Who is the Beast?

Эта неделя прошла очень быстро. Заскучать времени просто не было, то процедуры, то разные анализы. Джон приезжал чуть ли не каждый вечер и веселил историями, которые произошли с ним за день. Их было у него так много, словно он не в полицейском участке работал, а в цирке. L больше не приходила, после того, как она убежала, ни через день, ни через неделю. Уна старалась об этом не думать, но перед сном, когда Джон уходил, а процедуры уже все сделаны, мысли сами начинали бежать по протоптанной дорожке. "Почему она не приходит? Занята чем-то или просто не хочет?" В последний день пребывания в больнице Уна проснулась раньше обычного, хоть и привыкла к ранним подъемам. Всё утро ходила хвостиком за врачом, который почему-то не спешил выписывать девушку. Лишь ближе к обеду документы были готовы и девушка радостно пританцовывая, выпорхнула из палаты. В этот раз Джон строго-настрого запретил ей уезжать одной. Не хватало ещё раз попасть в эту больницу, больше Лиса не сможет ей помочь. Он рассказал, как её заметили убегающей из города, а обратно она не возвращалась. Уна на это натянуто улыбнулась, прошептав надежду о её благополучии, но как только он ушёл — она разрыдалась. Какое же было её удивление, когда сидя около регистратуры, девушка заметила знакомую рыжую макушку. Разволновавшись, Уна вцепилась в ручку своей сумки и уставилась в спину уходящей Лисы. Та направлялась в сторону выхода, не обращая внимания ни на кого вокруг. "Она же уйдёт" Тихо всхлипнув, она бросилась догонять демона, отчаянно размахивая руками и сумкой. — L! – крикнула Уна, напугав при этом людей вокруг себя. Кицунэ сделала вид, что не слышит, продолжая идти, вот только лисьи уши, которые теперь появились на её голове заинтересованно повернулись в сторону девушки. — L, подожди! – она почти догнала Лису, когда та наконец-то остановилась и, глубоко вздохнув, начала поворачиваться. Напускная маска равнодушия вмиг рушится, когда она видит, что ребёнок распахивает свои руки, собираясь кинуться на демона с объятиями. Во взгляде снова проскальзывает страх и всё, что демон успевает сделать — это выставить руку вперёд, а Уна, не успевая остановиться, впечатывается в неё своим лицом. Лиса быстро отнимает руку и старается выглядеть как можно более невозмутимо и у неё с трудом, но получается. Уна же светится от счастья так сильно, что демон невольно щурится. — Привет. Я так боялась, что ты уйдёшь. L молчит, лишь внимательно смотрит на девушку, которая ещё пытается отдышаться от бега. — Ты сделала татуировку? – тяжело сипит Уна, разглядывая шею Лисы, та в ответ лишь сверкнула глазами. — Тебе очень идёт, это ведь шиповник? Демон перестаёт агриться и с удивлением смотрит на девушку. Шиповник? Она совсем не обратила внимание, какое именно растение окольцевало её, даже мысли не возникло проверить. Зато истерический хохот чуть не оглушил кицунэ, когда Лис неожиданно дал знать, что он тоже здесь. — Хахаха, Шиповник? Этот тот, что собачьей розой кличут? Боже, хахахах, ну надо же... Уна не понимала, почему L на неё уставилась и что именно не так. Но сказанное ею настолько сильно отразилось на настроении демона, что он просто развернулся и пошёл к выходу. Девушка поторопилась вслед за ней, спрашивая на ходу: — Ты не знала, что это Шиповник? Почему тебя так это расстроило? — Потому что я не хотела этого, – злобно прошипела Лиса. Кто-то насильно бьёт татуировки демонам? Какой-то сумасшедший, наверно... — Ты хотела другую татуировку, а тебя неправильно поняли? – осторожно предположила Уна. L громко фыркнула и резко встала на месте, так что Дитя чуть не налетело на неё, чудом остановившись. — Это не татуировка, понятно? Это метка и я её не хотела: ни эту, ни другую. Уна осторожно кивнула, хотя понятия не имеет, что это значит. Хотела задать ещё один вопрос, но терпение демона уже на исходе. Если достать её с вопросами, то она просто уйдёт, а этого девушка никак не хочет допустить. Что может значить метка шиповником? Это очень полезное растение, вкусно пахнет, но может уколоть шипами. Совсем как L. Уна сдавленно хрюкнула, пытаясь сдержать смешок, за такое сравнения можно и по шапке получить. Лиса мельком глянула на неё, не понимая чего это она веселится. Может Дитя знает, что это значит? — Я привязалась к человеку – неожиданно выпаливает демон, наблюдая за реакцией девушки. — Не хотела, но так получилось. Дитя распахнуло глаза и тихо спросило: — Тебе было больно? — Сейчас, нет. — Шипы могут уколоть тебя? — Да... Девушка задумалась. — L, может я поговорю с ним? — С кем? — С человеком, к которому ты привязалась – теперь настала очередь Лисы сдерживать смешок, хотела б она посмотреть на такое представление. — Что же ты, интересно, ему скажешь? — Что ты не хотела этого, чтобы он тебя отвязал. L перестала улыбаться, вмиг погрустнев, и печально посмотрела на Дитя. — Он не захочет меня отпускать, когда узнает, что я не могу уйти... он не отпустит. Уна задумалась. Какие же всё-таки люди эгоисты, зачем держать кого-то рядом с собой, если он хочет уйти. — Слушай, может денег ему предложить? У меня есть. — Они тебе что, не нужны? — Нет, я предложила их Джону, а он отказался. Вы все говорите, что я должна потратить их на себя, но мне ничего не нужно. И если есть возможность, что с помощью этих денег, я смогу помочь тебе, то я хочу потратить их именно на это. Что-то кольнуло в груди. Дитя так искренне хочет помочь, но хочет ли она что-то взамен этой помощи? Что сделает, если узнает, что Лиса привязалась именно к ней? Что ничего уже не нужно делать, чтобы она осталась в городе на неопределённый срок. Люди могут до последнего быть милыми, пока не почувствуют выгоду для себя, вот тут просыпается жадное чудовище, которое никак не отпустит своё. — Он не возьмёт. Думаешь такой демон, как я, стоит лишь миллион? Если он попросит, я ад на земле могу устроить, да и не интересны ему деньги. Ад на земле? Могла ли Лиса из её сна уничтожить город по чьей-то просьбе? Девушка испуганно вытаращилась на демона, нужно как можно быстрее вытаскивать её из лап этого типа. — А как он... От дальнейших расспросов демона спасает Джон, который подъехал к ним на машине. Лиса и мужчина синхронно закатили глаза, стоило им лишь увидеть друг друга, как бы говоря "опять он, но я ни капли не удивлён". — За тобой приехали, – кицунэ сделала вид, что никакого вопроса не было и тихонечко подтолкнула Дитя в сторону машины. Но Уна не собиралась так легко расставаться, поэтому увернувшись от толкающей руки, приглашает Лису на чай. — Чай? Он разве был у тебя дома? – было бы прекрасно, если б в тот день она нашла хотя бы его. — Нет, я обычно не пью его. Но в день, когда меня сбила машина, я вышла, чтобы купить чай и печенье... думала, ты придёшь, – и смотрит такими хитрыми глазюками. Джон устал ждать, пока эти двое договорятся и высунулся из машины, поторапливая их: — Вы идёте или как? – девушка кивнула, а Лиса вопросительно посмотрела на обоих. Она вроде никуда не собиралась. — Давайте быстрее, я как бы на работе должен быть. Уна заторопилась, и правда, зачем задерживать человека. Только вот L по-прежнему стоит на месте, но не долго думая девушка хватает её за руку и тянет за собой. И даже непонятно от чего кицунэ в большем шоке: от того, что её вот так просто сцапали или от того, что она совсем не сопротивляется этому. Что с этим миром? Посреди белого дня демона похитили. Джон от такой картины чуть ли не хохочет, нужно было сфотографировать её растерянное лицо, чтобы распечатать и в рамочку повесить. Потом, конечно, спасаться от ярости демона, но это явно того бы стоило. Когда Уна всё-таки затолкала L в машину и с победной улыбкой закрыла дверь, мужчине даже стало жаль Лису. — Пусть тебя не обманывает её облик невинной овечки, когда ей что-то надо, то в ней просыпается нечто очень наглое. L чуть обиженно посмотрела в его глаза, а потом и на девушку, но выходить не стала. Лишь сделала вид, что всё под контролем и вообще она сюда сама залезла. — Ладно, показывай этот твой чай. — Ты должно быть шутишь... Уна убежала ставить чайник, который ещё пришлось мыть. В этом доме чай пьют очень редко и в последний раз это было чуть ли не при переезде, поэтому он выглядит страшнее голодного демона. И вообще, какое-то время он даже был цветочным горшком. А Лисе сунула пакет собственно с чаем и печеньем. И если второе оказалось съедобным с натяжкой (по меркам демона), то сам чай представлял ужасное зрелище. Во-первых, чай оказался в пакетиках. А туда, как известно, пихают то, что плохо лежало. Во-вторых, даже в сухом виде, он пах, как старый носок, а что будет когда его заваришь? И ко всему остальному, ребёнок оказался или большой транжирой, или планировал поить демона чаем каждый день по три раза. Потому как упаковку она купила просто огромную, на сто пакетиков. Оптом дешевле, прости господи. Лиса крутит пачку в руках, чтобы найти адрес их производства, планируя заявиться к ним после и запихать весь этот вонючий чай в... куда надо короче запихнуть. Стопроцентное качество, и не постеснялись написать такое, лжецы. От плана возмездия её отвлекает Уна, которая всё-таки возвращается в комнату, вся красная и потрепанная. После такого вида было бы очень обидно, если чайник не окажется как новенький. — Всё, я поставила воду греться, – девушка устало падает на диван, озаряя счастливой улыбкой всю комнату. Радости столько, словно она по меньшей мере мир спасла, а не возилась с видавшим все ужасы мира чайником. L же старается на неё не смотреть, вцепилась в коробку с чаем, как в спасательный круг, и глядит куда угодно, только не на неё. Например, на ещё один чайник, в котором сидит гардения, в этом доме совсем не знают для чего нужна посуда? — L, думаю, ты ошиблась и я всё-таки полудемон — Это почему же? Девушка вытянула ногу, которая ещё совсем недавно была в гипсе и коснулась места, где был перелом. — Моя нога очень быстро зажила, представляешь? На следующий день уже всё было в порядке. Посмотрев на Лису, она обнаружила, что та пристально смотрит на неё странным взглядом. — И часто ты попадаешь в больницу? – и не дожидаясь её ответа добавила: —Думаю, да. И каждый раз кости срастались так быстро? — Только в этот раз. Все предыдущие случаи она проводила в больнице ровно неделю, после чего тело ещё несколько дней ныло и болело. Но в этот раз всё зажило так быстро и совсем не было боли. L отвела взгляд, как только заметила в её глазах огонёк понимания. — Ты... ты что-то сделала, ведь так? — Что там с чаем? – демон слышит какой-то свист. — Подожди... ты вылечила мою ногу? Ты можешь лечить людей? — Лечить нет, но могу лишь забрать боль, – вообще-то не только боль, но знать ей это необязательно. Уна с подозрением посмотрела на Лису, что-то она точно не договаривает. Что значит "только боль", если перелома тоже как не бывало. Но этот разговор она решила оставить на потом, L уже смотрела на неё, словно готова откусить палец. Да и чайник уже должен был закипеть. — Как тебе чай? — Один человек всю жизнь не мылся, пил и бродяжничал, после чего пошёл на помойку и там сдох. Его тело кремировали и расфасовали в эти пакетики, – скривилась L, отпивая из кружки. — Сама чего не пьёшь? — Он мерзкий, я лучше воды попью. Лиса понимающе кивнула и снова отпила чай скривившись. Посмотрела на коробку, где осталось лежать ещё девяносто девять пакетиков смерти и обратилась к Дитя: — Ты где его вообще купила? Ещё так много. — Я не глядя взяла, – смущённо улыбнулась Уна. — Поверь, если б я попыталась выбрать, то было бы гораздо хуже — Ужасный вкус, – и снова чуть-чуть отпила. Девушка, с теперь уже горящим лицом, попыталась схватить оставшиеся пакетики, чтобы их выкинуть, но те были ловко перехвачены, готовым к такому броску, демоном. — Отдай, я их выброшу... — Зачем? В доме всегда должно быть что-то, чем можно спровадить непрошенных гостей – довольно улыбнулась L, не всё же ей одной краснеть. — Ты тогда не пей его... Теперь обе сидели с румянцем на лице. Никто из них не знает, как разбавить неловкость, которая возникла между ними. Лиса пила чай и почти не морщилась, а Уна задумалась: отбирать ли теперь у неё кружку с чаем или нет. Звенящую тишину нарушает телефон девушки, который коротко пиликнул, оповещая о пришедшем сообщении. Уна включает его и начинает что-то печатать, демон, не отрываясь от чаепития, тянется в её сторону и пытается подглядеть. — Что значит вопрос "ты жива"? – тихо спрашивает кицунэ, не опуская кружки. Девушка прекращает печатать и с удивлением смотрит на неё: — Ты можешь читать сообщения? — Это тяжело. Но если очень сконцентрироваться, то по одному могу, – ребёнок от её слов снова просиял, что насторожило демона. В который раз. — Мне не нравится, когда ты так на меня смотришь. Уна лишь с ещё большей улыбкой начала печатать сообщение в телефоне, изредка кидая хитрые взгляды на Лису. И экран отворачивает от любопытного демона, мерзавка. L обиженно надулась и злобно сюрпает чаем, но в какой-то момент по лицу пробегает странная тень. Что же я делаю? Сижу и любезничаю с человеком, к которому имела неосторожность привязаться. Но почему нахождение здесь чувствуется так естественно? Словно, я ... Дома Кружка уже дважды опустела, Лиса вызвалась убрать последствия чаепития, потому что пила она одна, а Уна занялась своими растениями, которых вынужденно забросила на целую неделю. Убирала засохшие листочки, поливали, где-то добавляла подкормку и так далее по списку. Демон снова занял диван и теперь уже наблюдал за её действиями. Ребёнок полностью погрузился в свое занятие и мало обращал внимание на чьё-то присутствие, лишь изредка задавала вопросы. Когда через какое-то время она обернулась посмотреть, чем занята L, то обнаружила, что та прислонилась к спинке дивана и закрыла глаза. — А говорила, что не будешь тут спать, – не то чтобы она была против – это демон вечно бузит по этому поводу. — Закрытые глаза ещё не значат, что я сплю, – медленно протянула Лиса. — Может, я траванулась твоим чаем и медленно умираю. Уна фыркнула от её слов, чуть не срезав здоровый листок. — Сама виновата, я предлагала выкинуть его, но ты отказалась, да ещё и выпила три кружки. В ответ демон ничего не сказал, лишь слабо пожал плечами. Но Дитя этого уже не увидела, так как вернулась к своему делу. Цинии слишком соскучились за неделю и требовали к себе больше внимания. Когда девушка закончила с последним цветком на этот день, то взглянула на диван, где расположилась кицунэ. Та лежала в той же позе, вот только почему-то не было видно, чтобы она дышала. — L, – тихо позвала Уна. — Это не смешно. Лиса никак не отреагировала на зов. Девушка подошла ближе, прислушиваясь к каждому шороху, но слышала лишь звук своих шагов. Даже сердцебиения не было слышно, а могут ли люди вообще почувствовать чьё-то биение сердца на расстоянии? — L, пожалуйста... Минт залезла на диван и подползла к лисице. Нужно проверить бьётся ли пульс и после этого вызвать кого-нибудь. Чёртов чай, говорила же ей не пить его. Рука осторожно тянется к шее демона, если он не спит, то откусит ей руку за это, касается чернильного рисунка шиповника на коже Лисы и тот же миг теряет сознание.