Who is the Beast?

— ... я его и поливала, и подкормку сыпала. Ничего не помогает. Уна натянуто улыбнулась и тяжко вздохнула. Иногда люди приходят, чтобы просто поговорить обо всем на свете. Дело совсем привычное, но именно сегодня вникнуть в суть разговора сложно, потому что мысли витают в другом направлении. Джон сказал, что зайдёт, чтобы передать L телефон и научить им пользоваться. Никто из них не знал, как именно она отреагирует на эту затею, хоть Уна и сказала, что ничего плохого Лиса не сделает. Поэтому единогласно (конечно нет — кто старше, тот и прав) пришли к выводу, что идти нужно ему. Теперь девушка как на иголках весь день: получилось у них или нет. Согласилась ли L на эту авантюру или пора бы уже начать волноваться за самочувствие друга. — ... внучек мой, тот ещё паразит. Попросила я его приглядеть за моим... – продолжает делиться новостями покупательница. Девушка же вынырнула из своих размышлений и попыталась вникнуть в суть её монолога. Бесполезно. Как и начинать смотреть сериал с середины. Ничего не понятно, хоть и повествование довольно увлекательное, герои цепляют, но знать бы с чего началось для понимания происходящего. Уна прислоняется к прилавку, так, чтобы можно было опереться, но и не развалиться. Уставившись на болтающую старушку, она начинает подмечать, что некоторые её действия очень схожи с действиями Лисы. Нет, само собой, демон менее разговорчив и у него скорей всего нет внуков. Хотя, всякое может быть... Но схожести всё же наблюдаются. Например, они одинаково морщат нос, когда видят, как кто-то ест фастфуд. L ещё и недовольно фырчит, когда приходится есть что-то подобное. Или одинаково закатывают глаза, когда их не устраивают чьи-то проделки. Рассказывая про своего внука, женщина несколько раз подняла глаза к потолку. L также их закатывает, когда рассказывает про неприятности, в которые успела влипнуть Дитя? От этого наблюдения девушка прыскает, и, смутившись своего невежества, старается снова вникнуть в её слова. Лиса бы уж точно рассердилась, если б кто-то вот так нагло её не слушал. От таких сравнений вообще захотелось хохотать, но Уна сильнее всего этого. — ... я прихожу домой, а он погрыз мою пеперомию, – сокрушенно заканчивает повествование покупательница. — Внук?? – спрашивает Уна, находясь в лёгком шоке от услышанного. — Что ты, девочка, мой кот. Девушка потупилась: когда в этой истории успел появиться кот? Но та лишь улыбнулась, совсем не обидевшись на невнимательного слушателя. Прозвенел дверной колокольчик, оповещая о новом посетителе, и внутрь зашёл молодой мужчина в дорогом костюме. Он остановился около витрины с букетами и задумчиво на них уставился. — Добрый день! – Уна здоровается с вошедшим, на что тот лишь кивает головой и негромко отвечает на приветствие. Увидев, что теперь она не одна нуждается во внимании продавца, пожилая дама собралась уходить, чтобы не отвлекать её от работы. Все, что нужно, она уже купила и рассказала. Последнего получилось даже больше, чем планировала, хотя Уна всегда рада послушать чьи-то истории, только сегодня мыслями она совсем не здесь. — Пойду-пойду, моя дорогая, что-то я совсем засиделась с тобой. — Мне было приятно провести с Вами время, приходите ещё, — улыбается, ведь на самом деле беседа принесла ей удовольствие, хоть большую часть она прослушала. — И приносите его с собой, я посмотрю, что можно с ним сделать. — Внука?? — Нет... – не сдерживает смешка девушка – цветок, пеперомию. Я посмотрю, как ей помочь. После её ухода Уна подходит к мужчине, который до сих пор не сделал свой выбор. — Может Вам помочь? Для кого выбираете букет? — Для близкого человека, — он облегчённо вздохнул, словно ждал, когда девушка подойдёт. — Подарок без повода или по случаю праздника? — Я нигде не могу найти именно то, что он хочет, — говорит с непонятной обречённостью в голосе. — Может быть Вы в силах мне помочь? — Конечно! Сделаю всё, что смогу. Что хочет Ваш близкий человек? — Лису. Девушка замирает, шокировано уставившись на странного посетителя. Не в первый раз люди не обращают внимания, в какой именно магазин зашли и спрашивают товар, которого здесь быть не должно. Уже дважды хотели приобрести певчую птичку или хомячка, но лису? Лисы изначально дикие животные и не так много мест, где можно их купить. Если только в питомниках или у Охотников. Но даже там нельзя просто прийти и получить желаемое, потому что нужно собрать кучу бумаг и пройти много тестирований. Уна не знает всех деталей такой сделки, но неприятное чувство подсказывало, что этот человек осведомлён лучше неё и оказался здесь не потому что ошибся. — К сожалению, не смогу Вам с этим помочь. Мы не торгуем животными, только цветами, — девушка улыбнулась, в надежде, что услышав это, мужчина уйдёт. Но какой бы ни была его цель прихода, он не собирался сдаваться так просто. От него не ускользнуло, как переменилось её настроение, хоть цветочница и вела себя также дружелюбно. — Да, я заметил, что здесь лишь растения. Возможно, Вы неправильно меня поняли, а, возможно, только делаете вид, что не поняли. Мне нужна Лиса-демон, то есть кицунэ, а не простой зверёк. Это совпадение. — Здесь нет ничего подобного. — Здесь нет, а у Вас есть. Не нужно отпираться, я знаю, что это так. Уна направилась к прилавку, прижимая руки к груди, чтобы хоть как-то унять начавшуюся дрожь. — Мы дружим... Разве можно продавать друзей? — Хороша дружба, а метка на её шее нарисованная что ли? – начал злиться мужчина. Метка. Неужели это значит, что человек, к которому привязалась L, может продавать её, как породистую собаку? Если сейчас она скажет, что он ошибся и искать нужно совсем другого человека. Наверняка он его найдёт и уговорит продать Лису. Пока он не знает о привязанности, демон может жить свободным (и рядом). Нужно быстро что-то придумать. Мужчине надоело ждать, когда девчонка скажет хоть что-то поэтому словно змей-искуситель, он начал подбирать варианты, которые могли бы заинтересовать её. — Всё в этом мире имеет цену, скажи мне, чего хочешь ты? Хочешь получить этот магазинчик или квартиру, в которой ты живёшь, – значит ли это, что он знает, где она живёт? — Мне это не нужно... — Может ресторан или домик у моря? – говорит спокойным голосом, словно это ничего не стоит. С каждым его словом Уна чувствует, как что-то сдавливает шею и становится трудно дышать. — Поступим проще, откроем счёт в банке, потратишь их как сама захочешь. Они заберут её. Неважно, согласится Уна на их условия или нет, эти люди найдут способ. Её сердце испуганным зайцем колотится, в ушах уже слышится тихий свист. Захочет ли Лиса сама уходить? — Могу Я подумать? – тихо говорит девушка, обнимая себя руками. Лёгкий озноб сковал её тело, хоть помещение неплохо отапливается и даже зимой не бывает сквозняков. — Конечно, зайду тогда завтра, – легко соглашается мужчина, даже не спросив, работает ли она завтра. Знает же, что работает. Почти получив то, что ему было нужно, собеседник не стал больше задерживаться и направился к выходу. Как только дверь после него захлопнулась, Уна прислонилась спиной к прилавку и медленно сползает на пол. Прерывистым дыханием пытается согреть ледяные ладони, мысли её испуганно скачут одна за другой. Но все они об одном: как не допустить, как не лишиться. Её телефон, лежащий на прилавке мигает огоньком, уведомляя о пришедшем сообщении, вот только никому не было дела до этого. Фырчащим ураганом кицунэ забегает в цветочный магазин. Рабочий день закончился и Дитя уже было готово закрываться, но теперь лишь испуганно таращится, не сходя с места. — Вы для этого задумали этот трюк с этой адской машиной? – говорит Лиса с убийственным взглядом. Тон её голоса пробирает до мурашек, Уна слегка поежилась. — Чтобы мне различные указания по нему передавать? Демон подходит ближе и смотрит сверху на взволнованную девушку. — Нет, L, конечно нет, я... — Расслабься, я шучу, – взгляд её смягчился, уголок губ на секунду дернулся в подобии улыбки. L пришла в хорошем настроении, эксперимент с телефоном, можно сказать, удался, да и остаток дня прошёл в приятных — для демона — хлопотах. Чего уж не скажешь о Дитя. От него так сильно пахнет страхом, неужели она перестаралась с запугиванием? Уна заметно расслабляется и пытается улыбнуться, хоть и выходит это слишком вымученно. К концу дня девушка успевает успокоиться после прихода странного посетителя, но стоило увидеть кицунэ, как паника охватывает её снова. Никто бы не заметил её переживаний, даже Джон, потому как она умело их скрывает. Внешне остается такой же лёгкой и беззаботной. Вот только для демона, питающегося эмоциями — это молчание было громче крика. Даже лисьи уши пришлось спрятать, они не выдерживали такой концентрации страха, что было довольно странно. Раньше же она её не боялась. — Что с тобой? Снова испуганный взгляд, от которого становится тошно. Вопрос, конечно же, остаётся без ответа, Лисе лишь остаётся выжидающе пялиться. Уна осторожно поднимает глаза и останавливается на шее демона. Всё из-за этой метки. — На улице так холодно, почему ты не одеваешься теплее, – совсем не попытка перевести тему, просто промелькнула мысль, что, будь на демоне больше одежды, никто бы и не заметил метку. — Я не чувствую холода. — Зато из-за тебя я чувствую его, – недовольно говорит девушка, чуть поежившись от вида голой шеи. На улице вообще-то почти что снег идёт. Лиса не успевает спросить, почему её вообще должно это волновать, как девушка решительно подходит к ней, на ходу разматывая шарф со своей шеи и ловко заарканивает застывшего демона. Тот лишь негодующе ворчит, но никаких попыток сбросить петлю с шеи не предпринимает, как и не останавливает наглого человека, который уверенными движениями несколько раз оборачивает шарф и аккуратно подтыкает кончики внутрь. — Пошли домой, – устало вздыхает Уна, смотря прямо в её глаза, обе уже совсем забыли про вопрос, который повис в воздухе. На секунду L показалось, что Дитя успокоилось и теперь не испытывает страх, по крайней мере от неё им больше не несёт. Отзеркалив её усталый вздох, демон идёт вслед за девушкой, которая уже открыла дверь магазина, впуская холодный воздух с улицы и что-то печатает в своём телефоне. — Я вызвала такси, через несколько минут будет, – не отрывая взгляда от приложения, говорит Уна. — Такси? Я думала, мы пойдём пешком, – какой тогда был смысл встречать её? Чтобы вместе прокатиться на машине? Лисе не настолько нечего делать. Долго пялиться в телефон девушка не смогла, потому что замёрзли руки, да и сам аппарат капризно запищал, угрожая выключиться. Пришлось убрать этого предателя в карман, чтобы сохранить последние проценты зарядки на всякий случай. Тут то её снова схватила в свои лапы коварная паника, повышая уровень страха в несколько раз. L уже грешным делом подумала, что это из-за неё ребёнок не может успокоиться: мало ли что ей ещё успели рассказать, ну или вдруг у девушки реакция немного запоздалая. Хотя в последнее время демона можно смело называть плюшевым (а потом и с успехом отхватить за это), так как его поведение очень уж соответствует. Хорошо хоть хвостиком не машет перед этим человеком — лишь бы не сглазить. Такси и правда приезжает через несколько минут, усталый водитель безразличным взглядом окидывает странную парочку: каких только чудиков приходится развозить по домам под вечер. Уна со счастливой улыбкой запрыгивает внутрь машины и здоровается, на что получает сухой кивок. Только Лиса почему-то не спешит садиться, так и стоит снаружи, буравя открытую дверь тяжёлым взглядом. — L? Ты чего... — Что происходит? Этот вопрос набатом звучит в голове, вся ситуация настолько странная и не поддаётся какому-то объяснению. Лиса бы не назвала себя глупой, более того, чаще всего она с лёгкостью видит мотивы людей: обмануть, соврать, украсть. Кроме этого ребёнка. Он до ужаса боится демона, но почему-то тянет его за собой. L пытается найти в его действиях хоть какую-то логику, но не понимает. А ей не нравится не понимать. Но ещё больше выводит из себя мысль, что Дитя зачем-то пересиливает себя и терпит её присутствие. Заметив отсутствие движения со стороны Лисы, Уна неуклюжим  пингвинчиком пододвигается к открытой двери машины, чтобы встретиться с ней взглядом. И как ей рассказать, когда она так смотрит? — Не говори ничего, просто поезжай домой, – злится L, не выдерживает. Больше даже на себя, потому как не сможет не проконтролировать. Вдруг она снова выйдет за хлебушком и её унесёт стая ворон. Это всё чёртова привязанность! — А ты? — У меня дела, – кицунэ упрямо продолжает играть, совсем забыв о том, что дела то имеются, а вот желания что-то делать нет. Пока демон не узнает какая муха укусила ребёнка, чтобы оторвать этой скотине её лапки и крылышки. Уна резво выскакивает из машины и в панике вцепляется в дверцу автомобиля, шепчет с таким отчаянием в голосе, чем ещё больше шокирует демона. — L, не оставляй меня... Пожалуйста, — глаза уже чуть покраснели от наступающих слёз, что упрямо сдерживаются. Снова. — Я расскажу тебе, все расскажу, ты только не уходи. — Ты не меня боишься? — Нет, что ты, я... – не успевает она договорить, как терпение водителя иссякает, и высунувшись из окошка, мужчина недовольно бурчит: — Вы собираетесь ехать или как? Вздрогнув, девушка замолкает и стыдливо краснеет, Лиса же, доведённая всей абсурдностью ситуации до нервного тика, поворачивается к торопыге, взирая на него убийственным взглядом. Нет, серьёзно. Ещё немного и кицунэ кого-нибудь покусает. Таксист сначала не обратил внимания на лисьи уши: молодёжь часто носит что-то подобное. И только сейчас задумался: почему она так легко одета? Да и не пользуются демоны услугами такси, ему вот, например, ни разу не попадались такие клиенты. Но когда эта девушка посмотрела на него и её глаза на секунду подсветились жёлтым. А губы мимолетно обнажили верхний ряд зубов и это существо угрожающе зарычало. Не укрылось от него и то, как быстро оно успокоилось, стоило лишь второй девушке прикоснуться к его руке. Ему бы испугаться. Подозрительные личности, одна из них вроде как полноценный демон, но откуда взяться страху, когда шею этого существа опутывает вязаный шарфик, убивая на корню всю его опасную ауру. Обе залезают в салон, Лиса тонет в эмоциях этого ребёнка, упрямо сжимая зубы. Почему-то мысль сожрать их показалась ей мерзкой.  "Я думаю, ей станет легче, если мы сожрём какую-то часть," – подаёт голос Лис. L это не нравится. Нечто говорит разумные вещи (в кой-то веки), но питаться эмоциями Дитя — кажется ей неправильным. Мерзким. Уна сидит у самой дверцы и отстраненно смотрит в окно. Страх истощает организм, но беспокойные мысли, как тараканы, снуют в голове, топая маленькими лапками. Включить бы свет, чтобы вся эта братия попряталась по разным углам и не мучила. Хорошо, что Лиса не ушла. Но что будет завтра? Не задумываясь, Уна тянет руку в её сторону и вздрагивает, когда ледяная кожа задевает горячую руку демона. К её удивлению та не только не отдёргивает, но и раскрывает свою ладонь, чтобы поудобнее охватить руку девушки. Длинные чёрные пальцы бережно окольцовывают и с небольшим нажимом упираются когтями в нежную кожу. Теперь уже L отворачивается к окну, чтобы не смущать Дитя своим недовольным лицом. Во рту сразу появляется привкус крови, только в этот раз послевкусие отвратительное, потому что кровь её собственная. Уна чувствует, как согревается, тепло медленно ползёт от места их соприкосновения дальше, разгоняя кровь по всему организму. Лёгкое покалывание не причиняет боли, лишь необычное спокойствие, от которого сразу захотелось спать. Когда человек видит как кто-то другой от чего-то бежит, какой будет его реакция? "Бей, беги или замри" — говорит ему его мозг. Но в мире, где есть существа более сильные, бой с ними может навлечь ряд проблем. Поэтому вполне логично, что увидев, как знакомый полудемон на всех парах несётся от неизвестной опасности, парень с ресепшена испуганно вскочил и замер. Вслед за ней медленным шагом идёт демон с таким кровожадным выражением лица, что у бедолаги консьержа затряслись поджилки. Словно почувствовав его замешательство, кицунэ останавливается напротив стойки и задумчиво смотрит на предмет в своих руках. Юноша затаил дыхание, от страха его лицо побледнело и промелькнула мысль: "если б я только знал, что этот день будет для меня последним". — L! Ты идёшь? — взволнованный окрик заставил бедное сердечко испуганного парня снова биться. Лиса недовольно буркнула, что она уже не в том возрасте, чтобы носиться как угорелая, убрала вещицу, которая оказалась телефоном, в карман и аккуратно подправила шарф, утыкаясь в него носом со слабой улыбкой. И, не обращая внимание на человека, что уставился на неё, как малахольный олень на дороге, кицунэ направилась в квартиру. В дверях она сталкивается с Уной, которая, замерев на месте, обеспокоенно осматривается и принюхивается. Лиса тоже повела носом, но ничего подозрительного не учуяла. — Ты тоже это чувствуешь? Чем пахнет? – шепчет девушка, стараясь снять обувь как можно тише. Главное, не спугнуть повара-домушника, если сейчас он находится в квартире. Но как оказалось тот самый повар, который совсем не домушник, пришёл сюда вместе с ней. Пока Уна раздевается и вешает куртку на крючок, L обходит её и движется в сторону кухни. Обувь демона рассыпается чёрной дымкой и он босиком ступает по вымытому полу. — Я сварила суп, ничем другим здесь не пахнет. Бросив сумку, девушка заходит на "кухню" следом за Лисой и подмечает какая большая работа проделана: горшки с цветами убраны, вся посуда вымыта и стоит по местам, чистоту пола она заметила с самого порога. — Ты умеешь готовить? – спрашивает Уна, присаживаясь за столик, где для уюта поставлены фиалки. L крутится около старой плиты, разогревая свой кулинарный шедевр. — В этом нет ничего сложного, — демон перестаёт гипнотизировать кастрюльку и смотрит на девушку горящими глазами. Уна, погруженная в свои мысли, с нежностью поглаживает лепестки. — Я пыталась готовить... как-то. Это было ужасно. Готовка — это не моё. "Как и уборка" L наливает в тарелку суп и ставит перед девушкой, после чего садится напротив и внимательно смотрит. — Больше практики и всё получится, – говорит слегка пожав плечами. — Ммм... довольно вкусно, это голубь? — Уна улыбается, когда Лиса кивком подтвердила её догадку, внимательно изучая лицо девушки. — В детстве нам часто готовили голубя. Смутившись своих последних слов, она опускает взгляд в тарелку и начинает есть молча. Но сидеть в тишине становится более неловко, так что Уна решает перевести разговор в безопасное русло. — Ты почему не ешь? L сидит со стаканом воды, периодически отпивая от него по глотку. — О, я наелась, — врёт демон. Мерзкий привкус крови ещё ощущается на языке, от чего есть совершенно не хочется. Голод же никуда не исчез, но сейчас он был наименьшим злом. — Ты обещала рассказать, что произошло. Уна замирает над тарелкой, поднимает испуганный взгляд на демона и, встретив серьёзный настрой, грустно кивает. — L... сегодня ко мне в магазин пришёл один человек... и он попросил тебя продать, — побоявшись её реакции, девушка уставилась в тарелку, иначе она бы увидела как на секунду брови демона поднялись вверх. — Как к себе домой ходит... — после недолгого молчания ворчит кицунэ. — Что? Неужели Лиса знает его? Но шум в прихожей отвечает на её вопрос быстрее, чем она успевает его задать. — Господи, я молился, чтобы этот запах шёл отсюда. Вы заказали еду их ресторана? — Как жаль, что ничего не осталось. Теперь можешь идти домой, — резво кричит в ответ Лиса, фыркая от недовольства. Почему как только ребёнок начинает рассказывать, что случилось, как сразу весь настрой сбивает какая-нибудь простофиля? — Не дождёшься: ещё закажем, если закончилось. Мужчина заходит на "кухню", больше напоминающую сад и сразу видит небольшую кастрюльку, которая бросается в глаза из-за того, что это, практически, единственная крупная посуда в этом доме. Интуиция говорит, что именно туда нужно заглянуть, а Джон привык её слушать, она никогда его не подводила. И потому, как напряглась Лиса, становится понятно, что цель намечена верно. Подняв крышку, капитан полиции вдыхает тот самый запах и довольно улыбается. — Сначала пол, потом готовка. Уна, ты, где подобрала это сокровище, ей же цены нет, — шутит Джон, сам того не зная, наступает на больную мозоль подруги. Наливает себе порцию супа и компактно умещается за небольшим столиком рядом с ними. — Замёрзла? — кивает на вязаный хомут на шее демона, который тот не спешит снимать. Если не вспоминать о её нечеловечности, то можно подумать, что так она пытается согреться. Лиса же настолько привыкла к этому элементу гардероба, что не замечает его инородности. К тому же он так приятно пахнет. Если сравнивать с одним человеком, который свалился, как снег на голову, то шарф хотя бы не уничтожает провизию с такой быстротой. L совсем немного ворчит, но теперь ей хоть понятно от чего Дитя так странно себя ведёт. Демона не повергла в шок эта новость: за пять веков её пытались купить минимум трижды, а продать удалось только один раз. Больше интереса вызывает тот факт, что ребёнок так сильно переживает из-за этого. Не может определиться с ценой? Боится продешевить? Или что-то ещё? — Вкус немного странный, это же курица? — спрашивает Джон, его эта тишина немного угнетает, да и вкус этот. — Голубь, — тихо говорит Уна, не поднимая глаз с тарелки. Мужчина от такой новости поперхнулся и уставился на демона: — Скажи, что она шутит. — ... Джон со стоном задирает голову и мученически жмурится, сдерживая подступившую тошноту. L с садистским удовольствием наблюдает за его кривлянием. — Просто скажи, что ты его как следует обработала и мы не подхватим все болячки мира, — с мольбой в голосе говорит, когда тошнота отступает. — Я даже ощипывать его не стала, так в кастрюлю и бросила, — веселится Лиса наблюдая за ужасом в его глазах. Рычащего демона он так не боялся, как безобидного голубя. — Расслабься, я хорошо его обработала. Иначе бы позволила есть только тебе. Джон с подозрением косится на лисицу: в её словах есть крупицы здравого смысла — она не стала бы вредить ребёнку. Уна знает с чем суп и ест его спокойно, значит и опасности никакой нет. — Их же обрабатывают перед тем как продавать, — растерянно говорит девушка, не понимая из-за чего так паникует её друг. Должны же они это делать по крайней мере. — Ун, она не покупала его. — Ты его украла? — с беспокойством спрашивает Уна. Она ведь оставляла ей свою карту на всякий случай. — Поймала. На крыше. Джон ловит ещё один приступ тошноты, а его подруга лишь смотрит на Лису в замешательстве. — Ун, что-то случилось? Сегодня ты совсем сама не своя, — если отвлечь самого себя от мыслей, где бегала плавающая в тарелке тушка, то становится гораздо легче. Суп то ведь вкусный. Уна молчит, потому что не хватает сил повторить причину ещё раз. За неё это озвучивает L, которая уткнулась носом в шарф и невзначай бросила: — Сегодня её попросили меня продать. Джон переводит изумленный взгляд сначала на свою подругу, а потом на её демона. На работе часто приходится разгребать дела с этими "купи-продай" сделками. Уже не раз поднимался вопрос об их запрете, но сами демоны выступили против: умные особи смогут извлечь выгоду из них, а о благополучии слабых никто не заботится. Естественный отбор. — Продать? Да кому ты вообще сдалась то? Вот сумасшедшие, — может кто-то хочет отравиться её птичьим супом? А что? Все самоубийцы мира выстроятся в очередь, чтобы умереть медленно и в агонии. — Вообще-то, куча людей заплатила бы за меня миллионы, — возражает L с ноткой обиды. — Я же говорю сумасшедшие. — Вот ты за сколько бы согласился меня продать? Лишь на секунду мысль, что неплохо было б заменить старую машину, промелькнула в его голове, но он отогнал её, словно надоедливую муху и задумался. В такой ситуации человек всегда будет в проигрыше, какую бы цену он не сказал. Новая машина не может быть ценнее чистой совести и чьей-то жизни, даже если этот кто-то демон. — Да мне пришлось бы ещё доплачивать, чтобы хоть кому-то тебя сбагрить, — по-доброму скалится мужчина. — Ты ведь чокнутая: голубей ешь, других на это подначиваешь. Уна, не выдержав больше их словесный поединок, встаёт из-за стола. Чтобы не показаться грубой, притворно зевает и говорит: — Я пойду готовиться ко сну. L, спасибо большое за суп. Лиса довольно кивает и с насмешкой смотрит на Джона: была бы она помладше — показала бы ему язык. В коридоре девушка поскальзывается и чуть не падает – мытые полы оказываются ещё каким аттракционом, после чего L слышит как она закрывается в ванной. Вмиг кицунэ становится серьёзнее и задаёт Джону волнующий её вопрос, он уже поел и теперь что-то смотрит в своём телефоне. — Где её семья? — Мм... С чего вдруг такие вопросы? Не знаю, мы не разговаривали на эту тему, — отнекивается, не понимая, почему Лиса не спросила об этом девушку напрямую. — И ты не пытался как-то узнать? У тебя же полно ресурсов на это, — негодует Лиса, неужто ему совсем неинтересно. — Как давно вы знакомы? — Зачем мне это? Мы дружим уже четыре года. Вроде бы не так долго, но для людей же этот срок ощущается гораздо внушительнее. — Четыре? Ты видел, как ребёнок был совсем один в этом городе и не попытался разузнать что-нибудь об его родителях? — Да, когда мы встретились она была ещё несовершеннолетней, но ей оставалось всего несколько месяцев до и она не любит говорить на эту тему. Сейчас уже какая разница, она — взрослая: живёт с кем хочет, делает что хочет. — Неужели ошиблась, – задумчиво говорит Лиса. Обычно нос не подводил её в таких ситуациях. — Ты о чём? — Да так... – если уж Дитя не сказала ему, значит на, то есть причина. Демон же самостоятельно докопается до истины. — Ты что-то знаешь? — Да куда уж мне. Она не любит говорить об этом, сам же сказал, – теперь уже и она сливается с этой темы и с "кухни". — С тебя мытьё посуды. — Без проблем, — легко соглашается Джон. — Что, даже канючить не будешь? Мужчина качает головой: — Ты гостей голубями кормишь, кто знает, что сделаешь, если ныть начну. — Вот-вот, бойся меня. Они ещё раз обменялись лёгкими смешками, после чего Лиса скрылась за дверью. Она не понимала свои чувства в моменты их шуточные перепалок, но где-то в глубине души надеялась, что это зарождающаяся дружба. Дружба не основанная на страхе или желании получить от неё какую-то выгоду. Просто в жизни появился один демон и ты как бы не против, чтобы он в ней остался. Может и против. L понимает, что скорее всего он лишь терпит её присутствие из-за Дитя. Что шутки могут быть хорошо спрятанным страхом. Кицунэ обнаруживает Дитя лежащей на не заправленном диване. Снова задумалась о завтрашнем дне, накручивая саму себя до предела. Сил хватило только на душ и чистку зубов, так что, придётся ей сегодня спать без постельного белья. — Перестань думать об этом. Тебе ведь плохо от этого. — Думаешь, я могу? — приподнялась на локтях и взглянула на Лису с упрёком. — Зато ты слишком спокойная для того, кого хотят купить. — Не в первый раз и не в последний. Если нервничать каждый раз, когда происходит нечто подобное, то никаких нервов не хватит. А этот ресурс для демона очень важен, он, как и людской не восстанавливается и его изначально гораздо меньше, чем у человека. — Он, правда, может это сделать? — тихо спрашивает Уна. — Кто? — Человек, из-за которого у тебя это, — сразу поняв о чём она, кицунэ снимает с шеи шарф и прикасается к метке. — В теории, да. У меня это впервые. — Какой он? — может, узнав про него чуть больше девушка сможет понять, как он отреагирует на привязанность демона. — Ну, это высокий мужчина, по вашим меркам пожилой. У него много денег и он живёт в большом доме. Уна обречённо падает на спину, больно ударившись рожками. Нет, это безнадёжно: шанс, что он просто отпустит L, стремится к нулю. — И что нам теперь делать? Я не могу продать тебя. — Не можешь? — заинтересованно оглядывается L, присаживаясь на пол около дивана. — Конечно, нет. Ты мне не принадлежишь. Ах, вот оно что. — А если бы принадлежала. Продала бы? — допытывается кицунэ. — Что за вопрос? Даже если бы это было так, как я могу... мы же друзья. Да? — Друзья... — L сама толком не знает, но почему-то нечто внутри очень хочет, чтобы это было правдой. — Не переживай из-за этого, я разберусь с ними. — С ума сошла? Хочешь ещё одну такую штуку себе? — Уна подскочила, забыв про отсутствие сил ранее и гневно фыркнула: ну что за глупая Лиса? Кицунэ откинула голову на диван и встретилась взглядом с ребёнком. — Мне пять веков, Дитя, я смогу позаботиться о себе, — проследив за её взглядом, который остановился на обнажённой шее, добавила: — Не думаю, что этих штук может быть больше одной. — Не думает она, — бурчит Уна, разглядывая чернильные ветки шиповника. Лиса же внимательно следит за ней и предупреждающее порыкивает как только её рука тянется к рисунку на её коже. Дитя ложится на бок и искоса пялится на демона, та уже подняла голову и о чём-то задумалась. Рыжие волосы раскинулись по дивану, пара локонов лежат совсем близко к девушке, чем та и пользуется. Загребущей лапкой притягивает их чуть ближе и легонько проводит по ним пальцем. Никакой реакции не последовало: ни рыка, ни фырчанья. Значит ли это, что L не против? Лиса сразу заметила поползновения ребёнка, но не стала реагировать: пусть Дитя играется. Ситуацию с покупателем нужно как-то решить, чтобы это не зашло слишком далеко. — Что ты сказала тому человеку? — от её слов Уна вздрогнула и отбросила волосы от себя. — Что хочу подумать, — сбитая с толку вопросом, она пытается вспомнить свои слова. — Я сказала так, не потому что действительно хотела подумать об этом, я просто хотела, чтобы он ушёл. — Верю. Когда он должен прийти? Завтра? — Дитя лишь грустно кивает, чувствуя вину и страх, что завтра все повторится снова. — Соглашайся. — Что? L... — испуганно скулит девушка, заламывая брови. Лиса присаживается около дивана и смотрит прямо в глаза Уны. Ещё одного поедания её эмоции за сутки она не переживёт. Значит нужно убедить, что всё будет хорошо. — Послушай, я только хочу посмотреть на этого храбреца.