Тройничок с близняшками

Лева немного неожиданно собрался с нами в зал. Обычно он разминается дома по мелочи, отжимается или приседает, когда есть настроение, видимо, захотелось железо потягать. Мы, естественно, не сопротивлялись, правда, мне пришлось ждать уже двоих перед раздевалкой. Сама-то я переобулась за пару минут, ну и волосы покрепче связала. Сильно напрягаться не хотелось, я решила, что хорошенько потянусь и, может быть, немного поработаю с ногами. Раз уж Пашка здесь, будет проще избавиться от любителей отвесить пару сальных комплиментов. Вроде, все взрослые и приличные люди, но всегда найдется урод, которому только дай язык поупражнять. Можно подумать, меня интересует его мнение насчёт моей растяжки или задницы. Сама знаю, что все у меня охуенно. Прихватив коврик, я устроилась у стены, чтобы никому не мешать, и немного поприседала, разогревая мышцы ног. Тянуться на холодную не очень-то приятно, но и серьезно заниматься я сегодня не хочу. Лева с Пашей образовались рядом, один налег на скручивания, второй мучил гантелю. Так странно. Нет, правда, странное чувство. Даже как-то неловко, что мы... Втроём. И ведь никто не знает. Никто не может даже предположить. Наверное, что-то такое всегда испытывает брат — что никто не знает, почему он пришел с парнем в кино, почему они гуляют вместе. Ну подумаешь, идут рядом и болтают, да? И вот так же у нас. Если кто-то и умудрится подумать, что Лева встречается с одним из нас, раз мы живём вместе, то точно никто даже не сможет представить, что мы устроили эту дичь с тройничком. Прошло уже четыре дня. Мы пережили выходные вместе, и я-то ладно, я давно привыкла, что они нежничают, но и братец, кажется, никак отрицательно не реагировал на наши с Левой пока ещё неловкие попытки стать тактильнее. Пока что амбициозный любитель близняшек вполне себе справляется с нами двумя. Спит, правда, все равно с Пашкой, потому что мне так удобнее, я привыкла спать одна, да и пинаюсь во сне. — Потрясающие таланты, — сказали рядом, и я предпочла не обращать внимание, вдруг не мне, хотя опыт подсказывал обратное, — если сможешь положить ногу мне на плечо, я на тебе женюсь. Я ради приличия смерила взглядом жениха. Ну такое, конечно. И почему именно такие всегда в себе особенно уверены? И ростом не особо удался, я бы легко положила пятку ему на челюсть, например. Но не буду даже напрягаться, просто отвернусь. Даже если бы тут не было тех, кто вступится, бояться мне нечего, тайский бокс прекрасно подходит для бытовой самозащиты. Кошмар, можно подумать, что для меня высшая награда за все спортивные достижения — замужество. Да и за кем, за ним? М-да. Ступня сорок четвертого размера в лёгком беговом кроссовке опустилась приставале на плечо. Он с пренебрежением обернулся, видимо, думал, что это чья-то рука, и прихерел. — Женишься на мне? — с ласковой улыбочкой предложил брат. Мастер подкатов быстренько исчез, но я не заметила, куда он делся, потому что гомерически хохотала, катаясь по коврику. Естественно, у Пашки прекрасная растяжка, но чтобы так!.. Зато все возможные помехи исчезли, я прекрасно растянула все тело, особенно спину, которая весьма задеревенела уже. И когда я уже устроилась в своей любимой асане трупа, мне на живот что-то плюхнулось. Оказалось — шлем, с таким же надо мной стоял предвкушающе улыбающийся братец. Вот как... А что, отличная идея. Мы надели защиту на голени и шлемы, на этом решили и закончить, потому что, чай, не новички, можем себя контролировать и не бить кулаками в лица. Мы же зал поменяли как раз потому, что там ринг демонтировали. В принципе, обычный боксерский нам вполне подходит. Я сразу приняла оборонительную стойку, потому что его лоу-кики, когда серьезные, похожи на отбойники. От него лучше вообще всегда уворачиваться, ну нахрен его силищу, опять синяков наставит. Ну и, поскольку мы много лет тренировались вместе, прекрасно знаем стили друг друга. Его любимая связка начинается с обманки по ногам, а я люблю ее перепрыгивать, потому что любую попытку уйти финтом он встретит ударом в корпус на противоходе. — Эй, а ну стоять! — рявкнул один из фитнес-тренеров. — Смешанный бой? Ещё и без защиты! — Мы мастера спорта и берём ответственность на себя, — спокойно сообщил Пашка, не отводя от меня взгляда. Я тоже не стала отвлекаться, а потому заметила, как опустился его взгляд, и успела вовремя подпрыгнуть. Естественно, он этого ожидал, и попытался пробить мне в корпус джебом, но я ухватилась за его запястье, как за рычаг, и направила прыжок влево, ещё и получилось наподдать ему локтем в бок. Конечно, любой тренер вломил бы нам. А судья вообще лишил бы всех титулов. Но зато нам было весело. Мы больше боролись, чем действительно боксировали, я скакала вокруг неповоротливого братца, пытаясь чисто символически треснуть его, а он пытался меня поймать. У нас слишком разные стили и весовые категории, чтобы серьезно вести спарринг. Да и скучно ограничивать себя правилами, если это не настоящий бой, да и мы оба уже вышли из соревновательного режима, не хочется уставать, так, побаловаться. Тем не менее, я умудрилась зайти ему за спину, когда он немного наклонился вперёд, и это был прекрасный хил-кик. Тяжеловесный теперь Пашка аж на колено припал, хватаясь за ухо, скрытое под шлемом. — Как меня бесит твой левый похоронный! — прорычал он, встряхивая головой. Да, это мой фирменный прием, хлесткий и эффективный, так ещё и из-за того, что я у него за спиной была, основной удар нанесла не подушечка стопы, а пятка, что уже серьезнее. Правда, пока я мысленно бахвалилась, невольно расслабилась, он развернулся на колене и вцепился в меня, утянул на ринг и хорошенько придушил, зафиксировав руки и ноги. Захват был шикарный, так что я сразу похлопала его по плечу, сдаваясь. — Неплохо размялись, — хмыкнула я, откатываясь от братца и потирая горло. — Типа того, — проворчал он, стаскивая шлем и пытаясь прочистить ухо, хотя это, конечно, не поможет, если у него там звенит, — левша хренова, — дополнительного ускорения при спрыгивании с ринга мне придал нежный пинок по заднице. — Я думал, ты правша, — приподнял брови Лева, сидевший рядом на лавочке. О, так у нас был зритель? Ну, помимо нервничающего тренера, ответственного за безопасность клиентов. Хотя и на соседних тренажёрах тоже наблюдали, похоже. — Ага, а на ринге левша, — ответил за меня Пашка, гулко приземляясь на пол, — и это делает ее неебически неудобным противником. Самодовольно задрав нос, я приняла у Левы бутылку и немного смочила чуть саднящее горло. Кажется, этими банками можно не то что придушивать — сразу шеи ломать. Но да, мне лучше работается левой стороной тела, а на правую я принимаю все удары, чтобы основная не уставала и не ныла. Обычно все делают наоборот, так что да, я не самый приятный соперник, отчасти поэтому и добилась успеха, наверное. Но все это в прошлом. Нахрен профессиональный спорт, никакой жизни не остаётся. Мы вот с братом так решили, отработали последние чемпионаты, получили заветную ачивку в виде мастеров и перед поступлением в институт просто огорошили своих тренеров заявлениями об уходе. И теперь занимаемся в свое удовольствие, фанатичный любитель бодибилдинга то массу набирает, то сушится, сколько влезет, никаких больше ежедневных тренировок до седьмого кровавого пота, времени стало гораздо больше. Мы практически освободились. — Ну что, заминка и домой? — предложила я, сразу начиная растягивать квадрицепс. — Я ещё чуть-чуть посижу, — смущённо опустил взгляд Лева. Я не поняла, в чем причина, ногу подвернул или что? А потом он нервно одернул футболку на животе, и до меня, кажется, дошло. Рядом зафыркал брат, я отвернулась, чтобы не ржать бедному Леве прямо в лицо. Ну, надеюсь, у него встал просто на то, какие мы сильные, гибкие и вообще крутые, а не на то, что мы тесно обжимались на ринге. Никакого инцеста я не потерплю! Даже просто совместного интима — нет и нет. Это мой брат, самый близкий для меня человек, с которым я могу поделиться абсолютно всем, мы знаем больше секретов друг друга, чем кто бы то ни было. Но это не означает, что я готова видеть это "все". Дома Лева сбежал от наших подъебов на кухню. Пока Пашка переодевался и собирал вещи для стирки, я искупалась, немного подсушила волосы. А там уже и ужин подоспел — вчерашний гуляш со свеженьким пряным рисом. Всё-таки, готовит наш домработник просто невероятно вкусно.

***

Я загрузил вещи в машинку, включил быстрый режим и потянулся. Хорошо сегодня размялись, мне понравилось. Надо бы на следующей неделе уговорить сестру более серьезно сразиться, хотя она мне сегодня так в ухо съездила, что до сих пор голова гудит, как колокол, от каждого звука. Присказка про правый коронный и левый похоронный вот точно про нее, ее удары левой всегда неожиданные, жёсткие и быстрые. Лева и Дашка были на кухне. Я остановился в дверях и почти завороженно смотрел, как они разговаривают, немного нерешительно берутся за руки, осторожно, будто украдкой целуются. И вот, вроде бы, мое, мое и точка. И, в то же время, я рад за них. Лева симпатию к ней хорошо скрывал, ну или я не замечал, потому что даже подумать о таком не мог. А сестру я знаю куда лучше, по ней почти сразу заметил, что он ей нравится. Но поползновений с ее стороны не было, да и Лева первым на меня напал. Тоже брякнул что-то про то, что не может терпеть, и накинулся на меня с поцелуями. Было немного неловко перед ней, но, вроде бы, ее все устраивало. А теперь... Ну, теперь все устраивает меня. Заметив меня, они оба засмущались, поспешно расселись за столом. Тем страннее, если знать, что Лева, вообще-то, развязный и бесстыжий, а теперь вдруг начал стесняться и краснеть. Милота. После ужина самое то было улечься перед теликом. Разморенная после горячего душа и ужина Даша не отказалась от банки пива, растянулась на весь диван и перекинула ноги через Леву и меня. Он откинулся мне на плечо, положил ноги на столик и вообще, кажется, задремал. Я погладил щиколотки сестры, потёр красное пятно на правой голени. Сюда она, как всегда, приняла мой лоу-кик. Как всегда, будет синяк. Ладонь моего парня вполне собственнически лежала на ее бедре чуть выше колена. Мне кажется, или стало спокойнее? Она перестала отстраняться от меня или от него, как только мы с ним оказывались рядом. Хотя я все ещё вижу, как она уступает мне его внимание, будто считает, что он больше мой, чем наш. Наверное, так и есть. Но если им так хочется, если им вместе хорошо — я рад. Я отошёл выбросить пустые банки, завернул в ванную — и они уже исчезли. Хмыкнув, я выключил телик и ушел спать. Пусть развлекаются. Утром я, что удивительно, встал первым. Эти двое выползли из комнаты Дашки минут только через пятнадцать, сонные, но довольные. Лева рассеянно чмокнул меня в уголок губ и ушел умываться. Спать одному было немного непривычно, но, в целом, ночь прошла нормально. Я даже выспался лучше обычного, потому что никто не ворочался под боком. Мы перекусили бутербродами на скорую руку, доползли до института. Сидеть целых три пары, так ещё и предметы не профильные, скукота одна. Как всегда, мы в аудитории сели в центре. Я играл с Левой в "дурака" в приложении, систер залипала то в тетрадку, то на препода, видимо, не выспалась. — То есть, у тебя получилось и рыбку съесть, и на хуй сесть? — глубокомысленно шепотом выдала Дашка, подпирая голову кулаком и без единого проблеска разума в стеклянном взгляде пялясь на экран проектора. Мне пришлось грызть кулак, чтобы не заржать в голос, я чуть не сдох, да и Лева рядом скулил тихонько, едва не нырнув под парту. Ну Дашка, ну как сказанет!.. Дома мы с большим неудовольствием обнаружили, что отключили горячую воду, так ещё и вместе с отоплением. Поэтому весь вечер мы провели снова на родненьком диване, только в этот раз с пледом. Особенно куталась Даша, она всегда мёрзнет, когда мы высушенные. Зато мы посмотрели целый мини-сериал с домашней пиццей от личного шеф-повара. Хорошо, что теперь мы снова можем с сестрой быть поближе, почти перестали с ней вместе валяться, потому что она сохраняла дистанцию между собой и вечно тискающейся парочкой. Я уж было решил, что мне, наконец, достанется любовь и ласка, всё-таки, пришла моя очередь. Лева, похоже, думал так же, потому что в спальне пихнул меня на кровать, повелительно прижал к матрасу. Мне так нравится, когда он включает этот властный режим, хочется просто подчиниться. И, когда возбуждён, он охренительно жадный, кусается, лапает, некогда даже вздохнуть. Посреди ночи позвонил какой-то конченный. Три часа, ну серьезно! Я собирался сбросить, но все же разглядел слезящимися глазами, что это Дашка. — Вы там одетые, нет? — сходу выдала она, я даже обматерить ее не успел. — Я сейчас приду. Я растолкал Леву, впихнул ему штаны, сам тоже свои нашарил на полу. И она правда пришла, хозяйски влезла под одеяло между нами, объявила, что холодно спать, и, кажется, почти сразу вырубилась. Вздохнув, я встал, потому что хотелось пить. Добрел до холодильника, сделал пару глотков молока из бутылки, пока Лева не видит, вернулся обратно. Они спали. Дашка зябко съежилась под одеялом, прижалась к Леве, он обнимал ее за плечи. Что за милейшая картина. Да, я люблю его. Он все ещё точно любит меня. И друг друга они, возможно, любят. Разве не идеально вышло? Я вернулся на свое место, плотнее укрыл сестру и закрыл глаза. Пусть будет так. Главное, что, вроде бы, пока что получается.