Белая Гортензия

— Ты что, не разумное существо?! Хотя, чего это я ещё спрашиваю. — Виллем раздражённо собирал разбросанные, после падения, вещи. Движения его были слегка резкими, а руки явно дрожали, что на данный момент абсолютно не облегчало жизнь. — Откуда мне было знать, что ты настолько хилый, ну а если быть до конца откровенным. — Зейл поднял маленькую сумочку с блестящим камнем и начал крутить кожаный ремешок на пальце, договаривая: — То я надеялся что ты слегка «укоротишь» свои клыки. — А я надеюсь, что тебе кто-то слегка укоротит язык, и точно буду первым в списке добровольцев. — свёрток опять удобно разместился на руках своего владельца. Вилл, заметив, что тот «засранец» сейчас играется с его вещью, опять вскипел до покрасневших ушей. В следующую же секунду быстрым шагом подошёл и, вырвав её из чужих рук, вскрикнул: — Ненавижу когда трогают мои вещи! Коенрад только глухо хохотнул, развернулся и направился внутрь здания, возведённого напротив телепорта номер семь в государстве эльфов, толком не дожидаясь своего коротконого спутника, что еле поспевал. Когда они оказались в большом зале, украшенном цветами и огромными окнами, с уютным обустройством да множеством прилично одетых сородичей, то у Виллема перехватило дух. Конечно, в подобной обстановке приходилось находиться и раньше, но обычно его немедленно прятали, наказывали за лишнее любопытство и выход из тени. Сейчас же есть возможность рассмотреть всё вокруг — без особого страха и стеснения. Глаза разбегались в большом желании зацепить каждый фрагмент и запечатать в памяти, человек же абсолютно не обращал внимания на эту красоту, явно уже будучи привыкшим к ней. Спустя несколько неловких спотыканий из-за постоянного оглядывания, компаньоны наконец вошли в какую-то, не менее роскошно украшенную, дверь и очутились на выходе с другой стороны здания, где их уже ждал экипаж Бугардов, готовый к отправке домой с «ценным грузом». Вилл, ни чуть не удивившись подобному размаху, хмыкнул и быстренько забрался внутрь кареты, с, на удивление, закрытым ртом. За ним не медля отправился Коен, только перекинувшись парой слов с охраной. — А если это была бы не наша карета? — человек удобнее устроился заняв практически всё пространство сидения напротив эльфа, достал из пиджака сигареты и сунул одну в рот, похлопывая по оставшимся карманам в поиске огонька. — Ну я как бы не слепой. Герб на твоей форме идентичен с гербом на карете. — Вилл, наблюдая за тем, как подкуривает Зейл, нервно сглотнул, голодно смотря на плывущий изо рта собеседника дым. — Вот оно как, не ожидал от тебя такого проявления ума. — пепел свободно летел на пол, словно было абсолютно всё равно на стоимость этого покрытия. Видно, что не дешёвое: — Тоже хочешь? Тлеющая сигарета слишком манила к себе курильщика Вилла, что был заложником зависимости уже пару лет. Так как магических сил у него не наблюдается, то всё, от чего не могут отказаться люди, несколько раз попробовав — может стать такой же тюрьмой и для него. — Если твоя наглая рожа не треснет от такого проявления доброты, то. Закурить не найдётся? — полноватые губы растянулись, слегка обнажая клыки, а озорство не желало прятаться, выглядывая из глаз. — Хоть бы попросил нормально, язва. Так они и ехали. Перекидываясь, абсолютно не нагруженными смыслом, фразами, изредка это даже выплывало в какое-то подобие разговора, что окружался дымом и запахом дождя из приоткрытых окон. Время тянулось настолько медленно, что веки сами по себе закрывались, словно пытаясь развлечь хоть немного своего владельца сновидениями, так что Виллем сам не заметил, как задремал. Довольно неосмотельно рядом с малознакомым существом, а вынырнул из дрёмы он только когда почувствовал аккуратное тормошение за плечо, что вызвало моментальное вздрагивание. — Мы на месте, сейчас тебе выделят комнату и ты сможешь нормально выспаться, давай поднимайся скорее. — сразу же человек покинул карету, явно проявляя желание самому поскорее пойти отдыхать. Ясно как день, что столько времени в дороге не могут никак благоприятно повлиять на организм. — У меня сейчас шея болит так, слово её кто-то пытался сломать. Твоих рук дело? — тонкие пальцы устало разминали зону затылка, а затёкшие ноги, в большеватых старых сапогах, что только ступили на холодную землю, никак не могли оставаться на месте расхаживая туда-сюда. — Если бы я уснул в такой же позе, как ты, то вообще разогнуться бы не смог, поэтому можно считать, что я сейчас увидел чудо. — хохот Коенрада, хоть и был, как обычно, противен Виллему, но уже не казался таким бодрым, и это вызывало на порядок меньше раздражения. Когда человек с эльфом прошли в особняк Бугардов, конечно, с сопровождением охраны и ожидающих их у ворот двух дворецких, то у Вилла во второй раз за день сердце замерело от пышащих роскошью хором. Дорогие убранства, живые растения повсюду, что аккуратно плелись по перилам лесниц и стенам, коллекция каких-то картин, наверное, тоже очень высокой стоимости, а о мебели вообще лучше промолчать. И это только первая гостинная, сколько ещё подобных комнат в поместье — трудно сказать, но явно не одна. — Не думал, что семья Марты настолько богата. — Ну, как видишь. — с каждой минутой Зейл становится всё менее разговорчивым. Сонно оглянувшись буд-то в поиске кого-то, кто в следующее мгновение возник перед ним, он вяло, но приветливо, улыбнулся. — Приветствую Господин Зейл и Господин Виллем, я служащая семьи Бугард. Моё имя — Элиса. — эльфийка мягко поклонилась, сложив ладони, после чего подняла взгляд: ‐ Попрошу за мной, я проведу Вас к спальне. Обращение следовало напрямую к беловолосому эльфу, который, в свою очередь, взглянул на человека рядом с собой, но тот только устало махнул рукой, прощаясь, и начал уходить, пока все служашие опускали головы ему в след. Вилл ещё несколько секунд потупил, пока выжидающий взгляд прислуги резко не вернул на землю. — А, да, конечно, пойдёмте. Столько ступенек, поворотов, дверей, аж невольно голова пошла кругом. Такое чувство, что у особняка нет конца и из него больше не выбраться, но как только самые ужасные предположения начали рисоваться в белобрысой голове, так сопровождающая остановилась и открыла ключом одну из дверей, жестом приглашая внутрь. — Чистая одежда находится в шкафу, мисс Марта заранее позаботилась о Вашем комфорте, только мы могли не досконально угадать с размером, поэтому пока брали преимущественно вещи со свободным кроем. Ванная находится за дверью справа. Если что-то понадобится, вы всегда можете позвонить в колокольчик у кровати и в течении десяти минут я постучусь в дверь. Возможно, есть вопросы? Помотав головой и поблагодарив Элису, Виллем поспешил выставить её из комнаты и помчался в ванную. Наспех омывшись и надев что-то из вещей, которые были для него наготовлены, и больше остальных походили на спальную одежду, эльф обессиленоо возжелал раствориться в большой мягкой кровати, упав на неё со стоном, совершенно не имея сил снова восхищаться интерьером вокруг. Пение птиц за окрытым окном мягко распутывало верёвки сна, понемногу приводя в чувства, но постельное бельё, что пахло словно свежескошенная трава, оказывало обратное воздействие. Поневоле ворочаясь туда-сюда эльф протяжно выдохнул, наконец-то открывая глаза и, даже не поворачиваясь, подал слегка осипший голос: — Я теперь постоянно при пробуждении буду вынужден лицезреть тебя? — сонно взглянув через плечо и обнаружив там никого иного, как вчерашнего компаньона, Вилл картинно скривился, — Теперь весь день настроения не будет, фу. — Отдыхать будешь, как выполнишь свою работу, я пришёл разбудить тебя, но твоё забавное бормотание во сне так смешит. — Коенрад медленно подошёл ближе и, поправляя стоящую на прикроватной тумбе вазу, невзначай проронил: — Кто такой Войтех? Глаза, что были мгновение назад абсолютно сонными, в один миг шокировано округлились и как-то тревожно посмотрели на возвысившегося над ними человека. Зейл немного прищурился в ответ, сразу понимая, что тронул не совсем то, что следовало бы, но сказанного уже не воротить. — Мой брат. Ты его имя услышал пока стоял тут? — Вилл аж подобрался, садясь на кровати и скрестив руки на груди, занимая обороняющую позицию. — Да, ещё кучу непонятных слов, у вас в той глуши особый диалект? Ничерта не смог разобрать. — фирменная ухмылка, острый взгляд и абсолютно при этом спокойный вид — невероятно раздражает. — А ты в курсе, что вот так находиться в чужой комнате, пока кто-то спит, это не очень-то и красиво? — пышущее злобой лицо эльфа слегка краснело, но он не смел повышать голос. — А у тебя стиль общения отвечать вопросом на вопрос? Виллем не выдержал этого наглого выражения на чужом лице поэтому бросил в него подушку, попадая прямо в яблочко и, пока это самое яблочко было в замешательстве, быстренько забежал в ванную, желая уйти от разговора. Остроухий никак не мог подумать, что даже спустя столько лет брат всё равно будет ему сниться. Кожа покрылась мурашками, неприятно закололо руки, что оказались в холодной воде, а после и лицо, чтобы хоть как-то собраться с мыслями. Нет, конечно, Виллем знал, что приехав сюда ему придётся ворошить прошлое, но не ожидал что это произойдёт в первое же утро. Нужно немного больше времени. Немного времени, чтобы вспоминать это более спокойно, а не с абсолютно потухшими от страха глазами. В комнату аккуратно постучались, эльф резко обернулся: — Ты можешь подождать? И так утро мне испортил одним своим видом. — Уважаемый, простите, но господин Зейл уже вышел, это Элис — мягкий женский голос звучал приглушённо из-за разделяющей собеседников двери, но её было прекрасно слышно: — Он передал Вам, что будет ожидать внизу и попросил поторопиться, а я принесла завтрак и гребень, это подарок от Марты, Госпожа восхищена вашими волосами. — А. Да, хорошо, спасибо. — гость в этот момент почувствовал себя безумно неловко, тихо фыркая из-за оплошности. *** Оказавшись в той же гостинной, что и вчера по приезду, Виллем облегчённо выдохнул. Всё-таки пути запоминать ему с детства легко было, но сегодняшняя «задача-лабиринт» точно имела повышенный уровень сложности, ведь заняла на порядок больше времени, чем когда под боком шла Элиса. Но эльф справился сам, хотя мог просто позвать прислугу когда закончил собираться, только вот: «Она и так целый день на ногах, в заботах, зачем ещё обременять, я чё, маленький?» Не позволило. Белая коса, наспех заплетённая, изящно лежала на плече. Даже её слегка потрёпанный вид не особо портил впечатление от общей картины, а было ещё на что посмотреть: прямые чёрные брюки, голубая блуза с длинными рукавами-фонариками и аккуратные лофферы на ногах — сделали из трущёбного рборванца что-то напоминающее здешнюю знать. Проходящие мимо слуги, которые посмели украдкой поднять взгляд на почтенного гостя, нелепо, друг за другом, замирали. Нет, не от красоты вовсе, вся эльфийская знать имела очень привлекательную внешность, никого уже таким не удивить. Скорее от контраста вчера и сегодня увиденного. Вилл самодовольно улыбнулся проходя вглубь комнаты, после не постесняясь плюхнуться на диван рядом с, к сожалению самого эльфа, знакомым человеком. — Ого, у тебя оказывается кожа не цвета болота, ничего себе! — опять это паршиво сыгранное удивление, что через несколько секунд сменилось улыбкой. — Вы, люди, вообще что-ли ментально не взрослеете? Ведёшь себя как ребёнок — О Боги, кто бы говорил. Надвигающуюся словесную перепалку вскоре тактично прервала спешно залетевшая Марта. Выглядела она откровенно не очень, буд-то прошедшая ночь не даровала спокойного сна. Летевший за ней слуга неловко пытался что-то ей сказать, тянув руку и заикаясь, но не смел касаться, ведь за такое могли и лишить конечности, посмевшей осквернить «святую плоть». Завидев это Вилл невольно поморщился, вспоминая подобные эпизоды публичного наказания из поместья отца. — Коенрад! Бери своего уважаемого друга и скорее в мой кабинет, думаю, вам будет очень интересно на кое-что взглянуть. — эта паршивая актёрская игра перед слугами позабавила беловолосого и он улыбнулся. «И ты хочешь быть у власти? Пф-ф» Пронеслась задорная мысль, но в то же время смогла и напугать. Если Марта провалится, то он, конечно, всё равно останется тут на служении, вот только под покровительство кого попадёт — остаётся тайной. Пару лестниц, несколько коридоров, несчётное количество дверей и вот, тройка эльфов с человеком позади зашли в просторное помещение. Взгляд приковывали множество книг разбросанных где только можно. Шкафы, стелажи, столы, даже пол — всё было завалено макулатурой, даже иголке упасть негде. — Госпожа, я же только недавно всё разбирал, почему здесь опять такой кавардак? — Зейл, не скрывая раздражения, обратился к эльфике, на что та лишь отмахнулась ещё более бесячим «отстань» и пробралась к своему столу. — Тимми, принеси нам чаю с чем-то сладким и можешь до окончания обеда быть свободным, как стукнет четвёртый час, то распорядишься приготовить мне карету в поместье Гольвартов. Выполняй. Бледный, как весеннее облако, слуга, явно пытавшийся что-то сказать минутой ранее, лишь резко поклонился и убежал делать то, что велено. Виллем насторожился вполне обоснованно, что слуга, что сама Марта очень уж странно себя вели, но виду не подал, только подойдя ближе к столу поинтересовался: — Они у вас тут все такие дёрганные? — Не обращай внимания. Это крыло не предназначено для посетителей, вот от, видя в тебе только друга Коенрада, распереживался, не нарушит ли это каких-то правил, из-за которых у меня могут быть проблемы. Пустяки. — она спеша перебирала документы перед собой, а когда обнаружила нужные, то остальные просто швырнула на пол, под злостный вздох Зейла. — Так, мои дорогие, вчера вечером разведка предоставила мне отчёты и судя по тому, как сейчас идут дела у моих братьев — нам лучше не медлить с усовершенствованием своего плана. Виллем, возможно, это тебя и затруднит, но скоро тебе придётся непосредственно взаимодействовать со своей семьёй. — Что прости.? — Так уж получается, что схемы вашего поместья, есть и у моих родственников, так же не сомневаюсь, что твои сидят сложа руки. Нам нужно придумать историю как тебя туда засунуть выполнять задание. Сын всё-таки. — Бугард потёрла пальцем переносицу и зажмурилась, возвращая какую-то часть концентрации. — Если ты откопала моё личное дело, то должна знать, что меня там не жаловали. — недоверчивая улыбка Виллема в тандеме с недоумением подействовали на Марту немедленно, да так, что та опустила взгляд. — Да, но, понимаешь. Есть же причина, по которой тебя оттуда убрали, если мы решим эту причину, то у тебя вполне будет шанс вернуться и. — Или его всё равно убьют. — человек резко ворвался в разговор, удивляясь тупости собственной управляющей. — Мне, конечно, плевать, но кажется, что на нашей территории от него будет больше пользы. — Если ты думаешь, что я не учла подобного, то советую пойти освежить голову. Я ещё не настолько из ума выжила, но это единственный максимально быстрый способ достичь результата. — Марта поднялась, опираясь руками об стол, чтобы быть хоть немного на уровне при разговоре, после чего продолжила: — Нашему дорогому другу и так нечего терять, но даже в этом случае оставлять его на верную смерть никто не собирается. Единственное, что нам нужно, это убедить Мааршалкервердов в его способности использовать магию. Думаю старик не выкинет потенциально полезного наследника, а уж тем более не убьёт, ему же это боком и вылезет в итоге. — Знаешь, я, конечно, понимаю, что вы дофига крутые перцы но. — Виллем запнулся, и начал жестикулировать руками в воздухе, формируя мысль. — Даже если мне удастся вернуться во дворец, за мной будет постоянная слежка, это никак не поспособствует развитию дела! — Тебе главное туда попасть в качестве члена семьи, а «свои» люди там уже имеются, вот только у них нет такого доступа, который может быть у тебя. — Марта сложила руки на груди, тяжело вздохнула, слегка прокашлялась, буд-то сгоняя ком в горле. — Ну и конечно подорвать ситуацию изнутри у обычных слуг не получится. — Вам не кажется, что я вызывать подозрений побольше буду? Внезапно такой «Здрасьте, я теперь полезный, заберите меня обратно». С какой стати? Все там прекрасно знают моё отношение к семейству, это не логично. — Тебе тяжело жить в бедности и беспомощности, вот и решил приползти к отцовским ногам, просясь обратно в комфорт. Ничего странного. — Коенрад, рассматривая собственные ногти, словно незаинтересованно вклинился в беседу, но всё же поднял глаза, не услышав ничего в ответ на свои слова, лишь резкую и продолжительную тишину. — Вы не в курсе истинной причины моего изгнания? Два собеседника Вилла слегка округлили глаза, молча прося деталей, выжидая, не давя. Тот, в свою очередь, только мотнул головой, убирая лишние воспоминания и чувства, стараясь максимально опустошить голову и оставить сухие факты. Он ненавидел жалость, всей душой и сердцем. Всем нутром. Но где-то в глубине, там, где практически никак не достать — она переполняла его. Жалость к самому себе была для него самым страшным чувством, что переносилось безумно тяжело, поэтому всеми правдами и неправдами, столько лет, эльф топил её как только мог: сигаретами, алкоголем, работой, перепалками и авантюрами. Всем, лишь бы убрать, закопать, заточить и больше не думать. Никогда и ни о чём. — Изначально меня собирались оставить, просто убрать из семейства, но не забирать возможности жить во дворце, нормально питаться и учиться до совершеннолетия, а после отправить куда подальше, обеспечив всем необходимым. Но. Я ненавидел их всех. После стольких лет мучений в лабораториях, издевательств, пыток и ран, подаренных ими — я хотел убить каждого. Мне развязали руки и разрешили спокойно жить во дворце, не тревожа отца и мать, но я готов был умереть и сам, забрав их с собой. Они-то думали, что я слишком запуган. Поэтому после некоторых махинаций. — Вилл сглотнул и сжал кулаки, после чего, глубоко вздохнув, продолжил: — Я, короче, поджёг их крыло поместья. Но я был глуп и мал, чтобы провернуть всё как надо, поэтому всё быстро исправили и вычислили меня, как того, кто покусился. Вот и выгнали. Ну, ярости отца не было предела, а, как вы знаете, убив собственное дитя эльф теряет значительную часть сил, только поэтому я дышу. — Ну за тобой не спроста велась слежка всё это время. Ни на грамм не удивлён. — Коенрад убрал стопку бумаг с дивана и уселся, закинув ногу на ногу. — Шпионов я подкупила и заключила с ними теневые контракты. Так что говорить они будут только то, что нужно. Хоть и это было очень сложно, но все хотят есть. Да и отец тобой, с их слов, давно уже не интересовался, так что они, получается, сейчас не больше формальности. Нам на руку. — Марта тоже присела, сложив руки в замок. — Но, честно признаться, я удивлена. Таких деталей в отчётах не было, и осведомители об этом не упоминали. Это усложняет дело. — Этого недоумка не получится просто подсунуть, нужно опять всё переписывать. — Коенрад! Хватит меня позорить! *** Разработку нового плана решили перенести на завтра. Конечно они ещё поговорили некоторое время о ситуации, но ещё каких-то усложняющих факторов не обнаружили, чем были безмерно довольны. После чего Марта их отпустила восвояси и отправилась к знакомым, как и планировала. Эльф уже было хотел пойти к себе в комнату, но человек следовал за ним по пятам, никак не намереваясь оставлять его одного, а Вилл упрямо старался его игнорировать. Слоняясь туда-сюда, наматывая круги и даже останавливаясь и рассматривая абсолютно неинтересные и странные картины, горшки с растениями, вазы и прочую зажиточную лабуду — не получалось «скинуть хвост», который уже порядком начал бесить. — Чего ты за мной шастаешь? Бесит ужасно. — эльф наконец повернулся к человеку лицом, сощурившись смотря в глаза, и скрестив руки на груди. — Ты не вызываешь у меня доверия. Вдруг забредёшь куда не надо, или чего хуже. — Коенрад повторил позу собеседника, различие только в том, что он склонил голову, ведь разница в росте у них довольно ощутимая. — Поэтому и тактично сопровождаю. — Тебе просто приказали меня защищать от братьев Марты, параллельно создавая вид, что я реально твой друг. — Я уже говорил тебе, что ты не в меру проницателен? — Просто у меня хороший слух, Конни. — эльф лучезарно улыбнулся и хохотнул оттого, что только что придумал новое прозвище Зейлу, у которого от этого желваки заиграли. — Ты смерти вообще не боишься, мелочь? — командир, не выдержав, схватил Вилла и прижал к стенке, наклоняясь к его лицу максимально близко, и чуть ли не рыча, тихо начал говорить: — Я, уважаемый, перед вами с бубном танцевать не буду. Если ты хочешь, чтобы всё прошло гладко — не зли меня, а то. — Ой.! Парочка синхронно повернула в сторону головы, но успела только заметить убегающую служанку. Коенрад аж растерял весь запал, а Виллем ни с того, ни с сего начал смеяться, чем опять вызвал раздражение у человека и тот наконец отошёл, давая эльфу пространство. Оба поняли как это выглядело: Служанка спокойно шла по своим делам в, предположительно, дальнем корпусе поместья, и увидела командира охраны, по совместительству правую руку Госпожи Марты, прижавшего к стенке своего уважаемого «друга» в такой позе, буд-то сейчас поцелует. Слышать же, о чём шёл разговор она никак не могла, ведь стояла далековато, а Коенрад говорил тихо. Хороший же эльфиский слух, которым мог похвастаться Виллем, был только у чистокровных и чем кровь чище — тем он лучше. Ну а в слугах, как уже становится ясно, чистой крови не водится. — Теперь у слуг на повестке дня: «Командир Коенрад завёл роман». Вот умора. — Вилл всё не унимался, настолько ситуация ему показалась забавной. — Я клянусь, ещё немного, и ты пожалеешь. Виллем и правда начал стараться сдерживать смех, но щёки то и дело раздувались, после чего следовал ещё более неудержимый хохот. Зейлу же ситуация отнюдь смешной не казалась, он готов был взвыть от того, насколько же сильно пострадала его репутация, ну, точнее, его внешняя «непробиваемость» дала трещину для других. Это же надо было так опозориться. Так они и добрались к комнате эльфа и, не прощаясь, разошлись по норам.