Il triangolo amoroso

— Попа-а-алась! — ехидный переливчатый голос Орихары глухим эхом отозвался в переулке, в который тот тебя загнал. — (Твое имя), ну куда же ты бежишь? А я тебя всё равно найду…       Чёрт! За последние три дня ты успела уже несколько раз чуть не распрощаться с жизнью по вине лучшего информатора в Токио (а может, и во всей Японии) и заодно помянуть очень добрыми словами Шинру Кишитани, попутно пройдясь по его родственникам вплоть до двенадцатого колена. «Приезжай к нам из Америки, дорогая двоюродная сестрёнка, тебя ожидает незабываемое время, проведенное вместе с Селти и со мной!»…       А ведь правда, чтоб у тебя, Шинра, очки треснули. То, что приключилось с тобой за последние семьдесят два часа, ты теперь вряд ли забудешь. А все из-за того, что тебе не посчастливилось попасться на глаза одному из друзей кузена. Изае Орихаре. Одному из тех, от которых, по совету недавно обретенной подруги в лице Селти, нужно держаться подальше. Поэтому как именно он узнал о твоём существовании, если Кишитани никогда не приглашал его к себе домой, а ты избегала общаться с кем-то, кроме родственника и его девушки, по-прежнему оставалось неизвестным. — Мы с тобой на брудершафт не пили, чтоб ты меня по имени звал. Тем более, вживую ни разу не встречались, что дает тебе право так фамильярно со мной себя вести? — резко спрашиваешь ты, стараясь как можно спокойнее глядеть информатору в лицо. — Скажи наконец, что ты хочешь от меня и прекрати докучать моим глазам и ушам. Меня уже достало выключать телефон, чтобы не слышать звонков и SMS с разных незнакомых номеров. Мне надоело петлять по городу, улепетывая то от уличной банды, то от маньяка с красными глазами, то от шизанутых косметологов! — Фармацевтов. — А ты думаешь, мне не плевать? Что тебе от меня нужно?! — Это другое дело! Не представляешь, как долго я ждал этих слов! — Изая мгновенно оказывается перед тобой, несильно прижимая спиной к кирпичной стене и едва ощутимо поглаживая ладонью не прикрытое бретелью майки хрупкое плечо. — Знаешь, мы, может, и видимся всего в первый раз, но меня очень беспокоит то, что Шизу-тян стал навязывать тебе свое общество. Он может оказать на тебя поистине ужасное влияние, а мне это ой как не по душе. Скажу больше, это вгоняет меня в депрессию... Ненадолго. Но требование моё от этого не меняется: постарайся сделать так, чтобы я больше никогда не увидел его рядом с тобой. Ты же не хочешь, чтобы я... занервничал? — Не помню, чтобы мне требовалось твое разрешение, — отрезаешь, дерзко глядя в нахальные вишневые глаза. — Да будет тебе известно, он ничего не навязывал. Шинра пригласил его на вечер сябу-сябу, мы познакомились и решили продолжить общение вне его дома. Какое тебе дело? Будешь лезть, я запрошу у администрации Токио запретительный приказ на твое имя. — Какие слова мы знаем… — на миг в голосе Орихары проскальзывает восхищение, но в следующую секунду он улыбается еще язвительнее, демонстративно проводя невесть откуда выуженным ножиком по нежной коже предплечья. — Какие же мы смелые… Но если ты думаешь, что я не смогу найти твое слабое место, надавить и получить то, что мне нужно, то глубоко заблуждаешься, (Твое имя)… — бархатный голос обволакивает, искушая, но только незнакомый с этим человеком как следует (а из разговоров и его собственных сообщений ты уже — увы! — узнала немало) может не почувствовать опасности. Горячее дыхание опаляет шею: Изая наклоняется, медленно слизывая выступившие из-под лезвия рубиновые капельки. Что?! Когда он успел пустить тебе кровь?! — Я обязательно его найду! — как-то пьяно обещает Орихара, отрываясь от кровоточащей ранки и умильно глядя на тебя расширившимися зрачками. Открывает рот, набирая в легкие воздуха, словно хотел еще что-то сказать, но его опережает громкий крик откуда-то из-за тощей спины: — И-И-И-И-ИЗАЯ-Я-Я!!! — Ах, как же не вовремя! — информатор театрально возводит глаза к небу. — Ну ладно, пусть сейчас и не судьба нам пообщаться подольше, но впереди еще полно времени, ведь так? Мы еще поговорим, это я тебе обещаю. Пока-пока! Я позабочусь, чтобы ты не уехала из Японии как можно дольше, будь покойна! — и, взъерошив тебе волосы, он с поразительной скоростью исчезает из виду.       Вслед ему грохочет пущенный со скоростью семикилограммового ядра для метания автомат с газировкой. — Ушел?! Чтоб тебя, блоха! — из-за угла появляется сам Шизуо: растрепанный, с горящими глазами… Тебе уже доводилось видеть его таким — такую злость в нем вызывает одно только слово «Изая». Но это не значит, что от этого становится менее страшно. — Ну и... и пусть себе идет, — на полусогнутых подступаешь ближе и трясущимися руками обнимаешь тяжело дышащего блондина. Не хватало еще, чтобы он вновь что-то разрушил. — Успокойтесь, Хейваджима-сан, его больше здесь нет... — В следующий раз точно прибью, — мрачно обещает в ночь экс-бармен, бездумно глядя поверх твоей макушки. Но тут его взгляд натыкается на порезанное предплечье. — Это еще что такое? — Ничего, — только крепче сжимаешь объятия, прекрасно понимая, что последует вслед за этим. — Это всего лишь Изая… Забудьте. Заражения не будет, а я сегодня спрошу у Шинры, куда можно обратиться за запретительным приказом. — ЧТООО?! — рычание превращается в рёв, а глаза мужчины вновь немедля наполняются злобой. — Он посмел тронуть тебя?! Убью-убью-убью… — Хейваджима-сан, погодите. Он уже далеко отсюда. Гнаться за ним сейчас уже нет смысла. Прошу прощения, но мне уже давно пора домой — братец волнуется. А ещё его очки с нетерпением ждут встречи с моим кулаком... — смотришь ему в глаза, все ещё не выпуская из объятий. Где-то на задворках сознания бьется открытие, что Шизуо, оказывается, нравится обниматься — в противном случае он бы уже давно отшвырнул бы тебя прочь. А может, если его чаще обнимать... он станет спокойнее? А сколько вещей в Икебукуро останется целыми! — Ладно, — наконец сдается Шизуо, высвобождаясь. — Но учти, если он еще раз подойдет к тебе… если он только о тебе подумает… Впрочем, тебе это знать необязательно. Идем, провожу тебя до дома Шинры.

Уровень общественного резонанса:

Шизуо Хейваджима: Не говори глупостей! Думаешь, я не видел, как эта чертова блоха тебя домогается?! Ну ничего, он еще получит сполна, еще как получит…Идем, я сказал, чего стоишь-то? Слушай, не зли меня, не усугубляй свое положение! Кто знает, что с тобой случится, пока ты дойдешь? *После недолгого вялого сопротивления молча подхватывает тебя на руки* Ты ведь сейчас живешь у Шинры, верно? Вот и пошли тогда. Кстати… завтра ты не занята?… *Уже не таким уверенным голосом, тщетно пытаясь скрыть предательский румянец* /Он поражен, что тебя не пугает до паники его чудовищная сила, но одновременно и рад. Теперь в его желании убить Изаю стало на одну причину больше — за тебя готов порвать любого. Волнуется, как бы Орихара не использовал тебя в своих целях, чего, разумеется, в силу собственной гордости никогда не скажет, а предпочтет терпеть белые пятна ярости в глубине своих зрачков в одиночестве. Их увидит только Касука, который ничего не скажет, но про себя скромно порадуется, что брата постигла еще одна эмоция, которая поможет ему быть больше от мира сего. А сейчас хоть кричи, хоть вырывайся — он тебя не отпустит, только крепче к себе прижмет. Бедняга Хейваджима… В силу полнейшего отсутствия опыта в общении с девушками он совершенно не представляет, как это можно сменить тон и изъясняться нежными успокаивающими словами, а не криком и грубостью. На самом деле он сейчас смущен до предела, а потому и грубит. Поскольку же он еще и настойчив в своих целях, то я даже не знаю, как ты сможешь выдержать под его напором… Пожалуй, ты и его брат отныне самые дорогие ему люди/ Изая Орихара: *С крыши пятиэтажного здания провожает взглядом уходящего вместе с тобой Шизуо* Оу, да Шизу-тян просто мастер появляться не в том месте не в то время. А что касается тебя, милочка… Бедная моя, наивная (Твое имя)… Мы еще поглядим, на чьей стороне ты будешь играть. Хотя бы потому, что об установленной в доме Шинры камере до сих пор не знаешь. Глупый человек, попытаться скрыть такое от меня... Как ты только до своей двадцатки целым дотянул, а, Шинра? /Ты интересуешь его, и с некоторых пор отнюдь не как подопытный кролик для наблюдения за своими эмоциями. Твоя непреклонность сводит его с ума, заставляя вновь и вновь предпринимать попытки раскрытия все новых и новых граней твоей натуры. Сам не хочет того признавать, но когда он видит тебя в окружении компании Микадо или в обществе Шизуо, ничего ему так не хочется, как похитить твою личность и надежно упрятать ее от всего мира, чтобы ты принадлежала ему вся. Признаться, его голову уже начинают посещать мысли о том, чтобы уйти в Вальгаллу вместе с тобой. А на угрозу получить судебный запрет появляться рядом с тобой в близости меньше пяти метров он плюет с высокой колокольни: Изая настолько самоуверен, что его голову даже не посещает мысль, что ты можешь добиться его изоляции/ Рюгамине Микадо: Хейваджиму-сан теперь еще легче вывести из себя, стоит только ему услышать твое имя… Теперь дня не проходит, чтобы он не разрушил что-либо. Может, здесь не обошлось и без Изаи-сана? Как думаешь, (Твое имя)? /Парнишка у тебя кто-то вроде живой жилетки. Тот, кому ты жалуешься на то, что Орихара не дает тебе покоя. Твою личность теперь часто можно застать в компании его самого, Киды и Анри, беззаботно прогуливающихся по вечернему Икебукуро, потому как юноша считает своим долгом отвлекать тебя от неприятных мыслей/ Кида Масаоми: (Твое имя), прошу тебя, не беспокойся! Поверь, тебе вовсе не стоит только из-за этого покидать Японию! Ты ведь еще очень много где не побывала…Запомни: что бы не случилось, у тебя всегда есть я! /Флиртует, но почти незаметно: он-то знает, кто готов без колебаний убить за тебя, а потому пользуется теми редкими минутами, когда ты навещаешь его и Рюгамине/ Анри Сонохара: Такой участи даже врагу не пожелаешь… (Твое имя)-сан, это же все равно как если бы вы оказались меж двух огней, пожирающих все вокруг себя и не оставляющих малейшей надежды на спасение! /Ты — одна из тех немногих, при ком она проявляет свои истинные эмоции. Искренне жалеет тебя, волнуется. Решила подключиться к миссии Микадо, всеми силами стараясь держать на расстоянии от двух опаснейших в городе людей/ Саки Микаджима: (Твое имя), дорогая моя подруга! — сидя на кровати, девушка раскрывает объятия, а едва ощутив тепло твоих рук, широко улыбается, украдкой смахивая слезинку. — Как же я рада тебя видеть! Ты так давно не навещала меня… /Было время, когда вы учились в одном учебном заведении — ты в старшей школе, она в начальной. Саки ходила за тобой хвостиком и незаметно для себя переняла от старшей подруги некоторые элементы стиля. Затем ты уехала в колледж в Таллахасси и раз в полгода стабильно присылала ей фотографии из Орландо. Но теперь и те времена прошли, а дружба осталась. О том, что происходит на данный момент вокруг тебя, она не знает. Может, это и к лучшему — бедной девушке уже и без того досталось/ Эрика Карисава: Аууууу, (Твое имя) все испортила!! Ну зачем она появилась, без нее было так хорошо!! — в который раз обиженно завывает девушка, сжимая кулачки. — Все по плану продвигалось! /После того, как стало известно, что Хейваджима испытывает интерес к кому-то еще, она и вспоминать о тебе не хочет. А как же иначе? Ты ведь разрушила самую лучшую пару в Икебукуро! По-моему, она тебе этого никогда не простит/ Уолкер Юмасаки: Эрика-сан, успокойся! Все, что ни случается — к лучшему, уверяю тебя. Изая-сан еще найдет новую любовь, не переживай… /Незаметно для подруги закатывая глаза, успокаивает Карисаву. Нельзя сказать, что ему нравится происходящее, но в глубине души он даже рад: наконец-то он, Тогуса и Кадота будут избавлены от фантазий подруги/ Кёхей Кадота: Икебукуро гудит, как растревоженный улей… Пущенный слух о том, что Шизуо Хейваджима гуляет по городу с девушкой, распространяется с поистине поразительной скоростью. Надо сказать, я поражен. Он даже ничего ей не сломал, только подумайте! А еще говорят, что ею интересуется Изая… Ох, не нравится мне все это… /Этот молодой человек за прошедшие три дня просто не мог не заметить, как быстро успокаивается Шизуо, когда ты находишься рядом, и как еще быстрее приходит в ярость, когда видит информатора. Имел честь, так сказать, наблюдать за вами тремя издалека во время проездов по вечернему городку: сразу осознал, что ты не местная и, сказать по правде, ему уже хочется, чтобы ты уехала. Дотачин никогда не был приверженцем заварушек, а ведь именно одной из них, по его мнению, Икебукуро грозит твое присутствие/ Сабуро Тогуса: (Твое имя)?! К-как же так? /Теперь молодой человек в депрессии. Он ведь все эти дня пристально наблюдал за тобой, не решаясь просто подойти и познакомиться, не то, что вообще поговорить. Ты нравишься ему чуть ли не до обморока. А теперь, когда стало ясно, что рядом с объектом его воздыханий находятся столь опасные личности, то Сабуро вообще потерял надежду на какую-либо взаимность с твоей стороны. Связываться с двумя небезызвестными особями — себе дороже. Не везет Тогусе: сперва горячо любимый айдол Рури Хиджирибе начинает мелькать на плакатах с Юхеем Ханеджимой и сниматься с ним в одних и тех же фильмах, а теперь еще и попытка номер два удариться в романтику провалилась даже не успев начаться/ Шинра Кишитани: Сестренка, прости-прости-прости! — в отчаянии восклицает молодой врач, хватаясь за голову и в исступлении меряя шагами комнату. — Мне следовало трижды подумать, прежде, чем звать тебя в Икебукуро! А теперь из-за меня ты в таком состоянии… /Он уже начал надоедать тебе и дюллахан своим самобичеванием, которому подверг себя, не учтя, что твой приезд привлечет нежелательное внимание. Теперь и Шизуо, и Изая донимают его вопросами вроде «Что нравится (Твое имя)», «Какой у нее характер» и тому подобное. Кишитани-младшему страшно даже представить, чем все это может закончиться, потому и паникует/ Селти Стурлусон: *Печатает* (Твое имя), я уже говорила это, но скажу еще раз: остерегайся Изаи. А еще лучше — съезди куда-нибудь еще, не все же время в одном Икебукуро сидеть. Я могу тебя подвезти. Как это «Шизуо не пустит»? Если хочешь, я могу с ним поговорить. /Селти — твоя верная подруга и советчица, всегда готовая протянуть руку помощи. Увы, пообщавшись с другом сама, она поняла, что тот скорее сравняет Токио с землей, чем отпустит от себя ту, которой позволил заглянуть себе в душу. Считает, что если бы не вспыльчивость Шизуо, вы могли бы стать идеальной парой. Повышенное внимание информатора к тебе оставить без внимания не может, по мере своих сил присматривая за тобой. Будь ее воля, она бы давно запретила тебе пользоваться метро, всюду перевозя на своем транспорте/ Касука Хейваджима: Брату нужно быть помягче… Иначе (Твое имя) никогда не поглядит на него, даже просто как на хорошего человека, не то, что на возлюбленного. Ему нужно беречь ее… А еще лучше — постараться начать с малого. Например, с похода в кино. Что ж, хоть в этом я могу ему помочь. На закрытом показе еще даже не вышедшего на экраны фильма им точно никто не помешает. /Он взялся помочь старшему братику. Пожалуй, актер был бы не против обзавестись такой родственницей, как ты. Ты же, как и большинство приехавших в Икебукуро, познакомилась с ним в первую очередь через множественные афиши и промо-ролики, которые транслируют на высотках по вечерам. А тут Шизуо внезапно пожелал представить тебя его младшему брату. А узнав, кто он такой, ты была поражена: в Касуке напрочь отсутствует хоть капля звездной болезни. И хотя его патологическая молчаливость порой затормаживает ваши беседы, ты никогда не прочь выведать, каким Шизуо был до того, как впервые покрасил волосы и закурил/ Намие Ягири: Шеф уже давно говорит о ней. Странно, с чего бы вдруг ему интересоваться глупой пустышкой. Таких на иену по пятьсот, они толпами бросались с крыш под его увещеванием! Ками-сама. А он ее еще и Вальгаллу утащить собрался! — презрительно вещает женщина, под конец не пытаясь сдержать издевательский смех. /Надо заметить, она разочарована в выборе информатора. Считает тебя не стоящей и малейшего внимания, потому и не понимает, почему тот так прикипел к тебе/ Майру Орихара: Шизуо-сан, так, получается, тебе уже не нужен братик? Уже нету надобности дарить его тебе? У тебя появилось много других увлечений? /Намек на то, что с твоим появлением Хейваджима-старший стал реже попадаться этим двоим на глаза, а значит, уменьшаются шансы на то, что удастся уговорить его познакомить сестер с Юхеем Ханеджимой. Это никакой радости ей не прибавляет, раз она уже знает, что кому-то такая возможность досталась за просто так/ Курури Орихара: (Твое имя)... Брат... вновь спрашивал. Что... ему передать? /С сестрами наиболее раздражающего, по твоему мнению, субъекта в Токио, ты познакомилась, как ни странно, именно через Шизуо. Недолюбливает почти так же, как и Майру, однако глубоко в душе считает, что ты бы смотрелась лучше вместе с ее старшим братом, а потому тайно от Майру передает тебе все его слова или же какие-нибудь безделушки/ Сейджи Ягири: /Он даже не подозревает о заварушках между Хейваджимой и Орихарой и напряжении, что нависло над городом/ Мика Харима: /Она видела тебя лишь мельком, как раз в тот момент, когда экс-бармен «провожал» тебя до дома Кишитани. Тот факт, что он нес тебя на руках, почему-то натолкнул ее на мысль, что вы чем-то похожи на нее и Сейджи/ Саймон Брежнев: Разнимать Шизуо и Изаю с каждым разом все труднее и труднее. И если раньше они не могли толком сказать конкретной причины своей вражды, то в последнее время мне начинает казаться, что теперь она найдена. В лице (Твое имя), да. /Он часто видел тебя гуляющей вместе с Шизуо, иногда вы даже заходили в «Русские суши» вместе. А еще он видел, как за вами по пятам следует Изая, что, собственно, и дало ему повод считать, что на данный момент причиной их распрей являешься именно ты/ Том Танака: Шизуо стал чаще просить меня дать ему очередной отгул или выходной. Странно, обычно я не замечал за ним такого поведения. А совсем недавно я видел его у цветочного магазина — он еще тогда спросил меня, какие цветы лучше дарить девушкам… Неужели у него появился кто-то, кто смог завоевать его сердце? /Мужчина приятно ошарашен. В глубине души умирает от любопытства увидеть, кто же так расшатал его подчиненному нервную систему, но никогда не спросит у Шизуо напрямую/ Ворона: Это значит, что мою добычу снова пытаются отобрать? Нет сладкого уже второй день, он его не покупает. Он отдает его кому-то другому? /Ей, прожившей всю свою жизнь в окружении мафиози и киллеров и делящей живых существ на «убит» и «надо убить», очень тяжело понять, что в мире есть и другие виды отношений между людьми. И если с Акане Авакусу они акценты четко расставили, то как относиться к еще одной женщине рядом с Хейваджимой, Ворона в принципе не может обернуть вокруг своей головы. Но это не мешает чувству собственничества затапливать ее сознание: в ее понимании Шизуо — добыча, которую рано или поздно нужно убить. И пончики, которые он время от времени ей покупал — тоже добыча. А если они вдруг уходят кому-то другому, то самое время повторно заявить на них свои права, и личность соперника девушку никак не волнует/