей это не часто, да и невежда ли? Экспериментатор. - А думаете ли вы? Ненароком и понять не грех что нет. - От этого и меньше, хе-хе, ну что, Фёдор, выбирите один из ста одинаковых вечеров, или позволите украсть себя из надоедливой повседневности? В лице Достоевского ничего не читалось, для лишних глаз это звучало бы правдоподобно, но парень что стоял напротив смог уловить в них так необходимый интерес, стоило позволить себе открыто начать любоваться как красавец отвернулся и мрачным, более подходящим для его образа тоном звучал. - Предпологаете что я настолько сумасброден, чтобы жертвовать своим добрым именем, ради джентльмена, с которым веду разговор минут пятнадцать? Повернув профиль краем глаза брюнет незаметно принялся следить за реакцией, стараясь не упустить ни единой детали, получая удовольствие от непроизвольной смены лиц у служащего, но долгим молчанием истомлять от чего-то не хотелось. - Правильно предполагаете. Уже гораздо дружелюбнее сказал подтрунивающий, да что же такое этот человек? Так легко, не принимая усилий брюнет то уронил камень на грудь не разрешая и рваный вдох сделать, то смахнул словно бы это был не больше чем пух, снова Гоголь так глупо хихикает, чувствуя себя идиотом, за что впервые есть лёгкий стыд, но даже это любо, хватая учителя за запястье парень ведёт его прочь с территории поместья, вздрогивая слегка, когда чувствует ответ уже ладонью и убирает под видом случайности, так как ощущает что пальцы покрываются, тонким мокрым слоев. - Ах да, как прикажете обращаться? Гоголь снова повернул голову на голос - Куда обращаться? - Вы видите здесь ещё кого-то? Лично я предпочту говорить с вами, а не вести дискуссии с тротуаром или устраивать лекции кирпичам. - А, ха-ха, я Николай Васильевич Гоголь! Блондин размашисто поклонился, по своему очаровательно, но комически улыбаясь. - Гоголь, хм, знакомая фамилия, моя как я понял уже известна, Фёдор Михайлович Достоевский. Тёмноволосый немного приподнял уголки губ в ответ на жест, сам не став показывать ничего подобного. - Что верно, то верно! Я заинтересован вашими произведения! - Точно ли ими? Уши снова предательски загорелись, решив сдать его с поличным, но юноша лишь поправил пушистые чуть волнистые локоны вперёд. - Что вы имеете ввиду? - А то, что вам веселья не хватает, видно не вооружённым глазом как стремитесь яблоко людям здравым подсунуть. Николай облегчённо выдохнул, что получилось громче чем он сам от себя ожидал, но всё же как то малоправдоподобно такое умозаключение, двое начали выдумывать на ходу и характер разговора если уж немного менял один, то другой двигал окончательно. - Хах, нашли змею в райском саду, рай и без гостей испорчен, время светлого себя исчерпало. - Верите? - Не верю и не собираюсь, в настоящее мало вериться, а в духовное так тем более! - Ого, так прямо, могу похлопать, хих, но на самом деле меня одолевает подобное, не сказать того же про то, что выходит из моего пера, но знаете мне быстро надоест говорить без незнания, гораздо заманчивей узнать как вы сделаете это время иным. - Как насчёт обсудить всё что попало и не попало, перепрыгивая с одного на другое лишь бы обговорить, не будем ожидать карету, пойдём пешком, возьмёшь ваши рукописи и потом так же будем говорить пока горло не пересохнет, хочу узнать то, что не смог узреть читатель познавший историю сквозь несколько пропущенных строк, вот уже и улицы Питербурга, так для чего медлить, милейший! - Когда нибудь я привыкну к перепаду ваших речей, но это будет не сегодня, чтож, веди, мячик попрыгунчик. Время ещё вовсе не позднее, скорее час пик для тех кто, быть может, старался подлатать душу эмоциями, или просто культурно согрешить, куда важнее что теперь он не связан по рукам и ногам в транспорте с полным составов, в котором было одновременно шумно и по мёртвому тихо от вечного выпадания, какую же чушь Гоголь нёс, идя по улицам Северной столицы не лучше, но теперь то ему было весело, шутовство на автомате хуже яда в склянке под ложно-паточным названием, а настоящее обличие слишком опьяняет, да так что забываешь вкусить, требуешь ещё, но чем больше получишь, тем меньше поймёшь что рад. Теперь так хорошо, тёмная макушка неспеша и с манерами вносит своё слово в ответ на то, как тараторит Николай, в простом шаге и то читается грация, а ветер как всговоре с Достоевским уносит пряди каре за собой назад, всё в этом парне очаровательно, от лакированных ботинок, до прямых волос, от кончиком тонких пальцев на руках, до красивой, слишком сдержанной, но к месту изменчивой мимке, и голос приятен, не говоря уже о том, что речи, писатель, толкать уж точно умел, за словом в карман не полезет, но и пока не наступит необходимость демонстрировать не станет. Блондин развёл руки в стороны словно совершая полёт над мостом, хотя на самом деле просто бежал по нему, возвращаясь к приятелю если замечал что оставил его позади и делая вид как будто Фёдор упорно старался убежать, а Гоголь, прямо такой умница, всё равно поймал, но а сам брюнет не против, чем бы детя не тешилась, как говорится. Уложив руки на перила, "лётчик-испытатель" решил что не сыскать лучшего занятие чем просто смотреть на воду, идею ту, последующий негласно поддержал, облакачиваясь на локти следом, что не удивительно, а вскоре первым зазвучал именно высокий голос белобрысого. - Мне нравятся ваша речь, не пробывали чаще давать публике ей насладиться? - Зачем же публике? Для этого текст есть, а мне и одного зрителя с лихвой довольно. - Любитель, значит, по отдельности мозги на место вправлять? - Полно вам, я за свою недолгую карьеру столько недорослей узрел, метод одиночки для кого-то звучит как отличный повод бить баклуши. - Эх, сочувствую я тем детям! Ха-ха - Сочувствуе проявляют к тому у которого дым в голове. В лоб служащего прилетел лёгкий щелбан. - Пф, вы это, чего это? - Да так, захотелось просто, от сюда уже видны поместья, пройти улицу, и мы окажемся у входа. Взявшись за столб фонаря гетерохромик следал несколько поворотов, накрутившись, он остановился и поспешил догнать тёмноволосого. - О вы живёте совсем рядом с заказчиками, но ведь учащигося ещё и на свете нет, стоит ли тогда? - Так проще всего, тем более кареты в этой местности редкие гости, тихо и оформление приятно, всё для того чтобы не отвлекаться. - Хах, я живу не так далеко от вас! На той же карете минут двадцать и вуаля! Вы уже в моих покоях! - Я учту, Николай Васильевич. Место и правда благоприятное, фигура писателя подошла к одному высокому, двухэтажному дому, открыв ворота жестом Достоевский пригласил спутника войти. Николай с любопытством огляделся, но их дома мало чем отличались, одна схема, но разная подача, хотя миниатюрный сад выглядел на редкость презамечательно, столько цветов, чувство что попал в лес из какой-то сказки, но ведь это дача, во-время тёплых дней в году, если конечно возможно так выразиться, многие предпочитали жить в более подходящем месте для природы. Фёдор уже отыскав ключ, хотел предложить войти и чаю, но рядом с ним уже никто не стоял, оглядевшись причина пропажи стала ясна, присев на корточки, юноша окуратно, кончиками пальцев поднял белую розу к носу, после чего с наслаждением проговорил. - Не искусственная! - Будто бы вы до этого не догадались. Подойдя и согнув немного колени учитель наблюдал с каким удовольствием Гоголь рассматривал каждый бутон, трогать лепестки доставляло ему непонятную радость. - Вы так любите розы? - Почему же только розы? Все эти благоуханные малютки чудесны! С таким богатством прекрасных видов, вам они тоже судя по всему симпатизируют? - Да, это действительно чудо творения природы, но я мало обращал на них внимание, сначала была цель закрыть пустоту, теперь же, не думаю что будет лишним обратить на них внимание. - Всё же это никогда не станет лишним! Настоящая красота мимолётна, чуть что и на смену придёт не живая, она обретёт туже форму, но выточить душу не сможет и профессионал! Подобную ценность нужно глотать пока она ещё дышет, как будь это молодость... - Может устроим чтение прямо в саду? Раз так. Блеск разных бусин смог сказать всё за их хозяина гораздо быстрее, с невесомой улыбкой брюнет выпрямился и вальяжно двинулся к дому. - Я скоро буду. Уже со спины проговорил он, оставляя гостя на едине с растениями, в мыслях по кругу, как обычно это бывает от более сильных эмоций, крутилась только одна суть, у этой ночи и правда есть все шансы стать интересной.