Who is the Beast?

Всю дорогу до дома Уны L слушала стенания Лиса на свою нелегкую долю. За триста лет совместного проживания она уже привыкла к его причудам и не обращает внимания. Особенно в этот раз, потому что всё его нытьё было наигранно в большей степени, чем обычно. Когда человек умирает и становится демоном, то его душа испытывает огромный стресс. Не каждая душа может это выдержать и бывает так, что после становления она раскалывается. Нечто (Лис) — это осколок души L, точнее человека, которым она была до своей смерти. Он её вторая личность, если быть точнее. При расколе души главенство занимает самая сильная часть, но в их случае Лис принял авторитет L беспрекословно. Да, не сразу, но принял. Он говорит, что дело в том, что их силы равны. L же знает, что он до одури боится Старшего. И пока тот жив, Лис не будет даже пытаться сделать что-то подобное. Потому что L принадлежит Старшему, а значит, что её лучше не трогать, если хочешь жить. Со временем он начал уважать своего вожака. Потому как в ней совсем не было страха перед Тёмным Лисом и в начале жизни Нечто она спасла его от быстрой расправы. За столько лет они научились жить сообща и не то чтобы хотели что-то менять. Иногда L пускает его "порулить", но всегда держит руку на пульсе, потому что Нечто, как ребёнку, жизненно необходимо нажать все кнопки и желательно сразу. Ну и с ним не так скучно. Стоя около здания, где живёт девушка, кицунэ долго смотрела вверх, уже зная какие именно окна нужно высматривать. В них была тьма, которая и должна быть, когда человек спит. Но не могло быть всё так просто. — Может ей просто захотелось поговорить? – задумчиво сказала в никуда. — В таком случае давай найдём наш ужин, я ещё помню его запах – Лис сразу оживился из-за перспективы кого-то съесть. Но кицунэ продолжала стоять под окнами, устремляя свой взор вверх. Немного поразмыслив, она идёт в сторону входа под недовольное сопение Нечто. Проходя мимо ресепшена, ей не приходится как-то воздействовать на консьержа, потому как он сладко спит, откинувшись на спинку кресла . Каждая ступенька даётся с трудом, своим нутром она понимает, что её действия переходят все границы. Идёт туда, не из-за чьего-то призыва, не потому что она могла бы получить какую-то равноценную выгоду, а лишь из своего беспокойства за человека. Даже люди не беспокоятся за посторонних, лишь за тех, кто близок сердцу. Что уж говорить про демонов, у которых его вроде как нет. Вот Лиса уже около знакомой двери, но открыть замок не в её силах. Компьютерный механизм слишком сложен и лисий мозг с ним не справляется. Беспомощно прикоснувшись, слышит лишь противный писк, который отвергает чужое вмешательство. С непонятной тоской демон смотрит на преграду, стараясь унюхать через неё хоть что-то. Прильнув к двери, сосредоточилась на звуках, которых внутри не было совсем, лишь работал какой-то механизм, типа кондиционера. Даже дыхания или шевеления во сне не было слышно. Там её нет. Но где может быть дитя так поздно и одна? Демон пулей летит в сторону выхода, подходит к стойке и с громким шлепком бьёт по ней, от чего консьерж просыпается и истошно орёт от испуга. Лиса невозмутимо смотрит на него и спрашивает ровным голосом: — Где девушка со второго этажа? — Что? О ком ты? – чуть успокоившись, он пытается отдышаться и понять, что вообще происходит. — Полудемон со второго этажа, почему её нет дома – терпеливо повторила кицунэ. — Уна? А, её ещё неделю не будет дома, она недавно звонила – буднично протянул парень и чуть зевнул. Лиса даже себе не сознается, что эта новость её расстроила. Ну, подумаешь, уехала, она не должна была ей говорить, да и не смогла бы. Да и зачем ей вообще это делать. Настроение пошло по прямой, но вниз. Нечто, заметив перемену настроения, подметил, что паренёк выглядит аппетитно. — Далеко она уехала? – как бы невзначай, просто из вежливости спросила. — А ты кто, вообще, такая? – неожиданно нахохлился консьерж, словно очнувшись ото сна. Незнакомая девушка спрашивает про одного из постояльцев, вроде как информацию такого рода не следует говорить посторонним. По крайней мере в инструкции именно так написано. L подзависла. Лисы всегда врут, но этот вопрос оказался не из лёгких, даже если на него соврать. Кто-то достаточно близкий точно мог бы с ней связаться и без помощи посторонних, а если человек не близок, то может и не стоит ему сообщать. Однако, этот вопрос также напомнил кицунэ, что это в принципе не её лисье дело, что там происходит. Парень подозрительно сщурил глаза, ожидая ответа на свой вопрос, а Лиса в лишь презрительно смотрит в ответ. Вдруг она опирается на стойку, от чего тот чуть вздрагивает, демон заглядывает прямо в глаза, устраивая в его голове мешанину. Что это всё лишь плод его воображения и вообще он спит, поэтому на вопросы ответить должен, иначе не проснётся. И не врёт же. — В больнице она, в который раз уже. Вообще, она там довольно частый гость.Хотя кто-то близкий должен был об этом знать – как на духу, выложил горе-конспиратор, не упуская возможности кинуть камень в чей-то огород. Но L уже не слушала его, следуя на выход из здания. Значит, больница. Демону пришлось побегать, чтобы найти нужную больницу и не сожрать всех тех, кто не говорит информацию по первому требованию. Столько ненужных вопросов вместо того, чтобы просто узнать поступал такой-то человек или нет. Кто вы? Кем ей приходитесь? А какое ваше дело? Лишь в пятой ей не пришлось наталкиваться на местных церберов, потому что знакомый запах она почувствовала, когда подходила к зданию. Довольная тем, что поиски закончились и не оказались безрезультатными, она заходит внутрь и даже видит дитя около стойки регистрации. Только теперь она не торопится подойти к пропаже, хоть и искала её с таким упорством. Рядом с Уной стоит женщина и они о чём-то разговаривают. Та явно отчитывает девушку, потому как весь её вид говорил, что она извиняется за своё поведение и просит прощения. Может это её мать? Чуть склонив голову, демон издали наблюдает за этой парочкой. Даже Нечто подключился, любезно напоминая, что такой дитя они видели в их первую встречу. Вот только в тот раз она была ни в чём не виновата, но чувствовала себя именно так. L решает подслушать их разговор и то, что она слышит ей совсем не нравится. Круто развернувшись, она уходит, откуда только что пришла. 🌿 🌿 🌿 Не грубить. Не плакать. Извиняться. Если б Уну спросили способы выживания, таких как она, то услышали б эти три глагола. Когда ты не такой, как все, то необходимо находить какие-то свои критерии, которые помогут тебе жить более менее по-человечески. В этот раз ей пришлось добираться с работы до дома самостоятельно, обычно, на такие случаи, она вызывает такси, которое довезет точно до адреса, где уже безопасно. Но по дороге она вспомнила, что ей нужно зайти в магазин и попросила высадить её раньше. Момент того, как уже вышла из магазина, она прокручивала сотню раз и не помнила, что где-то была невнимательна. Но, видимо, всё же была, раз попала под машину. И как итог сломана нога, на машине царапина и мать девушки, сидевшей за рулём, ест её мозг без использования столовых приборов. — Ты же понимаешь, что никаких денег таким способ ты не добьёшься. Если я буду каждого кормить, кто не хочет работать и готов прыгнуть под машину ради компенсации и каникул на больничной койке, то давно бы уже пошла по миру – она посмотрела на Уну с тонной превосходства в глазах. Девушка лишь тихо вздохнула, когда вспомнила, что завтра она не попадёт на любимую работу. И вообще ближайшую неделю будет прохлаждаться тут, когда её цветам требуется уход. Хорошо хоть Джон будет их поливать, но это же не всё что нужно с ними делать. Места в палате ей не нашлось, поэтому какое-то время ей придётся лежать в коридоре, пока оно не освободится где-нибудь. Так что это мало походит на отпуск, но говорить всё это пустая трата времени, что лишь продлит тираду этой женщины. — Особенно, такие как ты, всегда находят способ, как поживиться чем-то у простого народа. А как испугалась моя дочь из-за тебя, а царапина на машине – взмахнула руками, не сдерживая эмоции. Как можно сравнивать сломанную ногу с царапиной на машине? Уна лишь стояла и смотрела в пол, в ожидании конца этого "разговора", чтобы вернуться на свою койку и наконец-то лечь. Сломанная нога ныла, а попросить обезболивающее девушка постеснялась. Так бы и стояла до скончания времен, если бы к ним не подошёл человек в чёрном костюме. Не хватало, чтобы кто-то пришёл поддержать женщину, потому что это грозило запустить головомойку по второму кругу. — Госпожа, почему я узнаю всё самой последней? Женщина замолчала. Уна бы не обратила внимание на подошедшего, если б не узнала этот голос. Поднимая взгляд, она встречается с глазами Лисы, которая легко улыбается ей уголками губ. Теперь на ней шикарный чёрный костюм и туфли на каблуке из-за чего она чуть выше, чем обычно. И ответ на свой вопрос она ждёт именно от девушки. — А Вы кто? – первой из них отмерла женщина, которая с подозрением уставилась на демона. — Ох, прошу прощения, я не представилась. Я — L, адвокат Госпожи Минт – Лиса встала между ними, заслоняя собой ошарашенную девушку. — Теперь все контакты с моим клиентом будут проходить через меня. Лиса хищно улыбнулась прекрасно чувствуя какие эмоции испытывает её собеседница. Та же попыталась снова заговорить именно с Уной — Ты наняла адвоката, мелкая дрянь? – прошипела разъяренная женщина. Кицунэ, на долю секунды, сверкнула глазами. — Что в словосочетании "через меня" Вам непонятно? – L перехватила её взгляд, не давая заглянуть в глаза девушки. — Я объясню. Один очень влиятельный и занятой человек попросил меня работать с госпожой Минт, но Госпожа так привыкла действовать в одиночку, что совсем забывать говорить мне о своих проблемах. И я бы посоветовала тебе – с нескрываемой угрозой, спокойно сказала кицунэ — попридержать свой язык от оскорблений, иначе к иску о наезде присоединится иск об оскорблении личности. " Иначе мы его с радостью вырвем" – вставил свою лепту Нечто, на что L слабо фыркнула. — Вы собираетесь идти в суд? – испуганно спросила адвоката женщина. Теперь, когда с ней заговорили на её языке – языке запугивания – она сразу забыла про потерпевшую, обратив внимание на её официального (якобы) представителя. — Да, и я уж подумала Вы здесь, чтобы предложить нам компенсацию. Но никак то, что Вы пришли усугублять своё положение – демон поднял чемоданчик, который держал в руках — Поймите, мы с лёгкостью выиграем это дело, мне даже ничего не нужно будет говорить. Улик предостаточно. – он начал перебирать кучу бумаг, показывая, что это всё доказательства вины её дочери. — Плюс ко всему, скажу по секрету, судья жуть как не любит недобросовестных водителей, у него ребёнок пострадал от такого, так что он сожрал бы Вас вместе с косточками и без всяких улик. Женщина молчала и видимо обдумывала свои шансы. Их изначально было очень мало, но была надежда, что она сможет запугать девушку и та не пойдёт в суд. Теперь, если об этом узнает муж, то дочери придётся очень несладко. Лиса же следила за её душевными метаниями со сладким чувством удовлетворения. Дитя сзади неё стояла тихо, лишь слабо ткнулась лбом в её плечо. Развернувшись, она встречается с её обеспокоенным взглядом. — Как твоя нога? Сильно болит? — Нет, почти не болит – а у самой чуть ли не слезы из глаз. L на эту ложь тихо хмыкнула, но ничего, с этим она ещё разберётся. Перехватив медсестру, она передаёт в её руки девушку и говорит, чтобы её отвели в самую лучшую палату и дали обезболивающего. Уна испуганно уставилась на демона, но та лишь мягко подтолкнула дитя, чтобы шла за медсестрой. — Итак, что Вам нужно? — Лично мне ничего, а вот Госпоже надо оплатить пребывание в платной палате этой больницы, миллион в качестве моральной компенсации, ну и чтобы на глаза ей больше не попадались. Справитесь? — Миллион? За ногу? Вы шутите? — Не шучу. Вы правы, в суде нам бы присудили гораздо меньше, но Вы ведь для того и платите, чтобы до суда дело не дошло. Так вот миллион – это не цена, как вы говорите, за ногу, это цена за спасение вашей репутации, точнее вашего мужа. За ногу этого ребёнка я бы забрала ногу вашей дочери. Подумайте с чем бы вы охотнее расстались – холодным тоном говорит Лиса. Это какая-то ошибка Уна сидит на мягкой кровати платной палаты, сотрясаемая мелкой дрожью. Всё произошедшее сегодня было для неё грустной, но обыденностью, ровно до того момента пока не пришла L. Нет, не то чтобы это был первый раз, когда её защитили. Пару раз за неё вступался Джон, за что получал выговор и проблемы со своим начальством. Конечно, его это мало останавливало, но Уна стала упрямо пресекать любые попытки вмешаться. Но в этот раз всё шишки упадут на голову глупой Лисы. Тихо хныкнув от боли и обиды, девушка затравленным волком смотрит на дверь в ожидании. Пусть скажут, что это какая-то ошибка или чья-то жестокая шутка. — Дитя! – Лиса врывается радостным ураганом в палату, от чего девушка испуганно подпрыгивает и морщится, потревожив больную ногу. — L! Ты зачем это сделала? – сердито вскрикнула Уна, чуть тише добавив: — Я не смогу оплатить пребывание в этой палате. — А это и не нужно! Всё уже оплачено – демон лукаво смотрит, чувствуя её настроение. — Это даже хорошо, что ты злишься. Уна подозрительно уставилась на довольную Лису, что она успела натворить, пока девушки не было рядом. Заплатила сама или ...? — Ты заставила её заплатить за меня! – L лишь слабо крякнула на это. — Что, значит, заставила? Я предложила ей выбор, и она его сделала. И пусть угроза была вполне осуществимой. — Но зачем? — Ты хочешь, чтобы они заплатили как-то иначе? Око за око, ногу за ногу – в глазах кицунэ заплясали черти, точнее один особо голодный захлопал в ладоши, а её улыбка стала пугающей. — Я, конечно, хотела сделать именно так, но не думала, что ты одобришь это. — Нет-нет, L, – испуганно пискнула Уна. — Извинений было бы достаточно. Черти стихли, точнее измученно застонали и пошли курить в сторонку. Лиса задумалась. — Извинений? Могу устроить... – L озадаченно посмотрела на девушку – Только зачем они тебе? Им грош цена, искренне они это не скажут. Я подумала, что-то материальное будет полезнее. — Мне бы хватило извинений – даже их она услышать не надеялась. Люди не любят просить прощения, а то, что редко встретишь тоже высоко ценится. По крайней мере для Уны это так. — Ещё не поздно вернуть им деньги за палату. Лиса села на край её кровати и с непониманием посмотрела на неё. — Вернуть? Я не имела ввиду заменить их помощь на извинения. Это могло быть приятным бонусом, но никак не ценой их прощения. — Но мне было бы хватило и этого. — Дитя, они тебе ногу сломали – прорычала кицунэ. Ещё немного и она начнёт жалеть, что не откусила им ноги. — Но не специально же – прошептала девушка со слезами на глазах. L долго смотрела в её глаза, в которых море, вселенская грусть и слёзы, неспешащие наружу. Что с ней сделали, раз она позволяет топтать себя каждому встречному и рычит, если этого не происходит. — Если б это было специально, я бы сломала ноги всем из их поганой семейки и заставила ползать за тобой, умоляя о прощении – с пугающим спокойствием сказала Лиса. — Их спасло лишь то, что она правда не хотела этого делать. — Ты говоришь ужасные вещи... — То, что говоришь ты гораздо страшнее, Дитя. Послушай, она совершила наезд, неважно специально или нет, это сделано: твоя нога сломана, тебе больно - демон посмотрел на ногу девушки - на работу ходить не сможешь, значит страдает твой заработок, а ведь нужно будет оплатить лечение, лекарства, другие платежи. Не забывай, что ты ещё умудряешься помогать другим. Лиса встала с кровати и подошла к окну. — Если б она после этого оплатила твои расходы и попросила прощения – без моего давления – тогда ладно, будь по твоему. Но она не сделала, мало того, вместо неё приехала её мать и давила на тебя, ещё больше пугая. Они ещё легко отделались.