Шестигранный рай

      Открытие всех дверей могло значить многое. Например, что у меня галлюцинации или, скажем, мне открылся путь из сети кубов в настоящий рай. Но будь это так, Зои не имела бы возможности пройти по нему со мной, ведь её совершенствование ещё не окончено, однако она прекрасно видела то же, чему поражалась я. Тогда это могла быть ошибка, чрезвычайная ситуация, явление Бога или что-то в таком духе. При этом, стояла тишина. Люди в соседних кубах растерянно осматривались по сторонам, и, встречаясь с ними глазами, я чувствовала определённый уровень взаимопонимания. “Что-то очевидно идёт не так”, – держалась мысль в голове.       Я сжала ладошку маленькой Зои, вопросительно поглядывающей на меня, встала в полный рост и выпрямила спину. Такая позиция наполняла меня мнимой уверенностью, но этого хватало, чтобы преодолевать большинство непредвиденных ситуаций.       – Пойдём, – сказала я, не видя смысла в бездействии. Девочка молча полагалась на меня и следовала рядом. Мы шли через кубы, никуда не сворачивая и игнорируя встречающихся незнакомцев или пустующие комнаты, пока не достигли стены с закрытой дверью. Всё это казалось мне странным, и, как я ни пыталась, дверь не поддавалась. Оставалось идти вверх, вниз, направо или налево. Некоторое время размышляя в тишине, я уловила отдалённый шум. Он шёл снизу и был совсем неразборчив. То ли шаги, то ли шелест, то ли какофония беспокойных голосов… Как бы там ни было, это единственная зацепка направила меня вниз. Спускаться приходилось, разумеется по канатным лестницам. Чем ниже я спускалась, тем меньше людей замечала вокруг, пока их совсем не стало. Вероятно, все они последовали за новыми звуками. Действительно, чем ближе становился их источник, тем отчётливее я разбирала детали – это были мужские голоса, строгие и добрые, глухой топот и шорох специализированной одежды.       Снова наткнувшись на тупик, – теперь две грани ограничивали путь, – мы свернули направо, к шуму, но тут же встретились лицом к лицу с незнакомым человеком.       – Ещё двое! Дети! – крикнул он в сторону, куда мы направлялись, повернулся обратно и сдержанно добавил: – Следуйте за мной.       Когда такое говорит мужчина в полицейской униформе, идея противиться даже не приходит на ум. Так мы дошли до куба, распахнутая дверь которого выходила в ранее недоступную сторону и демонстрировала уже непривычный вид: бетонные стены, темнота, распахнутые железные ворота, солнечный свет, голубое небо и столпившихся людей в специализированных или белых одеждах.       Тогда мне всё стало ясно.       Мы оказались в чёртовой секте, как и утверждал Арниси.       Мы живы. Шестигранный рай был жалкой шуткой.       Значит, Ипокризия вышла из комы. Тот псих, наверно, сойдёт с ума ещё разок. Арниси был прав всё это время. Аполея сможет исправиться при жизни. Тони продолжит взрослеть. Зои вернётся домой.       Что касается меня… операция прошла успешно. Ничто не угрожает моей жизни. Я могу жить дальше. Как жить – вопрос совершенно не срочный. Для начала я хочу поговорить с родными.       Как же все мы здесь оказались? Сбитые с пути, граничащие со смертью, мы были лёгкой жертвой? И всё же нас нашли. Но сколько людей до нас успели пройти этот обряд? Что с ними стало потом? Сейчас я могу не найти ответ, но рано или поздно получу все интересующие детали.       Сейчас нам оказывают помощь. Несмотря на то, что чувство голода, запахи и прочее ещё не вернулись ко мне полностью, я должна вести человеческий образ жизни. Странное ощущение. С нами много говорили, начиная с установления личности и заканчивая тем, через что нам пришлось пройти. Однако мне была безразлична судьба организаторов.       Мне удалось поговорить с Арниси. Он не знал, жива ли его жена, но решил не возвращаться к ней и попытаться жить по-новой. Мы вместе посмеялись над ситуацией, в которой оказались, а потом я продиктовала ему свой номер. Впрочем, где мой телефон сейчас, я понятия не имела, но надеялась, что все мои вещи не были утеряны и хранились у родителей.       Я больше не видела Ипокризию, то есть Тиродис, но, заглянув однажды в наш дрянной бар, выяснила, что там она не появлялась. Видимо, она нашла другой путь. Я, кстати, встретила старых знакомых со времён моей подработки там, и мы мило побеседовали. Ностальгия окатила меня волной, но я твёрдо заявила, что возвращаться не собираюсь. Родители и друзья со школьных времён настаивали на обрезании всех связей с тем тёмным миром, но я всегда отмахивалась словами: “Я тоже мутный человек, так почему вы всё ещё общаетесь со мной?”       Мне не повезло наблюдать того психопата Эреси, но благо мы не перекинулись больше ни словом. Я всеми силами пыталась скрыть своё присутствие от него. Не хватало ещё словить проклятия и стать жертвой мести.       Та старушка Аполея встретилась мне один раз. Она избегала моего взгляда и вела себя тихо. Почти всё время молчала. Достаточно быстро её одиночество сменилось компанией женатой пары, и имена, донёсшиеся до меня, окончательно развеяли сомнения. Всё стало предельно ясно. Не знаю, что с ней стало потом, но надеюсь, она выздоровела… Хотя признаю, мне по боку. Лишь бы не стать такой же в старости!       С Тони мы виделись несколько раз, но потом прекратили общение. Он рассказывал, что стал усерднее учиться, но с друзьями всё ещё туго. Мне кажется, с возрастом ему станет легче общаться, так что я советовала не париться по этому поводу слишком много. Кажется, он собирался поступать в университет. Что ж, удачи!       Я была с Зои всё время, пока родители не приехали её забрать. Это произошло достаточно скоро, так что не было обременительно мне. Её родные поблагодарили меня, но на том всё и закончилось. Я была рада, что вся семья осталась в живых, так что не беспокоилась о них толком.       Мне тоже нельзя останавливаться. Буду жить дальше и ценить, что имею. Эта история далеко не самая приятная и красивая, но всё равно добавлю её в список историй для развлечения…

Конец